— В детстве?
Раон, глядя на неловкий взгляд Федрика, нахмурился. Он совершенно не мог предсказать, что тот собирается сказать.
— Что вы имеете в виду…
— Я объясню. Я думал, до каких пор мне это скрывать, но, пожалуй, так будет лучше.
Федрик поманил рукой, словно говоря «садись». Раон, глядя на его руку, сел напротив.
— Ты помнишь меня с 4 или 5 лет, но на самом деле я приходил к тебе 6 раз.
— Хм…
Раон коротко облизнулся.
Я все это помню.
Поскольку он мыслил с самого рождения, он помнил все моменты встречи с Федриком. Он впервые увидел его, когда ему было 100 дней, и после этого он каждый год, до 5 лет, приходил, давал эликсиры и лечил его.
— С 1 до 5 лет я приходил в Зигхарт по своей воле, чтобы проверить твое состояние, но первый раз был не по моей воле. И, конечно, не случайно.
— Что?
Первый раз был вскоре после того, как Глен дал ему имя.
— Сильвии я сказал, что, услышав о твоем рождении, зашел по пути, но…
Федрик, тихо вздохнув, склонил голову. Казалось, он все еще колебался, и, опустив взгляд, вздохнул.
— Святой.
— Да. Раз уж я начал, нужно довести до конца. Я пришел в пёльгван по чьей-то просьбе.
— По просьбе?
— Это была просьба, похожая на приказ, немедленно прийти в Зигхарт, проверить твое состояние и найти подходящий способ лечения.
Он усмехнулся, говоря, что такой абсурдной просьбы он еще не получал.
— Кто это был?
— Если бы я собирался раскрыть его личность, я бы и не говорил, что это был кто-то.
Федрик слабо улыбнулся. Это была улыбка, словно говорящая «ты и так должен знать, кто это».
— Когда я сказал, что у тебя проклятие лютого холода, что нет определенного способа лечения и нужно согревать тело эликсирами, «тот» достал эликсир огненной стихии и сказал передать его Сильвии.
— А…
Раон разинул рот.
И тот эликсир тоже?
То, что эликсир, который Сильвия давала ему в чашке, был не от святого, а от «того человека», заставило его сглотнуть сухую слюну.
— Прости, что говорю об этом только сейчас. Он просил меня обязательно сохранить это в секрете, так что я ничего не мог поделать.
— …Ничего.
Он был только благодарен, что тот рассказал ему то, что просили сохранить в секрете.
— Поэтому мне перед тобой только жаль. Ты рисковал жизнью, чтобы спасти меня, а на самом деле тебе помог другой.
— Не говорите так.
Раон решительно покачал головой.
— Я просто благодарен.
Святого нельзя было пригласить, даже если бы захотел. Даже если первый раз был по просьбе, то, что он пять раз приходил в Зигхарт, чтобы лечить и давать эликсиры незнакомому ребенку, было очень трудным делом. Даже услышав правду от Федрика, он ничуть не жалел, что спас его.
— Спасибо, что так говоришь. Теперь мне кажется, что это я у тебя в долгу.
Федрик, поглаживая бороду, весело рассмеялся.
— Чтобы отплатить этот долг, я сделаю все возможное, чтобы исследовать твои просьбы.
— Вам не нужно думать о долге. Не не чувствуйте себя обремененным.
— Эти слова еще больше неловки! Этот парень!
Раон и Федрик, встретившись взглядами, полными привязанности, рассмеялись.
— Так ты понял, кто меня позвал?
— Да.
Раон опустил глаза.
— Не могу не знать.
Человек, который позвал Святого в Лохмотьях Федрика, тут же дал три эликсира высшего класса и проверил его плохое состояние. Если он не понял, кто это, после таких подсказок, то ему нужно было укусить себя за язык и умереть.
— Кто это? Кто потратил на тебя эликсир?
Рас, словно совершенно не понимая, склонил голову набок.
Глен Зигхарт.
— Это…
Глава семьи позвал святого.
Хотя он и не мог себе этого представить, святого определенно позвал глава семьи Глен Зигхарт.
Все-таки он знал с самого начала.
Глен, должно быть, знал, что он страдает от холода лютого холода, еще когда давал ему имя.
Но почему?
Он не понимал, почему тот делал вид, что ничего не знает, что ему все равно.
Он же не ненавидел меня.
То, что он позволил, чтобы его унижали и оскорбляли не только прямые потомки, но и боковые ветви, и то, что он позвал святого ради него, совершенно не сочеталось.
— Хм.
Федрик, глядя на Раона с опущенными бровями, скривил губы.
Похоже, он понял, что это Глен.
Раон был парнем с быстрым умом, а не только силой. Он, должно быть, догадался, что это Глен, еще до того, как услышал все подсказки.
Железная маска, прости.
Федрик мысленно извинился перед Гленом, который совершенно не знал об этой ситуации.
Но я не сказал, что ты каждый день приходил к Раону и вливал в него ауру, и что ты использовал знак.
Глен больше всех заботился о Раоне. Он каждый день приходил и отгонял холод, а знак, который он использовал, чтобы позвать его, был синпхэ (божественный знак), который можно было использовать только один раз в жизни.
Хватит уже дурачиться, поживите хорошо.
Федрик, желая, чтобы неловкие дедушка и внук, которые внешне вели себя как чужие, подружились, слабо улыбнулся.
— Святой.
Раон с лицом, полным вопросов, позвал Федрика.
— Неужели и со второго раза он не отдавал приказ?
— Да. Он ничего не говорил.
— Тогда можно я задам один вопрос?
Федрик, словно говоря «сколько угодно», широко кивнул.
— Даже если первый раз был по просьбе, почему вы приходили каждый год в течение 5 лет? Для святого, который путешествует по всему континенту, леча людей, приезжать в Зигхарт, должно быть, было нелегко.
Федрик не оставался на одном месте, а постоянно путешествовал по континенту, леча людей. То, что он каждый год приходил и осматривал его, было очень необычным делом.
— Из-за твоих глаз.
— Что?
— Ну…
Он, словно подбирая слова, почесал голову.
— Ты, не успев даже родиться, не плакал и не смеялся, увидев незнакомого человека. Твои глаза были холодными и спокойными, как у взрослого. Звучит как бред, но я почувствовал, что ты, словно пережив все невзгоды мира, собираешься делать все сам.
— А…
Раон, отведя взгляд, закусил губу.
Он прав.
Он, преданный в прошлой жизни, собирался вырасти в Зигхартах, не получая ничьей помощи, а затем уйти.
Но, начиная с Сильвии и Хелен, он связался со многими людьми, и его мысли изменились.
— Я хотел изменить этот взгляд. Я хотел, показав, что в мире есть люди, которые помогают и любят без всякой выгоды, увидеть твою улыбку. Конечно, ты был еще не в том возрасте, чтобы это понять.
Федрик, смущенный, почесал затылок.
— Хм…
Раон крепко сжал кулак. Искренние слова Федрика сильно тронули его сердце.
— Раз уж ты задал один вопрос, я тоже попрошу об одном.
— Говорите.
— Ты выполнишь?
— Да.
Увидев искренность Федрика, он не мог отказать.
— Тогда улыбнись один раз.
— Что-о?
На неожиданные слова глаза Раона стали размером с фонарь.
— Я же говорил. Я хотел увидеть твою улыбку. В детстве я ни разу не видел, так что улыбнись хотя бы сейчас.
— Нет…
— Ты же только что сказал, что сделаешь все, что угодно.
— Ах.
Раон, прикрыв щеки руками, нахмурился.
— Я не просил тебя хмуриться. Я просил улыбнуться.
— Н-нельзя что-нибудь другое.
Лучше бы он снова сразился с Эдемом, но внезапно улыбаться было так неловко, что у него загорелись щеки.
— Кхм!
Федрик, словно торопя, громко откашлялся.
— Фу-у….
Раон глубоко вздохнул. Подумать только, он не помнил, чтобы улыбался, когда Федрик его лечил.
— Тогда подождите.
Раон, ущипнув себя за щеки и потянув их, повернул голову. Глядя на ожидающего Федрика, он постарался улыбнуться как можно естественнее.
Хотя было очень неловко, он, чтобы отплатить за его доброту, до конца сохранял улыбку.
— Фу-фу.
Федрик, кивнув, мягко улыбнулся.
— Как и сказала Энсия, ты чертовски красив.
— Ха-а….
Раон, оставшись один в комнате, вздохнул.
Не понимаю.
То, что Глен позвал Федрика, он мог понять. Внук болен, так что позвать выдающегося целителя, чтобы проверить его состояние, — это естественно.
Но зачем это скрывать.
Он не понимал, зачем, позвав лучшего целителя и дав три эликсира высшего класса, он это скрывал.
Чтобы избежать критики со стороны прямых и боковых ветвей?
И это было маловероятно. Глен был абсолютным правителем Зигхартов. Его влияние распространялось на весь Зигхарт. Каким бы сильным ни было давление со стороны предыдущих глав, одного слова Глена было бы достаточно, чтобы они не трогали пёльгван.
Сказать, что он меня ценил, тоже сомнительно.
Глен ничего не давал первым. До 12 лет он встречался с Гленом только на церемонии определения, и никогда не получал от него отдельных подарков. Награды он давал только в соответствии с заслугами, так что он ни разу не думал, что тот о нем думает.
Нет. Тэхвабо было немного другим.
Глен не объяснял кугёль Тэхвабо и не давал книгу, а показал его лично. Подумать только, тогда он казался ему другим.
Не знаю.
Раон схватился за голову. Чем больше он думал, тем больше запутывался.
— Цыц, это же очевидно.
Рас, высунувшись из браслета, цокнул языком.
Очевидно?
— Да. Он хочет тебя использовать.
Это…
— Ты, как сосуд Короля, с рождения был особенным. Этот старик, поняв твой талант, определенно хочет использовать тебя, чтобы поднять престиж семьи.
Он пробормотал, что и в мире людей, и в мире демонов все одинаково.
Заткнись.
Раон нахмурился. Он, конечно, думал и о такой возможности, но, услышав это от Раса, разозлился.
Нужно вернуться в семью и посмотреть на реакцию главы семьи.
Только проверив это, он сможет понять, о чем тот на самом деле думает. Поскольку у него был горький опыт из прошлой жизни, он сможет понять, если тот действительно хочет его использовать.
Тук-тук.
Когда Раон приводил в порядок свои мысли, в дверь тихо постучали. Это был знакомый звук, который он слышал с тех пор, как пришел сюда.
— Входи.
Не дожидаясь ответа, дверь открылась, и вошел ребенок с немного наглой внешностью, но со спокойным взглядом. Это был Юлиус, который сбежал вместе со святым.
— Здравствуйте.
Юлиус вежливо поклонился.
— Да. Ты не болен?
Раон, широко улыбнувшись, кивнул. Юлиус почти каждый день приходил и вежливо здоровался. Его внешность и поведение были совершенно разными.
— Можешь больше не приходить. Не нужно чувствовать себя обязанным из-за того, что я тебя спас.
Как и Федрик, который бескорыстно помогал ему в детстве, он ничего не ждал от Юлиуса. Он просто хотел, чтобы тот, не получив шока, хорошо вырос.
— А, я…
Юлиус, колеблясь, закусил губу. Это было не похоже на его обычное уверенное поведение.
— Ничего, говори, что хотел.
— Нельзя ли мне пойти с вами?
— Что?
— Я хочу пойти с вами, мечник.
Глаза Юлиуса, который открыл рот, были прямыми. Судя по тому, что в них не было колебаний, его воля была твердой.
— Почему вдруг?
— Это не вдруг. Я думал об этом с того дня, как вы спасли меня и святого. Вы сказали, что уезжаете послезавтра, так что я подумал, что если не скажу сейчас, то не смогу.
Хотя он был еще ребенком, его тон был уверенным. Казалось, он получил хорошее воспитание.
— А как же семья?
— У меня ее нет. После смерти дедушки я жил один.
— Хм…
Его голос был настолько спокоен, что даже он удивился.
Вот как.
Судя по ситуации, война из-за того, что его хотели забрать, началась после смерти его дедушки.
Раон, глядя на твердые, спокойные глаза Юлиуса, поднял свое восприятие.
Тело гибкое и крепкое. Мана-каналы… а?
Физические данные Юлиуса были неплохими, и, осматривая его изнутри, он разинул рот.
Как у ребенка могут быть такие мана-каналы…
Мана-каналы этого парня были толще и шире, чем у любого мечника уровня пользователь меча. Внутри мана-каналов было чисто, а даньтянь был больше и тверже, чем у других. Если этот ребенок изучит ёнгонбоп (метод тренировки ауры), то сможет собирать ауру быстрее, чем кто-либо.
Вот почему все так суетились.
Хотя его физические данные были неплохими, настоящая ценность была внутри. Юлиус обладал огромным потенциалом для роста.
Но по-настоящему ему понравилось не это.
Ему понравилось его спокойствие и твердый дух, которые трудно было найти у ребенка его возраста.
— Взять тебя с собой несложно, но это же твоя родина. Ты действительно хочешь уехать?
— Я не могу вернуться, и я думаю, что родину можно носить в сердце.
Юлиус снова, не по-детски, сказал и сверкнул глазами.
— Хорошо. Это не так уж и сложно. Я скажу командиру Отряда Небесного Меча.
Раон, слабо улыбнувшись, кивнул.
— Но почему ты пришел ко мне? Было бы проще, если бы ты сразу пошел к командиру.
— Потому что причиной, по которой я захотел пойти в Зигхарт, были вы, мечник.
— А…
Он примерно понял, о чем думает этот ребенок. Он определенно думал о нем как о герое, который пришел спасти его из беды.
— Тогда лучше передумай. Идти в Зигхарт из-за меня — не очень хорошая…
— Нет.
Юлиус быстро покачал головой.
— Я не думал об этом легкомысленно. Я, глядя на вас, мечник, почувствовал не героя, а запах человека.
— Запах человека?
— Я хочу стать не сильным, а волевым мечником. Мечником, который может следовать своей воле. Я действительно глубоко подумал, так что, пожалуйста, примите меня.
Слова о запахе человека и мечнике, который может следовать своей воле, глубоко запали ему в душу.
Я так выглядел…
Он не знал, что Юлиус увидел в нем, чтобы сказать такие слова, но ему было не так уж и неприятно.
— Хорошо. Отправление через два дня утром, так что не опаздывай.
— Спасибо!
Юлиус, низко поклонившись, вышел из комнаты.
— Хм.
Рас, глядя на спину Юлиуса, облизнулся.
— Почему только этому парню так…
Хм?
Раон посмотрел на Раса.
— У этого ребенка есть что-то еще особенное?
— Не знаю!
Рас, словно не собираясь говорить, тут же спрятался в браслет.
Нужно будет проверить…
Через два дня.
Раон, чтобы покинуть Ретран, вышел из особняка, в котором останавливался. Все уже приготовились и ждали перед повозкой Энсии.
— Главный герой, а ты слишком опаздываешь.
Шерил, прислонившись к повозке, нахмурилась.
— Время отправления еще не настало.
— Ни слова не проигрывает.
Когда Раон указал на небо, Шерил, усмехнувшись, подошла к повозке.
— Господин Раон?
Окно повозки открылось, и высунулась Энсия. Ее свежее лицо, с которого спал отек, сияло на солнце.
— Господин Раон!
Она не просто высунула лицо, а высунула все свое тело из окна и помахала рукой.
— Уа-а-ак! Вы и сегодня чертовски красивы! Сегодня лучше всего! Когда вы широко открываете глаза, вы выглядите еще красивее!
— Госпожа!
— Пожалуйста, хватит!
Благодаря тому, что служанки схватили ее, Энсия едва не выпала из окна.
Стало еще хуже.
Раон почесал щеку. Энсия, избавившись от боли, еще больше буйствовала, крича, что он красив.
— Вы не чувствуете дискомфорта?
— У меня немного болела спина, но теперь все в порядке! Лицо господина Раона — это лекарство, лицо — это еда!
— Хм…
Хотя это было обременительно, видеть, как человек, который страдал от боли, стал таким веселым, было приятно.
— Я думала, что, когда боль пройдет, и влюбленность пройдет, но нет! Он просто чертовски красив! Красивый и добрый, красивый и умный, красивый и Мастер!
Энсия, даже после того, как служанки затащили ее в повозку, продолжала восхвалять его, говоря, что он красив.
— Хах, стало еще хуже…
— Неужели некрасивым людям так тяжело жить.
— Хочется умереть…
— Еще нет. Вода в реке холодная.
— Я некрасивый, глупый и Эксперт!
Отряд Небесного Меча и Отряд Штормового Ветра, стоявшие вокруг повозки, схватившись за головы, закричали.
— Ха-ха!
— Вау…
Федрик, глядя на это, хихикнул, а Юлиус с пустым взглядом смотрел на это.
— Хм, чертовски красив, очень красив. Красивый и Мастер…
Рунан, несколько раз повторив слова Энсии, кивнула. Казалось, она хотела их запомнить.
— Если все наигрались, готовьтесь!
— Да!
По приказу Шерил Раон сел на лошадь. Другие мечники тоже заняли свои места перед лошадьми и повозкой и ждали приказа к отправлению.
— Цель — семья Йонан! Миссия еще не закончена! Ни в коем случае не теряйте бдительности!
— Да!
— Отправляемся!
Шерил, как и раньше, ехала впереди, и все последовали за ней.
Когда они медленно спускались по главной улице, с обеих сторон, как облака, собрались люди.
— Уа-а-а-а-а!
— Мечники Зигхартов! Спасибо, что спасли нас!
— Большое спасибо!
Жители города, махая руками, приветствовали всех мечников. Казалось, они, преодолев горе, выражали свою благодарность, и их глаза были ясными.
— Мы обязательно отплатим за спасение жизни!
— Зовите в любое время!
— Мы придем, где бы вы ни были!
Выжившие мечники из семей Басин и Триан, перевернув мечи, отдали честь. Это означало, что они в большом долгу и обязательно его вернут.
— Хватит, возвращайтесь и тренируйтесь.
Шерил, слабо улыбнувшись, помахала мечникам.
— Уа-а-а-а-а!
— Господин Раон!
— Меч Снежного Цветка!
— Мы будем и дальше на вас надеяться! Меч Снежного Цветка!
Когда Раон проезжал, раздался крик, громче, чем все вместе взятые. От такого громкого звука, что заложило уши, все широко раскрыли глаза.
— Меч Снежного Цветка?
Раон, услышав незнакомое слово, склонил голову набок.
— Это же о тебе.
Беррен, подойдя, кивнул.
— Обо мне?
— Мечник-герой, который, чтобы отплатить за доброту, оказанную ему в детстве, без колебаний вошел в ловушку Эдема и зарубил кванхёльгви, красного волка-демона и черного крылатого демона. Новое прозвище Раона Зигхарта.
Он, радуясь, как за себя, улыбнулся.
— Жемчужина — это поединок на один удар со злым козлом-демоном. Весь континент был тронут тем, что он, чтобы защитить святого и ребенка, до конца не опускал меч!
Дориан, сожалея, что не видел этого своими глазами, нахмурился.
— Но почему Меч Снежного Цветка…
— Это означает мечник-герой, который одновременно использует огонь и лед. В переносном смысле это также означает цветок. В любом случае, прозвище очень крутое!
— Я бы тоже хотел такое прозвище…
Крейн тоже, с завистью подойдя, кивнул.
Раон, глядя на людей, которые, называя его имя и прозвище, широко улыбались, помахал им рукой. От еще большего крика заложило уши, и сердце сильно забилось.
Хотя он и чувствовал это в крепости Хабун, то, что его имя приветствовали и у него появилось прозвище, вызывало странную дрожь.
Рози и другие жрецы, стоявшие у городских ворот, вышли и поклонились. Когда их руки поднялись к небу, посыпался белый свет и окутал всех в отряде.
— Да пребудет с героями благословение.
Рози и жрецы, подняв головы, мягко улыбнулись.
— И с вами да пребудет благословение.
Раон, следуя за приветствием Шерил, поклонился жрецам и покинул Ретран. Даже после того, как они покинули город, крики людей все еще были слышны.
— У меня сердце чуть не выскочило.
— Точно. До сих пор сердце бьется.
Дориан и Крейн с покрасневшими лицами смущенно улыбнулись.
— Цыц, из-за такой мелочи.
— Соберитесь!
Марта и Беррен тоже, вопреки своим словам, были с раскрасневшимися лицами.
— ……
Самым спокойным был Рунан, который с таким же пустым взглядом, как и его лошадь, смотрел.
Раон, глядя на них, слабо улыбнулся и посмотрел на небо. Раз уж он благополучно закончил дело, теперь осталось только одно.
Награда после выполнения миссии.
Она уже определена.
То, что он хотел от семьи Йонан, было не каким-то артефактом.
http://tl.rulate.ru/book/77905/6890912
Готово:
