Глава 77
— О том, что мы собираемся на банкет, знали немногие, а о совещании в управлении штаба днём — и того меньше. То, что противник смог устроить засаду по пути на совещание, говорит о том, что они прекрасно осведомлены о наших передвижениях. Так что стоит лишь выписать всех, кто знал об этих двух событиях, и предатель окажется среди них, — продолжил анализ Цюй Минъи вслед за Чи Яном.
— Не всё так просто.
— Почему?
— Чжун Куйцзюнь — человек, который любит хвастаться. О том, что главнокомандующий собирается на банкет в его дом, теперь знает любой начальник отдела.
Цюй Минъи нахмурился, понимая, что если руководители отделов в курсе, не исключено, что и их подчинённые тоже об этом знают, поэтому такой метод поиска не сработает.
Он глубоко вздохнул, едва сдерживая злость на Чжун Куйцзюня.
— Не понимаю, как такой человек мог стать отцом такой выдающейся дочери, как Нуаньнуань. Он уверен, что именно ты, Чи Ян, занял его место при повышении до капитана, хотя на самом деле причина его неудачи — в нём самом.
Цюй Минъи посмотрел на Чи Яна.
— Как тогда ты собираешься поступить?
— Будем наблюдать. Дождёмся их следующей сделки.
— Видимо, другого выхода нет, — вздохнул Цюй Минъи. — Банда Ду Шэ, действующая в Цзянчжоу, стала слишком активной и наглой, что уже привлекло внимание высшего руководства. Если мы не сможем быстро их обезвредить, у нас будут проблемы. Но с тех пор, как ты прибыл в Цзянчжоу, особенно после той операции, где они понесли потери, их активность резко снизилась. Сейчас поймать их будет непросто.
— Тогда пусть остаются законопослушными гражданами. Пока они не нарушают закон, у меня нет причин их арестовывать.
Цюй Минъи едва не скривился. Превратить жестокую мафию в добропорядочных граждан? Звучит логично!
— Значит, ты предлагаешь затяжную войну?
— Будет ли она затяжной, зависит от того, как долго они захотят оставаться добропорядочными.
— Но если начальство потребует отчёта...
— Я возьму ответственность на себя.
Вот это дело! Именно таких слов он и ждал от своего «принца»!
В дверь постучали.
— Войдите.
На пороге стоял Е Хаи.
— Товарищ начальник штаба, пришёл Лэн Цижуй.
Черты лица Цюй Минъи смягчились.
— Цижуй пришёл? Быстро, впустите его!
— Цижуй, заходи. Отец очень хочет тебя видеть.
Услышав имя Лэн Цижуя, находившийся в забытьи Лэн Цзиньпэн медленно открыл глаза и увидел, как Е Хаи радушно вводит его в палату, будто встречает с букетом цветов. Однако сам Лэн Цижуй вошёл с мрачным лицом, словно ненавидя весь мир, и не произнёс ни слова.
Лицо Лэн Цзиньпэна тут же потемнело. Увидев, что Лэн Цзиньпэн очнулся, Е Хаи обрадовался.
— Отец, вы наконец проснулись! Как вы себя чувствуете? Лучше? Цижуй пришёл к вам!
Затем он обернулся к Лэн Цижую.
— Цижуй, посмотри, отец очнулся. Он был без сознания шесть часов, а как только ты пришёл — сразу проснулся. Видишь, как он рад тебе!
— Ты что, онемел? Зашёл — и ни слова! — Лэн Цзиньпэн хмуро смотрел на Лэн Цижуя и отчитывал его.
Лэн Цижуй глубоко вдохнул, словно с трудом сдерживая гнев, и наконец произнёс.
— Дядя Цюй, брат Чи Ян.
Чи Ян лишь кивнул, но Цюй Минъи весь расплылся в улыбке и успокаивающе сказал:
— Сяожуй, твой отец действительно занят работой, но он очень по тебе скучает. Навещай его почаще в Чжаньишу. В последнее время здоровье у него не очень, я, конечно, помогаю ухаживать, но всё же я чужой человек.
Лэн Цижуй уже хотел ответить, но его перебил Е Хаи.
— Сяожуй, отец очень нуждается в твоей заботе. Раз ты всё равно не хочешь учиться, может, переедешь в Чжаньишу? Так отец будет спокоен, видя тебя рядом, да и ты сможешь помочь ему.
Услышав о плохом самочувствии Лэн Цзиньпэна, Лэн Цижуй уже собирался согласиться переехать, но вмешательство Е Хаи мгновенно вывело его из себя, и он обрушился на того с яростью:
— Это мой отец, а не твой! Решать мне, оставаться или нет, а ты тут развешиваешь сопли! Е Хаи, я же говорил — не лезь ко мне, ты что, по-человечески не понимаешь?!
— Мерзавец!
Лэн Цзиньпэн и так был недоволен поведением сына, а теперь, услышав, как тот грубит его приёмному сыну, который всегда проявлял терпение, не смог сдержать гнева. Он схватил стакан с тумбочки и швырнул его в Лэн Цижуя.
— Главнокомандующий!
Цюй Минъи вскрикнул от ужаса, но стакан уже попал Лэн Цижую прямо в лоб. Тот даже не пошевелился, лишь мрачно смотрел перед собой.
Лишь когда по лицу потекла кровь, Лэн Цзиньпэн очнулся от ярости и осознал, что натворил. Он хотел извиниться, но, встретив холодный взгляд сына и вспомнив его хамство в адрес Е Хаи, проглотил слова.
— Сяожуй, ты в порядке?
Е Хаи поспешно схватил салфетки с тумбочки и подошёл к Лэн Цижую, чтобы обработать рану.
Но едва он протянул руку, Лэн Цижуй, словно дикий зверь, резко отшвырнул её со злобным рыком:
— Я сказал — проваливай!
— Мерзавец, он же твой брат!
Лэн Цижуй усмехнулся и ответил:
— Он что, из маминого живота вылез?
— Просто шавка, которую приютили, а ты возомнил себя хозяином? Деревенщина!
— Лэн Цижуй, хватит!.. Эх…
— Главнокомандующий, что с вами?
Цюй Минъи, увидев, как Лэн Цзиньпэн хватается за сердце, понял, что у него приступ, и тут же нажал кнопку вызова врача.
Врач быстро осмотрел Лэн Цзиньпэна, успокоил его и пояснил:
— У главнокомандующего приступ ишемической болезни. Ему нельзя нервничать. Пожалуйста, оградите его от любых волнений. Это серьёзное заболевание, которое может быть опасным.
Даже после выписки ему нужно избегать стрессов. Прошу вас, господа офицеры и родственники, помните об этом.
После ухода врача в палате воцарилась тишина.
Придя в себя, Лэн Цзиньпэн посмотрел на сына и спросил:
— Ты хоть учишься как следует в последнее время?
Лэн Цижуй промолчал. По выражению лиц Цюй Минъи и Е Хаи ответ был очевиден.
Лэн Цзиньпэн закрыл глаза, тяжело вздохнул и сказал:
— Раз не хочешь учиться, после школы иди в Чжаньишу. Если передумаешь, сможешь поступить в военный университет.
Е Хаи, услышав решение Лэн Цзиньпэна, опустил взгляд, и в его глазах мелькнул странный блеск.
— Я не пойду в Чжаньишу, — холодно заявил Лэн Цижуй.
— Ты думаешь, у тебя есть выбор?
— Моя цель — не Чжаньишу. Оставаться там — твоя мечта, а не моя.
— Ха, значит, твоя мечта — быть уличным хулиганом? Если повезёт, будешь болтаться по улицам всю жизнь, а если нет, то регулярно заглядывать в участок? Лэн Цижуй, я тебе прямо скажу, если ты снова окажешься в полиции и кто-то осмелится тебя вытащить, больше даже не появляйся у меня на глазах!
Цюй Минъи неловко потер нос, потому что ему тоже было непросто в этой ситуации.
— Какой ещё хулиган? Ты вообще не понимаешь, о чём моя мечта! По какому праву ты называешь её хулиганством?
http://tl.rulate.ru/book/76357/7478318
