Цзи Минчун был в состоянии комы на протяжении пяти лет, его голосовые связки не сразу восстановились после пробуждения. Поэтому когда он только заговорил, его голос был сиплым, как у семидесятилетнего старика.
Жуань Су сначала подумала, что ей померещилось. Она растерянно уставилась на него.
Видя её оторопь, Цзи Минчун, превозмогая дискомфорт и сухость в горле, спросил её ещё раз:
— Всё нормально?
Он так долго не разговаривал, внезапно его голос оказался не только сиплым, но ещё и тихим. Если бы в комнате не было так спокойно, то Жуань Су, скорее всего, не услышала бы его.
Жуань Су наконец пришла в себя, она машинально выпрямилась. Не веря, она спросила его:
— Ты можешь говорить?
Цзи Минчун ничего ей не ответил, только лишь устало кивнул головой.
Он был разочарован своим организмом. Мужчина изначально предполагал, что сможет восстановиться до состояния обычного человека гораздо быстрее после своих путешествий по разным мирам. Однако он себя переоценил. Этим телом не пользовались пять лет, оно прямо как автомобиль, который простоял в гараже много лет: обязательно найдутся те или иные проблемы, и будет великой удачей, если машину не придётся списывать в утиль.
Жуань Су была в восторге. Она вообще не ожидала, что здоровье Цзи Минчуна сможет восстановиться так быстро. Сейчас он уже немного может контролировать половину своего тела, его голосовые связки пришли в норму — кажется, совсем скоро он сможет сидеть. Если он сможет сидеть, то это очень сильно повысит качество его жизни, по крайней мере, ему не надо будет постоянно лежать на кровати. А в определённый момент ему можно будет купить инвалидную коляску, чтобы он мог передвигаться, куда захочет.
Что касается реабилитации, то... возможно, с этим придётся повременить. Всё равно он восстанавливается сейчас так хорошо, может быть, через какое-то время он сможет ходить и бегать, как и все здоровые люди?
Первая мысль, о которой подумала Жуань Су, была о том, что, оказывается, хорошие люди и правда получают воздаяния за свои дела.
Она только снаружи выглядела оптимистичной, в глубине души ей всё представлялось в мрачном свете. Хорошим воздаётся добром, а плохие получают возмездие — да такое почти не встречается в современном обществе. Наоборот, повсеместно можно видеть то, как добрый человек долго не живёт, недобрый процветает. Семья Цзи — яркий тому пример. Отец Цзи всю жизнь был великодушным и честным человеком, который делал добро. В итоге его семья прошла через такие испытания и оказалась просто на грани уничтожения... А бывают люди, чьи души уже давно запятнаны, но они живут лучше всех. Где справедливость?
Жуань Су с горечью думала о том, что господу нужно раскрыть свои глаза и позаботиться о детях хороших людей.
Цзи Минчун заговорил, и первой реакцией Жуань Су было пойти и рассказать эту прекрасную новость матушке Цзи.
Непонятно, откуда Цзи Минчун про это узнал, но он сказал:
— Не надо.
Молодая женщина тут же остановилась и опустила взгляд в его сторону.
Его глаза были раскрыты, но усталость было невозможно утаить:
— Который час?
Пока что он мог говорить только такие коротенькие фразы, длинные речи ему не давались.
Жуань Су прожила с ним под одной крышей какое-то время, поэтому могла понять его намёки, которые для других людей были бы не так очевидны.
Своим вопросом он хотел ей донести ей: сейчас поздно, все в доме спят, не надо их будить.
Жуань Су кивнула и вернулась на свою раскладушку:
— Ладно, я не пойду. Завтра утром всем всё расскажу, мама и Маоду точно обрадуются.
Цзи Минчун вздохнул с облегчением, повернул к ней свою голову и сказал два слова:
— Ты спи.
Он пытается уговорить её лечь спать?
Жуань Су всё поняла, немедленно легла, укрылась одеялом и закрыла глаза.
В комнате оставался включённым ночник, который испускал мягкий и неяркий свет.
Раньше у Жуань Су из-за постоянной усталости была способность засыпать за две минуты после того, как её голова коснётся подушки. В этот же раз она не могла уснуть, возможно, из-за Цзи Минчуна.
Только вот завтра надо рано вставать на работу, и она заставила себя заснуть, даже начала считать овец.
Одна овечка, две овечки, три овечки...
Через какое-то время Жуань Су услышала звук. Она чуть приподнялась на локтях и посмотрела на кровать. Оказалось, Цзи Минчун старался ворочаться на ней, но всё бестолку, его тело ещё не восстановилось до конца. У него были силы только в верхней части тела и то немного, поэтому повернуться он никак не смог и опять лёг ровно.
Он казался немного раздражённым.
Несмотря на то, что он ничего не сказал, Жуань Су всё равно знала, что он злится.
Вдруг ни с того ни с сего Жуань Су не смогла сдержать смех; чтобы не издать звука, она схватилась за одеяло и закрыла рот.
Однако улыбку в глазах скрыть сложнее.
У Цзи Минчуна хороший слух. В одном из своих путешествий он оказался в теле слепца, не имея возможности видеть, ему пришлось развить свою способность слышать. Он не ожидал, что после возвращения в реальный мир его слух окажется лучше, чем он был у него до комы, поэтому он услышал голос Жуань Су, пусть та и старалась вести себя очень тихо.
Она всегда спала очень спокойно, никогда не скрипела зубами, не храпела и не разговаривала во сне. Пока что она, скорее всего, не заснула и услышала, как он с черепашьим усилием старался перевернуться на бок, и её это рассмешило.
Он не выдержал и спросил:
— Чего смеёшься?
Жуань Су, конечно же, не собиралась ему ничего отвечать, она вообще не собиралась издавать никаких звуков.
Суккуленты тоже не спали, когда двое людей стали наводить какую-то суету, растения начали разводить полемику.
«Из-за чего улыбается Сусу? Может быть, из-за того, что я вырос ещё красивее, чем должен был?!»
«Мне кажется... Сусу смеётся над тем, что он похож на черепаху. Я сам видел, черепахи именно так и двигаются, если хотят перевернуться. Он хочет повернуться на бок, но не может, вот такой вот он».
Цзи Минчун, который уже устал лежать на кровати и был опустошён даже незначительным движением в попытках перевернуться на другой бок: «...»
Через какое-то время он подумал, что, возможно... есть такая вероятность, что он был чуточку смешным. На его лице тоже появилась улыбка.
Утром второго дня, когда Жуань Су умылась и почистила зубы, мать Цзи встала с кровати и приготовилась заботиться о Цзи Минчуне. У девушки было счастливое выражение лица, поэтому матушка с улыбкой поинтересовалась у неё:
— Почему ты такая радостная?
Жуань Су энергично кивнула:
— Мама, Минчун сегодня ночью заговорил. Если бы это не случилось так поздно, то я бы вам немедленно рассказала эти радостные новости.
Мать Цзи обрадовалась ещё больше, чем Жуань Су. Она не могла перестать повторять, что это всё защита и благословение Будды.
Сейчас Цзи Минчун был центром семьи Цзи, малейшие изменения в его теле могли одарить радостью всех домашних.
Сначала Маоду лежал в кроватке и не хотел вставать. С приходом зимы каждая минута, проведённая в постели — это лишняя радость, даже если ты уже не спишь в это время. Он не хотел ни вставать, ни одеваться, в своей маленькой голове он даже подумывал над тем, не прикинуться ли ему сегодня больным и прогулять детский садик. Потом он подумал о том, что если-таки притворится больным, то ему надо будет принять лекарство или даже сделать укол — это невыгодное для него положение. Пока он думал над своими планами, он услышал диалог бабушки и тёти. Когда он услышал от тёти, что дядя может говорить, то не удержался и вытянул шею. Ему больше было не интересно оставаться в постели, он спрыгнул с кровати, даже не переоделся и ворвался в комнату; его волнистые волосы были растрёпаны.
— Тётя, мой дядя может говорить?? — не дожидаясь ответа Жуань Су, Маоду со скоростью ракеты влетел в спальню.
Мать Цзи взяла для Маоду ночную рубашку, ругаясь, она проследовала за ним в спальню:
— Холодно же очень! Не жалуйся, если заболеешь!
В зале Жуань Су могла слышать разговор троих, доносившийся из спальни. На десять слов Маоду приходилось пять слов матери Цзи и одно Цзи Минчуна. Однако, вот незадача! Маоду услышал, что дядя может отвечать и разошёлся не на шутку: он уже выдавал по двадцать слов. Мать Цзи попросила его не тревожить Цзи Минчуна, но Маоду был не согласен с бабушкой, он сказал ей, что она говорит ещё больше.
Жуань Су ещё послушала бы их беседы, но ей надо было идти на работу. Она надела сумку, пальто и приготовилась выходить. Как только её рука опустилась на ручку двери, из спальни донёсся звук, это были мать Цзи и Маоду:
— Счастливого пути!
— Тётя, не смотри в телефон по дороге.
Возможно, Цзи Минчун тоже что-то сказал, но она ничего не услышала.
Она ответила домашним улыбкой, надела шарф и вышла за дверь.
В тот день была прекрасная ясная погода. Быстрым шагом Жуань Су дошла до станции метро. В это время людей на ней ещё не так много, но Жуань Су столкнулась там с какой-то девушкой. У неё уже не было времени извиняться перед ней, она только успела заметить, как девушка подобрала с пола какие-то бумажки и помчалась на эскалатор в сторону станции пересадки. Жуань Су подумала, что она торопится на пересадку...
Жуань Су стояла и ждала поезд, когда краем глаза случайно увидела на полу листок бумаги.
Она подошла и подняла его, ей показалось, что он похож на те, что подбирала та девушка, с которой она столкнулась. Цвет этой бумаги был необычным, он производил особенное впечатление.
На листе был рисунок свадебного платья, изысканного и интересного. В правом нижнем углу стояла подпись, сделанная очень красивым почерком, но Жуань Су не смогла разобрать иероглифы.
Возможно, это эскиз.
Подобного рода вещи представляют большую ценность, Жуань Су знала об этом. Пока она размышляла, поезд, который она ждала, уже подъехал, но девушка не села в него, а развернулась и пошла наверх. Она подошла к служебной стойке, но людей было очень много, тем более Жуань Су не запомнила, как выглядела та девушка. Не пойти на работу и ждать её Жуань Су не могла. Поразмыслив, она поняла, что ей остаётся только оставить этот дизайн на стойке. Если девушка заметит пропажу, то она сможет легко её найти.
У неё есть знакомая, которая занимается дизайнерским делом, самое страшное — это потерять проект или как-то обнародовать его содержание. Просто так выставить на всеобщее обозрение чужой дизайн — не очень красиво, поэтому Жуань Су покопалась в своей сумке и нашла папку для документов. Раньше она использовала её, чтобы хранить свои учебные материалы, а сейчас в неё можно положить найденный проект.
Персонал станции был очень приветлив, у них даже был специальный ящик для утерянных предметов. Жуань Су успокоилась, узнав про строгие правила возвращения вещей. Она посмотрела на время и чуть ли не заорала, потому что уже опаздывала. В спешке молодая женщина не оставила своего имени и помчалась к поезду. Месячная премия за отсутствие прогулов была очень лакомой целью, её никак нельзя было упустить.
Она бежала без остановки всю дорогу и в итоге отметилась за минуту до начала смены.
Ма Вэнь отметилась прямо после и чуть-чуть поддразнила коллегу:
— Успех! Триста юаней премии удержала.
Жуань Су похлопала себя по груди, она вся вспотела, пока бежала:
— Да, пока что удерживаю...
Ма Вэнь посмеялась:
— Это ещё у нас премия триста юаней. Если бы была три тысячи, ты бы за час на работу приходила?
Жуань Су с серьёзным видом возразила:
— Да что там один час, я прям в этом здании и поселилась бы.
В день, когда Жуань Су работала, отец Жуань пришёл в свою компанию. Прежде чем он успел включить компьютер, ему позвонила тётя Жуань.
— Ты вернулась? — отец Жуань включал компьютер и расспрашивал сестру. — Как здоровье старших родственников?
Тётя Жуань вернулась домой пару дней назад, чтобы руководить реставрацией могил предков, брат и сестра стали созваниваться чаще.
Когда отец Жуань говорил про старших родственников, он имел в виду родственников из их клана.
Если чуть углубиться в историю мужчины, то можно найти её мотивирующей. В своё время он был единственным человеком из деревни, получившим высшее образование, это стало возможным, потому что все родственники по фамилии Жуань из этой деревни скинулись ему на учёбу в университете. Они считали, что у него большое будущее, и он не обманул их надежд. Он выучился на бизнесмена, встретил нескольких богатых людей и смог выбраться из грязи в князи, став нам известным председателем Жуанем.
— У них всё прекрасно. Наш двоюродный дядя скоро отмечает восьмидесятилетний юбилей, для него я приготовила красный конверт с двадцатью тысячами.
Тётя Жуань и отец Жуань обсуждали житейские дела. Когда мужчина собирался повесить трубку, кое-какие слова сестры привлекли его внимание.
— Брат, помнишь гадалку из соседней деревни? Говорят, она умерла в прошлом месяце. Я тут вспомнила, она ведь гадала по дате рождения нашей Сусу?
В той деревне, откуда родом отец Жуань, старики верят в такие вещи, в соответствии с ними даже выбирается имя для ребёнка. Дедушка и бабушка Жуань, которые уже ушли из жизни, особенно верили в это. После того, как мать Жуань родила дочь, старики пошли к гадалке.
Она была известной фигурой в той местности и обычно никому не предсказывала, но если она делала это, то получались точные прогнозы. Когда гадалка увидела дату рождения, которую принесли ей старики, она сказала лишь, что эта девочка переживёт много горя в детстве, но в будущем станет знатной, богатой и благородной.
Прошло так много лет, тётя Жуань уже успела забыть об этом. А сейчас, когда пришли новости о смерти гадалки, у неё вдруг всплыло это в памяти. По телефону она высказала свои подозрения:
— Значит, это было предсказание для Сусу, а не для Маньмань? Так ведь получается?
Жуань Су и Жуань Мань родились в один день, но время рождения у них было разное.
До поры до времени никто не знал, что младенцев перепутали в роддоме, поэтому считали, что это было про Жуань Мань.
Позже, когда Жуань Су вернулась в семью, никто уже и не вспоминал про то предсказание.
Отец Жуань опешил от этого.
В молодости он был скептиком, всё-таки он получил высшее образование. Однако годы в бизнесе, общение в коммерческих кругах постепенно влияли на него, и он тоже стал верить в мистику: спрашивал мастеров, как стоит украсить дом или где разместить растение удачи в офисе.
Он тоже забыл об этом эпизоде, о котором ему напомнила сестра. Сейчас воспоминания вернулись, и в его душе также поселилось сомнение: значит, это Сусу уготовано быть знатной, богатой и знаменитой?
Но как это возможно?
http://tl.rulate.ru/book/90177/5098622
Готово:
Ох уж эти женские сумочки, чего в них только нет.