Восточная Антарктика.
В глубине сотен тысяч гор.
За последние несколько дней эта необитаемая местность оживилась.
Многие величественные монахи, управлявшие большими птицами и летавшими на волшебных инструментах, отправили в огромную черную равнину детей в возрасте всего от шести до восьми лет.
"Здесь так здорово!"
"Разве не говорили, что испытание, чтобы попасть в секту, происходило в Люлижоу, что в 100 000 миль от нашей Восточной Антарктики? Разве не нужно туда плыть на лодке?"
"Сразу видно, что ты знаешь мало, ты разве не слышал о телепортационной решетке?"
"Да, просто воспользуйся телепортацией одним щелчком. Кто стал бы мучиться с лодкой?"
"Если меня выделят в секте на испытании для присоединения, я смогу стать монахом, а потом заставлю большого босса соседней деревни попробовать мои заклинания".
"Отец, мать, ваше дитя обязательно станет монахом..."
Вокруг было много шума. Только что телепортированные дети ступили на черную равнину и с любопытством оглядывались по сторонам.
Везде можно было увидеть ровесников.
В воздухе висело много огромных табличек, указывающих на места расположения, а в центре неба светил огромный синий луч света. Периодически над головой стремительно пролетали монахи.
В этой группе людей.
Хрупкая маленькая девочка лет шести или семи в серой одежде с нервным и робким видом рассматривала вокруг себя все происходящее.
Она вспомнила то, что говорил ей отец.
Она смогла попасть сюда не только потому, что в ней было нечто, называемое "лингеном", но и из-за испытательного жетона, переданного ей предками.
Этот жетон — единственная надежда на возвышение ее ныне падшего рода. Если ей не удастся стать монахиней, то отец семейства может...
В этот момент кто-то сзади коснулся ее плеча.
"Что!"
Девочка инстинктивно попыталась увернуться и чуть не упала на землю из-за неустойчивого шага.
Только она прикрыла глаза, готовясь к боли, как почувствовала, что кто-то схватил ее за руку и поднял на ноги, предотвратив падение.
Девочка на мгновение открыла глаза и посмотрела на того, кто ей помог.
Это была ровесница.
Снежно-белая юбка и висящая у нее на груди нефритовая подвеска в форме меча еще больше оттеняли ее и без того белоснежную и румяную кожу. Яркие, ясные и прозрачные глаза были словно звезды. На ее улыбающемся лице глаза были приподняты словно полумесяцы, как у самой красивой девочки в мире.
"Спасибо".
Девочка стыдливо опустила голову и поблагодарила ее голосом тонким, как муравьиная тропка.
Девочку в белом платье это не волновало, она с энтузиазмом сказала: "Меня зовут Не Сянь'эр, можешь называть меня Сянь'эр, а тебя как?"
"Лю Цзыжоу".
Девочка все еще не решалась поднять голову.
"Цзыжоу".
Не Сянь'эр вдруг наклонилась перед ее лицом, поднесла палец к губам и с сомнением спросила: "Мне кажется, ты только что стояла тут, может, тебе нехорошо?"
"Н-нет".
Лю Цзыжоу густо покраснела и объяснила: "Я не знаю, куда идти".
"Ты идешь регистрироваться?"
"Ага".
"Под теми табличками все и регистрируются. Я тоже туда иду. Давай вместе".
Не Сянь'эр показала рукой в сторону табличек, развешанных в воздухе на разных расстояниях, а затем протянула руку Лю Цзыжоу.
"Не стоит беспокоиться, я пойду сама".
Лю Цзыжоу посмотрела на протянутую перед ней белую, нежную руку и непроизвольно спрятала свою грубую руку в рукаве.
"Там мало народу, пойдем регистрироваться туда".
В глазах Не Сянь'эр мелькнул хитрый огонек, и она, не дав ей времени среагировать, протянула руку и схватила ее за руку.
Они ушли с того места, где стояли.
Лю Цзыжоу глянула на взятую в плен руку, закусила губу и не посмела вырваться.
С легким смущением она посмотрела на идущую впереди девушку, и в ее сердце появилось странное чувство. Девушка такая ласковая, она, должно быть, очень добрая.
Они вдвоем подошли к месту регистрации и встали в конце очереди.
Ли Цзыжоу отпустили руку, она почувствовала облегчение, но вскоре заметила неладное.
Вокруг было много людей, которые украдкой посматривали в их сторону.
Поразмыслив, она поняла, что эти люди смотрят не на нее, а на Не Сяньэр, стоящую перед ней, которая выглядела как ангел, спустившийся с небес.
И вот.
В нефритовом кулоне в форме меча на груди Не Сяньэр.
Кто-то очень разозлился и прямо-таки горел желанием выскочить и тут же избить кого-нибудь до полусмерти.
«Еще будем пялиться? Что вы так пялитесь? Еще посмотрите — и глаз лишитесь!»
Цзян Жэнь знал, что эти голоса она не услышит.
Но за подобную дочери Сяо Сяньэр, которой наконец исполнилось шесть лет, он, конечно же, зорко следит за окружающими ее самцами.
Особенно за теми несколькими маленькими мальчиками, которые шептались и, похоже, хотели подойти и завязать разговор, что вызвало у него огромную настороженность.
Вскоре подошла очередь Не Сяньэр.
На регистрационном столе лежал размером с кулак светло-голубой шпат, который плавно висел в воздухе на высоте три фута от земли.
«Положите руку на шпат».
Монах, отвечающий за регистрацию, перелистывал маленькую книгу и, не поднимая головы, сказал:
«Так правильно?»
Не Сяньэр положила руку на шпат.
Монах уже хотел было заговорить, но, подняв глаза и увидев Сяо Сяньэр, он вздрогнул, и у него в голове мелькнула мысль.
Такая внешность вполне может сравниться с внешностью той девушки-демона из Сюаньтяньцзун через десять лет.
Ух ты!
Светло-голубой шпат выпустил немного света и упал на тыльную сторону руки Не Сяньэр, тут же исчезнув.
«Священнослужитель, все верно?»
Сяо Сяньэр увидела, что монах не отвечает, и напомнила ему.
Монах вдруг очнулся и понял, что пристально пялиться на маленькую девочку — это большая проблема, но, к счастью, вокруг было много детей. Он быстро кашлянул и перевел внимание, взглянув на сообщение, появившееся на шпате, и сказал:
«Зарегистрировано, просто подойдите под синий луч света в центре и подождите».
«Календарь Цзючжоу».
Цзян Жэнь наблюдал за какими-то почтенными монахами, которые вели себя непочтительно, но вскоре его внимание привлек шпат, отвечающий за проверку личности и выдачу разрешений.
Шпат смутно отображал строчку с текстом, в которой указывалось время, записанное в календаре Цзючжоу.
За последние шесть лет Не Сяньэр жила на горе, принадлежащей ее мастеру. Единственным человеком, с которым она общалась, был Сяо Цзы. Хотя Сяо Цзы многому ее научил и многое ей рассказал, о годах он ни разу не упоминал.
[Календарь Цзючжоу, год шесть тысяч пятьдесят пятый. ]
«5855 год, если я правильно помню, моя прошлая жизнь закончилась в 5849 году, то есть, если вычесть шесть лет, на данный момент прошло целых двести лет».
Цзян Жэнь немного пожалел, что не попытался получить очки достижений с помощью третьего случая.
Иначе получается: во второй раз — сто лет, в третий раз — двести лет, в четвертый раз — гарантированно четыреста лет. Через несколько посещений только призрак знает, не настанет ли эра Конца Света.
Если к тому времени не получится завершить пятизвездочную оценку и прогресс застрянет в этом мире, то плакать придется в три ручья.
«Пошли».
Не Сяньэр подождала, пока Ли Цзыжоу зарегистрирует свою личность, и ловко взяла ее за одну руку и пошла в сторону заметного луча света в центре.
На этот раз Ли Цзыжоу уже не сопротивлялась.
Смотря на чисто-белую фигуру перед собой, она даже подумала, что если ей не суждено стать монахом, то и служанкой такой девушки тоже было бы неплохо.
«Эй, как тебя зовут?»
Несколько высоких и крепких мальчиков во главе с парнем в черной китайской одежде остановились перед Не Сяньэр.
Вставьте «» перед переводом.
Одежды этих людей, очевидно, великолепны, да и аура очень заметная, с чувством превосходства, очевидно, они все из необычных семейных происхождений.
«Не Сяньэр».
Не Сяньэр остановилась и улыбнулась в ответ.
«Не Сяньэр, да, ты достойна этого имени».
Человек рядом с ним высоко поднял свою ручку и сказал со снисходительностью: «Брат Цинь положил на тебя глаз. Ты присоединишься к нам в испытании, чтобы обеспечить себе хороший результат».
Чернокожий мальчик Цинь Тянью улыбнулся и сказал: «Мисс Сяньэр, не спешите, характер Чэн Кана немного прямолинейный, но он прав, если вы попытаетесь вместе с нами, вы обязательно получите хороший результат».
Лю Цзыжоу слегка прикусила губу, чувствуя, что она лишняя. Группа людей перед ними очевидно богата и знатна. Если Сяньэр согласится на их предложение, то она снова станет человеком, но она не хочет это останавливать. По сравнению с этими немногими людьми, она определённо будет тянуть Сяньэр вниз.
Не Сяньэр слегка улыбнулась, а затем прямо отказалась: «Я не хочу этого!»
Услышав это, Лю Цзыжоу удивленно открыла свой маленький рот.
Не могу понять, почему она отказалась так просто, но висящее на волоске сердце не могло не отпустить это.
«Что?»
Мальчики на мгновение замерли, и у всех на лицах появилось недоброе выражение.
Чэн Кан, который заговорил первым, сердито сказал: «Ты знаешь, кто тебя пригласил?»
Не Сяньэр моргнула: «Кто это?»
Чэн Кан жестом приказал ей посмотреть на Цинь Тянью рядом с ней, а затем сказал: «Это Цинь Тянью, седьмой принц Великой Циньской империи. Сколько людей хотят ему угодить, но нет шанса. Сейчас я даю тебе шанс присоединиться. Ты все ещё отказываешься, может быть, у тебя смелость выросла на твоём лице…»
Мал и глуп!
Цзян Рен, который был терпеливым, больше не мог этого выносить.
Он немедленно вылетел и ударил Чэн Кана по голове мечом.
Ба-бах!
«Больно!»
Чэн Кан вскрикнул и присел на корточки на землю, схватившись за голову руками: «Кто это? Кто меня ударил?»
Цинь Тянью ничего не говорил со своими последователями и тупо смотрел на нефритовый кулон в форме бьющего меча, и он снова всунул кулон Не Сяньэр между шеей.
Потом, кажется, вспомнил что-то и его лицо стало немного осторожным.
«Сяо Сяньэр, даже я не могу выругать тебя, когда придёт твоя очередь говорить?»
Цзян Рен холодно усмехнулся. Хотя за последние шесть лет он продвинулся только на пятый уровень Налинфа, его способность убивать и наносить побои всё ещё была очень слабой, но убрать ребёнка было не проблемой.
«Это ужасно, Цзыжоу, пошли».
Не Сяньэр взяла Лю Цзыжоу и ушла, и, кстати, прикрыла рот в знак страха, но глаза, согнутые в серп, выдали её.
Лю Цзыжоу утащили в сторону.
Она вспомнила, что отец говорил ей, что Великая цинская империя — самая большая империя в Восточной Антарктиде, а последователи принца такой империи определённо были неординарными людьми.
Я не ожидала, что его изобьёт Сяньэр, но даже не осмеливалась сказать ни слова.
«Пойдём».
Цинь Тянью помог Чэн Кану встать и сказал с мрачным выражением лица.
Хотя мощная секта и монахи не были в Донцзичжоу, как принц Великой цинской империи, он встречался со многими обычными монахами и много узнал о мире совершенствования.
Зная, что нефритовый кулон в форме меча обязательно должен быть сокровищем, когда он работает так, как только что Не Сяньэр.
И семья, которая может без разбора передать такого рода сокровище младшему поколению, возможно, семья монахов, не говоря уже о том, что ты седьмой принц, даже твой правящий отец вряд ли оскорбится.
http://tl.rulate.ru/book/71469/3959604
Готово:
