Глава 284.
Посреди двух армий началось настоящее сражение. Пронзительные крики, безумная резня и пылающие сигнальные огни разжигали гнев в сердцах воинов, и битва становилась всё яростнее. Бесчисленные люди боролись за свою жизнь в кровавом океане, где руки падали, как скошенные травы, а головы катились, словно травинки на ветру, образуя кровавую степь, бушующую под вихрями войны.
Чен Сюнь, держа в руках два своих топора, сидел верхом на Черныше, пробиваясь сквозь врагов, словно через пустое пространство, совершая один сокрушительный рывок за другим, семь раз врываясь в ряды врага и семь раз выходя из них победителем!
Сотни тысяч солдат сражались, и поле боя превратилось в настоящую мясорубку. Гул копыт, громкие крики, кровь, что лилась рекой...
Седые волосы матерей, томительные взоры женщин, ночные крики детей и прощания под сенью деревьев на родине. Ярость генералов, взгляды, полные ненависти, брошенные щиты и развевающиеся знамена. Всё это исчезало в клубах пыли, растворяясь в безжалостных вихрях войны.
Чен Сюнь и Черныш сражались за свою страну, и их мужество не осталось незамеченным. Их неустрашимый вид превратил их в настоящих героев поля боя. Однако им не суждено было достичь вершин славы: не стать генералом, не жениться на принцессе. У них не было связей или путей для продвижения. Даже их военные заслуги были присвоены другими.
Чен Сюнь так и остался рядовым солдатом, но его избавили от ссылки на крайний север, что уже само по себе было хорошим исходом.
Война длилась три года, их страна одержала победу, генералам пели хвалебные гимны, народ праздновал, а правительство объявило амнистию.
Чен Сюнь и Черныш, вернувшись на границу, теперь смиренно занимались сбором тел, погребённых под горами белых костей.
Они снова обрели свободу, став простыми людьми, и, «найдя» на поле боя немало ценностей, накопили небольшое состояние.
Чен Сюню было уже за тридцать, и он отрастил небольшую чёрную бородку. Его вид, закалённый сражениями, внушал уважение, а его уверенность и мужество стали его отличительной чертой.
Они странствовали по разным городам, пока не оказались в новом месте, где решили открыть небольшой торговый ларёк, избегая любых противозаконных дел, чтобы не попасть под правосудие Небесного старейшины.
Ночью, на западной стороне города, в их закусочной «Ароматные закуски Сюня» было оживлённо.
Чен Сюнь громко смеялся, готовя еду на огне, а вокруг него выстраивалась очередь из голодных посетителей.
«Черныш, быстрее раздавай мелочь клиентам! Не задерживай их!» — крикнул Чен Сюнь.
«Муу-муу!» — Черныш, весь в поту, с огромной концентрацией пересчитывал медные монеты. Некоторые прохожие насмехались над ним, но Чен Сюнь быстро пресёк их насмешки строгим голосом, и никто больше не осмеливался возражать.
Прошло ещё два года.
Они накопили неплохую сумму, и однажды вечером решили как следует отпраздновать, устроив пир в местной таверне. Их ночной ларёк закрылся, и вскоре Чен Сюнь открыл новый бизнес — магазин одежды.
Черныш всё так же собирал деньги, каждый день вместе с Чен Сюнем подсчитывая доходы. Всё это было нелегко, но дела шли хорошо, и они зарабатывали значительно больше, чем раньше.
Чен Сюнь был настолько воодушевлён успехами, что сказал: «Когда-нибудь мы купим участок земли и построим большой дом, где будем доживать старость!»
Черныш верил ему безоговорочно. Чен Сюнь был по-настоящему умён, и его планы всегда казались гениальными.
Так прошло ещё пять лет, но...
Судьба оказалась жестокой. Началась великая война в мире культивации, бессмертные вмешались в сражения, и их город вскоре оказался на грани разрушения. Смерть была повсюду.
Чен Сюнь и Черныш, вместе с другими жителями, в панике бросились бежать, оставив всё нажитое имущество. Бессмертные, паря в воздухе, размахивали своим невероятным могуществом, против которого смертные были бессильны.
Во время бегства.
«Черныш, беги! Это битва бессмертных!» — кричал Чен Сюнь, таща за собой Черныша, спасаясь в страхе.
«Муу-муу~» — отозвался Черныш, перепуганный не меньше.
Все мечты и планы разбились в прах. Никто из бессмертных не обращал внимания на таких, как они — простых смертных. Тем, кто правит миром сверху, неведомо, что их случайный удар может разрушить чужие жизни, уничтожив чьи-то надежды и будущее.
Прошел год с начала их побега. Лицо Чен Сюня, измождённое ветрами и лишениями, казалось старше и измученнее, волосы спутались, а запасы подошли к концу. Единственное, что у них осталось, — это немного вяленого мяса, которое он вытащил из своего скромного мешка.
«Черныш, ешь первым», — сказал он, протягивая кусок своему верному спутнику.
Черныш потерся о руку Чен Сюня, и в его глазах всё ещё блестело довольство. Несмотря на все трудности, они не потерялись друг для друга и продолжали идти вместе. Черныш откусил половину мяса и передал оставшуюся часть Чен Сюню. Тот, не колеблясь, начал есть. Они сидели на небольшом холме, обменялись взглядами и, не удержавшись, рассмеялись.
Какие бы испытания ни выпадали на его долю, Чен Сюнь всегда оставался оптимистом, никогда не теряя веры в лучшее.
«Муу-муу~~» — радостно фыркнул Черныш. Он по-прежнему был крепок и мог бы вернуться на ферму, чтобы начать жизнь заново.
«Черныш, пойдём, вернёмся в нашу деревню!» — решительно сказал Чен Сюнь, вставая и обняв своего верного друга.
«Муу!» — отозвался Черныш, и они двинулись навстречу закату, их тени становились всё длиннее и длиннее...
Поздний вечер. Ветер мягко колыхал одежду Чен Сюня, который уверенно шагал вперёд, осанка его была горделива и свободна.
Спустя некоторое время они вернулись в свою деревню. Старики смотрели на них с удивлением: «Как это Чен Сюнь, ушедший так давно зарабатывать на жизнь, вернулся, и при этом с пустыми руками?»
Чен Сюнь и Черныш, чувствуя себя неловко, раздали старикам по пути собранные дикие клубни, признавая, что их путешествие не принесло им успеха.
Они построили хижину под старым деревом журавля, и Чен Сюнь начал учить местных детей боевым искусствам. Самым смышлёным из них оказался мальчик по имени Сяохэй, ставший его первым учеником. И Чен Сюнь, и Черныш возлагали на него большие надежды.
Время шло. В деревне молодёжь начала уважительно называть Чен Сюня «Учитель Чен», ведь его топоры кружились в воздухе с невероятной силой.
Черныш всё так же был полон сил, каждый день он пахал поля, и ни у кого в деревне не возникало сомнений в его долголетии — казалось, что для всех это было чем-то естественным.
Сам Черныш тоже не задумывался об этом. Он считал, что так должно быть, ведь главное для него — оставаться рядом с Чен Сюнем.
Годы не оставили следа на Черныше, но на лице Чен Сюня появлялось всё больше морщин. Он постарел...
Черныш взял на себя все тяжёлые работы по дому, чтобы Чен Сюнь не надрывался, веря, что если защитить его от лишних нагрузок, тот сможет жить вечно.
В глазах Черныша не было сомнений. Он верил, что люди умирают только от ран или болезней, а Чен Сюнь никогда не болел.
Но с каждым днём Чен Сюнь становился всё слабее, его тело сутулилось, и передвигаться ему стало труднее. В его глазах всё чаще отражались воспоминания, и он молчаливее наблюдал за жизнью вокруг.
Черныш каждый день уходил в горы на поиски лечебных трав, сражаясь с дикими зверями. Однажды он даже сломал один из своих рогов.
Прошло ещё пять лет.
Сегодня было холодно. В воздухе не ощущалось ни капли тепла.
Ш-ш-ш...
Старое дерево журавля, под которым стояла их хижина, теряло свои жёлтые листья, навевая чувство тлена и одиночества.
Чен Сюнь был на пороге смерти. Его лицо, покрытое глубокими морщинами, больше не отражало ту юношескую силу и живость, что когда-то. Он лежал на своём ложе, уже почти не в силах пошевелиться.
Когда Черныш вернулся с гор, увидев состояние Чен Сюня, травы, которые он нёс в пасти, упали на землю. Звук их падения был почти беззвучен, но казалось, что сама земля содрогнулась.
Чен Сюнь взглянул на него с тёплой улыбкой и, закашлявшись, хрипло произнёс: «Черныш... Жизнь и смерть — это естественный порядок вещей. Я не смогу идти с тобой дальше».
«Муу... Муу...» — глаза Черныша дрожали, он тяжело дышал, делая шаг за шагом к ложу Чен Сюня. В его взгляде читалась паника, он не знал, что делать.
Чен Сюнь ласково погладил голову Черныша и достал с подноса последний кусочек вяленого мяса — это был его последний подарок верному другу.
С слабой, но всё той же доброй улыбкой, он прошептал: «Черныш... ты ешь первым».
Черныш застыл, его тело дрожало. Это был первый раз, когда он отказался слушаться Чен Сюня, не в силах принять еду.
Его глаза налились кровью, и, внезапно вскрикнув, Черныш бросился вон из хижины, не обращая внимания на призывы Чен Сюня вернуться.
http://tl.rulate.ru/book/84157/4839458
loumay (автор/переводчик/редактор/формирование ядра)
2 февраля 2025 в 00:31
0
Готово:
