Однажды к герцогскому поместью Хайрад прибыла карета храма.
— Верховный жрец лично посетит?
— Что случилось? Верховный жрец?
Увидев верховного жреца Патра с белой бородой, все слуги поместья зашептались.
Верховный жрец Патр, опираясь на посох, был проведен в кабинет герцогини.
После того как герцог Хайрад ушел на войну, всеми делами герцогского дома занималась Элла.
— Все выйдите.
Элла, почтительно поприветствовав верховного жреца Патра, приказала слугам.
— Похоже, у верховного жреца есть важный разговор.
Слуги, замешкавшись, постепенно отступили.
Так Элла и верховный жрец остались в кабинете вдвоем.
— Верховный жрец.
Как только все слуги вышли, первой заговорила Элла.
— Письмо, которое вы прислали сегодня утром... это правда?
На осторожные слова Эллы верховный жрец Патр кивнул.
— К сожалению, да.
Верховный жрец Патр сидел прямо и говорил.
— Божественный зверь, которого мы отправили в дом герцога Хайрада... как выяснилось, не обладает способностью к успокоению.
Элла, сдерживая стон, схватилась за лоб.
На самом деле способности божественного зверя были неважны.
Это был божественный зверь, купленный за огромные деньги, чтобы похвастаться, что у Тезена есть талант мага.
Проблема была в том, что если станет известно, что у божественного зверя нет способностей, раскроется факт, что Тезен не маг.
Обычно следовало бы, конечно, разозлиться на некомпетентность храма, но было дело поважнее.
— Кто ещё об этом знает?
— Никто. Со стороны храма тоже хотят скрыть эту информацию, так что...
— Тогда разговор окончен.
Элла холодно ответила.
— Для обеих сторон информация нежелательная, так что держим в секрете.
— Это так, но...
Верховный жрец Патр с добродушным лицом медленно прищурил глаза и сказал:
— Вечно скрывать невозможно, не так ли? Маг может случайно зайти и захотеть проверить успокоительную способность...
— Тогда что вы предлагаете? Это всё-таки ответственность храма. Мы купили, доверившись...
— В этом отношении приносим извинения.
Даже на нервные слова Эллы верховный жрец Патр, казалось, ничуть не обиделся и гладко ответил.
— Передайте этого божественного зверя обратно в храм. Скажите, что он заболел. Дальше мы разберемся.
На слова верховного жреца Патра глаза Эллы расширились.
— ...Обратно в храм?
— Выплатим вдвое больше уплаченной суммы. Вас это устроит?
Верховный жрец Патр говорил неторопливо, но внутри подавлял беспокойство.
Спешно выяснилось, что мать и дочь из семьи герцога Медеста посещали поместье Хайрад.
Это был обычный дружеский визит между аристократическими семьями, но учитывая обстоятельства, это беспокоило.
Вряд ли без особой необходимости показывали бы божественного зверя за обеденным столом, но...
— Вдвое...
Честно говоря, для Эллы это было неплохое предложение.
В любом случае божественный зверь был для Тезена чем-то вроде дорогого аксессуара.
Отправить его в храм, сказав, что он заболел, а потом объявить, что умер, не было проблемой.
— От боли юного лорда Тезена... пришлем лекарство, которое поможет. Это не радикальное решение, но есть препарат, который часто покупают маги, у которых нет денег на божественного зверя.
— А, правда?
— Да. Герцог Хайрад, который сейчас на фронте, тоже довольно много закупил перед отъездом.
Это тоже было неплохо.
Храм сам распространял бы слух: "В доме герцога Хайрада есть маг, которому нужен этот препарат".
Более того, раз герцог Хайрад покупал его, можно было говорить что-то вроде: "Наш Тезен очень похож на отца. Использует то же лекарство".
Элла уже готова была поспешно кивнуть, но внезапно остановилась.
Вдвое больше денег...
Конечно, соблазнительное предложение, но поймать храм на слабости — действительно редкая возможность.
Может, есть что-то нужнее денег? Кажется, такого шанса больше не будет...
На самом деле в последнее время Элла очень раздражалась из-за Йохана.
Йохан, который с каждым днем становился всё бледнее, в последнее время, похоже, немного поправился.
По словам лечащего врача, хотя он и притворяется слабым, определенно набрал вес и обмен веществ наладился.
Тезен, кажется, небрежно ухаживал за божественным зверем, а та белка по инстинкту постоянно забиралась на высокие места, так что не встречается ли она иногда в башне с Йоханом...
И так было неприятно, думала, не запереть ли её, а тут такая возможность.
— Больше, чем деньги...
Элла медленно ответила, глядя на верховного жреца Патра.
— Я слышала, что в храме есть зелье, способное превратить человека в марионетку без каких-либо следов.
* * *
"Боже мой".
Я, подслушивавшая разговор Эллы и верховного жреца Патра, в ужасе вцепилась в ветку.
Сегодня днем, когда из храма прибыла карета, я затаилась на дереве рядом с кабинетом Эллы.
Ветка, на которой я устроилась, была прекрасным местом, которое я нашла за месяц беготни.
Оттуда были слышны все разговоры из кабинета, но это была мертвая зона, где меня не было видно.
"Большие неприятности. Я в опасности".
Верховный жрец сейчас лгал.
Он говорил, что я божественный зверь без способности к успокоению и хочет забрать меня, но моя способность к успокоению была превосходной.
Глядя на моё состояние и состояние Йохана, которого я навещала каждую ночь, в этом не было сомнений.
"То, что он лжет до такой степени, чтобы забрать меня, означает..."
В оригинале я незаметно исчезла.
То есть, в изначальной версии, получив вдвое больше денег, я должна была быть уведена в храм — таков был мой конец.
И... действительно бесследно исчезнуть. Ведь больше в оригинале не появлялась.
"Это определенно плохой знак".
Верховный жрец Патр имел добродушное лицо и всегда улыбался прищуренными глазами.
Но мне он просто не нравился. Это было инстинктивное чувство.
Атмосфера храма была неприятной, и поднималось странное отторжение.
Когда я осознала, что вселилась, меня уже продали Элле.
Воспоминания о храме были смутными, но инстинктивно чувствовала, что туда нельзя идти.
"Инстинкту зверя нужно следовать!"
И была ещё одна деталь, отличающаяся от оригинала.
Элла действительно собиралась навредить Йохану.
"Изначально она просто равнодушно держала его взаперти на вершине башни... но какое-то секретное зелье..."
Я знала, о каком секретном зелье она говорила.
Позже, когда Йохан становится злодеем, он шантажирует храм и получает это зелье. В будущем, когда совершает всевозможные преступления, чтобы заполучить Мериэль.
Ужасное зелье, которое ломает волю человека и превращает в чью-то марионетку, не оставляя улик, идеально подходящее для преступлений.
Оно не убивает человека, но заставляет жить без какого-либо сознания, без какой-либо души, как куклу.
Естественно, храм никогда не распространял это зелье вне своих стен.
Но, дав знать о разработке такого зелья, заставили общественность думать: "Если попадешься на глаза храму..."
А сейчас, судя по выражению лица верховного жреца, он собирался передать это зелье Элле.
"Храм создает такие зелья... храм действительно странный".
Но у этого зелья была одна важная особенность.
До приема оно обязательно должно храниться в тепле.
Это тоже была информация из оригинала, ставшая причиной предательства ближайшего соратника Мериэль, которую Йохан позже превратил в марионетку.
То есть, имея информацию заранее, можно было предотвратить, не употребляя теплую пищу и питаясь только холодной...
Странно было использовать провал злодея как актив для спасения нынешнего злодея, но я всё равно жила не оригинальной жизнью, а своей.
Поэтому просто хотела спасти тех, кого хочу спасти.
Не знаю, из-за меня ли, но Йохан, кажется, не растет злодеем...
"В любом случае, ещё месяц примерно — и Йохан отправится на войну. С того момента не придется беспокоиться о заговорах Эллы".
Даже Элла не могла навредить Йохану на поле боя.
Для Йохана поле боя было намного безопаснее.
"То, что произошло то, чего изначально не было... значит, я что-то изменила в оригинале".
Например, то, что я каждую ночь успокаивала Йохана, и он выглядел лучше...
Элла больше всего ненавидела, когда Йохан был здоров. Видимо, во время того обеда цвет лица Йохана был слишком хорош.
В любом случае, это был большой кризис.
Элла прямо сейчас готова была передать меня верховному жрецу. Если попаду в храм, моя безопасность не гарантирована.
"Нужно бежать. Нельзя здесь оставаться".
А пока на моей груди выжжен герб Хайрада, я не могу покинуть это поместье.
Как бы я ни убегала и ни пряталась, рано или поздно меня поймают.
Парадоксально, но именно это и было причиной, по которой я до сих пор могла свободно перемещаться по поместью.
"Верховный жрец собирается забрать меня с собой, когда вернется в храм... Критическая ситуация".
Было очевидно, что Элла сейчас же прикажет меня искать.
Времени не было.
Недолго думая, я помчалась.
Пункт назначения — башня.
http://tl.rulate.ru/book/76010/24323054
