Прошло три месяца с тех пор, как Мариэлла встретила мужчину за рыбной лавкой Лоры.
За это время Мариэлла заботливо ухаживала за ним. Точнее будет сказать, что её деньги хорошо о нём заботились, но в любом случае, под её опекой отношения расцветали.
За три месяца они вели разнообразные беседы, укрепляя связь. Когда она работала в графском доме, переписывались письмами. Читать её письма ему и записывать его слова было поручено мальчику-посыльному Робину. Робин старался изо всех сил в роли купидона любви. И сегодня Робин принёс письмо.
— Хм.
Читая письмо, Мариэлла озабоченно вздохнула.
За три месяца было множество писем, но она не могла избавиться от ощущения, что он всё ещё держит перед ней стену. Казалось, мужчина затаился здесь, а при удобном случае собирается исчезнуть.
«Этого допустить нельзя».
Она вкладывала деньги и усилия не для того, чтобы заниматься благотворительностью, к которой душа не лежит.
У Мариэллы была цель.
Ясная и чёткая цель — стать любовницей этого мужчины.
«В такой момент нужно надавить».
Мариэлла решила разрушить стену между ними.
— Господин.
На четвёртый выходной она серьёзным голосом заговорила с ним.
— Как я говорила в прошлый раз, я могу уделять вам время только раз в месяц. Всё-таки посторонние смотрят.
— Я понимаю, барышня. Нельзя же препятствовать вашему замужеству.
— Прошу прощения за дерзость, но хочу кое-что спросить.
— Отвечу на всё, на что смогу.
— В день нашей встречи, почему вы бродили по рынку Рохенна в таком виде? Как вы потеряли зрение? Хочу узнать, какие обстоятельства привели к этому.
На поток её вопросов мужчина мягко улыбнулся. Улыбка с примесью смущения и горечи.
— Неудобный вопрос? Простите.
Мариэлла извинилась приглушённым голосом. Но выражение её лица совершенно не выглядело виноватым. Она с невозмутимым видом наблюдала за реакцией мужчины.
Мужчина молча опустил голову. Руки под столом нервно шевелились.
«Отступить?»
Пока она присматривалась к нему, мужчина положил что-то на стол.
Пуговица. Та самая, что была на его одежде при первой встрече.
— Это...
— ?
Мариэлла с недоумением посмотрела на мужчину.
— Продайте эту пуговицу в северных краях, в Нашантаре. Она из слоновой кости, так что её легко купят. Прошу прощения за большую просьбу, но хотелось бы, чтобы вы продали её от своего имени. Чтобы тот, кто меня ищет, легко нашёл след.
— Я...
Что я с этого получу?
Она чуть было не выдала свои истинные мысли. Откашлявшись, она быстро сменила тему.
— Что, если я невольно причиню вам вред?
— Вред всегда причиняю только я, барышня Мари. Об этом не беспокойтесь. Ничего не случится.
— Но...
— Доверьтесь мне. Я никогда не поручу вам ничего опасного или обременительного. Конечно, если это вас затруднит, можете отказаться.
Разговор снова пошёл не в ту сторону. Мариэлла решила, что пора изменить направление.
— А, нет! Это совсем не обременительно! Я сразу же на следующей неделе узнаю про корабль до Нашантары.
— Я слаб и жалок, постоянно создаю вам неудобства.
— Не говорите так. Не знаю, какая у вас история, но это же не ваша вина.
«Вот здесь надо поймать момент».
Мариэлла решительно схватила его руку. Через соединённые руки она почувствовала, как мужчина вздрогнул. Она крепче сжала его руку, притворяясь наивной барышней.
— Держитесь, господин Джей! Говорят же, что Бог посылает только те испытания, которые можно преодолеть. Вы обязательно справитесь с этим испытанием!
— Испытание...
Он прокатил это слово во рту. Затем улыбнулся глазами.
— Да, барышня Мари. С вашей помощью я быстро преодолею это испытание. Обещаю, что когда этот день настанет, расскажу вам всё.
— ...
Мариэлла обычно не верит людям на слово. Она верит только тем, кто находится в её власти.
Людям, которыми она управляет и манипулирует.
Мужчина ещё не был на её ладони. Он был мягок и нежен, но при этом умел чётко проводить границу. Как многие дворяне, определяющие женщину не своего круга лишь как «любовницу».
Этот стройный мужчина перед ней — всего лишь золотая курица, которая может вспорхнуть куда угодно. Нет причин ему доверять, нет на что опереться.
Но почему же?
В тот момент, когда он улыбнулся ей, Мариэлла подумала, что этот мужчина действительно сдержит слово.
* * *
Мариэлла тут же попросила у Мариан выходной, чтобы съездить в Нашантару. Разумеется, она не рассказала правду о господине Джее. Она была искусна во лжи и знала, как манипулировать людьми хитрыми речами.
— К двоюродной сестре?
— Да, двоюродная сестра при смерти. Хочу съездить, помочь хоть несколькими монетами.
Мариан недовольно скривилась на слова Мариэллы. Двоюродные родственники Мариэллы, боясь навлечь на себя беду, сбежали всей семьёй в Нашантару.
— Это тоже семья, о которой нужно заботиться?
— Родни и так мало осталось, что поделаешь.
Мариэлла ответила, не моргнув глазом.
Мариан поворчала, но в итоге дала особый выходной. Она была особенно чувствительна к словам «семья» и «кровные узы». Милосердие появилось после того, как в пятнадцать лет она потеряла мать от болезни.
Мариэлла поблагодарила, взяла пуговицу из слоновой кости, полученную от господина, и деньги на дорогу, и отправилась в Нашантару.
* * *
Она вернулась во владения Риденбурков поздним вечером, выполнив все поручения господина.
Топ, топ, топ.
На тёмной улице слышались только шаги Мариэллы. Она ёжилась от прохладного предрассветного ветра и продолжала идти вперёд.
Проходя мимо дороги, ведущей к охотничьим угодьям Рассан, она невольно обернулась, взглянув на лес, и замерла на месте. Где-то в лесу она увидела нечто вроде белого развевающегося плаща.
{«Хочешь увидеть, как твои дети болтаются, словно только что зарезанные поросята?»}
В её голове всплыл серебряный плащ, который любила носить графиня. Вместе с голосом, который яростно бросал эти слова её отцу.
Внезапно у Мариэллы перехватило дыхание.
Медленно поворачиваясь в сторону, она краем глаза увидела призрак покойной госпожи в её плаще, приближающийся к ней.
Она была бесстрашна настолько, что могла заставить побледнеть иного здорового мужика, но всё, что связано с той ночью, было исключением.
Топ, топ, топ, топ.
С побелевшим лицом Мариэлла огляделась по сторонам. Затем бросилась бежать вперёд.
Тук-тук-тук!
Не помнит, как добежала до того дома. Воспоминания обрывались кусками. Мариэлла отчаянно стучала в деревянную дверь, а затем бросилась ему в объятия.
— Барышня Мари?
Мужчина растерялся от неожиданных объятий этого тепла.
— ...Плащ, белый плащ...
Мариэлла продолжала бормотать бессвязно, сама не понимая, что говорит.
Дыхание снова перехватило. Казалось, кто-то сжимает ей горло. Она согнулась и извивалась, пытаясь хоть как-то вдохнуть. Но чем больше она старалась, тем сильнее становилось ощущение сдавленного горла.
Вдохнуть не получалось, выдохнуть тоже. Она схватилась за собственное горло и задыхалась. В этот момент...
— Тише.
Внезапно за спиной разлилось тёплое тепло. Мужчина нежно положил руку ей на спину.
— Попробуйте дышать медленно, барышня.
Он поднял её на ноги. Одной рукой он надёжно поддерживал талию Мариэллы, а другой ощупью коснулся её лица.
Он нежно обхватил её шею и большим пальцем приподнял подбородок, затем посмотрел на неё своими незрячими глазами с неточным фокусом.
— Медленно и спокойно.
Дыхание Мариэллы становилось всё более прерывистым, но он не терял самообладания.
— Тише...
Мужчина повторял одни и те же слова снова и снова. Он создавал спокойную и уютную атмосферу, чтобы она успокоилась и смогла дышать самостоятельно.
Наконец, когда Мариэлла последовала его примеру и стала дышать медленно и спокойно, мужчина тихо похлопал её по спине, словно говоря: «Хорошо постаралась».
— ...Простите, я оплошала.
Придя в себя, она извинилась перед мужчиной. На этот раз извинения были искренними. Её лицо покраснело до кончиков ушей.
Мужчина мягко улыбнулся и слегка покачал головой.
— Я сам бессчётное количество раз засыпал при зажжённых благовониях. Тогда служанки моей матери брали меня на руки и играли в слова до тех пор, пока я не засыпал. На самом деле это была даже не игра в слова. Без всяких правил, просто перечисляли слова. В основном говорили о том, что нам нравится. Плюшевый медведь, деревянный меч, духи матери и тому подобное.
Услышав это, Мариэлла невольно слегка улыбнулась.
— Это же воспоминания из детства.
— Я всё ещё ребёнок. Молод, слаб и труслив, поэтому даже сейчас вот так...
Длинные пальцы мужчины скользнули по линии её лица. От внезапного прикосновения она невольно затаила дыхание.
— Без вашего милосердия, барышня, не могу ничего сделать в этой жизни.
— ...
Глаза Мариэллы дрогнули.
«Беда».
Она должна была обольщать мужчину, а вместо этого он трогает её сердце.
Мужчина улыбнулся и убрал руку, которой обнимал Мариэллу.
— Я до сих пор люблю шоколад. А вы, барышня?
— ...Яблочный пирог с малиновым гарниром. Но не люблю, когда посыпают корицей.
— У вас интересная избирательность.
— Я люблю выбирать.
Вместо того чтобы придраться к словам, господин продолжил странную игру в слова, придуманную его няней.
— Люблю тушёную говядину, приготовленную с красным вином.
— Люблю молочный чай с мёдом.
— Я просто люблю мёд. Иногда ем его ложками вместо сладостей.
— До сих пор?
— До сих пор. Ведь я молод, слаб и труслив, барышня Мари.
Двое сидели на полу, укрывшись одеялом, и бесконечно обменивались тем, что им нравится.
— Хм, что ещё. Ах, люблю украшения из павлиньих перьев. Когда смотрю на них, кажется, что я невероятно важный человек.
— У вас весьма своеобразный вкус.
— Всё ещё не могу избавиться от того чувства семилетнего мальчика, который больше всего хотел заполучить отцовский меч.
— Хм, я...
Тема разговора перешла от еды к предметам роскоши. Слов, которые могла произнести Мариэлла, всего лишь служанка аристократов, становилось всё меньше. Она долго раздумывала. Тут в голове всплыло одно воспоминание.
Развевающаяся на ветру синяя ткань.
— Мне нравится грубая ткань. Не шёлк или кожа, а материал, из которого шьют одежду для служанок.
Мариэлла помнит платье матери.
— Своеобразно.
— Вспомнилась покойная няня, которая такое носила.
Мариэлла горько улыбнулась, чтобы господин не заподозрил её во лжи. Она подумала, что хорошо, что мужчина слеп.
http://tl.rulate.ru/book/89529/25958053
