Он спустился с горы и присоединился к Всемирной Торговой Организации.
Учен рассказал Цзян Рэну о своей идее в тот момент, когда она появилась, но очевидно, что он не хотел, чтобы Цзян Рэн, который мог только "да", ему что-то подсказывал, но он уже принял решение.
Ранним утром следующего дня.
Учен надел чистую монашескую одежду, правой рукой прихватил Цзян Рэна и явился в резиденцию аббата.
Только подошли к двери.
Как внутри послышался ритмичный стук деревянной рыбки.
Учен двинулся вперед, поднял руку и хотел постучать в дверь, когда раздался голос аббата: "Войдите".
"Почтеннейший аббат, позвольте мне войти".
Сказал Учен, распахивая дверь.
Он увидел аббата, сидящего на футоне, спиной к нему, лицом к картине Будды, который стучал по деревянной рыбке.
Учен вошел в дом, положил левую руку на грудь и выразил свое намерение: "Почтеннейший аббат, Учен хочет спуститься с горы и присоединиться к миру, и я прошу аббата одобрить это!"
Бум-бум-бум...
Под звуки ударов деревянной рыбки аббат спросил: "Зачем тебе идти в мир?"
Учен ничуть не колеблясь, ответил: "Иду в мир ради несправедливости, присоединяюсь к миру ради гнева и присоединяюсь к миру ради того, что хочет сделать Учен".
Аббат: "Что если ты пойдешь и не вернешься?"
Учен: "Тогда я не вернусь!"
Бум!
Стук деревянной рыбки внезапно прекратился.
"Возьми это, иди в павильон Цанцзин, найди своего дядю, и тогда ты сможешь спуститься с горы".
Аббат на секунду замолчал, а затем бросил жетон, и снова застучала деревянная рыбка.
Учен взял жетон и увидел, что на нем были выгравированы два изящных слова "Гушан". Хотя он не знал, почему аббат должен был пойти в Тибетский павильон Писаний, чтобы найти своего дядю, он все же спросил: "Почтеннейший аббат, разве не обязательно спускаться с горы и присоединяться к миру? Сначала нужно пробиться через Пятиэлементную матрицу?"
Цзян Рэн как палка увлеченно наблюдал за этой сценой.
В таких храмах, как храм Гушан, действуют строгие правила для учеников и последователей. Если они самовольно покидают храм, их сурово наказывают монахи Зала заповедей.
Чтобы выйти, нужна либо командировка, либо какой-то особый метод.
Особенно спускающиеся в мир, каждый из которых представляет собой фасад храма Гушан. Чтобы не допустить, чтобы те, кто не владеет боевыми искусствами, унизили врата горы, каждый, кто спускается в мир, сначала должен пройти через пятиэлементную матрицу, которая закаляет тело и разум и испытывает боевые искусства.
"Ты вошел в врожденную сферу, пять элементов тебе бесполезны, это лишь зря потратит твое время".
Сказал аббат, за ним замахала одежда с рукавами.
Появился мягкий, но сильный ветер, пыль мгновенно поднялась в воздух и опустилась на дверь.
Раздался щелчок.
Затем дверь закрылась.
Такой метод также вызвал у Цзян Рэна любопытство к старому монаху как у Fife Zhang.
За эти дни наблюдения, хотя врожденная сфера тоже может достичь такого уровня, но это далеко не так просто, как у аббата.
"Приобретенный, врожденный..."
"Есть ли сфера выше врожденной, и достиг ли ее аббат?"
"Или он на самом деле Лао Иньби, скрытый монах?"
Цзянрэн снова сосредоточился на Учене. Как палка, если он хочет решить эту проблему, он может сделать это только через человека-инструмент.
Будем надеяться, что с этим молодым человеком-инструментом все будет хорошо.
"Благодарю вас, почтеннейший аббат".
Учен низко поклонился закрытой двери, на его лице было немного горечи, немного неловкости и немного растерянности.
Долгое время.
Он просто встал и ушел, его выражение снова стало спокойным.
Цзянрэн знал, что Учен был таким не просто так.
Учен никогда не поклонялся учителю с тех пор, как вошел в храм Гушан. Дело не в том, что он не хочет этого делать, а аббат запрещает это.
Помимо этого, настоятель взял на себя все обязанности мастера, обучил его практике внутренней силы, а также практиковал с ним боевые искусства более десяти лет.
Смело можно утверждать, что, несмотря на отсутствие официального ученичества и наставничества, фактически они уже были учителем и учеником.
Теперь пора уходить.
Павильон тибетских писаний находится в глубине храма Гушань. Вокруг него постоянно патрулируют ученики зала послушников, охрана усилена.
К тому же, в павильоне постоянно дежурят как минимум два прирожденных мастера боевых искусств.
Раннее утро.
В пятиэтажном павильоне тибетских писаний на первых двух этажах можно было увидеть всего несколько человек.
Вучен взял жетон, данный настоятелем, и беспрепятственно прошел в угол третьего этажа.
Там сидел старик в серой рясе, который с закрытыми глазами медитировал.
В жестяной банке перед ним возвышался сандаловый дымок, и его ненавязчивый аромат обладал успокаивающим действием.
Вучен, не желая его беспокоить, взял соседнюю книгу и молча перелистывал ее.
Спустя четверть часа.
Старик в серых одеждах открыл глаза, взглянул на Вучена и сказал: "Вучен, ты собираешься выйти в мир?"
"Дорогой дядюшка, Вучен действительно собирается войти в свет. Вот, что попросил передать мне мастер настоятель..."
Вучен только достал жетон, но не успел договорить, как его словно подхватила чья-то невидимая рука, и он мгновенно оказался не в его руках.
После чего он попал в руки седому старику в серых одеяниях.
"Продолжай!"
Старик в серых одеждах даже не взглянул на жетон, а лишь достал из широких рукавов темно-зеленый нефритовый свиток и бросил его.
Вучен, который был к этому давно готов, ловко поймал его и с недоумением осмотрел свиток, но не нашел, где его раскрыть.
Голос старика в серых одеяниях прозвучал над самым ухом: "Приложи свиток ко лбу, отключи сознание и внимательно прочувствуй его".
Вучен, хотя и не понимал, но не стал сопротивляться.
Он послушно приложил свиток ко лбу и закрыл глаза.
"Перенес сознание в воздух? Неужели это не совершенный культиватор?"
Цзянжен посмотрел на старика в серой сутане, а затем перевел свой взгляд на нефритовый свиток: "Этот свиток тоже несколько странный".
В его поле зрения светились точки света на поверхности нефритовых свитков, похожие на те особые субстанции в огненном озере, с той лишь разницей, что свет там был огненно-красным ~www.wuxiax.com~, а здесь его было больше и он был ярче, к тому же свет на нефритовом свитке был ярко-зеленым.
Свист!
На нефритовом свитке вспыхнул свет и ворвался прямо в голову Вучена.
Почти в то же самое время Цзянжен понял, что в его сознании появилось что-то новое, похожее на упражнение по практике под названием "Правильный закон".
"По-видимому, это упражнение передалось мне через сознание Вучена. Неужели он получил его из слабого свечения нефритового свитка".
Цзянжен немного подумал и перевел взгляд на внешний мир.
Как и ожидалось, Вучен убрал со лба заметно потемневший нефритовый свиток и с подозрением посмотрел на старика в серой сутане: "Дядюшка, этот нефритовый свиток и техника в моем сознании..."
"Этот свиток - дар храма".
Старик в серой сутане быстрым движением вернул себе нефритовые свитки и сказал: "Когда ты закончишь это упражнение, найдется тот, кто ответит на все твои вопросы".
"Благодарю, дядюшка, прощайте".
Вучен больше не стал спрашивать, поклонился, отступив на несколько шагов назад, развернулся и ушел.
Вскоре он вышел из павильона тибетских писаний.
"Отправиться в монастырь... То есть этот "Сдерживатель императоров", вероятно, представляет собой практику для совершенствования бессмертия?"
Цзянжен тотчас же забыл о том, сможет ли он заниматься этим упражнением с оружием, и приступил к его изучению.
"Правильный закон" состоял всего из нескольких сотен слов.
В основном текст состоял из простых предложений, но у Цзян Рена возникло какое-то смутное ощущение.
У Учёна также возникло сильное любопытство по поводу "Дурфа", но теперь, после того как ему разрешили спуститься с горы и вступить во Всемирную торговую организацию, он решил сначала заняться бизнесом.
Он вернулся к себе, забрал багаж, который собрал накануне вечером, прихватил Цзян Рена и вышел из храма.
http://tl.rulate.ru/book/71469/3959036
Готово:
