Глава 76: Теплая Южная территория (7)
Прошло уже несколько дней с тех пор, как мы прибыли в Бояр. Еда была превосходной, условия проживания — великолепными. Популярность Бояра как знаменитого курорта не требовала лишних слов.
«Он сказал, что придет».
Тем не менее по совершенно иным причинам мое настроение оставалось паршивым, и я ловила себя на том, что с негодованием сверлю взглядом дверь. Почему она не открывается? Я даже сказала ему, в каком номере остановилась — мне потребовалось немало мужества, чтобы признаться в этом. Он обещал зайти.
«И времени у него тоже предостаточно».
Растущее чувство предательства заставило меня еще крепче сжать в объятиях подушку.
Будь Карл занят, я бы, конечно, все поняла. Я не настолько мелочна, чтобы не осознавать подобных вещей.
Однако, не считая первого и второго дня, Карл все время оставался на курорте. Помимо редких посещений близлежащих достопримечательностей с Кондитерским клубом, я почти не видела, чтобы он покидал свою комнату.
Он ясно дал понять, что заглянет, как только освободится, и я ждала, поверив этим словам, но от него до сих пор не было ни весточки.
«Это уже слишком».
Как жестоко — заставить кого-то ждать, тешась надеждами, только чтобы потом вот так бросить. По крайней мере, он, кажется, сдержал обещание не ходить в казино, и это радовало, но почему же он не сдержал это? Следовало тогда заставить его поклясться на мизинчиках. Обещаниям действительно нужны доказательства.
«Может, мне и вправду стоит пойти к нему первой?»
Я энергично замотала головой, отгоняя внезапно всплывшую мысль.
Желание первым делом наведаться в комнату Карла возникало уже не раз. Но мне следовало сопротивляться. Даме не подобало самой идти к нему. Важно было играть в «тяни-толкай», не выдавая своего отчаяния.
Да, это действительно важно. И не только я так считала — мои старшие сестры и няня твердили то же самое. Определенно, только так и следовало поступить.
Тук-тук—
И мое бесконечное терпение наконец принесло плоды. Карл все-таки пришел первым. Похоже, он пытался выстоять против меня какое-то время, но куда там. Как и ожидалось, у него не осталось иного выбора, кроме как явиться ко мне.
Обида и горечь мгновенно испарились, а грудь наполнило удовлетворение.
— Да, пожалуйста, войдите.
— Старшая. Это я.
И так же быстро радость улетучилась. Человеком, открывшим дверь, оказался вовсе не Карл, а леди Луиза.
— О, леди Луиза.
Я была разочарована, но не подала виду. Она была гостьей, пришедшей ко мне по делу, к тому же леди Луиза была вполне приличной младшей.
— Проходи. Что привело тебя сюда в такую рань?
— Мы планируем вместе отправиться на Сапфировый пляж, и если вы свободны, не желаете ли присоединиться к нам, старшая?
Услышав осторожный вопрос Луизы, я тут же начала соображать. Сказав «мы», она имела в виду Кондитерский клуб, а в него, естественно, входил и Карл.
И местом был тот самый пляж, который нам не удалось посетить на второй день. Имелось лишь незначительное отличие — Сапфировый пляж вместо Изумрудного, но это было сущим пустяком и не имело никакого значения.
— Старший тоже сказал, что расстроился из-за того, что мы не смогли пойти вместе раньше, и он бы очень хотел, чтобы вы пошли с нами.
При этих словах на моем лице расцвела улыбка. Я сомневалась, что вечно невозмутимый Карл мог произнести нечто подобное, но это послужило подтверждением того, что Карл тоже будет на пляже. И мне весьма понравилось то, как Луиза приписала эту заслугу Карлу.
— Звучит неплохо. Давайте пойдем вместе.
Наконец-то представилась возможность надеть купальник, который я купила, но так и не успела обновить.
Он сказал, что в платье я прекрасна. Этот наряд ему тоже понравится. Я в этом уверена.
......
Луиза вырвала меня из объятий сна. На этот раз она захотела отправиться к морю.
— Старшая Маргета тоже согласилась пойти. Думаю, старший был бы рад, если бы она присоединилась...
Я собирался отказаться, так как тащиться к морю казалось делом довольно утомительным, но участие Маргеты сделало отказ невозможным. Мне и так было неловко из-за того, что я отклонил ее приглашение из-за подавления Кракена, так что пропустить и этот раз было бы перебором.
Один раз можно списать на неудачное время, но если это повторится дважды, она может превратно понять меня и решить, будто я ее избегаю. Зная удивительно нежное сердце Маргеты, подобное было вполне вероятно. К счастью, мы направлялись в другое место, а не к тому заросшему водорослями морю, от которого меня уже тошнило во время поисков Кракена.
Место под названием Сапфировый пляж, прозванное так потому, что оно сияло синевой, подобно сапфиру. Но разве море обычно не синее в любом случае?
«По крайней мере, лучше, чем зеленое».
Ну и какая разница, как оно называется? Лишь бы море выглядело хорошо, этого достаточно.
— Здесь кажется уютнее, не так ли?
— ...
— Изумрудный пляж больше напоминал произведение искусства, чем само море. Синий цвет действительно лучше передает это освежающее чувство.
И в самом деле, как только мы прибыли на Сапфировый пляж, реакция остальных оказалась весьма положительной. Даже море необычного цвета кажется в новинку лишь при первой встрече — в конце концов, всегда возвращаешься к привычной синеве.
— Оно столь же великолепно, как и гласит молва. Вам оно по вкусу, сэр Карл?
Наблюдая за тем, как члены клуба перешептываются между собой, прежде чем швырнуть Аинтера в море, я услышал за спиной слегка дрожащий голос. Голос, пытавшийся звучать спокойно, но скрывавший едва уловимое напряжение.
Обернувшись, я увидел Маргету; на ее лице застыла привычная уверенная улыбка, хотя сама она выглядела какой-то натянутой.
«Она здесь смущается больше всех».
При виде этого зрелища на моих губах заиграла легкая усмешка. Как я и заметил во время банкета на выставке, Маргета часто смущалась даже тех вещей, которые делала по собственной воле. И все же ее мужество идти напролом, несмотря ни на что, искренне восхищало.
— Да, мне очень нравится.
— Хи-хи, я рада. Синева довольно прелестна, не правда ли?
— Я сказал, что мне нравится красный.
— Че-го?..
Красный купальник, идеально сочетавшийся с волосами Маргеты. И даже более того — бикини, весьма дерзкий выбор, учитывая привычный образ Княжны, оберегающей достоинство.
Когда я без тени сомнения похвалил Маргету, увидев ее наряд, ее лицо мгновенно вспыхнуло пунцовым, а с губ сорвались лишь нечленораздельные звуки. Она, должно быть, сильно удивилась, решив, что я говорю о море, как вдруг комментарий оказался направлен прямиком в ее адрес.
— Вы действительно прекрасны, Мар.
— Э-э... эт-то...
— Я бы пожалел, если бы не увидел этого.
Я понял, почему существует выражение «готовый лопнуть, если ткнуть пальцем». Лицо Маргеты покраснело так сильно, что я задался вопросом, может ли оно стать еще краснее, и после того как ее рот несколько раз открылся и закрылся, она низко опустила голову. Ее беззащитность перед столь прямыми выпадами оставалась прискорбно неизменной.
— П-правда? Раз уж я впервые иду на пляж с Карлом, я приложила особые усилия.
Но вскоре она подняла голову и улыбнулась как ни в чем не бывало. Не поддаться атаке, а контратаковать в ответ — это уже отличалось от того, что было раньше.
— Вот как? Рад, что вы надели его специально. Он слишком ценен, чтобы показывать его кому-то другому.
— Д-да... сп-спасибо...
К несчастью, похоже, она все еще не могла выдержать второй раунд. Тем не менее продержаться целых два раунда — замечательный прогресс; Маргета, должно быть, тренировалась по-своему.
Пока Маргета ушла в «режим тишины», к нам приблизилась Луиза, которая до этого была в воде. Все ее тело было эффектно пропитано влагой, словно за это время в нее угодила водяная бомба. Наверняка те безумцы не решились на зверство и не стали швырять и Луизу — должно быть, она просто приняла волну на себя.
«Розовый, ха».
Я подметил это еще тогда, когда она носила платья, но розовый действительно очень шел Луизе. Возможно, подбирать цвет под волосы было просто безопаснее.
— Ой? Вы еще не переоделись?
В отличие от Маргеты, я все еще был в обычной одежде, что заставило Луизу любопытно склонить голову.
— Ничего. Утром немного прохладно.
— Ах, простите. Нам, наверное, следовало прийти в полдень.
— Все хорошо. Мне все равно не особо нравится лезть в воду. Мне достаточно просто смотреть.
Хоть я и сказал так, погода не была особенно холодной, и я не испытывал неприязни к водным процедурам. Это могло звучать как избитое оправдание, но у меня были обстоятельства, которые делали обнажение торса несколько проблематичным.
- Я принесу тебя в жертву Вечному Синему Небу!
Этот голос, ставший воплощением ужаса и громоподобно эхом отдававшийся в ушах, всплыл в памяти, и я едва не поморщился по привычке. Каган, этот ублюдок напоследок решил мне подгадить.
«Если собрался сдыхать, то делай это изящно».
Последний удар этого мерзавца изрядно искромсал мое тело. Я тогда действительно думал, что умру. Что бы он ни сотворил с тем мечом, рана от последнего разреза упрямо отказывалась заживать.
Даже с помощью магии и божественной силы, способной исцелять оторванные конечности, мы едва смогли остановить кровотечение и стянуть плоть. Благодаря этому, несмотря на то что я не считал шрам на спине чем-то позорным, через всю верхнюю часть моего тела протянулся длинный след.
И все же, думая об этом сейчас, мне повезло, что я не лишился ни одной конечности. С тем, как плохо все заживало, я едва не оставил руку в новой эре и чуть не стал «Карлом Красная Нога».
- По крайней мере, лицо в порядке... кроме него у меня ничего и нет.
- Ты что, головой ударился? Из всего, что можно было сказать, ляпнул именно это.
Верно, как и говорила Геката, мне следовало быть благодарным за то, что удар не пришелся по лицу. Будь лицо изувечено, мне пришлось бы повсюду носить маску. Как бы я жил с такой духотой?
Он лишь полоснул по туловищу — не по конечностям и не по лицу. Учитывая, что пятеро из семерых пали от рук Кагана прямо на месте, это была на удивление легкая травма, с которой удалось уйти.
— Тогда побудь здесь со мной. Я собиралась немного передохнуть, прежде чем снова войти в воду.
— Самое время. Я все равно планировала вернуться позже, так что мы можем остаться втроем.
Пока мысли блуждали где-то далеко, голоса Луизы и Маргеты вернули меня в настоящее.
Я осторожно провел рукой через одежду по месту, где был шрам. Раньше оно жалило при малейшем прикосновении ткани, но в последнее время это меня совсем не беспокоило — какое облегчение. Похоже, даже у проклятия Кагана был срок годности около двух лет. Хотя эта чертова штука держалась вечность.
— Вот, я даже расстелила коврик!
— Спасибо.
Я коротко кивнул Луизе, которая с энтузиазмом похлопала ладонями по подстилке. Раз уж мы пришли сюда отдыхать, мне стоит перестать зацикливаться на неприятных воспоминаниях.
- Разве это странно, что жена беспокоится о лице мужа?
- Жена, кончай пороть чушь. У меня шрам ноет, это сводит с ума.
...Верно, на этом и закончим.
С приближением их дня памяти в голову лезут самые разные мысли. Не то чтобы я когда-нибудь забывал посещать их могилы.
http://tl.rulate.ru/book/90306/14803003
Готово:
