Глава 49. Внезапное скорбное известие
Лу Чанъань положил ладонь на скорлупу яйца и смутно ощутил биение сердца и слабое движение внутри.
Он понял: черепаха сокровенной воды вошла в стадию инкубации.
С тех пор он каждый день вливал в черепашье яйцо немного магической силы вечной зелени, питая его энергией.
Каждый раз, когда он это делал, жизнь внутри скорлупы отзывалась ментальной волной привязанности и зависимости.
Лу Чанъань был уверен, что когда черепашонок вылупится, он признает в нём хозяина даже без заключения договора духовного питомца.
Два месяца спустя.
Раздался тихий треск — скорлупа лопнула.
Крошечная черепашка, меньше ладони младенца, умилительно и неуклюже пыталась выбраться наружу. Собрав все свои силы, она сначала высунула голову, а затем и всё тельце с лапками, наконец-то освободившись из яйца.
Выбравшись, черепашка испуганно заморгала своими наивными глазками и, нервно оглядевшись, тут же уставилась на Лу Чанъаня.
Ощутив знакомую ауру, она с нежностью подползла и потёрлась о его запястье.
Лу Чанъань раскрыл ладонь, и черепашка сокровенной воды взобралась на неё. Она заняла всего треть его ладони и, непрерывно тычась в неё и вдыхая знакомый запах, чуть не перевернулась, что выглядело невероятно мило.
Как только черепашонок вылупился, крыса земных скал в сумке для духовных питомцев Лу Чанъаня начала беспокойно метаться.
— Пи-пи!
Огромная крыса земных скал, выпущенная на волю, уставилась на черепашку на ладони Лу Чанъаня. В её крысиных глазках мелькнул холодный огонёк, и она оскалила зубы.
Маленькая черепашка испугалась и попыталась спрятаться в одежде Лу Чанъаня.
Лу Чанъань пнул крысу земных скал. Та взвизгнула от боли, тут же спрятав своё смертоносное намерение и скорчив обиженную мордочку.
— Отныне она тоже твоя хозяйка. Если посмеешь замыслить недоброе, отправлю тебя на арену для боёв зверей...
Предупредив крысу, Лу Чанъань убрал её в сумку для хранения.
Не говоря уже о разнице между средней и земной родословной, черепаху сокровенной воды он вынашивал и высиживал лично, вложив в неё всю душу. Крыса же была всего лишь трофеем, захваченным в бою. Естественно, они были несравнимы.
Лу Чанъань накормил черепашку духовной жидкостью и заодно осмотрел её. В нефритовом свитке, который дала ему Чжоу Цинсюань, содержалось подробное описание черепах сокровенной воды, включая их детёнышей.
Лу Чанъань сравнил — внешне всё в основном совпадало. Лишь узор на панцире немного отличался. У его черепашки он имел лёгкий оттенок древесных листьев, что было трудно заметить, если не приглядываться.
Детёныш был очень мал, и Лу Чанъань держал его в сумке для духовных питомцев, создав внутри влажную среду. Черепашка оказалась очень привязчивой, поэтому он каждый день доставал её, чтобы поиграть и передать немного магической силы вечной зелени.
Черепаха сокровенной воды обладала в основном атрибутом воды, но имела и частичный атрибут дерева. Та, что вырастил Лу Чанъань, уже через несколько дней после рождения научилась пускать светло-зелёные водяные пузыри со слабыми колебаниями магической силы.
***
Рынок в горах бамбуковых листьев.
Жизнь Лу Чанъаня текла по-прежнему, почти без изменений.
Хоть у него и появился питомец, черепаха сокровенной воды оказалась на удивление неприхотливой. Она не шумела и не доставляла хлопот. Ресурсов на неё уходило немного, гораздо меньше, чем на некоторых духовных зверей земного ранга. Единственным недостатком был медленный рост.
Незаметно пролетели год или два. С момента аукциона прошло уже пять лет. Лу Чанъаню исполнилось сорок три года.
Его культивация приблизилась к пику шестого уровня очищения ци, и до седьмого уровня оставалось всего пара лет. Выглядел он лет на двадцать, находясь в самом расцвете сил.
К этому времени черепашка выросла до размеров ладони взрослого человека, а испускаемые ею колебания магической силы достигли начальной стадии очищения ци.
Лу Чанъаню казалось — возможно, это была лишь иллюзия, — что его черепаха сокровенной воды растёт немного быстрее, чем было описано в нефритовом свитке.
***
Накормив черепаху, Лу Чанъань спустился на первый этаж лавки.
— Госпожа, вы вернулись?
Му Сююнь в длинном платье из бирюзового шёлка стояла у прилавка и проверяла талисманы.
Два года назад она достигла девятого уровня очищения ци и с тех пор часто отсутствовала в лавке. Было неясно, то ли у неё появились дела в семье, то ли она готовилась к возведению фундамента.
К счастью, дела в лавке шли стабильно — ни шатко ни валко, а двое учеников уже подросли. Му Шань и Му Эршунь стали мастерами талисманов первого ранга низшего качества, и их самые простые талисманы уже приносили прибыль. Му Шань, к тому же, хорошо ладила с людьми и фактически стала вторым управляющим.
— Чанъань, это письмо от духовного голубя, доставленное с почтовой станции рынка, — Му Сююнь, поправив причёску, с присущей ей грацией и мягкостью протянула письмо Лу Чанъаню.
На конверте стоял знак долины золотого облака — письмо было от Чжао Сыяо.
В мире культиваторов между крупными поселениями, такими как рынки, ордены и кланы, существовали почтовые станции для обмена письмами. Доставка духовным голубем считалась одной из самых быстрых.
Лу Чанъань особым способом снял с конверта защитный запрет и вскрыл его.
Несколько лет назад Чжао Сыяо отправилась в бессмертный город желтого дракона, расположенный рядом с горным хребтом черного тумана, и с тех пор они с Лу Чанъанем изредка переписывались.
Недавно она сообщила, что почти собрала все ресурсы для пилюли возведения основания и уже вернулась в долину золотого облака.
— Чанъань, что-то случилось? — с беспокойством взглянула на него Му Сююнь.
Лу Чанъань не дочитал и до середины, как его лицо резко изменилось, а брови сошлись на переносице. Он надолго замолчал с мрачным и серьёзным видом.
— Линь И... тяжело ранен и погиб?
Му Сююнь взяла у него письмо, и её прекрасное лицо побледнело, а тонкие пальцы дрогнули.
— Что?! Дядя Линь скончался?
Му Эршунь, трудившийся неподалёку, услышал их разговор и потрясённо вскрикнул.
Линь И был другом его отца. За двадцать лет он много раз навещал семью Му, приезжал и на рынок во время аукциона. Последний раз они виделись пять лет назад. Тогда дядя Линь ещё велел своему гордому сыну Линь Лу почаще общаться с Му Эршунем. И вот сегодня пришла такая страшная весть.
Му Сююнь отложила письмо и тихо спросила:
— Чанъань, ты поедешь?
— Да, — кивнул Лу Чанъань. Всё-таки они дружили больше двадцати лет.
Будучи мастером талисманов, он часто вёл дела с павильоном скрытых бессмертных Линь И, и писем от него у него скопился целый ящик. Чжао Сыяо уже была на пути в область Хэншуй.
Что касается причины смерти Линь И, в письме говорилось, что он во главе культиваторов из павильона скрытых бессмертных помогал ученикам долины золотого облака в облаве на разыскиваемого злого культиватора. Операция казалась верной, но они попали в засаду. В итоге, хоть злых культиваторов и удалось отбросить, Линь И получил смертельные ранения. Его доставили в область Хэншуй уже мёртвым.
***
Лу Чанъань и Му Сююнь вместе отправились в путь на её летающем корабле.
За последние десять лет Лу Чанъань впервые покинул рынок.
— Ого! Солнце, что, с запада взошло? Этот Мастер талисманов «Черепаха» наконец-то вышел?
Знакомые культиваторы на рынке, увидев уходящего Лу Чанъаня, удивлённо цокали языками.
В наши дни окрестности горы бамбукового листа были в целом спокойны, а немногочисленные разбойники не представляли серьёзной угрозы. О злонравном летающем ястребе ходили лишь слухи, но самого его давно никто не видел.
Да даже если бы он и появился, Лу Чанъань, с его искусством закалки тела и крысой земных скал на пике первого ранга, был уверен, что справится, даже не прибегая к своим главным козырям — талисманам. К тому же, рядом с ним была Му Сююнь, культиватор девятого уровня очищения ци.
Летающий корабль мчался быстро, и меньше чем через день они достигли резиденции семьи Му у озера нефритовой луны.
Он не был здесь десять лет. Глядя на сверкающее, словно нефрит, озеро, Лу Чанъань ощутил укол ностальгии. Поместье нефритовой луны и окружающие его духовные поля и аптекарские сады заметно изменились. Культиваторов в семье стало больше, появилось много молодых лиц.
Летающий корабль приземлился во дворе Ли Эргоу.
— Линь И умер? Молодой маркиз мёртв?
Услышав скорбную весть, Ли Эргоу застыл на месте, а кожа на его круглом лице дрогнула.
Возможно, в его памяти Линь И навсегда остался тем самым молодым маркизом двадцатилетней давности — властным и внушающим трепет аристократом.
Лу Чанъань и Ли Эргоу договорились отправиться в область Хэншуй, чтобы почтить память усопшего.
— Чанъань, я поеду с тобой, — тихо сказала Му Сююнь.
— Не нужно, — покачал головой Лу Чанъань. — Ты теперь занимаешь высокое положение в семье Му, у тебя есть важные дела.
Он знал, что Му Сююнь очень занята: она разрывалась между семьёй и лавкой, да ещё и готовилась к возведению фундамента. К тому же, она едва ли была знакома с Линь И.
Взгляд Му Сююнь на мгновение потемнел. Она тихо вздохнула:
— Тогда я одолжу тебе летающий корабль.
***
Несколько дней спустя летающий корабль прибыл в долину, расположенную в сотне ли к югу от города Хэншуй.
Здесь находилась база павильона скрытых бессмертных, укрытая иллюзорной формацией. Линь И перед смертью завещал похоронить себя здесь.
Спустившись в долину, Лу Чанъань увидел пятерых или шестерых культиваторов, сидевших в одном из её уголков, где виднелась гробница с надгробием.
Чжао Сыяо, вся в белом, сидела рядом с юношей со смуглой кожей и помахала им рукой.
— Дядя Лу, дядя Ли.
Линь Лу стоял на коленях перед могильной плитой. Его глаза налились кровью, а лицо было измождённым и скорбным.
Ли Эргоу застыл, глядя на имя, высеченное на камне. Внезапно его самообладание рухнуло, и он зарыдал в голос. От этого и стоявший рядом Линь Лу тоже зашмыгал носом.
Лу Чанъань был немного удивлён. Хотя Ли Эргоу и Линь И знали друг друга давно, их дружба не была особенно крепкой. В начале знакомства Линь И смотрел на Ли Эргоу свысока, а тот боялся молодого маркиза. Позже они стали друзьями, забыв старые обиды, и могли говорить обо всём на свете.
Чжао Сыяо и несколько других культиваторов подошли, чтобы успокоить Ли Эргоу.
— Старший брат, — утирая слёзы, проговорил Ли Эргоу, — Линь И был умнее меня, хитрее, он в одиночку создал целую фракцию культиваторов, блистал какое-то время. Мне до него далеко!
— Этот путь культивации так долог... насколько дальше него мы сможем пройти? А потом мы один за другим...
Смерть Линь И нанесла тяжёлый удар по сердцу дао Ли Эргоу. Линь И был первым, но далеко не последним! Будущее казалось беспросветной тьмой.
Это пессимистичное настроение передалось даже Чжао Сыяо и остальным, и на какое-то время воцарилась гнетущая тишина.
Лу Чанъань зажёг палочку благовоний и поклонился надгробию. Затем он нарушил молчание:
— Ты прав. Мы не видим конца бессмертного пути, и на каждом шагу можем сорваться в пропасть и погибнуть. Но с каждым новым шагом мы видим невиданные доселе пейзажи, и это делает нашу бессмертную судьбу в этой жизни не напрасной. Не получится в этой жизни — есть следующая!
— Я не стремлюсь к вечности Великого Дао, лишь желаю, чтобы путь бессмертия был вечнозелёным.
(Конец главы 49)
http://tl.rulate.ru/book/89256/8063786
Готово:
