Полуденный пир проходил во дворе, а вечером должен был состояться главный банкет.
Сто столов с непрерывной сменой блюд. Прочие гости могли садиться за стол только после того, как рассядутся знатные родственники.
Со стороны герцога Цзиня невесту сопровождали второй дядя и вторая тетя Симень Сяоюэ, а также несколько молодых людей из их рода. Поскольку во время церемонии поклонения родственники невесты не могли присутствовать, они не знали о том, что произошло в главном зале. Они лишь чувствовали, что все затянулось, а к еде так и не приступили. Ведь сопровождающие невесту могли уехать только после того, как выпьют вина. Пока вино не выпито, уезжать нельзя.
Большинство сопровождающих даже не завтракали. Вошли в дом в полдень, а уже близился час Шэнь (15:00-17:00), а они все еще не пообедали. Люди изголодались так, что живот прилип к спине, но поскольку наследный принц и Мужун Цзе еще не вышли, торопить было неловко.
Наконец-то дождавшись начала пира, они даже забыли спросить Симень Сяоюэ и сразу же сели за стол.
Симень Сяоюэ уже не хотела идти приветствовать гостей вином. Хотя сваха настойчиво говорила, что нужно идти, она сослалась на головную боль. Канцлер Ся, зная о ее плохом настроении, сказал:
- Если тебе нездоровится, можешь не идти приветствовать гостей. Спокойно сиди, поешь и иди отдыхать. Я сам всех поприветствую.
Симень Сяоюэ была благодарна за его заботу, но гнев в ее сердце не утихал. Она лишь небрежно ответила:
- Хорошо, спасибо канцлеру за беспокойство.
Канцлер Ся взял ее руку под столом и тепло улыбнулся:
- Отныне мы муж и жена. Твои дела для меня важнее всего.
Симень Сяоюэ была немного тронута, посмотрела на него и сказала:
- Канцлер, хоть мне и нездоровится, но приветствие гостей вином – это обычай. Если я не пойду, боюсь, это будет невежливо. Лучше сначала поприветствуем гостей.
Мужун Цзе сидел вместе с другими знатными родственниками. Естественно, среди императорской родни и знати не обошлось без обмена любезностями. Мужун Цзе выпил подряд несколько чарок, прежде чем остановиться и заговорить с кем-то, что тоже было довольно невежливо.
Во время приветствия вином, по обычаю, жених и невеста должны были приветствовать гостей и получать красные конверты. Но кто бы мог подумать, что эти сановники поведут своих дочерей приветствовать вином Мужун Цзе.
И не только это, они еще и принесли с собой вино. Хотя это были всего лишь жбаны по пять-десять цзиней, но, сложенные вместе, они образовали гору из более чем двадцати жбанов.
Это вино они принесли не для того, чтобы пить сейчас, а чтобы подарить Мужун Цзе.
Все знали, что Мужун Цзе никогда не принимал подарков, кроме хорошего вина.
То, что он любит хорошее вино, знали все в столице.
Мужун Цзе смотрел на эти винные жбаны, и его глаза светились, словно он увидел самую прекрасную вещь на свете.
Сейчас все еще почти не пили, а он уже опрокинул несколько чарок. Когда сановники приносили вино, он был очень любезен, без умолку болтал с ними. Когда ему представляли дочерей, он тоже серьезно их разглядывал, то хваля их красоту, то отмечая их кроткий нрав. Его улыбка была такой широкой, что, казалось, доходила до ушей.
Цзыань издалека наблюдала за этим, и ее разбирала досада. Еще говорил, что если кто-то будет к нему приставать, она должна прийти на помощь. Судя по его улыбке, он наслаждался ситуацией, какая уж тут помощь? Чэнь Люлю все это время была рассеянной, Сяо То так и не появился. К счастью, еда и вино были неплохими, и она ела с большим аппетитом. Увидев, что Цзыань не в духе, она спросила:
- Ты чем-то недовольна?
Цзыань покачала головой:
- Очень довольна.
- Довольна, так почему не ешь? Еда такая хорошая! – Семья Чэнь всегда была экономной, только на Новый год и другие праздники у них бывал такой обильный стол. Конечно, и в обычные дни еда была неплохой, просто не такой роскошной.
Она подняла голову и увидела, что сидевшая за тем же столом Ся Ваньэр неотрывно смотрит на Цзыань. Ей это не понравилось.
- Говорю тебе, девушка, ешь нормально, что ты все время на Цзыань пялишься? Она что, жирная утиная ножка?
Ся Ваньэр с досадой отвела взгляд. Она старалась не связываться с Чэнь Люлю, потому что никогда не знаешь, какие гадости вылетят из ее рта.
Поскольку вечером должен был состояться главный банкет, полуденные блюда, хоть и были изысканными, далеко уступали вечерней роскоши. Во время обеда уже раздали меню на вечер, чтобы удержать гостей.
После обеда в резиденцию должен был прибыть театральный коллектив, чтобы поздравить канцлера с новой женитьбой. Замужние дамы больше всего любили смотреть представления. Поев, они гурьбой устремились в сад, где была установлена сцена.
После того как столы убрали, невеста удалилась в свои покои. Родственники со стороны невесты, естественно, должны были последовать за ней, чтобы дать несколько наставлений.
Симень Сяоюэ рассказала своему второму дяде и тете о том, что произошло в главном зале. Услышав это, люди со стороны герцога Цзиня пришли в ярость. Второй дядя Симэнь холодно сказал:
- Если отец узнает об этом, он непременно умрет от злости. Если госпожу Юань пожалуют титулом сяньчжу, она сможет тебя подавлять, да еще и половина резиденции канцлера будет принадлежать ей. Это же просто смешно! Половина резиденции сановника будет принадлежать ей? Если это станет известно, люди просто обхохочутся.
- О той Ся Цзыань я уже наслышана, – холодно сказала вторая тетушка Симень Сяоюэ, госпожа Лян. – Не ожидала, что она настолько коварна. Если не показать ей кузькину мать, она так и будет думать, что над родом герцогов Цзинь можно издеваться!
Симень Сяоюэ, вспоминая надменное лицо Ся Цзыань, кипела от злости. Явно же она сама не хотела кланяться, но притворилась, будто ничего не понимает, и с порога сунула ей красный конверт.
Вспомнив о красном конверте, она только сейчас поняла, что сунула его в рукав. Вытащила и бросила на пол:
- Это ее красный конверт для меня.
Госпожа Лян топнула ногой:
- Моя глупая девочка! Она дала тебе красный конверт, а ты должна была бросить его ей в лицо, а не брать!
Симень Сяоюэ гневно сказала:
- Я и не хотела брать, но регент приказал, что я могла поделать? К тому же, столько глаз на меня смотрело, я не могла просто так бросить его обратно.
Госпожа Лян со скрежетом зубов сказала:
- Эта резиденция канцлера слишком уж издевается! Сначала согласились на наши условия, а теперь позволили Ся Цзыань устроить беспорядок.
- Это не связано с резиденцией канцлера, – Симень Сяоюэ инстинктивно заступилась за резиденцию. – Эта Ся Цзыань сначала притворилась, что согласна, а потом начала скандалить. Это не первый раз, когда она так поступает. Раньше, во время расторжения помолвки и на дне рождения старой госпожи, она уже устраивала скандалы. Просто не ожидала, что она посмеет тронуть меня.
- Пока сегодня много народу, нужно преподать ей урок, – сказала госпожа Лян.
Второй дядя Симэнь покачал головой:
- Сегодня пока не стоит действовать опрометчиво. В конце концов, регент и князь Ли находятся в резиденции. Судя по словам Сяоюэ, они оба защищают Ся Цзыань.
Глаза госпожи Лян сверкнули, в ее сердце уже созрел план.
- А кто тебе говорит действовать открыто?
Симень Сяоюэ хотела было отговорить госпожу Лян от поспешных действий, но, вспомнив отвратительное лицо Ся Цзыань, подумала, что если вторая тетушка преподаст ей урок, это поможет ей выпустить пар.
К тому же, вторая тетушка всегда была в поместье властной и зловредной, никто не осмеливался ей перечить. Если она ничего не предпринимала, то ничего, но если уж бралась за дело, Ся Цзыань непременно пострадает.
Подумав об этом, она напутствовала госпожу Лян:
- Тетушка, будьте осторожны, не дайте себя поймать за руку. С этой Ся Цзыань нелегко справиться.
- Со мной тоже нелегко справиться, – холодно блеснули глаза госпожи Лян, и она со скрежетом зубов произнесла.
То, что Ся Цзыань обидела Симень Сяоюэ, ее не волновало. Но то, что она посмела пренебречь всем родом герцогов Цзинь, – это уже было серьезным проступком. Если сегодня хорошенько ее не проучить, останется ли у рода герцогов Цзинь хоть какое-то достоинство перед всеми?
http://tl.rulate.ru/book/81867/7622749
Готово:
