Я вытер мокрый лоб и вытащил кусок металла из воды своей палочкой. Остывший металл, все еще слегка цеплявшийся от резкой смены температуры. Я положил его на плоский камень и взмахнул палочкой над водой, отменяя заклинание. Последняя часть была готова. Я использовал всю оставшуюся сталь, чтобы выковать себе оружие ближнего боя, без которого ни один рыцарь-маг не осмелился бы назвать себя рыцарем-магом.
Боевой топор был больше меня, толстая рукоятка была такой длинной, что я мог бы поставить его на пол стоя и держать лезвие на уровне головы. Он был тяжелым, вероятно, в добрую сотню фунтов, наконечник представлял собой двойное лезвие, заканчивающееся опасной на вид пикой.
Когда я сел и начал вырезать на нем руны - в основном резкость и проникновение - я подумал о своих планах на это лето. Через несколько дней четвёртый год в Хогвартс закончится, и мне придется приводить свой план в действие.
Украсть все, что мне нужно для ритуала зачатия тела. Слезы феникса, слюна Дементора, ткань Банши, глазные яблоки Гарпии, зубы Химеры, легендарное все еще бьющееся сердце Саламандры и - о, ирония судьбы - Лунная пыль.
Я определил основу ритуала и был уверен, что мои догадки о геометрии окажутся верными. Все было готово, все было записано в моем бесценном блокноте и готово к установке.
Однако все эти предметы вместе стоили более трех миллионов галеонов, учитывая количество Лунной пыли, которая мне понадобится. У меня был контакт, Пабло. Я познакомился с этим парнем в Венесуэле во время очень короткой поездки, и он заверил меня, что у него все есть в наличии. Я должен был приехать с деньгами в огромное поместье Александро и доверить им все аккуратно уложить в чемодан или что-то в этом роде.
Я фыркнул, заканчивая постоянно острый набор рун на лицевой стороне лезвия. Никто не осмеливался пытаться украсть у этого человека, потому что он контролировал весь континент и был одним из самых могущественных криминальных авторитетов в мире. Какой-то латиноамериканский Малфой, но более опасный, если я правильно понял.
Как будто мне на это не наплевать. Я планировал пойти туда в своих доспехах и попытаться проникнуть внутрь, пока меня не заметят. И в этот момент я впаду в неистовство и буду убивать всех подряд. Хороший план.
Я знал, что проникнуть внутрь было невозможно, не с установленным наблюдением, не с десятками охранников и, вероятно, с многочисленными рунами. Расположение склада было легко найдено в сознании Пабло, у него было что-то вроде окклюменционного щита, что немного удивило меня, когда я рылся в небезопасных сундуках в его внутренней крепости. Я стал очень хорош в Легилименции, он не заметил, как я открыл его замки и украл информацию, когда мы вскоре соединили наши глаза. Он, вероятно, не ожидал, что я владею таким искусством, я был в своем четырнадцатилетнем теле, старящие зелья больше не нужны.
Склад находился у черта на куличках, спрятанный в густых и непроходимых лесах Амазонки. Многие люди на самом деле жили вокруг склада, который на самом деле был больше похож на лагерь, чем на что-либо из того, что я видел в сознании этого человека.
Я провел небольшое исследование о доне Александро, его семья вела дела со всеми крупными темными лордами прошлой эпохи. Гриндевальд, леди Иоланда, Волдеморт – про них слышали все. Он предоставлял волшебному миру все, что было запрещено Международной конфедерацией волшебников, и не слишком скрывал это. Никто не посмел бы преследовать его в этом лесу, это означало бы объявление войны тому, у кого скандально много денег и связей, не говоря уже о нескольких неприступных крепостях, разбросанных по всему земному шару. Южноамериканский Волшебный Ковенант активно работал против него, но несколько атак, которые были предприняты, всегда заканчивались неудачей.
Никто не был бы настолько глуп, чтобы украсть у этого человека. Он найдет тебя и будет мучить годами, прежде чем убить. То есть, если ты переживешь попытку украсть у него.
Я думал о том, чтобы украсть у кого-нибудь деньги и купить на них предметы, но у меня не было времени найти кого-нибудь с достаточным количеством денег, даже хранилища Поттеров было бы недостаточно, а нападение на гоблинов было быстро исключено из уравнения.
Как только я закончу это, я стану непобедимым, богом адамантина, минотавром силы. Демоном. Я проигнорировал ту часть своего разума, которая кричала «безумие», и закончил последнюю руну. Это было полное безумие, я знал это, но я также знал, что без безумных решений я бы никогда не зашел так далеко. И это была самая здравая мысль, которую я мог припомнить за последние месяцы.
Я поставил массивный топор рядом с самой броней, у стены. Я сделал два шага назад и полюбовался своей работой. Идеально.
Шлем был абсолютно безликим, идеальная, безупречная хромированная маска без каких-либо черт, кроме глаз - двух агрессивных косых прорезей на уровне глаз. На нем были установлены два массивных бычьих рога, сделанные из прочной стали и сияющие от слабого света, проникавшего в пещеру. Кираса была выполнена в форме тела громоздкого минотавра, с мощными мышцами и мужественными волосами, выгравированными на сером металле. Я широко улыбнулся.
Он был огромным, толстым и ужасающим. Я мог представить себя бессмысленно убивающим в этом костюме.
- Надо опробовать моё дитя, - я заговорил вслух, как будто сама эта тварь могла меня услышать. Он может слышать меня, он внутри меня. Скрывается внутри меня, ожидая момента, когда я надену костюм, чтобы освободиться. Больше не Гарри Поттер, а Демонический Минотавр Смерти.
Я слегка усмехнулся своим выходкам и левитировал первую часть перед собой. Ботинки, защищающие мои ноги. Я сунул ноги в обе металлические туфли и взмахнул палочкой: руны расширения деактивировались, и сталь сжалась, чтобы соприкоснуться с моей кожей. После этого последовали поножи, защита для колен и все остальные части, пока я не был полностью покрыт сталью толщиной в три сантиметра.
Я направил свою магию в каналы зачарованной стали и почувствовал, как руны общаются с моей магией, соединяют мой разум с металлом, а металл - с моим разумом. Через несколько минут я уже не чувствовал своей плоти, только холод безупречной стали.
Мне потребовалось время, чтобы приспособиться к этой штуке, сталь двигалась благодаря сочетанию магии и силы. Я чувствовал безумный вес металла вокруг меня, но я мог легко двигаться, вкладывая силу в мои усиленные мышцы и в сам костюм. Вероятно, это было более утомительно, но я этого не чувствовал. Я сиял искренней улыбкой радости и удовлетворения. Это было приятно.
Я схватил топор и положил его на наплечник, придерживая одной рукой. Металл громко зазвенел, и от удара моя левая нога превратила камешек в мелкий песок. Это и есть сила.
Я взял свою палочку правой рукой, перчатка была сделана из тонкой кольчуги, самой сложной для ковки. Стальные пластины украшали тыльную сторону кисти и пальцы. Моя хватка все еще была мягкой и точной.
Я посмотрел вниз, цилиндр из твердого адамантина все еще лежал там, ожидая, когда его расплавят и нанесут на броню. Жаль, на самом деле, мне понравился вид блестящей стали.
Я поднял его, мои металлические пальцы оставили полосы в рыхлом камне под ним, и положил его на поверхность, которую я использовал для ковки. Я перевел дыхание и ударил по этой штуке со всей силы. Рулон адамантина принял удар на себя и отлетел к стене, как пушечное ядро, он ударился о скалу с оглушительным треском, зарываясь в землю и заставляя всю пещеру дрожать и рушиться. Куски камня падали на меня с мелодичным стуком, отскакивая от брони, не причиняя вреда.
Пластины на моих пальцах были целы и невредимы, как новенькие. Моя рука сама по себе немного болела, но кости не были сломаны, вероятно, просто трещина, которая восстановится через несколько минут.
Адамантиновый кусок, с другой стороны, был полностью погнут и вмурован в стену, массивные куски камня лежали вокруг места удара.
Гоблинская сталь. Пока в ней живет моя магия, ее будет трудно сломать. Не у всех самопровозглашенных рыцарей-магов был такой металл в броне, не все из них могли справиться с постоянным напряжением своей магии.
Я подмигнул бесформенной глыбе черного металла.
- Увидимся через минуту, - я повернулся и вышел из пещеры. День для солнца почти закончился, но для меня он только начался. Я бежал по лесу в течение тридцати минут, мое тяжелое тело крушило гальку и ветки под ногами, когда я небрежно пробирался сквозь кусты и небольшие деревья. Многочисленные животные разбежались при звуке моего неудержимого «Я», когда я перепрыгивать через стволы и взрывал целые камни, приземляясь на них. Ничто не может остановить меня, я машина из стали и магии. Я рассмеялся, мой шлем отразил смех пугающим рычанием. Черт возьми, это так приятно.
Наконец я остановился и сделал несколько глубоких вдохов. Это утомительно. Я огляделся вокруг. Я должен быть достаточно далеко.
Я сосредоточился на крыше здания «Чары» гоблинов и прыгнул. Мое тело сдавило в тонком резиновом цилиндре, и меня швырнуло на пол. Я поглотил дезориентацию рукой, слегка пригнувшись, и встал. Я был в Лондоне, на крыше.
Так что я могу аппарировать с ним без затруднений. Нет, посмотрим, что будет с адамантином. Неделю назад я прошел свой последний урок аппарирования и был положительно способен свободно аппарировать. После нескольких успешных попыток я обнаружил, что на самом деле это было очень просто. Однако, как только броня будет покрыта адамантином, я ожидаю, что она станет тверже. Слой стойкого металла был бы достаточно тонким, чтобы аппарировать, а сила моей собственной магии сводила на нет его действие изнутри, но это все еще была неизвестная мне территория. Я буду экспериментировать…
Мое появление на крыше уже было известно гоблинам, я не сомневался. Я подождал, пока отвратительное существо вылезет из люка, и снял шлем, чтобы почувствовать ветер на своей коже. Вид был изумительный, тысячи зданий простирались от моих ног до горизонта, сияя в сумерках под смешанными отражениями луны и заходящего солнца, тысячи огней мигали, как глаза тысячи кошек, уставившихся на меня. Шиферные плитки были влажными от предыдущего дождя, но мой вес не позволил бы мне поскользнуться на почти плоской крыше.
Я стоял там некоторое время, наблюдая, как золотой шар исчезает и оставляет свой трон серебряной королеве, чувствуя, как влажный ветер Лондона смывает мой жар.
Гоблин, которого я ждал, прибыл, когда солнце уже окончательно село, он толкнул дверную ловушку и встал на шаткие плитки, наблюдая за мной. Он даже бровью не повел, тот факт, что я был явно слишком молод, чтобы даже не ходить в школу, и вид металлической брони его нисколько не смутил.
- Что вам необходимо, сэр?
- Сколько нужно, чтобы наполнить это оружие и броню Стихийной Магией?
- Это будет стоить по шесть тысяч галеонов за штуку.
Я вздохнул, это было выше моего бюджета.
- Тогда это будет только оружие, - я ударил концом рукояти топора по полу, расколов плитку, и бросил ему свой кошелек по требованию с кожаного ремня на талии. Гоблин взял свой гонорар, бросил мне обратно кошелек и заколдовал огромную штуку следовать за ним.
- Какой элемент я должен добавить в оружие, сэр? - спросил он с улыбкой, от которой у меня по коже побежали бы мурашки, если бы я не привык к гораздо худшему в своей голове.
- Молния, - я ответил, вспомнив, как Хеллард сказал, что у меня есть сродство с ней. Вселение гоблина позволило бы мне использовать его без какой-либо подготовки или знания искусства призыва стихий.
Он кивнул и снова исчез в люке, оставив меня восхищаться невероятным видом, который открывало их невидимое для магглов здание. Мое тело, моя металлическая кожа зафиксировались в устойчивом положении и отдыхали, одного веса металла было достаточно, чтобы оставаться неподвижным без какого-либо контроля со стороны моих мышц.
Жадный карлик вернулся с моим боевым топором, мягко зависшим у него за спиной, самое большее через час. Он левитировал его ко мне, и я схватил его за ручку. Тонко выгравированные гоблинские руны на поверхности сияли легким серебристым светом, как будто поглощали лунный свет.
- Руны перенаправляют магию на клинок, подавляют ее, и магия будет распространяться дико, - он объяснил, прежде чем отвернуться и вернуться к своей работе, не из тех, кого можно долго обсуждать.
Я вложил магию в оружие и восхитился тем, как лезвие стало пурпурно-белым и сине-белым, когда накопленное в этой точке интенсивное электричество начало высвобождаться, создавая большие дуги энергии, которые повисли на моем предплечье и побежали по небу, жадно шипя и шипя. Стихийная магия была больше, чем просто вызовом стихий, она управляла ими. Это была моя собственная магия, которая потрескивала в небе вокруг меня, я чувствовал, как она ласкает плитку и испаряет капли дождя, падающие на землю, я чувствовал, что это часть меня.
Я аппарировал обратно в Запретный лес. Теперь пришло время для последнего этапа изготовления моих пластинчатых доспехов рыцаря-мага.
http://tl.rulate.ru/book/74199/2360972
Готово:
