Глава 898
Тогда Му Сигуй подумал, что Чи Ян, должно быть, человек необычный, раз осмелился на такой шаг, а главнокомандующий Лэн Цзиньпэн даже не попытался его остановить. Более того, выйдя из участка, Чи Ян так увлёкся свиданием, что забыл о своём начальнике, оставив его у входа, и уехал с девушкой.
В тот момент он счёл Чи Яна крайне безответственным.
Позже, узнав его истинный статус, Му Сигуй понял: Чи Ян был того же ранга, что и Лэн Цзиньпэн, бывший командующий Цзянчжоуского оперативного штаба. А сам Чи Ян оказался единственным внуком маршала Чи Юаньшэна, единственного маршала страны Камино!
— Дядя Му, не стоит церемониться. Я — жених Нуаньнуань, а она — подруга вашей дочери. Зовите меня просто Чи Ян.
— А меня — Нуаньнуань, — добавила девушка.
Она не забыла, как Му Сигуй лично вмешался, когда Оу Чэнхэ пытался из-за своей дочери Оу Минси сломать ей жизнь. Благодаря этому Оу Чэнхэ тогда не добился ничего.
И если она не ошибалась, вскоре Му Сигуй должен был перевестись в Дичжоу на пост губернатора. Если бы не трагедия с Му Цинсюань, убитой Лин Сюяо и его любовницей, которая лишила его воли к продвижению, он мог бы достичь куда большего.
Ведь должность губернатора Дичжоу — это уже почти уровень главы Административного совета.
— Хорошо, хорошо, — поспешно кивнул Му Сигуй, смущённо пробормотав, — простите, семейные неприятности… Стыдно, что вы это увидели.
— В какой семье не бывает подлецов? То, что вы вовремя разглядели истинную суть этих двух, — удача для семьи Му.
Сейчас Му Сигуй переживал не из-за предстоящего развода с Ци Хуэйинь и не из-за того, что должен отправить в полицию дочь, которую воспитывал 15 лет. Его мучило другое: из-за его невнимательности родная дочь столько лет страдала.
Его ненависть была настолько сильной, что её невозможно было выразить словами.
Видя, как Му Сигуй подавлен, Нин Вэньхао улыбнулся.
— К счастью, с девочкой всё в порядке, верно? Главное, чтобы дядя больше не держал возле себя змею, которую не согреешь.
Нуаньнуань мягко улыбнулась.
— Точно.
Му Сигуй взглянул на Наньгун Нуаньнуань, потом на Нин Вэньхао и вдруг осознал.
— Ты Нин Вэньхао? Капитан элитного отряда "Летящий Орёл"? Внук семьи Нин? А ты и Чи Ян…
Нин Вэньхао с улыбкой ответил.
— Он мой командир.
Чи Ян добавил.
— И мой брат.
Ци Хуэйинь и Му Цинлин застыли, глядя на то, как Нин Вэньхао, Чи Ян и Наньгун Нуаньнуань общаются с такой лёгкостью, и их ошеломило, будто ударило молнией.
Нин Вэньхао носил фамилию Нин, и он действительно оказался внуком одной из самых влиятельных семей Дичжоу.
Они с ужасом вспомнили, что наговорили ему раньше.
Особенно Му Цинлин, у которой сейчас сердце сжималось от сожаления. В детстве она могла отобрать у Му Цинсюань всё, что угодно, но только не её любимого высокого и красивого брата Яня, которого ей так и не удалось завоевать. Поэтому братец Янь стал для неё недостижимым идеалом, занозой в сердце.
Если бы не Му Цинсюань, братец Янь не оказался бы в том бурном потоке. Так что за все эти годы самым страшным её грехом было то, что когда Му Цинсюань упала в реку, унесло не её, а Яня.
Она думала, что если бы тогда унесло Му Цинсюань, а братец Янь не увидел бы этого, он не бросился бы спасать её и не пропал бы. Тогда именно она росла бы рядом с ним, и, возможно, сейчас была бы невестой семьи Нин.
Но всё разрушила Му Цинсюань.
Братец Янь, нет, Нин Вэньхао вернулся, но его сердце по-прежнему принадлежало Му Цинсюань.
Лицо Му Цинлин, искажённое завистью, стало ещё более злобным. Она смотрела, как Нин Вэньхао стоит у кровати Му Цинсюань и держит её любимые подсолнухи, и её буквально разрывало от ревности.
Всего-то какое-то одурманивающее средство, даже не лишили девственности, и вот уже столько важных персон, которых она обычно видела только по телевизору, пришли навестить её. Почему она должна стоять в стороне, не удостаиваясь даже взгляда?
— Цинсюань, прости меня, это всё моя вина, я подвёл тебя, — сказал Му Сигуй, сидя у кровати дочери и держа её руку у своего лба, переполненный раскаянием и болью.
— Папа, это не твоя вина. Это я виновата. Мне следовало сказать тебе раньше.
Му Сигуй покачал головой.
— Когда я женился на Ци Хуэйинь, это было лишь потому, что помог ей, а она пришла поблагодарить. Ты смотрела, как она заботится о Му Цинлин, и в твоих глазах читалась тоска. Я знал, что ты скучаешь по маме, а я был слишком занят работой и не мог уделять тебе достаточно внимания. Поэтому я решил, что она станет тебе матерью. Изначально я не планировал жениться снова, сделал это только ради тебя. Но я не ожидал, что, несмотря на все мои предупреждения, она всё равно будет плохо к тебе относиться. Цинсюань, это моя ошибка, прости меня.
Му Цинсюань вспомнила, как в детстве Ци Хуэйинь угрожала ей, как Му Цинлин отбирала её вещи, как братец Янь бросился спасать её и исчез в бурлящей воде. Сердце её сжалось от боли, и слёзы покатились по щекам.
— Папа, я же сказала, что не виню тебя. Хотя у меня нет мамы, все эти годы ты и работал, и заботился обо мне. Я знаю, ты старался изо всех сил. Не расстраивайся, я действительно в порядке. Тем более Е-гэ тоже благополучно вернулся, я так рада! Перестань корить себя. Нуаньнуань и старший брат Чи ведь тоже здесь!
Му Сигуй чувствовал себя ужасно, его грызли угрызения совести, ведь это его любимое дитя, которое он лелеял всем сердцем, по его недосмотру страдало целых пятнадцать лет.
Вспомнив, что ещё не все дела завершены, а Наньгун Нуаньнуань и Чи Ян всё ещё здесь, Му Сигуй поднял голову, погладил Му Цинсюань по голове и с любовью сказал:
— Остальное предоставь папе. Я разберусь.
Му Цинсюань улыбнулась:
— Хорошо.
Му Сигуй повернулся к Нин Вэньхао:
— Можешь позвать полицию.
— Хорошо, — Нин Вэньхао достал телефон и набрал номер.
Услышав это, Му Цинлин и Ци Хуэйинь побледнели, причём Му Цинлин особенно — её лицо, искажённое от зависти, стало белым от ужаса.
— Лао Му, ты не можешь так поступить. Цинлин — моя единственная дочь! Как ты можешь отдавать её полиции?
— Она твоя единственная дочь, значит, ей можно вредить моей? Кто вам дал такое право?
— Лао Му, Цинлин ещё маленькая, она не понимает. Тем более с Цинсюань ведь ничего не случилось? Цинлин ведь тоже твоя дочь, ты растил её как родную целых пятнадцать лет. Как ты можешь быть с ней так жесток?
Му Сигуй горько усмехнулся:
— Значит, раз моя дочь выжила благодаря Нин Вэньхао, твоя дочь уже не виновата? Если следовать такой логике, тогда и покушение на убийство не нужно наказывать, раз жертва не погибла?
— Я не это имела в виду. Лао Му...
Ци Хуэйинь хотела что-то добавить, но в этот момент в комнату вошли полицейские.
http://tl.rulate.ru/book/76357/7479143
