Глава 927
— Я подумал, что раз мы с Пин Тин всегда были близки, а это её любимая кукла из набора, который я подарил ей в детстве… Может, увидев меня, она успокоится.
Мужчина говорил, с трудом сдерживая печаль, и даже старейшина У не смог удержаться от слёз.
— Господин, это моя вина! Всё моя вина! Я зашёл позвать барышню к столу, а она не сопротивлялась, и я решил подойти ближе. Но когда я уже был рядом, и она разрешила мне приблизиться, спустя целую минуту она вдруг закричала и оттолкнула меня. Второй молодой господин увидел, как она выбежала и металась в панике, испугался, что она поранится, и попытался уговорить её вернуться.
Слуга рыдал, объясняя произошедшее, и его взгляд то и дело обращался к У Пин Тин, полный искреннего беспокойства и раскаяния.
Нуаньнуань, видя его страдания, сказала:
— В следующий раз, если такое повторится, просто оставьте её в покое. Держитесь подальше, не разговаривайте, пусть будет одна.
Слуга моргнул, и в его заплаканных глазах читался немой укор.
У Цзунсюй нахмурился и обратился к старейшине:
— Дедушка, она…
— Она кумир твоей сестры.
У Цзунсюй замер, затем лицо его покраснело от волнения.
— Вы… Вы мисс Наньгун?
— Нуань, Чи Ян, познакомьтесь — это мой второй внук, У Цзунсюй.
Наньгун Нуаньнуань и Чи Ян слегка кивнули, а У Цзунсюй почтительно обратился к Чи Яну:
— Генерал-лейтенант Чи, здравствуйте!
Затем он повернулся к Наньгун Нуаньнуань:
— Мисс Наньгун, вы — тот человек, которым моя сестра восхищается больше всего. Мы всей семьёй следили за тем, как вы спасли отравленных. Вы… вы не могли бы помочь и моей сестре?
Наньгун Нуаньнуань взглянула на У Пин Тин, которая с ужасом смотрела на неё из-за телевизионной тумбы, и кивнула:
— Я могу только постараться.
— Благодарю вас!
— А теперь все выходите и оставьте её одну.
Приказ Наньгун Нуаньнуань вызвал у У Цзунсюя сомнения:
— Но…
— Все. Без исключений.
Наньгун Нуаньнуань была приглашена самим старейшиной У, и даже если у него были сомнения, ему оставалось только надеяться на чудо, ведь хуже, чем сейчас, уже быть не могло.
Когда все вышли, старейшина У лично проводил Наньгун Нуаньнуань и Чи Яна в их комнаты.
Они были почётными гостями, и их визит в дом У считался большой честью для семьи, поэтому для них подготовили всё с особым вниманием.
Пока старейшина вёл их к месту, где они остановятся, вернулся родной брат У Пин Тин — У Цзунъян.
Оба они были детьми второго сына старейшины, У Цзинчэна. Это была вторая встреча Наньгун Нуаньнуань с ним, так как впервые они виделись на аукционе в Цзянчжоу, куда старейшина привёз внуков.
После короткого обмена приветствиями У Цзунсюй не выдержал:
— Пин Тин уже долго одна в гостиной. Может, проверим, как она?
У Цзунъян ответил:
— Раз дедушка доверил это мисс Наньгун, будем следовать её указаниям.
— Однако…
— Я знаю, ты ближе с ней, но я её родной брат. Разве я желаю ей зла?
У Цзунсюй замолчал.
Комнаты Наньгун Нуаньнуань и Чи Яна находились в отдельном флигеле рядом с главным домом. Вокруг царила умиротворяющая атмосфера, а внизу журчал пруд с карпами кои. Пока Нуаньнуань наблюдала за тем, что происходит в гостиной, она предложила старейшине, У Цзунъяну и У Цзунсюю разделить с ней чашку чая.
После того как за плотной стеной мелькнула фигура У Пинтин, он поднялся с места и сказал:
— Поболтайте тут без меня, я пойду проведу её.
— Я тоже! — тут же вскочил У Цзунсюй.
— Сиди!
Резкий окрик старейшины У заставил парня покорно опуститься на стул.
В отличие от брата, У Цзунъян сохранял спокойствие и не проронил ни слова.
Чи Ян с самого прихода в дом У вёл себя отстранённо, и его ледяное молчание внушало окружающим почтительный трепет.
Нуаньнуань стремительно вошла в главное здание, подкралась к У Пинтин сзади и молниеносно вонзила серебряную иглу прямо в темя, блокируя хаотичные импульсы в центральной нервной системе.
У Пинтин замерла, а затем безвольно обмякла.
Нуаньнуань подхватила её и уложила на диван, внимательно исследуя состояние тела.
Следы жестокого насилия всё ещё отпечатались на коже, хотя с момента трагедии прошла неделя, и интимные зоны, и грудь были покрыты глубокими повреждениями.
Но физические травмы оказались не самым страшным, потому что главный удар пришёлся по разуму и сердцу.
Шок спровоцировал сбой в работе нервной системы, эмоциональный блок и застой ци и крови, что привело к нынешнему состоянию. Простыми словами, это была потеря рассудка.
Вернуть её в сознание было возможно, но требовалось стереть травмирующие воспоминания и снять энергетические блоки с помощью иглоукалывания. В итоге она лишилась бы памяти, но обрела бы ясность мысли.
Увидев Наньгун Нуаньнуань, старейшина У и его внуки тут же поднялись.
— Мисс Наньгун, а Пинтин... она поправится? — робко спросил старик.
— Да.
Ответ зажёг надежду в глазах троих мужчин.
— Правда? Как её лечить? Сколько времени потребуется? Какое оборудование нужно? Если оно есть в продаже, я достану. Даже если нет, найду способ.
— Вы беспокоитесь напрасно. Если лечение возможно, оно займёт не больше часа, и никаких приборов не понадобится, лишь мои иглы.
Взгляды старейшины и братьев вновь вспыхнули.
— Однако вы должны понимать, что её болезнь вызвана сильнейшим потрясением. Если она выздоровеет, то, вероятно, забудет эти события. Вас это устроит?
— Конечно! Это же к лучшему! Если она избавится от этих кошмаров, вот что действительно важно!
Голос раздался за спиной Нуаньнуань. Обернувшись, она увидела мужчину и женщину, приближавшихся к ним.
Брат и сестра были удивительно похожи, а У Цзунъян оказался практически копией мужчины, очевидно, это отец У Пинтин У Цзинчэн и её тётя У Цзинминь.
Обменявшись с Наньгун Нуаньнуань и Чи Яном приветствиями, они включились в обсуждение состояния девушки.
Узнав, что Нуаньнуань действительно способна вернуть У Пинтин рассудок, родственники прониклись благодарностью.
— Но учтите, что человек — не машина и не видеозапись. Удалить воспоминания — не как вырезать кадр. После процедуры возможны два варианта.
Первый — исчезнет не только память о травме, но и часть событий, предшествовавших ей.
— Есть ещё один вариант: память о том, что произошло, не была стёрта полностью, но зато исчезли воспоминания о последующем периоде помрачённого сознания. Но в любом случае она придёт в себя.
— Тогда… что делать, если это второй вариант? — У Цзинчэн невольно выпрямил спину, а его лицо выражало беспокойство.
— Если это второй вариант, то можно только посоветовать ей смириться. Жизнь идёт вперёд, и раны, оставленные в душе трагическими событиями, со временем затянутся.
У Цзинчэн взглянул на отца, затем на сестру У Цзинминь и, увидев их кивки, обратился к Нуаньнуань.
http://tl.rulate.ru/book/76357/7479172
