нс
Суть заклинателя – в духе, источнике и заклятиях.
Сила духа определяет мощь заклятий, умение их контролировать и, в конечном счете, ранг самого заклинателя.
Слабый дух быстро истощается от напряжения, и после череды мощных заклинаний заклинатель падает от усталости.
А вот сильный и стойкий дух позволяет даже после самых энергозатратных чар сохранять бдительность и ясность ума.
С источником все проще – это запас маны. Его объем определяет, сколько раз ты сможешь сотворить заклинание.
Заклинатель без маны – все равно что ягненок на заклание.
На этот раз Гунэ получил от наставника трактат "Источник Сайберна", который должен был еще больше расширить его резерв.
И наконец, сами заклятия. Их мощь зависит от ранга и уровня.
Чем выше ранг и чем больше слогов в заклинании, тем оно, как правило, сильнее.
Что до духа, то благодаря постоянной тренировке в Системе авто–прокачки с помощью того поврежденного сверхъестественного трактата, дух Гунэ стал невероятно силен.
Именно это и позволило ему, простому ученику, создать целых четыре Руны тайного перехода.
Три заклинания, которыми владел Гунэ, тоже достигли весьма высокого уровня благодаря системе.
Сверхъестественное заклинание начального ранга "Кольцевая бомбардировка" – пятый уровень.
Обычное заклинание "Огненная стрела" – четвертый уровень.
Обычное заклинание "Электрическая дуга" – четвертый уровень.
Для заклинателя повышение уровня заклинания – это долгий и кропотливый труд: нужно постоянно практиковаться, осмысливать, прочувствовать и даже вносить в него небольшие изменения, подстраивая под себя.
На это уходят годы, и каждый новый уровень – результат многолетнего труда.
А Гунэ получал опыт каждые десять секунд.
Такая эффективная авто–прокачка, не требующая никаких затрат, позволила ему поднять уровень заклинаний до невероятных высот.
Каждый новый уровень – это качественный скачок, небольшая трансформация, усиливающая мощь заклятия. Неудивительно, что его заклинания четвертого, а тем более пятого уровня, были чудовищно сильны.
Именно поэтому Гунэ и отважился отправиться с товарищами вглубь Сверхъестественных пустошей.
… …
Медленно сгущались сумерки.
В подпольной алхимической лаборатории Гунэ, закончив смешивать зелья, с облегчением выдохнул.
Дальше за дело брались Бейли и Хоук – двое учеников–аптекарей. Розлив по флаконам, запечатывание, отправка на склад – все это было на них.
Бейли и Хоук, ровесники Гунэ, работали быстро и умело. Оба были одаренными учениками, и если бы они приложили достаточно усилий к изучению тайных заклятий, то в будущем вполне могли бы стать настоящими аптекарями.
Пока они убирали готовые зелья, Гунэ уже успел восстановить силы. Он уже несколько дней практиковал в авто–прокачке "Дыхание благочестивого рыцаря" и отчетливо чувствовал, как его тело становится крепче. Выносливость и скорость восстановления сил заметно выросли по сравнению с обычной рыцарской техникой дыхания, которой он пользовался раньше.
Закончив с зельями, Бейли и Хоук не ушли, а подошли к Гунэ.
– Господин Гунэ.
Оба относились к нему с большим уважением. Они знали, что этот юноша, их ровесник, – настоящий гений аптекарского дела, чьего мастерства им, вероятно, не достичь за всю жизнь.
– У меня в последнее время возникли некоторые трудности с приготовлением зелий, – осторожно начал Хоук.
– Какие?
Для Гунэ вопросы учеников были сущими пустяками, и он с легкостью все им объяснил.
Через десять минут они ушли, полностью удовлетворенные ответами.
"Очень способные, быстро учатся. Надо признать, у Старины Коэна глаз – алмаз", – подумал Гунэ. – "Впрочем, он и сам, должно быть, сверхъестественный. Иначе как бы ему удавалось находить столько одаренных детей? Взять хотя бы меня… вернее, моего предшественника. Старина Коэн нашел его среди бездомных сирот".
Из ранних воспоминаний у Гунэ остались лишь голод, холод и побои. Так было, пока его не приютил Старина Коэн.
"Но по нему и не скажешь, что он сверхъестественный", – размышлял Гунэ, когда на лестнице послышались шаги.
– Хм?
Он посмотрел в сторону входа.
"Шаги тяжелые и легкие. Кто–то пришел?"
Вскоре в лабораторию спустился Старина Коэн – седовласый, в черном длинном плаще и шляпе–котелке. За ним, прячась, следовала девочка лет одиннадцати–двенадцати в грязной, рваной одежде и со спутанными волосами.
Ее лицо было измазано сажей – то ли нарочно, то ли так вышло.
"Приютил? Или что–то другое?" – Гунэ сощурился, но благоразумно промолчал. Он знал свое место и в дела Старины Коэна не лез.
– С сегодняшнего дня она твоя сестра. Я уже все устроил, она будет учиться в Академии сверхъестественных Сугэ.
"Приемная… сестра?" – сердце Гунэ дрогнуло.
– Я понял. До моего выпуска ее никто не тронет, – сказал он. По робкому виду девочки Гунэ сразу понял, что в академии ей придется несладко.
В конце концов, Академия сверхъестественных Сугэ – это не детский сад. Там правили сила и власть. Сломанные ноги и ребра в потасовках были обычным делом. Случалось и кое–что похуже: некоторых девочек силой утаскивали в рощу за академией.
– Она собирается на факультет Тени, – добавил Старина Коэн своим скрипучим голосом. – Если будет время, помоги ей там.
– Факультет Тени?
Гунэ удивленно приподнял бровь и с усмешкой посмотрел на девочку. Та, как он и ожидал, тут же юркнула в тень Старины Коэна, скрываясь от его взгляда.
– Я за ней присмотрю. Если кто–то посмеет ее обидеть, он получит по заслугам, – кивнул Гунэ.
– Как тебя зовут? – подойдя ближе, спросил он, заглядывая девочке в лицо.
Деваться было некуда. Девочка заметно нервничала, крепко вцепившись в черный плащ старика. Ее большие глаза с опаской и страхом смотрели на Гунэ.
Наконец она набралась смелости.
– Мелисса… Лоуренс.
– Мелисса Лоуренс. Хорошее имя, – кивнул Гунэ, а затем, слегка прищурившись, мягко спросил:
– Ты меня боишься?
– Да! – робко кивнула девочка.
– Ты… очень страшный! – она была готова расплакаться.
"Какое сильное… сверхчутье!" – мысленно присвистнул Гунэ.
Сверхчутье!
Это было нечто вроде интуитивного, иррационального восприятия. Оно позволяло предчувствовать опасность, неведомый ужас, ощущать чужую злобу или пристальный взгляд.
Хороший Адепт тени мог и не быть самым сильным, но сверхчутье у него должно было быть отменным.
– Ладно, не пугай ее, – скрипучим голосом сказал Старина Коэн. – Она тоже будет ученицей–аптекарем.
– Понял.
Вскоре Старина Коэн и Мелисса ушли по другой каменной лестнице.
Гунэ, проводив их взглядом, задумался, а потом тихо усмехнулся.
Старина Коэн приютил многих. Гунэ помнил, что до него старик взял под опеку как минимум пятерых сирот. Правда, когда те вырастали, он их куда–то отправлял.
Гунэ казалось, что Старина Коэн был кем–то вроде "охотника за талантами": находил одаренных детей и обучал их.
Куда он их потом устраивал, Гунэ не знал. Но скоро должен был узнать – до его собственного выпуска оставалось чуть больше трех месяцев.
"Дела закончены. Пора опробовать мой новый сверхъестественный трактат, „Источник Сайберна“", – решил Гунэ. – "Наставник Олоф знает, что мое тело крепче, чем у обычного заклинателя. Но он и понятия не имеет, насколько оно крепче. Оно просто чудовищно сильное. „Источник Сайберна“… не могу дождаться!"
http://tl.rulate.ru/book/88922/8707492
Готово:
