Резар наблюдал, как Кицунэ оставался на земле с опущенной головой. Он чувствовал унижение своих людей, когда в воздухе, казалось, повисли их недовольные рычания. Но Резар видел нечто иное. Возможно, не в буквальном смысле, но он ощущал тяжесть ответственности и груз ожиданий на плечах Кицунэ, не меньший, чем на своих собственных, а в чем-то даже больший. Ведь эти ожидания Резар возложил на себя сам. Разумом он должен был принять это, но ярость и боль в его сердце почти душили его, зля, что Кицунэ вообще считает себя достойным служить ему.
"Говори да".
Резар нахмурился от замешательства, когда из толпы вышла Ленор. Она выглядела немного бледной, хотя он не мог точно сказать, что с ней не так, но тут он вспомнил. Помимо него, с Ниемой больше всего времени проводила Ленор. Разумеется, Резар не знал, насколько серьезны их отношения, но они вместе обучали нежить в подземелье.
"Почему?" - спросил ее Резар, и его голос прозвучал хрипло и слабее, чем он хотел бы.
"Кицунэ посвятил себя и все последующие поколения твоему служению. Ты можешь не знать, но кланы Кицунэ славятся хитростью, острым умом, мастерской стратегией в битвах, и, превыше всего, Мастер Резар... их честь безупречна, незапятнанна, и является самой непоколебимой во всем Элизиуме. Прости, если покажется, что я переступаю границы, но я считаю, только глупец отвергнет предложенную ему власть во имя эмоций, которые даже он сам не до конца понимает.
Нимы больше нет, и она не вернется. Ничего из того, что ты сделаешь, не изменит этого. Однако так много всего можно сделать, если у тебя на службе будет Кицунэ. Он никогда не предаст тебя, ни за что на свете. А если ты ему не доверяешь, то можешь сделать его своим рабом и держать при себе. Но он поклялся в верности тебе и твоей родословной, и его дети и их дети будут хранить эту клятву до самого конца Элизиума.
Ты король, Резар. Королю нужна королевская гвардия, группа преданных людей, готовых отдать жизнь за него и его дело. Кого-то, кто будет по-настоящему прикрывать его спину. Будь реалистом, ты не можешь никому здесь доверять, даже после того, как дал им свободу. И если ты так сильно хочешь наказать его за то, в чем он не виноват, прими его клятву, которая свяжет его с тобой.
Если ты не знал, он глава клана Хонока. Все Кицунэ нуждаются в его руководстве и лидерстве, но, поклявшись тебе, он отказался от всего этого. Он оставил семью, друзей, свою любовь, все, чтобы искупить вину за их упущения в борьбе с НПС. Я повторю, только глупец откажется от власти, а ты опустишься ниже достоинства короля, если позволишь утрате помешать тебе расти дальше. Так что, Король Скелетов! Ты глупец или КОРОЛЬ?!"
Ее слова громом и молнией разрывали ему уши, от ярости, стыда и гнева у него играли желваки. Его злило, что можно подвергнуть сомнению его верховную власть, но в то же время в голове у него звучал голос, убеждавший его, что злиться по-детски. Король никогда не должен сердиться на правду, он должен учиться на ней и развиваться. Он повернулся, чтобы посмотреть на Ленор. Волосы закрывали ему лицо, а глаза по-прежнему были затуманены.
"Ленор, приведи его в порядок. Остальные Кицунэ могут стать частью деревни, если признают мою власть и будут следовать моим правилам. В Некроне нет ни глав кланов, ни кланов, они есть то, чем я приказываю им быть. Я позже поговорю с Кицунэ, а пока мне нужно вернуться и разобраться с королем гоблинов".
Гинайка вошла в пещеру, где она и ее люди жили, и все 11 из них сразу встали на ноги, когда она вошла. Ее служанка шла за ней, вечно молчаливая тень, вечно тихий защитник. Это все, что у нее осталось от ее племени, и даже через все свои испытания она привела их с собой, пообещав сохранить им безопасность и принести им вечную славу.
"Моя госпожа, как поживает ребенок?" - спросил ее самый свирепый защитник Амон, приблизившись к ней, его высеченная форма сверкала в тусклом освещении пещеры. Гинайка могла видеть его желание в его глазах, собственничество в его осанке и форме, его голод по ней, подобный голоду дикого животного на грани голода. Гинайка улыбнулась, когда приблизилась к нему, ее рука схватила его за волосы, когда она мягко улыбнулась.
Дрожь, которая пробежала по его телу от возбуждения, была ожидаема, она знала, как сильно она обладает властью над ним. Пьяная улыбка, которая расползалась по его лицу, радость в его глазах, когда она его касалась. Все это показывало, как сильно он ее любит, настолько, что когда она вонзила свой кинжал ему в сердце, он все еще не понимал, что происходит, или, может быть, понимал, но ему было все равно. Он улыбнулся, когда приблизился, кровь капала из угла его рта, когда яд и рана начали распространяться.
"Я стала угрозой для тебя, не так ли? моя любовь". - спросил он, когда его тело утратило силу, чтобы удержать его, и он упал на колени. Гинайка провела руками по его волосам и сказала:
"Да, Амон, я могу видеть только человека, который назвал бы мужчину, который станет моим мужем, ребенком, как угрозу. Подорвать авторитет человека, с которым я буду делить свою постель, - это оскорбление моего авторитета. И ты знаешь меня, Амон, ты чертовски меня знаешь! Никто не бросает мне вызов и не живет, чтобы рассказать об этом."
"Так он будет владеть тобой! Владеть твоей постелью и твоим телом! Владеть твоим сердцем! НЕТ! Он этого не достоин! НЕТ!" - прокричал он, когда кровь текла у него изо рта, но ответ пришел не от Гинайки, а от Леоноры, которая вошла в пещеру четким шагом, вытащив свой меч с обещанием гибели.
"Он будет владеть ею и многим другим, она будет делить с ним постель, а ее тело будет его, чтобы делать с ним все, что он захочет. И ее сердце! Что ж, умри, зная, что даже ты не был его достоин, и так называемый ребенок, которого ты презираешь, будет владеть им во всей его славе! Так говорит Король!"
http://tl.rulate.ru/book/81055/3957831
Готово:
