Глава 189: Банда трусов
Переводчик: 549690339
Неужели он считал, что его преимущество в численности?
«Ся, ты куда думаешь уйти после того, как у нас забрал вино?» Глаза Цзян Шаоцина были холодными и колючими.
Что-то здесь не сходится.
Якобы разумность нужна, когда у тебя нет сил, а если ты сильный, будь грубым и наглым.
Ся Цинчэнь слегка нахмурился. Пусть их и было много, но говоря по правде, даже если они объединятся, они не смогут ему противостоять.
Повторю еще раз. Мне вино подарил кто-то другой. А разбил его в конечном счете ты. Я тут ни при чем. Ся Цинчэнь говорил спокойно.
«Мне плевать, кто его тебе подарил, — усмехнулся Цзян Шаоцин. — Ты у нас забрал заказанное нами вино! Долг ты обязан вернуть!»
Он твердо решил отомстить Ся Цинчэню.
«Хм, и как ты собираешься это сделать?» Ся Цинчэнь спокойно посмотрел на него.
Цзян Шаоцин оглянулся и сказал: «Все просто. Нас 20 человек. Ты сегодня лишил нас вина. Ты нас унизил! И сейчас все, что тебе нужно сделать, это дать себе двадцать пощечин, и мы в расчете!»
Ся Цинчэнь ничего не ответил, а бросил взгляд на остальных в усадьбе Лунъинь.
Цзян Шаоцин затаил на него злобу, поэтому его поведение и было таким.
Хотелось увидеть, как поведут себя остальные.
К сожалению, никто не заступился.
Возможно, они тоже считали, что Ся Цинчэнь заслужил двадцать пощечин.
«А что, если я откажусь?» Ся Цинчэнь безразлично сказал, и взгляд его невольно похолодел.
«Тогда мы сами дадим тебе двадцать пощечин!» — сурово сказал Цзян Шаоцин. — По одной от каждого, ни больше, ни меньше. Справедливо, не так ли?
Справедливо?
«Весьма справедливо!» — ответил Ся Цинчэнь.
Цзян Шаоцин на секунду опешил. По его представлениям, Ся Цинчэнь должен был разозлиться и взбеситься, как львица.
Но нет.
Он даже не стал возражать!
Цзян Шаоцин почувствовал, что что-то не так. Если бы он был один на один с Ся Цинчэнем, то, вероятно, мог бы и остановиться.
Но сейчас, когда их было много, уверенность его просто зашкаливала.
«Если ты считаешь, что это справедливо, то ладно». Цзян Шаоцин со всей силы отвесил ему пощечину.
Удар был быстрый и безжалостный, в него Цзян Шаоцин вложил всю свою жажду мести.
Однако он не успел еще прекратить движение, как перед ним промелькнула черная тень.
И тут же он почувствовал жгучую боль на лице.
А вслед за адской болью последовала сильнейшая сила. Цзян Шаоцин, как волчок, сделал два оборота и рухнул на землю.
К счастью, к нему подскочили его товарищи и помогли подняться.
Цзян Шаоцин схватился за лицо и закричал: «Ты ... Ты осмелился напасть?»
Ся Цинчэнь невозмутимо сказал: «Вы устроили бой с численным перевесом 20 против 1 и вам не стыдно, а меня же вы и пальцем тронуть не даете? Насколько же ничтожна усадьба Лунъинь?»
Ему было все равно, если бы ему предстояло сразиться с двадцатью людьми.
Он не стоял на месте и позволял им нападать.
«Ся, ты ищешь смерти!» — обозлился Цзян Шаоцин.
Их было так много, и все же Ся Цинчэнь не сдался без сопротивления и даже осмелился дать отпор!
«Вперед!» Цзян Шаоцин разъяренно фыркнул и кинулся в бой.
Один за другим вступили в действие люди из усадьбы Лунъинь.
Лишь только Инь Цяньчи из-за своего статуса главы усадьбы взирал на все это холодно и безучастно.
Ся Цинчэнь оставался спокоен.
Хотя среди них были и те, кто были сильнее Цзян Шаоцина, Ся Цинчэнь их даже не замечал.
«Зеркальный цветок!» Ся Цинчэнь мгновенно активировал свой боевой прием.
На таком коротком расстоянии казалось, что Ся Цинчэнь перенесся.
Мгновение назад он стоял в десяти футах от него, а в мгновение ока переместился прямо перед ним и даже стоял в том же положении.
Он поднял ладонь и ударил, и один из учеников усадьбы Лунъинь отлетел.
Хотя у них было много людей, они не могли в полной мере использовать своё преимущество в небольшой комнате.
С другой стороны, Ся Цинчэнь полагался на свою превосходную технику перемещения и мог делать это с лёгкостью.
В ложе раздалась целая серия звонких шлепков.
— Призрак!
После неоднократного наблюдения за призрачным дрейфом Ся Цинчэня и его неостановимой и непобедимой осанкой некоторые члены, которые были более чувствительны к его движениям, наконец испугались до крика.
После этого крика оставшиеся люди потеряли боевой дух и выбежали за дверь.
Ся Цинчэнь последовал за ними и спокойно сказал: «По одному шлепку ещё не было, какая спешка?»
Па-па-па-
Через десять вдохов.
Последовательно раздались бесчисленные шлепки.
За исключением Ин Цяньчи, который не сделал ни одного движения, все остальные прикрывали руками лица, лежали или приседали на корточках, стеная.
Один из них, Цзян Шаоцин, получил два удара. Его щёки были красными и опухшими, как обезьянья задница. Он лежал на полу и вопил от боли.
Первоначально роскошная частная комната Небесного уровня тоже была разбита в жалком состоянии и во многих местах повреждена.
Лицо Ин Цяньчи похолодело, а вены на ладони, крепко сжимающей складной веер, вздулись.
Их было двадцать человек, но их преследовал и шлёпал один человек. Никто из них не мог убежать!
*Это был тот особняк Лонгин, которым он гордился и собирался сделать великие дела?*
Как бы на это ни посмотреть, это было именно так, как сказал Ся Цинчэнь. Все они были разношёрстной командой!
Ся Цинчэнь! Слова Ин Цяньчи были как железо, холодные и мощные: «Поклонись мне и присоединись к особняку Лонгин. В противном случае ты сегодня не сможешь покинуть Небесный зал!»
Незаметно он выпустил ауру короля с пятьюдесятью потенциальными очками!
— Мне нравится чистота. Мне не нравится входить в нечистые места, — спокойно сказал Ся Цинчэнь.
Смысл его слов заключался в том, что особняк Лонгин был нечистым местом.
Ин Цяньчи медленно произнёс: «Ты слишком высоко себя ценишь! Трудно стать великим!»
Он дал Ся Цинчэню оценку из восьми слов.
Разве давать оценку другим — это не настоящее самомнение?
Ся Цинчэнь молчал. Он заложил руки за спину и вышел за дверь.
Однако Ин Цяньчи преградил ему дорогу.
Он нежно открыл веер в руке, и выражение его лица было спокойным. «Хотя я не очень хочу сражаться, но ради особняка Лонгин я должен это сделать».
С тех пор как он поступил в секту «Туманность», у него не было возможности сражаться среди новых учеников.
Единственное, чему он мог научить, было Лунной жемчужине, а она отправится в более святую землю.
Возможно, это был первый раз, когда он применил силу.
Ся Цинчэнь, естественно, не боялся. На самом деле, он даже испытывал некоторое предвкушение.
В конце концов, у Ин Цяньчи была потенциальная ценность роста в 50 единиц, что совершенно отличалось от Цзян Шаоцина.
Он должен был быть в состоянии обменяться с ним несколькими ходами.
Однако недавний переполох был немалым и встревожил мастрера башни «Лунный павильон», стоявшую неподалёку.
Она услышала новости и примчалась, но увидела сцену разгрома. Столы и стулья были сломаны, а на стене были видны значительные повреждения.
Кувшин «Тысячелетнего пьянства» тихо источал богатый винный аромат.
— Как вы смеете! — стояла в дверях мастер башни «Полнолуние» и говорила спокойно и величественно.
Все в особняке Лонгин в унисон вздрогнули.
Ин Цяньчи не мог не стать более серьёзным.
Он сдержал свой боевой дух и поспешно поклонился мастеру башни «Полнолуние». «Мастер башни, у нас нет намерения создавать проблемы. Всё сделал этот ученик по имени Ся Цинчэнь».
Мастер «Лунного павильона» окинула их всех взглядом. Подавляющее большинство из них были ранены, и только Ся Цинчэнь был совершенно невредим.
Он ранил человека и разрушил Небесную столовую.
Мастер башни полной луны посмотрел на него неприязненно. "Маленький ученик, ты, наверное, не знаешь, что это за место, Лунный павильон, верно?"
В секте Небула никто не осмеливался игнорировать Лунный павильон, кроме опытных и продвинутых учеников.
http://tl.rulate.ru/book/90222/3965021
Готово:
