Услышав это, у Линь Юэинь екнуло сердце.
Она была не маленькой девочкой. Жизнь была не так проста.
Она на самом деле не думала, что собеседник хочет поговорить с ней у себя дома вечером.
Говоря прямо, она не раз сталкивалась с подобными ситуациями в отделе продаж за эти годы. Она просто все еще могла придерживаться своей морали и считаться сообразительной. Никто никогда не пользовался ею.
"Президент Ву, дело в том, что у моего ребенка сегодня дополнительные занятия, поэтому я не могу пойти сегодня вечером".
"Тогда завтрашний вечер тоже подойдет".
"Почему бы вам не выделить время днем? Мой ребенок будет напуган, если останется дома один ночью!"
"Все в порядке. Я слышал, у вас дочка, так ведь? Просто возьмите ее с собой. У меня дома няня, так что это не помешает нашему разговору".
Линь Юэинь примерно поняла, что имеет в виду ее собеседник, и быстро сказала: "А-а, президент Ву, у меня тут кое-что есть. Сброшу звонок!"
Она повесила трубку.
Ее лицо было в смятении.
Уходить ли ей?
Что ей делать?
Намерения собеседника были очень очевидны. На самом деле, в общении, кроме некоторых настоящих идиотов, тем, кто был немного манипулятивным, не нужно было ждать до конца, чтобы понять смысл слов собеседника.
Говоря прямо, было всего три типа людей, которые готовы были попасть в такую ловушку. Первый тип был наивным, второй — притворялся ничего не понимающим и надеялся на удачу, а третий тип уже отпустил ситуацию и был готов заключить сделку.
На другом конце трубки Ву Ань повесил трубку.
Рядом с ним был постоянный запас женщин. Однако были времена, когда их было слишком легко заполучить, и это было бессмысленно.
Ему нравилось выбирать красивых женщин и подкупать их, чтобы они склонили голову.
Ему нравилось удовольствие от их покорения.
"Хе-хе, Линь Юэинь, надеюсь, ты знаешь свое место. Не заставляй меня прибегать к другим методам", — пробормотал он себе под нос.
Линь Юэинь вернулась домой.
Она чувствовала себя немного уставшей. Это была какая-то психологическая усталость.
Полагаться было не на кого.
Когда она вошла в дом, Линь Юэинь увидела, что Куй Мэнъяо рисует.
Рисовала она все того же Лу Пина.
"Почему ты опять рисуешь мистера Лу?" — спросила Линь Юэинь с любопытством.
У Куй Мэнъяо было не очень хорошее настроение. Она тихо сказала: "Мистера Лу перевели в среднюю школу. Он больше не сможет нас учить. Я хочу нарисовать для него картину, чтобы он меня не забыл".
Линь Юэинь улыбнулась и сказала: "Разве мистер Лу не приходит к тебе на дополнительные занятия? Вы же не перестанете видеться".
Куй Мэнъяо покачала головой и сказала: "Я знаю. Но мистер Лу рано или поздно оставит меня. Он же мне не отец".
Эти слова девочки заставили сердце Линь Юэинь сжаться.
Очевидно, девочка все еще переживала из-за ухода Лу Пина.
На этот раз на картине Куй Мэнъяо был изображен не только Лу Пин, но еще и она сама на качелях.
В ее душе катание на качелях, которым руководил Лу Пин, было самым счастливым воспоминанием.
Увидев, как ее дочь сосредоточенно рисует, Линь Юэинь вышла из комнаты.
Она рухнула на диван.
Включила музыку, чувствуя себя немного потерянной.
Она смутно ощущала любовь своей дочери к Лу Пину и даже какие-то особые чувства и привязанность к мужчине.
Однако Линь Юэинь также понимала, что для ребенка, потерявшего отца в юном возрасте, вполне нормально испытывать подобные чувства к понравившемуся учителю.
Она даже пыталась сблизиться с Лу Пином.
Однако, поскольку мужчине это явно было неинтересно, она чувствовала себя немного беспомощной.
А еще был президент Ву!
Хе-хе, если это настоящая любовь, это можно было бы счесть хорошим делом.
Самое страшное было то, что мужчина просто играл.
Кроме того, по его поведению было видно, что он нехороший человек. Как можно доверять такому?
Эти чувства ввергали Линь Юэинь в уныние.
Она не стала заниматься самосовершенствованием. Вместо этого она легла на диван и незаметно уснула.
Ее разбудил стук в дверь.
Она встала и открыла ее.
На пороге стоял Лу Пин, уровень культивации которого значительно возрос.
Хотя его основание культивации сильно увеличилось, Лу Пин потратил все свои деньги.
Конечно, он не пришел к тому, чтобы не иметь ни гроша, но все же ему приходилось зарабатывать.
Войдя в комнату, Линь Юэинь посмотрела на Лу Пина и улыбнулась: "Господин Лу, я слышала, вас повысили!"
Лу Пин покачал головой и сказал: "Это не так уж и важно. Это просто переход из учителя начальной школы в учителя средней школы".
"Но ведь зарплата намного выше, правда?"
"Это правда!"
Лу Пин не отрицал этого. Это не было секретом.
В это время Куй Мэнъяо выбежала из спальни с картиной в руке. Она улыбнулась Лу Пину и сказала: "Господин Лу, это для вас".
Лу Пин взял картину и внимательно осмотрел ее.
На самом деле, эта картина была наполовину воображением Куй Мэнъяо. Ведь хотя Лу Пин и качал ее на качелях, она никогда не видела этого с точки зрения постороннего наблюдателя.
Однако ее твердые навыки рисования все же сделали ее картину реалистичной, особенно счастливую улыбку на ее лице. Она была по-настоящему счастлива.
Лу Пин коснулся картины Куй Мэнъяо и сказал с улыбкой: "Она действительно хороша! Мне она очень нравится!"
Сказав это, он положил картину в свое кольцо для хранения.
Куй Мэнъяо сказала с улыбкой: "Господин Лу, не забывайте меня в будущем!"
"Не беспокойтесь, как это может когда-либо случиться?"
Лу Пин продолжил обучать Куй Мэнъяо.
В школе перед Хэ Юном стоял Конг Цзин.
На самом деле, с талантом Конг Цзина поступление в секту уже было делом решенным.
"Я надеюсь, что смогу учиться у господина Лу", - спокойно сказал Конг Цзин Хэ Юну.
Он не в первый раз делал что-то подобное.
Узнав, что господина Лу повысили, Конг первым делом попросил учиться в его классе.
http://tl.rulate.ru/book/73809/3822312
Готово:
