Готовый перевод Omniscient First-Person’s Viewpoint / Всеведущая Точка Зрения от Первого Лица: Глава 211. Лети высоко, притворство

Во-первых, для того чтобы начать мирные переговоры, я заставил Хисторию понять наши ситуации.

— Я понимаю, что ты хочешь затащить меня в Агентство общественной безопасности, чтобы допросить и раскрыть правду. Ммм, иметь выгодное положение действительно необходимо, чтобы что-то добиться.

Прямо как я сейчас. Видишь? Теперь, когда у меня есть преимущество, я могу даже говорить тебе прямо в лицо.

— Но ситуация изменилась, не так ли? Честно говоря, это произошло не из-за моей собственной силы, а потому, что мои товарищи слишком сильны. Вот почему мы начали подавлять тебя. Теперь я в выгодном положении, верно?

— ... Просто переходи к сути.

— Как нетерпеливо. В любом случае, я хочу сказать вот что. Поскольку ситуация теперь изменилась, как насчет того, чтобы мы также изменили твой план по захвату меня?

«... Что он говорит? Может ли это быть...»

Как и ожидалось от нее. Это потому, что мы когда-то были товарищами? Хистория быстро поняла, что я имею в виду. Задержка в ее реакции была потому, что это было трудно принять.

— Кажется, ты имеешь общее представление о том, что я говорю. Это верно. Разве захват меня — единственный способ? Может быть, это просто твоё навязчивое представление? Учитывая изменившиеся обстоятельства, разве тебе не следует действовать немного более гибко?

Мне не обязательно попадать в плен, чтобы раскрыть правду, понимаешь?

Думай нестандартно! Переверни ситуацию!

Вместо того, чтобы я попал в твой плен, как насчет того, чтобы ты попала в мой плен и стала моей пленницей!

«... Я? Попасть в плен? К нему?»

— Именно так! Это неплохая сделка, понимаешь? А наличие заложника означает, что мы можем чувствовать себя спокойно. Военное Государство не захочет нести еще больше потерь, поэтому они прекратят свою бессмысленную погоню. Плюс, когда погоня прекратится, я буду более спокоен и, скорее всего, выболтаю всякие истории! Как насчет этого?

Освобождение от фиксированных идей означало сдвиг в перспективе. Приняв это, мы гарантировали бы себе безопасность, и в то же время мы могли избавиться от преследования Военного Государства. Это также было выгодно Военному Государству, поскольку они не хотели тратить свои силы.

Я так горжусь собой за то, что придумал такую ​​противоречивую идею. В теории это звучит легко. Возможно, кто-то подумает, что он может это сделать. Но когда это действительно воплощается в жизнь, даже я не могу не восхищаться собой. Ух ты!

Однако Хистория продемонстрировала хронический скептицизм.

— ... Даже если я стану пленницей, нет никаких гарантий, что ты скажешь правду.

— А, так вот в чем твоя проблема?

Она делает из пустяка такую ​​большую проблему. Я слегка посмеялся над сомнениями Хистории.

— Ха-ха-ха. Рия, похоже, у тебя возникло огромное недопонимание. Ты правда думаешь, что если бы меня доставили в Агентство общественной безопасности и подвергли чему-то вроде пыток, я бы сказал правду?

— ... Ты…

— Нет. Я бы не стал. Даже если бы я сказал правду среди стольких заинтересованных лиц… Ты бы смогла в это поверить?

«...Честно говоря, я не могу ему доверять. В конце концов, этот парень может обманывать людей даже с кляпом во рту.»

Я не знал, радоваться ли мне, что мой план сработал так, как задумано, или грустить, что мой авторитет был настолько низок.

Неужели самое заслуживающее доверия во мне качество — это то, что я не заслуживаю доверия?

— И все же, я обещаю тебе. Мои товарищи тоже очень любопытны по поводу инцидента в то время. Если мы тебя поймаем, ты сможешь подслушать, что я им скажу. Ты действительно думаешь, что я бы лгал своим новым товарищам, которые спасли мне жизнь?

— Ага. 

Хистория твердо верила в это всем сердцем, но не выражала этого опрометчиво.

«Но… Если я не поверю ни единому слову, которое он говорит… Я даже не смогу услышать о том дне. В конце концов, мне придется пойти на компромисс в какой-то степени…»

Кажется, она приняла решение. Хорошо, это удача. Я рад, что Хистория столь же рациональна, как Военное Государство.

Я почувствовал, как решимость Хистории смягчилась, и медленно приблизился к ней.

— Хорошо. Теперь давай согласуем наши действия. Помнишь, что мы практиковали во время спаррингов? Давайте начнем с движения номер 3.

Хистория не ответила. Вместо этого она просто подняла руки.

Вторая причина носить доспехи: они заставляли меня выглядеть сильнее. Даже если мои движения были вялыми и медленными, на расстоянии они бы этого не заметили.

Ну, а теперь пусть поднимется занавес. Пусть оркестр сыграет. Пусть начнется обман.

***

Командирское Оружие. Тройное копье. Оружие, созданное для Несравненных Искусств Патраксиона, с копейными лезвиями, прикрепленными к обоим концам трехсекционного посоха.

При вливании Ци оно приобретало уникальные свойства: в зависимости от того, как его использовали, швы сцеплялись, позволяя ему превращаться в длинное копье, цеп или оставаться трехсекционным посохом.

Будучи полностью вооруженным, Патраксион выступил против Прародительницы Тырканзяки.

— Эйп!

Изогнутое древко копья сильно ударило Тыр по голове. Бах. Тройное копье, похожее на цеп, прорвало защиту Тыр и ударило ее в висок. Голова Тыр дернулась.

Такой удар был бы смертельным даже для медведя. Но для Прародительницы даже «простой» медведь был пустяком.

В конце концов, из ее слегка разорванного виска не вытекло ни единой капли крови.

— ... Впечатляет. Даже во всей истории было мало рыцарей, которые могли бы сравниться с тобой.

Рана, на нанесение которой ушло столько усилий, зажила, и ее повернутая голова вернулась в исходное положение. Ситуация ничем не отличалась от той, что была до нападения. Столкнувшись с таким иррациональным видом, Патраксион не мог не рассмеяться впустую, чувствуя, что все это было бесполезно.

— Ха, не хочу хвастаться, но я тоже фигурирую в исторических записях... Так что я, можно сказать, в какой-то степени знаменит.

Остановившись на полуслове, Патраксион рванулся вперед. Он скользнул по земле с импульсом атаки и высвободил свои Несравненные Искусства. Крепко удерживаемое древко копья нарисовало многочисленные кривые, объединяя их в чистую траекторию.

Несравненные искусства, Разделяющее Копьё.

Кривая, настолько точная и быстрая, что казалась практически прямой, пронзила пространство.

Копье, пронзившее Королевство, совершенная техника, определившая целую эпоху, вырвалось из кончиков пальцев Патраксиона.

Эта атака прорвала кровь, кости, мышцы и плоть Тыр, раздробив ключицу и вырвавшись из спины. Конечно, будь она человеком, это нанесло бы сокрушительный, непоправимый ущерб.

Конечно, если бы она была просто человеком.

Патраксион пробормотал.

— Чёрт, мне не следовало его использовать.

Тыр отбила Тройное Копье, пронзившее ее тело, ладонями рук.

Копье, воткнутое в тело, сломать нельзя. Древко копья пронзит внутренности, и это будет унизительно для копья, которое совершило подвиг, пронзив тело.

Но какой смысл был жаловаться? Противником была Прародительница Вампиров.

Независимо от того, насколько прочным был шов, он неизбежно концентрировал силу. Таким образом, это не могло не привести к его разрыву. Когда шов лопнул, последний сегмент Тройного Копья отвалился.

Держа в руках теперь уже Двойное Копье, Патраксион проклял того, кто в данный момент отсутствовал в этом месте.

— Кузнец войны, этот придурок… Я твердил ему снова и снова. Что оружие должно быть просто крепким. Это все, что нужно, чтобы сделать его лучшим.

— Он бы почувствовал себя обиженным, если бы услышал это. Я совершенно уверена, что это не вина оружия, что оно сломалось.

Тыр извлекла часть древка копья, застрявшего в ее теле. Несмотря на то, что его только что извлекли, на нем не было ни капли крови.

Вместо этого Тыр поцарапал руку краем лезвия копья, затем позволил капле крови упасть на него, прежде чем широко взмахнуть копьем.

Ее кровь не стремилась покинуть тело, но она могла на мгновение сдержать ее, прежде чем она впитается в ее раны.

Она стряхнула кровь с копья, вызвав радиальную вспышку красного света.

Патраксион, инстинктивно почувствовав угрозу, крепко сжал древко копья и наблюдал за хлынувшей кровью.

«Это грозно. Мне нужно уклониться или заблокировать это!»

Решение было принято мгновенно.

Отпрыгнув назад, он стряхнул атаку с помощью Отклонения Ци, взмахнул длинным копьем, чтобы убить импульс, и положился на броню, чтобы заблокировать. Разделяющее Копьё остался невредим, даже когда он получил атаку Кровавой Ци.

«Движения большие и импульс сильный! Так что читать легко! Однако!..»

Мог ли он действительно сказать, что вышел невредимым? Даже несмотря на то, что он потратил немало энергии и был вынужден отступить за пределы радиуса атаки?

Почувствовав тупую боль в груди, Патраксион горько усмехнулся.

— Ха-ха. Какой абсурд. Ты шутишь? Такое ощущение, что я сражаюсь против целой нации.

— Ты говоришь так, как будто уже делал это раньше.

— Об этом... Ах, черт возьми. Ха, нет смысла хвастаться перед тобой. Я лучше научу рыбу плавать.

Патраксион осторожно оглянулся.

Патраксион и генералы были подобны перелетным птицам, прорезающим ветер. Пока Патраксион противостоял Прародительнице, продвигая линию фронта вперед, генералы позади него стремились прорваться через море, созданное из тьмы.

Однако этот единственный удар отбросил назад не только Патраксиона, но и генералов, тем самым сведя на нет все достигнутые успехи.

— ... Хуу. Я чувствую разницу в опыте. Ты не умираешь, когда тебя колят, ты не вздрагиваешь, когда тебя ударяют. Разве это не мошенничество?

— Я прожила больше тысячи лет. Если бы я умла от одного твоего удара, что могло бы быть более бессмысленным?

— КЕУХАХАХАХА!

Патраксион, смеясь от души, наклонился, держась за живот. Смех, раздававшийся из-под доспехов, постепенно стих.

Были ли периодические приступы дрожи вызваны смехом или страхом?

— Ках. Это правда, я думаю. Как весело... Как же это весело... Такое чувство, будто моя кровь закипает.

Независимо от того, что это было, боевой дух Патраксиона горел еще сильнее. Его тело снова наполнилось энергией.

Однажды сразившись с Королевством, он не отступил даже против Прародительницы, которая сама по себе был нацией. Вместо этого он поцарапал Двойное Копье о контейнер неподалеку.

*Скрип.* Искры полетели от лезвия копья. Энергия, собранная на нем, использовала искры как кремень, яростно воспламеняясь.

Патраксион, воспламеняя собственную энергию, яростно взмахнул копьем. Охваченное пламенем лезвие оружия чертило в воздухе буквы.

— Сто раз? Тысячу? Мне просто нужно увернуться и ударить. Вот и все. Ты в одиночку — нация? Ха, я уже делал это однажды. Дуэль с нацией, вот что.

Разделяющее Копье глубоко вздохнул и направил острие копья в сторону Тыр.

— Это поединок, Прародительница Тырканзяка. Я вызываю тебя. Только победитель будет справедлив… Ладно, это не нужно. Сразись со мной! Давай посоревнуемся!

— Если судить только по твоему духу, ты выглядишь так, будто можешь покорить весь мир. Однако твои заверения слишком преувеличены.

В ответ Тыр крепко сжала кулак. Кровь, стекающая с ногтей на ладонь, окрасила ее в ярко-красный цвет.

— Человек, твоя кровь не закипит. Твоя кровь может закипеть только тогда, когда я, Хозяйка Крови, позволю это.

После того, как ее сердце вернулось, Кровавая Ци постоянно пыталась вернуться в ее тело, вызывая у нее головную боль. Однако Тыр была профессионалом, имевшим 1200 лет опыта во всех вопросах, связанных с кровью, непревзойденная никем. Таким образом, она быстро восстановила свою ловкость в этих повторяющихся сражениях.

Внутри ногтей, близко к телу, но за его пределами, находилось единственное место, которое могло в достаточной степени удерживать Кровавую Ци.

Осознав это, Тыр напоила свои ногти кровью и удлинила их. Кровавая Ци, которая светилась алым, выглядела как пламя.

Как раз в тот момент, когда Разделяющее Копьё и Тыр собирались возобновить битву...

— Ха-ха-ха! Это все, что у тебя есть!

Я, облаченный в доспехи, надавил на Хисторию, сковав ее руки цепями, чтобы подчинить ее. Я поставил ногу на спину Хистории, когда она лежала на земле, и вытащил карту из-под маски.

4 треф, волны и вибрации, частота волны.

5 треф, Большое количество воздуха, Гекто Паскаль.

Оба были активированы лишь частично. То, что они производили, было звуком. По сути, они создавали ветер, который усиливал мой голос.

Свернув две карты и поднеся их ко рту, я закричал так, словно хотел отчитать весь Мета-конвейер.

— Я захватил Дочь Военного Государства живой! Эй, Военное Государство! Отдай мне свою дочь!

http://tl.rulate.ru/book/74815/4564877