Глава 154
Капля влаги сверкнула в уголке её губ, едва заметный блик, но для Лэн Цижуя он казался ослепительно ярким.
Хотя Лэн Шао и считался ветреным, в делах сердечных он был полным профаном. Увидев такую откровенную сцену и эту каплю на губах Нуаньнуань, он остолбенел. Ему даже захотелось предупредить Чи Яна о том, что там капля…
Рот его уже приоткрылся, но в этот момент Чи Ян слегка изменил положение губ, мягко прижался, и в тишине комнаты прозвучал едва уловимый звук, будто что-то влажное было поглощено.
Капля исчезла.
Чувствуя, что Лэн Цижуй всё ещё не отводит взгляд, Чи Ян наконец не выдержал и прекратил поцелуй.
Они подняли глаза и увидели, как тот облизнул уголок рта и сглотнул.
Нуаньнуань…
Чи Ян…
Лэн Цижуй, пойманный на горячем и покрасневший до ушей…
Казалось, в жизни он ещё не испытывал такого жгучего стыда.
Покраснев, он развернулся и вышел.
Нуаньнуань уже хотела что-то сказать, но Чи Ян остановил её.
— Не надо его утешать, — сказал он, — знаешь, лучший отказ — это один раз проявить жёсткость. Так что не зови его, сам разберётся.
Нуаньнуань опешила. Она и правда не думала, что Лэн Цижуй испытывает к ней что-то большее. По её мнению, это было скорее восхищение, чем любовь.
— Я не собиралась его утешать, — пояснила она, — просто он вышел, идя как медведь, левая нога и левая рука одновременно. Выглядело смешно.
Чи Ян…
Лэн Цижуй, которого накормили «собачьим кормом» и теперь ещё воткнули нож в сердце…
Наконец все сели за стол, можно было начинать ужин. Но Лэн Цижуй чувствовал, что уже сыт по горло.
— Братец Чи Ян, Нуаньнуань, спасибо за приглашение.
— Сегодня вы с товарищем устали, помогая нам.
Янь Фанфан и Гу Сяоли поблагодарили Чи Яна и Нин Вэньхао.
— Это Нин Вэньхао, друг моего Чи Яна, — представила Нуаньнуань. — Нин-да, знакомься, это мои соседки: Му Цинсюань, Гу Сяоли и Янь Фанфан.
Нин Вэньхао улыбнулся девушкам, но, обращаясь к Му Цинсюань, вёл себя так же, как и с остальными. От этого её настроение снова упало.
После ужина девушки хотели помочь с уборкой, но Чи Ян снова отказался.
Отправив Лэн Цижуя мыть посуду, он велел Нин Вэньхао проводить девушек домой.
В машине царила тишина, и только по прибытии на место три девушки наконец поблагодарили Нин Вэньхао и собрались выходить.
Нин Вэньхао открыл дверь автомобиля, и Янь Фанфан с Гу Сяоли вышли первыми, а Му Цинсюань, сидевшая дальше всех, спускалась последней.
Увидев перед собой высокую фигуру, она на мгновение задумалась и, по ошибке приняв внедорожник за обычную легковую машину, не рассчитала высоту, из-за чего её нога провалилась в пустоту.
— Осторожно!
Нин Вэньхао с молниеносной реакцией протянул руку и подхватил Му Цинсюань, притянув её к себе.
Уткнувшись в его твёрдую грудь, девушка замерла, вспомнив, как в детстве часто прижималась к нему, играя.
Тогда он тоже был ребёнком, и его грудь не была такой твёрдой, но зато очень тёплой.
Каждый раз, когда она сердилась, он с улыбкой сажал её к себе на колени и читал ей сложные для его возраста манга для девочек. Если ему попадалось незнакомое слово, он сначала хотел пропустить его, но, видя, что она не согласна, терпеливо искал его в словаре и перечитывал заново.
Тогда она думала: «Когда я вырасту, я обязательно выйду за него замуж».
Но…
Наблюдая, как Му Цинсюань лежит у него на груди, погружённая в воспоминания, и вдыхая её тонкий аромат, Нин Вэньхао почувствовал странную нежность.
Ему было жаль отпускать её, поэтому он оставался неподвижным, обняв её за талию и позволяя ей спокойно лежать у него на груди. Она не торопилась выходить, и он не торопил её.
Лишь когда Янь Фанфан кашлянула, Му Цинсюань очнулась от воспоминаний и с ужасом осознала, что всё это время просто сидела в объятиях Нин Вэньхао, мечтательно уставившись в пространство. Её лицо мгновенно вспыхнуло от стыда.
— Простите! Простите, старший брат Нин, я… я просто задумалась!
Му Цинсюань готова была провалиться сквозь землю от стыда, ведь она вела себя как полная дурочка, прилипнув к нему и даже не двигаясь.
Её воспитание не позволяло ей так себя вести, и ей хотелось немедленно исчезнуть.
Увидев её смущённое выражение, Нин Вэньхао нашёл его очень милым.
— Ничего страшного, все иногда задумываются. Не переживай.
Его слова подействовали как заклинание, и Му Цинсюань тут же перестала чувствовать неловкость.
Он понимал, что, возможно, она приняла его за кого-то другого, и хотел расспросить её об этом человеке, но, поскольку рядом были Янь Фанфан и Гу Сяоли, решил не задавать лишних вопросов.
— Старший брат Нин, спасибо, что довёз нас. До свидания.
— Не за что. До свидания.
Глядя на одинокую фигуру Му Цинсюань, удаляющуюся вдаль, Нин Вэньхао едва не окликнул её, но в последний момент сдержался.
Он удивился самому себе, ведь эта девушка, с которой у него не было ничего общего, вдруг стала ему небезразлична.
Покачав головой, он отогнал эти мысли, потому что чувства были для него обузой. Сейчас его главная задача — тренироваться вместе с командиром, выполнять задания и добиваться максимальных результатов в кратчайшие сроки.
***
Лэн Цижуй, помыв посуду, поспешил уйти, ведь ради одного обеда он не только выполнил кучу работы, но и наглотался «собачьего корма», а его сердце было исколото тысячей ножевых ран. И самое главное — он почти ничего не съел.
Лэн Цижуй решил, что больше никогда не будет заниматься такими делами, где «и волки сыты, и овцы целы», потому что это слишком жестоко.
После его ухода в квартире остались только Чи Ян и Чжун Нуаньнуань.
Один отработал целый день, другая провела его за учебниками, и, как только Лэн Цижуй ушёл, Чи Ян предложил Нуаньнуань принять душ.
Эта трёхкомнатная квартира с двумя санузлами была куплена Чи Яном как готовое жильё премиум-класса, и условия здесь, конечно, были куда лучше, чем в казарме.
Пока Нуаньнуань мылась, Чи Ян тоже отправился в душ, а когда она вышла, он уже закончил уборку.
— Помылась?
— Угу.
Чи Ян привычным движением забрал у неё вещи и отнёс их в ванную.
— Братец Чи Ян, давай я сама постираю.
Нуаньнуань бросилась за ним, пытаясь забрать свои вещи, но он не позволил.
— Я сам. От моющего средства у девушек портится кожа на руках.
Её братец Чи Ян был из тех мужчин, которые, полюбив, готовы носить свою избранницу на руках.
В прошлой жизни её словно пелена застилала глаза, раз она отвергала такого человека.
Пока Чи Ян стирал, Нуаньнуань сидела рядом, и от этого даже стирка казалась ему приятной.
— Вчера ты была в больнице с матерью. Она что-нибудь вытворяла?
— Конечно. И ещё как!
http://tl.rulate.ru/book/76357/7478395
