Пролог
Подвластна ли нравственность закону?
Королева Луана, Айрис Репос, чтобы забыть страх, предалась теперь уже пустым размышлениям.
Война, охватившая этот континент, неслась к своей последней главе.
Её разжег религиозный раздор. В неё оказались втянуты две державы — Луан и Сиэр — и пять живущих в них народов.
Держав — две, а народов — пять, потому что как ни отстаивали короли границу, им не подчинялись все земли целиком.
Ни один из двух королей не владел народами, живущими в пустыне Кахиф, что лежит посреди обеих стран, в гористой области Кават на юге и в высокогорьях на севере.
Каждый поклонялся своему богу. Но луанцы, не терпевшие иного вероисповедания, порой насмехались над иноверцами, приходившими в Луан за хлебом насущным, и тайком убивали их.
Когда луанец убивал иноверца в земле Луан, не существовало даже закона, который мог бы его за это наказать, — большинство и вовсе не считало это преступлением.
В такой стране родился и, изучая царское ремесло, вырос муж Айрис, Сид Репос, и он презирал народы, населявшие три земли, неподвластные короне.
Он уверял, что иноверцы в этой войне не нужны, и в итоге Луан потерпел поражение.
Земли Луан заполонили иноверцы.
В королевской крепости, откуда все бежали, в рабочем кабинете короля, королева, которая обычно сидела справа от монарха, пересела на пустой трон.
Хотя училась она поздно и по-прежнему мало знала о мире, в одном была уверена: кто-то должен хранить трон.
Кто-то должен предстать перед вождём вражеской страны — для переговоров ли, для капитуляции ли. Иначе этой войне не будет конца.
Края её алого платья, колышимые пронизывающим зимним ветром, то и дело дрожали.
В империи король и луна были неразделимы. Потому окна в королевском кабинете выходили по ходу лунного пути.
Сидя там, Айрис думала: не было бы поражение Луана столь сокрушительным, окажись в стране закон, карающий убийц иноверцев?
И тут послышались шаги.
В лабиринте королевского замка к покоям короля вёл коридор, где шаги отдавались громким гулом.
Король, восседая в кабинете, учится по шагам определять, кто идёт. Но Айрис не росла наследницей престола и этому её не учили, так что она лишь дрожала, сжав на коленях ладони.
Кто же это?
Вождь врагов?
Или славящийся жестокостью народ пустыни?
Айрис ни разу не встречалась с народами трёх земель, чьи жители не считали себя ни луанцами, ни сиэрцами.
Оттого-то она и думала о них как о дикарях и надеялась, что перед ней появится более предусмотрительный, более благородный полководец вражеского Сиэра.
Но в дверях показались луанские рыцари.
— А…
У Айрис вырвался облегчённый вздох, и напряжение спало.
Лиц она не знала, но по лазурной волне, выведенной на их ножнах, узнала орден Теас.
Они долгие годы вели тяжёлую войну с монстрами на самом краю земель, куда ещё ступает человек.
Все знали: без них Луану не выстоять. И всё же за шесть лет, что Айрис жила в крепости, никого из них не удостоили наград настолько, чтобы она запомнила хоть одно лицо.
И всё-таки одного человека она бы узнала.
Хейер Ашери — младший брат Сида Репоса, позорно бежавшего, спасая свою жизнь, и командир ордена Теас.
Айрис Репос была тайной дочерью кузины прежнего покойного короля, принцессы Селиос, которой он запретил рожать.
Сразу после рождения и до девятнадцати лет она росла в монастыре, потом без права выбора вышла замуж за наследника престола, и всё же у неё была первая любовь.
Айрис впервые встретила Хейера, когда её выдернули из монастыря и привезли в столицу.
Когда Хейеру исполнилось десять, вскрылось, что его мать, королева, произвела на свет второго сына не от короля, а от любовника.
Отец пришёл в ярость, и в конце концов Хейер принял родовое имя матери — Ашери.
После того он, чтобы не пасть от руки короля, рискуя жизнью, защищал Луан на южной границе.
Лишь затем, чтобы присутствовать на свадьбе будущего короля и королевы, Хейер ненадолго явился в столицу, и в памяти Айрис он навсегда остался улыбающимся с такой красотой, что одно лишь созерцание внушало благоговение.
Она потерялась в нём всем сердцем.
Выросшая в холодных краях, Айрис не могла не упоиться той солнечной, тёплой улыбкой.
С тех пор прошло шесть лет, и её первая любовь ворвалась в королевский кабинет без чьего-либо разрешения, со спутниками, от которых разило густым запахом крови.
Хейер Ашери, как и Айрис, двадцатипятилетний, горячий молодой человек, был ещё притягательнее, чем в воспоминаниях.
От прекрасно очерченного лба по идеальной линии нисходили переносица, фильтрум и губы к подбородку — линия столь совершенная, что в ней была собственная, редкая художественность. Эта природная красота смягчала чрезмерную мужественность крепких надбровных дуг и пронзительных глаз.
Убирая в ножны меч, с которого капала кровь, Хейер спросил у неожиданной обитательницы трона:
— Где король?
— Сбе… жал.
На дрожащий ответ Айрис рыцари ордена выругались, и каждый по-своему дал волю ярости.
От их грубости и дикости Айрис съёжилась от страха.
В отличие от подчинённых, чью ярость прорывало наружу, Хейер молча, пристально смотрел на Айрис, а затем спросил:
— Почему вы здесь? Неужели мой брат оказался столь подлым, что сбежал, бросив жену?
— Я сама решила остаться.
— Зачем?
— Потому что… кто-то должен был остаться.
Её ответ остудил горячие головы теасских рыцарей.
Повисла пауза, и, недолго помедлив, Хейер снова нарушил молчание:
— Ваше величество, вы сумеете найти Северные ворота?
— Се… верные ворота?
— Почему у вас, у царственной особы, карта мира не в голове? Вы, по сути, прямой наследник крови дома Репос. Я и спрашиваю, носите ли вы её в себе.
После этих слов взгляды вспыливших было рыцарей обратились к Айрис.
Под их свирепыми, властными глазами она потупилась.
Стиснув зубы, чтобы не закусить губу до крови, проглотила солоноватую теплоту, наполнившую рот, подняла голову и взглянула на медленно плывущую по небу луну.
Всё было так, как сказал Хейер: люди из рода Репос, особенно те, кто был ближе всех к престолу, рождались с картой мира в голове.
Их, даже если бросить посреди пустыни, будто самих перелётных птиц, вело знание пути.
Айрис была одной из них, и потому она кивнула.
Тут один из рыцарей, к которому вернулся румянец, обратился к Айрис:
— Нужно немедленно идти к Северным воротам.
— А что там?
— Там граница живых и мёртвых. Раз уж головы живых не в силах придумать, как спасти Луан, возьмём взаймы голову мёртвых.
Айрис не стала решать, права ли их мысль или ошибочна.
Её не занимал разброс вероятностей. У неё не было выбора. Это был единственный путь.
— Вот как. Тогда отправимся.
Сказав это, Айрис поднялась с трона.
Длинное платье, стелившееся по полу, напиталось кровью, которую рыцари принесли на сапогах.
Ростом Айрис была не мала, но рыцари один к одному здоровяки, и ей казалось, что она идёт совсем одна.
Девушка вышла из королевского кабинета вместе с орденом Теас. Беглецы увели всех конюшенных лошадей, и, к счастью, осталась одна жалкая кляча.
Айрис взобралась в седло и впервые после свадьбы покинула крепость.
http://tl.rulate.ru/book/90441/8986676
