Глава 107: Гермиона попала в аварию
– Мистер Делакур, если всё пройдёт гладко, мы сможем подписать контракт, который обсуждали ранее? – спросил Кан, протягивая руку мужчине средних лет.
– Никаких проблем, конечно. Удачи нам в бизнесе, мистер Понтер, – ответил тот, пожимая руку.
Кан слегка нахмурился и добавил:
– Неустойки по контракту установлены очень высокие. Если кто-то решит его разорвать, это обернётся миллионными убытками для другой стороны. А если человек не захочет выполнять условия или платить, ему придётся расплатиться жизнью и репутацией. Цена слишком велика. Лишь тёмный волшебник, действующий в одиночку, осмелится на такое.
Семья Делакур славилась своими плантациями волшебных трав во Франции, а также двумя другими направлениями, связанными с материалами огненных драконов. Они предложили Канам сырьё для производства волшебной медицины в обмен на драконовые материалы. Однако Кан, заметив их скрытые намерения, заранее подготовил ловушки в контрактах.
– Босс, мне кажется, что мистер Делакур немного… – начала Кейтель, но замялась, почувствовав что-то зловещее в его словах.
Кан равнодушно пожал плечами:
– Кого это волнует? Нам нужно зарабатывать деньги, Кейтель. Пусть другие сначала разберутся со своими делами. Твоя задача сейчас – узнать о других семьях, занимающихся торговлей магическими материалами. Нарушение контракта – обычное дело. Если Делакуры будут честны, они смогут заработать. Но если начнут хитрить, потеряют всё.
– Поняла, босс, – кивнула Кейтель с лёгкой улыбкой. Она была уверена, что присоединиться к Канам было правильным решением.
Из-за монополии на продажу огненных материалов все, кто в них нуждался, обращались только в магазин магических материалов Карна. Однако по правилам магазина волшебники должны были сначала купить один или два образца других магических веществ. Цены на зелья пока не выросли, но запасы магазина были на пределе. Остальные торговцы зельями оказались в затруднительном положении.
– Спрос в британском волшебном мире упал. Многим зелья сейчас не нужны, и это вызывает беспокойство, – заметил Кан.
Аптека передала бизнес по продаже зелий Канам, сосредоточившись на собственном производстве. Через несколько месяцев Кан планировал передать магазин зелий в Косом переулке Кейтель.
– Остальное я оставлю тебе. Мне нужно вернуться в Хогвартс, – сказал Кан.
– Хорошо, босс, – кивнула Кейтель.
Она знала, что Кан сейчас преподаёт в Хогвартсе, но не понимала, почему он так часто бывает в Косом переулке. Покинув магазин зелий, Кан исчез, оставив вместо себя теневого клона, а сам отправился в Запретный лес на поиски единорогов.
Помимо договоров с Делакурами и Демиллями, Кан планировал посетить Лютный переулок, чтобы узнать у Богинбока о возможностях сотрудничества с гоблинами.
– Мастерство гоблинов действительно впечатляет. Даже тёмные волшебники не решаются влезать в этот бизнес, – заметил Кан, убедившись, что Богинбок не обманул его.
Гоблины скорее уничтожат своё ремесло, чем отдадут его людям.
– Единорогов в этом районе нет. Возможно, кентавры знают, где они, – размышлял Кан, продолжая поиски.
Недавно он столкнулся с группой кентавров, которые стреляли в него из луков. Разозлившись, Кан преподал им урок, но не убил – все они убежали с синяками.
Закончив поиски, Кан вернулся в Хогвартс с помощью Летающего проклятия. В школе он стал самым свободным профессором, особенно после того, как расширение оранжереи заняло всё время профессора Спраут.
Ученики седьмого класса были заняты подготовкой к выпускным экзаменам. Те, кто хорошо разбирался в травах и зельях, получали рекомендации от Кана для работы в его магазине.
– Профессор! Профессор Пент! – приветствовали его ученики, встречая в коридорах.
Кан всегда отвечал на приветствия, хотя в свободное время казался рассеянным. Только Гермиона часто находила время для разговоров с ним.
Слухи о том, что кто-то преподнёс профессору странный подарок, из-за которого он начал прятаться, распространялись по школе, хотя конкретной информации не было.
Многие были уверены, что кто-то нахально послал профессору Пенту что-то совершенно неподобающее. После этого он стал реже появляться на людях. Кан, однако, не особо интересовался этими слухами, и на занятиях никто не задавал ему лишних вопросов. Единственной, кто могла поговорить с ним после уроков, была Гермиона.
Сегодня снова не удалось найти единорогов. Когда Кан вернулся в кабинет профессора на урок защиты от темных искусств, он заметил, что дверь не заперта.
– Гермиона?
Кан толкнул дверь, вошел и тут же почувствовал странный запах зелья, доносящийся из комнаты. Котел еще что-то варил, но на стуле никого не было. Кан вспомнил, что говорил Гермионе, что она может пользоваться его кабинетом. Видимо, она часто приходила сюда варить зелья.
– Наверное, ушла в туалет, – предположил он вслух.
Кан посмотрел на котел и задумался. Лучше не беспокоить зелье, пока оно варится. Скорее всего, Гермиона скоро вернется. Он сел в кресло и вдруг вспомнил, что давно не проверял дневник. Возникло желание достать его и сжечь в огне — злые мысли одолевали его. Но, попытавшись достать дневник, он обнаружил, что тот исчез.
– Где дневник… Гермиона?
Кроме Гермионы, другим было трудно войти в его кабинет. Среди учеников пятого курса и младше только она могла освоить заклинание, которое противодействовало заклинанию разблокировки. Она, должно быть, знала, что это заклинание связано с черной магией.
– Профессор Пент! — внезапно раздался голос. Гарри подбежал к двери кабинета, запыхавшись. — Что-то случилось.
Кан сразу же спросил:
– Где Гермиона?
– Гермиона? При чем тут она? — ответил Гарри, выглядевший озадаченным. — Она пятикурсница Гриффиндора. На нее напали недалеко от башни Гриффиндора, кажется, ее поразило очень сильное заклинание окаменения.
– Рон, вернись и жди новостей. Гарри, ты пойдешь со мной.
Кан применил заклинание следа на Гарри, а затем сам использовал заклинание полета, чтобы отправиться прямо в женский туалет на втором этаже. Через минуту Гарри закричал и оказался рядом, приземлившись на пол.
– Профессор, это женский туалет.
Кан указал на раковину в стороне и сказал:
– Я знаю. Теперь используй свой змеиный язык. Посмотри на эту раковину и скажи: «Откройся».
– Открыть…
– Ты говоришь по-английски, Гарри, — вздохнул Кан. Но, вспомнив, что змеиный язык Гарри связан с фрагментами души Волдеморта, он понял, что тот, возможно, не сможет произнести это в состоянии волнения. Поэтому он вызвал улун, чтобы перед Гарри появилась черная змея. Змейка возникла перед глазами Гарри, и он так испугался, что мгновенно переключился на змеиный язык. Но слова были такие:
– Назад, назад, быстро!
– Гарри, это не настоящее. Скажи: «Откройся сейчас же», и черная змея исчезнет.
– Открой!
На этот раз Гарри произнес слова с нужной интонацией. Услышав это, умывальник мгновенно раскололся, открывая проход в секретную комнату.
– Возвращайся, Гарри, через минуту ты будешь в порядке.
После этого Кан сразу же применил заклинание полета и вошел в секретную комнату.
– Профессор, я же змеиный…
Гарри все еще хотел спуститься вместе с Каном, чувствуя, что это происшествие должно быть серьезным. С профессором Пентом ему ничего не угрожало. Однако профессор Пент летел вперед и не собирался брать его с собой. Гарри высунул голову, чтобы посмотреть. Про
http://tl.rulate.ru/book/80971/2488873
Готово:
