Глава 252
— Ну и идиотка же ты! Братец Минчжэ, скажи ей, разве бывает такое, чтобы невеста на весь свет заявляла: если ты разоришь семью моего жениха, я в прямом эфире пожру дерьмо? Минчжэ, мне кажется, Чжун Цяньцянь тебя ненавидит! Иначе даже полный дебил не стал бы делать то, что вредит и ей, и другим!
Гу Минчжэ… Его лицо почернело от злости, и, глядя на эту дуру Чжун Цяньцянь, он просто не находил слов.
А Чжун Нуаньнуань, устроив этот скандал, с лёгким сердцем положила трубку, при этом её совершенно не интересовало, как там Цяньцянь получит по заслугам.
Впереди эту дурёху ждало ещё много «приятных» сюрпризов, ведь раз уж это она приказала Сай Линьна развалить семью Гу, то Чжун Нуаньнуань не была бы собой, если бы не дождалась момента, когда Цяньцянь выполнит своё обещание насчёт «прямого эфира».
Если не сейчас, то позже — дерьма ей предстоит съесть ещё немало, ведь ещё до рождения Цяньцянь пыталась убить её и мать, в два с половиной года выкачала у неё костный мозг, в три года продала, а всё наследство матери присвоила. И даже теперь, когда Нуаньнуань вернулась, все смотрят на неё как на врага.
Если не заставить их подавиться собственным дерьмом, это даже местью нельзя будет назвать.
Когда Чжун Нуаньнуань пришла в школу, Чжун Куйцзюнь уже был там вместе с Гу Минчжэ и расплаканной Чжун Цяньцянь.
Нуаньнуань договорилась встретиться с Сай Линьна, но неожиданно столкнулась с Минчжэ.
Надо отдать ему должное, ведь глаз у него был острый, и, едва увидев Сай Линьна, он широко раскрыл глаза, видимо, в тот же момент сообразив, что та — дочь его тётки, Гу Минъянь.
Сай Линьна даже не взглянула на Минчжэ, прошла мимо и, усмехнувшись, обратилась к Цяньцянь:
— О, будущая госпожа Гу! Пришла сообщить, когда будешь транслировать своё «шоу»?
Цяньцянь, увидев, что Минчжэ рядом, тут же сделала жалкое лицо и сказала:
— Сай Линьна, я правда осознала свою ошибку. Я извиняюсь, хорошо? Прекрати давить на семью Гу. Я во всём виновата, скажи, что мне сделать — я всё исполню.
— Пожри дерьмо в прямом эфире! Разве я не ясно сказала?
— Ты… это слишком! Я не могу!
— Не можешь? А зачем тогда сама предложила, чтобы я развалила семью Гу? Кстати, господин Гу, что такого особенного в этой Чжун Цяньцянь, что вы, пусть и из третьеразрядной аристократической семьи, на неё запали? Ну посудите сами: ни лицом, ни фигурой, ни умом не вышла, зато любит задираться, а когда проигрывает — сразу в роль белой и пушистой вживается. Может, поделитесь её секретом? Если он и правда стоящий, я, может, и передумаю насчёт вашей семьи.
Слова Сай Линьна заставили Чжун Куйцзюня сузить глаза, а Гу Минчжэ, хотя внутренне содрогнулся, внешне остался невозмутимым и с искренним видом ответил:
— Признаю, есть девушки и получше Цяньцянь. Но есть такая вещь, как первая любовь. Она — та, что тронула моё сердце первой. И какие бы у неё ни были недостатки, я не хочу с ней расставаться.
Цяньцянь, стоявшая рядом, растрогалась до слёз и даже не уловила явный подвох в словах Сай Линьна.
— Вау, не знала, что вы, господин Гу, из тех, кто ради красавицы готов потерять царство. Ну что ж, желаю вам с вашей первой любовью вечного счастья.
— Помни, нужно быть вместе навеки! Какие бы трудности ни встретились в будущем, никогда не отказывайся от своей первой любви!
— Нуаньнуань, похоже, ты сейчас занята, я зайду к тебе после следующего урока, — сказала Сай Линьна.
Как только Чжун Нуаньнуань кивнула, Сай Линьна развернулась, чтобы уйти, но её остановил Гу Минчжэ.
— Постой! — воскликнул он.
— Господин Гу, не стоит мне ничего говорить. Если вы хотите, чтобы я прекратила санкции против семьи Гу, пусть эта женщина в прямом эфире на Weibo съест полкило дерьма, либо вы с ней расстанетесь. Других вариантов нет, — холодно заявила Сай Линьна.
Лицо Гу Минчжэ потемнело.
— Мисс Сай Линьна, позвольте спросить, откуда вы родом? Ваша мать… — начал он.
— Что, хотите узнать, насколько влиятельна моя семья и смогу ли я действительно развалить ваш клан Гу? Тогда слушайте: я дочь герцога Итона из Луньтаня, принадлежу к королевской аристократии. Вы, жалкий третьесортный клан Гу из Дичжоу, думаете, сможете мне противостоять? — усмехнулась Сай Линьна.
— Мисс Сай Линьна, я отец Чжун Цяньцянь и одновременно отец Чжун Нуаньнуань. Приношу глубочайшие извинения, моя Цяньцянь не умеет держать язык за зубами и доставила вам неудобства. Раз уж вы с Нуаньнуань подруги, не могли бы вы ради меня пощадить Цяньцянь на этот раз? Она больше не посмеет, — сказал Чжун Куйцзюнь, видя, что Гу Минчжэ терпит неудачу.
— А ты кто такой? С какой стати я должна считаться с тобой? — жёстко осадила его Сай Линьна.
Она уже представляла, как Чжун Куйцзюнь попытается втянуть Нуаньнуань, и продолжила:
— И не вздумай манипулировать моей благодарностью к Нуаньнуань. Да, она меня спасла, но это наши личные отношения. Почему я должна из-за неё прощать Чжун Цяньцянь? Кто она вообще такая?
Вспомнив, как Чжун Куйцзюнь и его жена ещё в два с половиной года выкачали у Нуаньнуань костный мозг для Цяньцянь, Сай Линьна не смогла сдержать ярости.
— Знай, меня даже королева Луньтаня ни разу в жизни не осмелилась повысить голос. А эта тварь, наговорив мне оскорблений, думает, что останется безнаказанной? Я сделаю так, чтобы все вокруг поняли: кто с ней дружит — тому не поздоровится.
— Ты… ты просто невыносима! — разрыдалась Чжун Цяньцянь.
Она действительно испугалась.
Если бы она знала, что у Сай Линьны такая мощная поддержка, ни за что не подстрекала бы У Вэньцянь оскорблять её.
Но в этом мире так много "если бы".
— Мисс Сай Линьна, осмелюсь спросить: вы говорите, что дочь герцога Итона… вы его родная дочь? — спросил Гу Минчжэ.
Сай Линьна долго смотрела на него, затем кокетливо улыбнулась:
— А тебе какое дело?
Несмотря на её агрессивность, Гу Минчжэ сохранял джентльменскую выдержку.
— Честно говоря, у моей тёти двадцать один год назад родилась девочка, но потом отец увёз её. Тётя долго горевала. Увидев вас, я вспомнил её и мою бедную кузину.
— Признаюсь, мисс Сай Линьна, хоть вы и метиска, ваши черты очень напоминают тётины. Тогда я был ещё ребёнком, но очень любил эту кузину. Я отлично помню, что на её шее было точно такое же красное родимое пятно, как у вас.
— Мисс Селина, скажите, если герцог Итон — ваш отец, то он вам родной? А мать? У вас с детства не было матери? Вы меня помните? Я ваш двоюродный брат, раньше вы звали меня Чжэ-гэ, вспомнили?
Услышав это, Чжун Цяньцянь мгновенно изменила выражение лица: сначала оно стало подавленным, затем шокированным, а после — радостным. Её улыбка, напоминающая «новый путь за поворотом», в сочетании с покрасневшими глазами выглядела настолько комично, что Чжун Нуаньнуань едва сдержала смех.
http://tl.rulate.ru/book/76357/7478493
