Фуюка Уменокоджи, сидя напротив своей наставницы, Синлоу Фань, на площадке для любования луной, расположенной на верхнем этаже зала Желтого Дракона в Академии Цзе Лун, допила содержимое своей чаши.
На первый взгляд, казалось, что они пьют вино, но на самом деле это был эликсир под названием «яоцзинтан» — искристая золотая жидкость с мягким и едва уловимым сладким привкусом, как объяснила Синлоу.
— Как необычно, мастер приглашает свою ученицу выпить, — протянула Фуюка.
Хоть Фуюка и обучалась у Синлоу, но все же официально ученицей не стала. Она была гостьей - получала индивидуальные наставления в искусстве сэйсэндзюцу, но оставалась верна техникам своей семьи.
Хоть секретные техники и были утрачены почти тысячу лет назад. Став главой клана в очень юном возрасте, Фуюке удалось восстановить некоторые из них, но многое ещё оставалось потерянным. Чтобы восполнить этот пробел, она попросила Синлоу обучить её. Хотя Синлоу никогда эти техники напрямую не видела, она, вероятно, была единственным человеком, который когда-либо взаимодействовал с кланом Уменокоджи до того, как он исчез. Лучше учителя не сыщешь.
Возможно, именно из-за этого прошлого, или по какой-то другой причине, Синлоу всегда держала Фуюку на расстоянии, не сближаясь с ней больше, чем с другими учениками. Она вежливо отвечала на её вопросы о сэйсэндзюцу, иногда давая советы, но между ними всегда оставалась некая неловкость.
Но сегодняшний день был исключением — они находились на пороге возрождения одной из потерянных техник.
— Хо-хо... Мне нужно кое-что прояснить, — сказала Синлоу, прищурившись, глядя на окутанную дымкой луну.
— Ох, опять? — с легкой насмешкой спросила Фуюка.
— Твоё желание. Если ты победишь в Линдволусе, что ты попросишь у Корпораций?
— Ах... Кажется, я никогда этого не упоминала об этом, правда?
В отличие от других школ, студенты Цзе Лун с большим рвением участвовали в Фесте, так как их философия призывала испытать свои способности в бою.
Конечно, были и те, кто выходил на турнир с конкретной целью, желанием его исполнить, но в целом таких студентов, наверное, было меньшинство. По этой причине желания не были главной темой разговоров в этих залах.
— Уверена, мастер догадывается о моём ответе, — уклончиво ответила Фуюка.
Однако Синлоу продолжала молча смотреть на неё. Фуюка глубоко вздохнула.
— Моё желание… если говорить откровенно — бессмертие.
— Ха! Я так и думала, — сказала Синлоу, разочарованно взмахнув чашей и осушив её.
Судя по её реакции, это желание её не впечатлило.
Бессмертие было недостижимо даже для Корпораций. В лучшем случае они могли предложить лишь криогенное замораживание или технологическое продление жизни. Даже с передовыми технологиями невозможно было достичь вечности.
Но сказать, что её мечта совершенно недостижима, было бы ложью.
В конце концов, человек, сидящий напротив нее, был свидетельством этого.
— Может, я начну с того, что попрошу разрешения посетить Хуаншань или Эмэйшань? А может, Тайшань? И тогда сама найду ответ, — задумчиво добавила Фуюка.
Пять Священных Гор теперь находились под контролем Цзе Луна, и до них было нелегко добраться. Даже корпорации, казалось, не понимали, что эти места содержат огромные залежи урм-манадита. Правда, в этом мало чего удивительного.
— О, даже в наше время есть те, кто стремится преодолеть физические ограничения, — заметила Синлоу.
— Увы, я родилась в семье, для которой всё древнее имеет высшую ценность, — с лёгкой улыбкой, скрытой за рукавом, произнесла Фуюка.
— Для тебя это может быть и возможным. Но, по правде говоря, это скучное желание. Эти мудрецы — лишь пустые оболочки, — заметила Синлоу.
— Но разве они не похожи на вас, мастер? — с легким вызовом спросила Фуюка.
— Не будь глупа. Моя техника — это просто переселение души, — холодно возразила Синлоу, нахмурившись. — А я надеялась пробудить твой разум.
— Ох, значит, для этого мы здесь и собрались? — иронично спросила Фуюка, её глаза сияли хитрым огоньком.
Если так, то всё это обучение оказалось пустой тратой времени.
Фуюка стремилась стать мудрецом задолго до встречи с Синлоу — точнее, она мечтала стать существом, которое сможет жить вечно, используя силу демонов.
Род Уменокоджи с древних времен обитал в священных землях, где покоились осколки ур-манадита. Эта местность даровала им особые способности, позволяющие создавать и контролировать сикигами — искусственных существ, созданных из маны. По своей сути, они были временными, как и традиционные заклинания или амулеты, но в то же время были неуязвимы для смерти. Если они теряли форму, их можно было воскресить при правильном выполнении ритуала.
Говорили, что в дни, предшествовавшие Инвертии, когда маны была дефицитом, требовались дни подготовки и собственная жизненная сила, чтобы вызвать шикигами. В современную эпоху, переполненном маной, такие жертвы больше не требовались. Однако сила сикигами зависела не только от маны, но и от умения мага, который создавал их. Создание новой сложной техники требовало времени, поэтому для победы над Ноэль Мессмер Фуюка использовала древние методы, призвав Мейдоуки.
Фуюка обладала исключительным талантом даже среди прошлых глав рода Уменокоджи. Она провела больше времени с сикигами, передаваемыми из поколения в поколение, чем с людьми. Лишь немногие из этих существ обладали высоким интеллектом, но многие, как Мейдоуки, жили долгие века. Их ценности и личности различались, но Фуюка находила общий язык с каждым. Из-за этого некоторые члены её семьи утверждали, что она одержима демонами и утратила собственную волю.
Но если бы она могла жить так же долго, как они…
— Что насчёт завтрашнего матча? Как думаешь, сможешь победить? — спросила Синлоу, слегка изменив выражение лица.
— …Хотела бы я задать вам тот же вопрос.
Завтра Фуюка должна была сразиться в четвертьфинале против Муракумо — Аято Амагири.
У неё не было намерения проигрывать, но противник был серьёзным. Помимо физических способностей, он, кажется, почти полностью овладел Сер-Верестой. Фуюка изучила технику, которую Сяосуй использовал, чтобы противостоять Сер-Вересте на Грифах, но не была уверена, хватит ли этого.
— Я постараюсь сделать бой как можно более захватывающим для вас, мастер.
— Ха! Вижу, вижу. Я с нетерпением жду этого. Ты, твои шикигами и... секретные техники Умэнокодзи — тихо рассмеялась Синлоу, поднимая чашу к губам.
«Вот и настало время! Шестой раунд Линдволуса, четвертьфиналы, начинаются! Мы рады передать вам все захватывающие моменты с арены «Сириус Дом»! Захарула, что будет главным в этом раунде?»
«Да, ну, во-первых, я думаю, мы все с нетерпением ждем второго матча в куполе Канопуса между Орфелией Ландлуфен и Сильвией Линнхейм. Думайте об этом как о матче-реванше или, может быть, матче реванша между дивой и нашим действующим чемпионом. А третий матч в куполе Процион между следующими поколениями люксов Саи Сасамии и новой автономной куклой Ленати, тоже обещает быть зрелищным. Я определенно с нетерпением жду этого... Но если вы спросите меня, то именно этот первый матч между Аято Амагири и Фуюкой Умэнокоджи будет самым интересным».
Как только комментатор Захарула закончила отвечать на вопрос ведущего Мико, по всему стадиону прокатилась оглушительная волна восторженных криков, заставившая дрожать воздух.
Аято, находясь на арене, чувствовал это напряжение, но его мысли были заняты другим.
По-настоящему в его ситуации было трудно разобраться.
С одной стороны, его первоочередной задачей было спасение жизни сестры, а для этого требовалась победа. И в желании победить не было ничего плохого.
Однако, он сильно полагался на своих друзей, оставив им слежку за Ламина Мортис, ради того, чтобы приблизиться к Альянсу Золотых Ветвей. Он даже потратил весь вчерашний день на поиски информацию по всей академии с Сайей и Сильвией, но так ничего и не узнал. В это же время, Харука и Хельга, вроде как, продвинулись чуть дальше.
Ситуация давила на него, но единственное, что Аято сейчас мог – довериться друзьям.
Вдобавок ко всему, его беспокоили матчи Сайи и Сильвии: обе столкнулись с беспрецедентными соперницами, особенно Сильвия – ей повезло попасть на двукратную чемпионку турнира.
Естественно было беспокоиться. И также у них не было времени встретиться напрямую – матчи проходили в разных местах, поэтому они подбадривали друг друга сообщениями из подготовительных комнат. Он надеялся, что они благополучно справятся.
Был и результат, которого он хотел избежать любой ценой, который был неизбежен при победе в сегодняшнем матче – матч с Юлис. Это означало бы, что ради спасения сестры он вынужден будет разрушить любой шанс Юлис исполнить ее мечту.
Фуюка громко хихикнула. — Выглядишь рассеянным, не так ли?
Аято поднял взгляд и увидел, как она смотрит на него с легкой, но уверенной ухмылкой. На ней была традиционная куртка с короткими рукавами поверх униформы Цзе Лун, а в руке блестел заколдованный складной веер.
— Н-не совсем… — поспешно ответил Аято, а затем, осознав свою ошибку, поправился: — Нет, ты права. Похоже, я действительно отвлекся. Прошу прощения, — извинился он, опустив голову.
Фуюка, конечно, была права. И если это было настолько очевидно, что она заметила это сразу, значит, он не проявлял к ней должного уважения как к сопернику.
— Ха! Что ты делаешь? Ты еще более странный, чем я думала! — воскликнула она с легким смехом, похожим на звон колокольчиков. Несмотря на дерзость, в её голосе звучала изящная грация. — Хотя, думаю, это для меня даже лучше. Ничего не сравнится с легкой победой.
— Э-э... — Аято не смог возразить на её логичные слова.
— Но знаешь, — добавила она, подняв правую руку, — кажется, я начинаю понимать, что мой мастер, Хуфэн, и Алема видят в тебе. Ты, безусловно, интересен. Может быть, тебе кажется, что моя тактика не слишком очевидна… Но удачи тебе, Муракумо, — произнесла она с довольной улыбкой.
— …Ты тоже, — ответил Аято и пожал ей руку, на что трибуны взорвались радостными криками.
Вот это да! Какое теплое рукопожатие между нашими соперниками! Да, это одна из тех приятных моментов на Фесте! А теперь… похоже, мы готовы начать!
Слова Мико раздались над ареной, и Аято вместе с Фуюкой вернулись на исходные позиции.
Он прикрыл глаза, глубоко вдохнул и постарался отогнать лишние мысли. Впереди его ждал бой.
— Четвертьфинал Линдволуса, матч 1 — старт! — раздался механический голос судьи. Но ни Аято, ни его противник не сделали никаких движений.
— О? Это неожиданно, — заметила Фуюка. — Я думала, что ты бросишься ко мне.
— Поэтому и не стал, — спокойно ответил Аято.
Он знал, что ее сильная сторона — призыв шикигами, созданных из маны, подобно тому, как это делал Гюстав Мальро, его прежний соперник. Но в отличие от Гюстава, Фуюка не скрывалась за спинами шикигами, она тоже умела сражаться. Он наблюдал её поединки и пришел к выводу, что она владеет техниками, похожими на айкидо или джиу-джитсу, которые позволяли ей использовать силу противника против него самого. Её манера боя напоминала ему его собственный стиль Амагири Синмэй.
Рукопожатие подтвердило его догадки — руки ее были, как у хорошо обученного бойца.
Он не мог позволить себе проявлять беспечность. Она ожидала, что он атакует первым, и наверняка была готова к контратаке. С его нынешней силой он мог бы прорваться через её защиту, но…
Эта нога…
Рана на правой ноге после матча с Родольфо Дзоппо была не такой серьёзной, но всё же она влияла на его движения. Фуюка не упустит шанса, если он вдруг замешкается из-за нее.
Он не мог рисковать.
— Ну что ж, раз так, думаю, первой буду я, — усмехнулась Фуюка, отступая на дальний край сцены.
— Jí jí rú lìng, chì!
Она вытянула руку, и от её пальцев вспыхнул красновато-черный свет. Из магического круга перед ней возникло огромное, рогатое существо — трехглазый шикигами в древних доспехах, с массивной цепью и топором. Его темно-красная кожа и устрашающая аура напоминали демона из старинных легенд. Существо было не менее восьми футов в высоту.
— Хо-хо, какой достойный противник! Это будет интересно, — ухмыльнулся демон, сверкнув клыками.
Аура монстра была настолько сильной, что Аято ощутил давление даже на расстоянии. Он знал о силе этого шикигами, ведь видел, как он сражался против Ноэль Мессмер, но видеть его воочию было совершенно иным опытом.
Фуюка сделала несколько быстрых движений пальцами, и сотни мелких призраков, похожих на летучих мышей, обвились вокруг топора Гигоку, усиливая его.
— Ну что ж, Гигоку, теперь дело за тобой, — сказала она с ухмылкой.
— Как прикажете, — прогремел демон, делая шаг вперёд.
— Назови себя, юный воин! — его голос был словно удар грома.
— Аято Амагири.
— Тогда слушай, Аято Амагири! Я — Гигоку! Демон-хранитель Уменокоджи!
С этими словами Гигоку рванул вперёд, и за долю секунды сократил расстояние между ними. Аято мгновенно поднял Сер-Вересту, чтобы отбить удар, но столкновение отозвалось резким звоном в его костях.
— Гх...!
— Нгх...!
Сила демона была гораздо больше, чем ожидал Аято. Он взмахнул своим клинком, чтобы сбросить оружие противника, но Гигоку проворно отскочил назад с удивительной ловкостью.
Пока Аято ожидал его следующего шага, демон, размахнув цепью, направил её прямо в ноги Аято, пытаясь его сбить. Он успел сделать полшага назад и отбил удар своим мечом.
Каждый раз, когда их оружие сталкивалось, красные всполохи огня окружали топор Гигоку. Очевидно, это были чары, наложенные Фуюкой. Оружие демона было защищено от силы Сер-Вересты, точно так же, как оружие Сяосуя во время их матча на Грифе.
С каждым ударом Аято увеличивал свою скорость, но Гигоку тоже не отставал. Это был настоящий танец — стремительный, жестокий, и ни один из них не собирался уступать.
— Ч-чудовищная защита! Я едва успеваю следить за движениями их оружия! — воскликнул комментатор.
— Гигоку, безусловно, представляет собой грозного соперника. Он вполне мог бы занять место среди лучших студентов, — поддержал второй комментатор.
Наконец, они оба, выведенные из равновесия, отступили на противоположные стороны арены.
— Фух... Это было непросто, — пробормотал Аято, вытирая пот с лба.
Способности Гигоку в ближнем бою, вероятно, превзошли Сяосуя во время Грифов. С тех пор Сяосуй значительно окреп, и, хотя Аято сам ещё не сталкивался с ним снова, он подозревал, что мощь Гигоку нисколько не уступала ему.
— Впечатляюще, Аято Амагири, — громогласно произнесло создание, вновь подготавливая свой топор.
Фуюка стала наносить на топор больше чар. Без сомнения, она восполняла те чары, которые Сэр-Вереста сжег. Это было проблемой.
Однако Аято не позволил прошлому году пройти впустую.
Он сосредоточил свою прану в Сер-Вересте, позволяя ей течь в Орга Люкс. Такова была цена использования его в полную силу. В ответ лезвие начало дрожать в его руках.
— Аа
С рыком Аято бросился к шикигами, поднимая клинок снизу.
— Угх...?
В отличие от их предыдущего столкновения, Аято на этот раз прорезал оружие противника. Чары, защищавшие его, вспыхнули огнём, погаснув менее чем за мгновение.
Гигоку наклонился назад, пытаясь увернуться от удара, но броня, защищающая его грудь, раскололась пополам, нижняя половина, исчезнув в воздухе до того, как успела коснуться земли. Его топор уже полностью исчез. Судя по всему, оружие и броня шикигами просто испарялись при уничтожении.
Три глаза существа широко раскрылись от удивления, но Аято не стал останавливаться в своём наступлении.
Гигоку отскочил назад, уклоняясь от следующего удара, но его защитная позиция была разорвана. Аято бросился вперёд изо всех сил, когда вдруг его поразила серия мощных разрядов, похожих на молнии.
— Ох, это было слишком близко.
Когда он обернулся, то увидел, что Фуюка сжимает в руке горсть заклинаний, как открытый складной веер, и с холодной улыбкой смотрит на него.
Разумеется, этот бой не был один на один против Гигоку. Фуюка, возможно, и не собиралась вмешиваться в это противостояние, но она всё равно могла поддерживать своего шикигами издалека. Действительно, в сейсендзюцу было бесчисленное множество поддерживающих схем. Он не мог позволить себе расслабляться.
Тем не менее, Аято поднял Сер-Вересту перед собой — осторожно, не торопясь.
Гигоку был силен. Но даже при поддержке Фуюки он не был непобедимым.
Не против техник меча Аято и Сер-Вересты.
Его Орга Люкс мог сжечь всё на своём пути, защититься было невозможно. Если он задействует его истинную силу, он должен будет способен легко прорваться сквозь всё, что Фуюка бросит ему навстречу. Правда, в этом состоянии находиться долго было проблемой из-за слишком большого количества праны необходимого Сер-Вересте. Аято рассчитывал, что, хотя бы этот бой он протянет.
— Этот Рунный меч… действительно ужасное оружие.
— Моих действия, видимо, оказалось недостаточно против него.
Как Гигоку, так и Фуюка были впечатлены, но ни один из них не выглядел особенно встревоженным. У них, вероятно, еще был козырь, на который можно было надеяться. А Аято не думал, что сможет закончить бой так быстро.
— Чего только не сделаешь ради победы, надеюсь, это поможет мне одолеть тебя.
Не успела Фуюка закончить говорить, как из рукавов ее пальто высыпало бесчисленное количество заклинаний. Сталкиваясь каждый раз с один за одним даоши, он думал об одном и том же, где она черт возьми хранит весь этот бесконечный запас заклинаний.
Бумажные листки взмыли высоко в воздух, разлетевшись по сцене во все стороны.
В мгновение ока эти талисманы преобразились в мечи, кинжалы, топоры и копья. Их было сотни. Когда Аято уклонялся от потока оружия, стремящегося обрушиться на сцену, его окружение превратилось в лес хаотичного арсенала.
«Ч-что это?! Заклинания конкурсанта Уменокоджи превратились в оружие!»
«Полагаю, если ваше нынешнее оружие бесполезно против Сер-Вересты, нужно просто увеличить его в количестве. Это довольно эффектная и непростая стратегия для защиты, и все же...»
Аято не мог с этим не согласиться.
Реальная ценность Сер-Вересты заключалась в том, что от него было невозможно защититься. Тот факт, что он уничтожал любое оружие, с которым соприкасался, был всего лишь побочным эффектом.
Он быстро понял, что Гигоку схватил длинное копьё, осторожно высчитывая расстояние между ними, в то время как Фуюка, находясь в глубине сцены, складывая пальцы в очередную сложную технику.
Чёрт возьми...! Это...
"Jí jí rú l lìng, chì!"
В этот момент вокруг нее вспыхнул бледно-голубой свет, из которого начала выходить новая демоническая фигура.
Шикигами приняло форму длинноволосой женщины, возможно, чуть ниже Гигоку. Её кожа была синего цвета, у неё было четыре руки, а единственный рог в центре лба был длинным и тонким. У неё были острые глаза и четко выраженные черты лица, лицо было красиво. Её накачанное тело было одето только в узкие наряды, закрывающие грудь и талию. В своих четырёх руках она держала огромный лук, украшенный сложным, замысловатым узором.
— Прости меня, Гикен. Не могла бы ты помочь Гигоку?
— Как прикажете, — торжественно ответил демон, прежде чем кратко обменяться взглядами с Гигоку и повернуться к Аято. — Я Гикен, отпрыск Запада, демон-хранитель Уменокоджи. Рада познакомиться с вами.
Ее безмятежный голос пробежал мурашками по спине Аято.
Это... выглядит не очень хорошо.
Гикен излучала столь же угрожающую ауру, как и Гигоку. Если честно, Аято не ожидал второго шикигами того же уровня.
— Сколько же еще у тебя жаждущих вступить в бой прячется в карманах?
— Удивлен...? — Фуюка ответил с мягким смешком. — Мне действительно не стоит этого говорить, но это все. Я на пределе.
Ее улыбка так и продолжала блистать, и она, казалось, испытывала небольшое давление, на лбу показался пот. По ее пране сложно было судить, что она истощена, вероятно, последствия вызова отражались на другом.
— Гигоку и Гикен самые мощные шикигами, когда-либо созданные родом Уменокоджи. Шикигами бессмертны, аппетит их тоже бесконечен.
Приняв это за сигнал, Гигоку бросился бежать.
Готовясь ответить, Аято понял, что что-то здесь не чисто.
Его тело стало необычайно горячим, а конечности странно тяжелыми. Он покачивался на ногах, голова его была затуманена, как будто его поразила внезапная лихорадка.
Этот... Это...!
— Проклятия Гикен гораздо мощнее, чем сейсендзюцу. Нужно быть внимательнее.
Уклоняясь от повторяющихся атак Гигоку, Аято взглянул на Гикен и увидел, как вокруг неё воздух буквально гудит от избытка маны. Две из её четырёх рук были переплетены, образуя сложный символ, с энергией, накапливающейся вокруг неё.
— Какой же это удивительный мир, где инструменты, церемонии и заклинания больше не нужны, — сказала она с жестокой, мудрой усмешкой.
Нельзя было ошибиться — именно проклятие Гикен удерживало его на месте.
Даже если это так, почему это так сильно на меня влияет...?!
Независимо от того, насколько сильны способности человека к ментальному или физическому воздействию, эффекты таких навыков сокращались, когда они использовались на целях с высоким уровнем праны и, таким образом, были менее эффективны против Генестеллы. Во время Грифов, Медулон из команды Геллиона, обладающий уникальной способностью к окаменению, оказался неэффективен против противника с большей праной. Единственными исключениями из этого правила были Орга Люксы, такие как Лира-Порос, а это означало, что проклятия Гикен должны были быть сопоставимой мощи. Даже несмотря на то, что семья Фуюки Умэнокодзи совершенствовала эти техники на протяжении тысячелетия, это все равно было исключением.
— Гу...!
Споткнувшись, Аято ответил Сер-Верестой, прожигая копье Гигоку насквозь. Его противник отступил в попытке укрыться, выбрасывая сломанное оружие и вырывая из земли большой меч, но этого короткого момента было достаточно.
Аято сжимал Сер-Вересту в правой руке, наполняя его своей праной.
— Сейчас!
Когда он повёл клинком, волна красного жара вспыхнула, и его тело вновь стало легким.
Точно также, как и Харука использовала Орга Люкс, чтобы сжечь запечатанные воспоминания, которые Варда-Ваос поместила в ее разум, так и Аято прорвался сквозь проклятие Гикен.
И все же...
— У-у-у...!
Только он успел освободиться, как его тело снова стало тяжёлым, а мысли затуманенными.
— Ты только что прорвался через мое проклятие? Этот мир действительно полон тайн. Думаю, мне придется использовать его снова. — Говоря это, Гикен оттянула тетиву лука, и на ее месте появилась черная стрела. Судя по всему, оружие автоматически генерировало эти зловещие снаряды.
— Стоп!
Гигоку воспользовался этой паузой, чтобы нанести прямой удар мечом.
Аято замахнулся диагонально, чтобы отразить его, но был вынужден встретить стрелу Гикен, которая мчалась с оглушительной и непредсказуемой траекторией. Он изогнулся, чтобы увернуться от следующей атаки Гигоку, но Фуюка, словно предугадав его движения, взорвала новым заклинанием прямо перед его глазами.
— Оу!
Даже сосредоточив свою прану, чтобы защититься, Аято отбросило назад. Заклинание напоминало ему близнецов Ли, но обладало гораздо, гораздо большей мощью.
Кроме того, Гигоку не собирался останавливаться. Шикигами сократил расстояние между ними, заставив Аято в спешке восстановить защитную позицию с Сером Верестом. Ему даже не дали времени перевести дух.
Гигоку атаковал спереди, Гикен — сзади, а Фуюка действовала как поддержка, и троица работала с поразительной координацией.
Создавалось ощущение, что она одна способна одолеть даже лучшую команду на Грифах.
Из-за проклятий Гикен, Аято сильно ослаб, ему было тяжело принимать решения и передвигаться.
Если бы только он мог хоть на короткое мгновение освободиться от проклятия Сером-Верестой, вероятно, смог бы преодолеть эту критическую ситацию.
— Как же неприятно...! — пробормотал он себе под нос, вытирая пот со лба.
— Ха-ха-ха! Похоже, даже легендарному Аято Амагири приходится нелегко!
Синлоу, находившаяся в специальной смотровой комнате Цзе Луна, от восторга хлопала в ладоши. Ярость матча шестого раунда ничуть не уступала пятому, но ее эмоции зашкаливали. Хуфэн беспокоился, что в любой момент все может пойти не так.
— Да, но разве не кажется тебе, что шикигами Фуюки немного нарушают правила? Особенно для Линдволуса, — спросила Сесили с усмешкой, стоя напротив Синлоу.
— Если это в рамках правил и боец не может с этим справиться, это говорит только о его слабости, — холодно ответила Синлоу.
— И представить себе не мог, что существует аж два шикигами такой силы, — пробормотал Хуфэн.
Судя по его ощущениям, если бы они были студентами, оба шикигами были бы в ранге Первых Страниц. Как бы он ни ненавидел это признавать, если бы он столкнулся с Гигоку лицом к лицу, он сомневался, что даже он выйдет победителем.
— Ну, эти двое особенные. Насколько я знаю, лишь горстка людей когда-либо была в состоянии контролировать их одновременно. Учитывая уже одно это, талант Фуюки поражает воображение.
— Да, но как именно на самом деле работает проклятие Гикен? — разочарованно заметила Сесилия, кусая ногти. — Это определенно выходит за рамки человеческих возможностей.
Как даоши, эта тайна, казалось, особенно беспокоила ее.
— Техники и способности Гикен вплетены в самую его суть. Это не похоже на Стрег или Данте, которые могут взаимодействовать с маной, используя свою прану в качестве посредника — это проклятие само по себе является маной. Без сомнения, она нуждалась в поддержке инструментов или определенного месторасположения из-за малого количества маны в окружающей среде. Однако теперь, в нашу современную эпоху, переполненную маной, она может насытиться. Но с другой стороны, она не настолько впечатляет, как Гигоку.
— Это значит... — пробормотал Хуфэн, — при таком раскладе, Фуюка выиграет, верно?
— Интересно? Она ведь против Муракумо. Что-то подсказывает мне, что это ещё не конец, — ответила Сесили с мрачной ухмылкой.
— Действительно, не ожидала бы, что она так легко справится с Аято Амагири... Но с другой стороны, трудно представить, что Фуюка проиграет. И, конечно же... — Синлоу замялась, её глаза сузились от удовольствия, а плечи задрожали — Конечно, козырь свой она еще не показала.
«Вы только посмотрите на этот невероятный натиск! Шикигами участника Уменокоджи идеально скоординированы! Получится ли у участника Муракумо справиться?!
«На удивление он держится довольно хорошо, учитывая его ситуацию. Получая удары, он минимизирует ущерб до минимальных повреждений… От Муракумо меньшего и не ожидаешь.»
Несмотря на комментарии, Аято оказался в ловушке.
Атаки Гигоку была безжалостными, одна жестокая и грозная атака следовала за другой. Сколько бы раз Аято ни разрушал его оружие с помощью Сер-Вересты, противник немедленно переходил к следующему, и, будь то копьё, меч или топор, Гигоку был мастером со всем.
Гикен держалась на расстоянии, нанося один удар за другим из лука. Мало того, ее действия полностью гармонировали с действиями Гигоку — и приходились на самое неподходящее время для Аято. И самое главное, ее проклятие по-прежнему тяжело давили на него, не давая времени передохнуть.
Более того, заклинания Фуюки, казалось, умели находить его слепые зоны. Они были совершенно непредсказуемыми — порой это была молния, взрыв или прямой удар от только что вызванного младшего шикигами.
Ему было трудно выдержать трехстороннюю атаку, и, несмотря на все его усилия, он получал урон.
— Ха-ха... Ха-ха...!
Тяжело дыша, он сосредоточил свою прану на своих ранах. Он еще не получил смертельного удара, но его униформа была в порезах, а тело в ссадинах и синяках.
У него была одышка, но, конечно, соперник не собирался давать ему возможность отдохнуть.
— Тч!
Аято отскочил назад от атаки копьем Гигоку, развернувшись, чтобы встретить следующий удар стрелы Гикена в воздухе. В этот момент, Фуюка выпустил еще три заклинания, каждое из которых приняло форму одноглазой вороны. Приземлившись на землю и восстанавливая равновесие, Аято уничтожил двоих из них с помощью Сер-Вересты, но оставшийся ворон стремительно ринулся к нему, разрывая его бок.
Он сморщился от боли. Его раны могли быть незначительными, но они накапливались.
И я до сих пор не нашел возможности...
Даже в координированной атаке каждый участник не всегда мог принимать оптимальные решения. Чем дольше продолжался поединок, тем больше вероятность того, что кто-то допустит ошибку. Аято знал это хорошо по своему опыту на Грифах. Даже команда Ланселот, которая, возможно, могла похвастаться высшей степенью координации, не смогла осуществить совместную атаку абсолютно без ошибок. И хотя он мог бы признать, что автономные марионетки, такие как Арди или Римси, обладающие вычислительными возможностями, значительно превосходящими рефлексы человеческого существа, могли бы работать с большей эффективностью, в реальной битве с несколькими бойцами даже они должны были бы корректировать свои действия в реальном времени. Идеальная координация была просто нереалистичной.
И все же, действия Гигоку и Гикена были именно такими. Они находились в идеальной гармонии. Фуюка просто воспользовалась этим, чтобы добавить несколько дополнительных штрихов. Единственной причиной, по которой Аято смог продержаться так долго, было то, что он использовал технику увеличения восприятия стиля Амагири Синмэй, шики, и, конечно же, подавляющее преимущество, которое Сер-Вереста имел над обычным оружием.
Если бы он мог найти выход, он мог бы вырваться из этой ситуации. Но против этих противников шансы на это казались крайне низкими. В этом случае его единственным вариантом было самому форсировать дебют, но соперники вряд ли дали бы ему много времени.
Аято глубоко вздохнул.
Похоже, у него не осталось выбора.
Ему придется использовать свой второй скрытый козырь.
Не теряя бдительности перед лицом свирепой атаки, которая все еще обрушивалась на него, он позволил себе раствориться в состоянии шики, позволив ему растянуться, стать глубже и интенсивнее.
— Стиль Амагири Симмэй, Абсолютная Техника II — Вадзаоги!
— А...?
Когда Аято опустил клинок, Гигоку посмотрел на него с подозрением, хотя и держал копье наготове.
Аято, однако, почти рефлекторно чувствовал, что ему нужно сделать. Полшага, чтобы уклониться от следующей атаки Гигоку, следующий шаг, чтобы позволить следующему выстрелу Гикен пролететь мимо него, и мгновение Сер-Вересты, прежде чем заклинания Фуюки смогут полностью активироваться...
— А? Что-то изменилось в движениях Аято Амагири...
Подозрения Захарулы пронеслись между комментариями. В качестве редактора неофициального рейтингового сайта Одроерир, она явно обладала острым взглядом.
Если она заметила это с первого взгляда, то, конечно, Гигоку и Гикен тоже.
— Нгх...!
— Это...
Выражения лиц обоих шикигами становились всё более серьёзными по мере продолжения их атак.
Однако теперь они не могли даже прикоснуться к нему. Каждый из ударов копья Гигоку, стрелы Гикена и заклинания Фуюки пролетали мимо него.
«Ч-что происходит?! Как раз в тот момент, когда Участник Уменокоджи загнала Амагири в угол, он вдруг начинает увернуться от всех её атак!»
«Оба шикигами по-прежнему действуют с той же эффективностью, что и раньше. Изменилась только реакция Аято. Он стал быстрее... слишком быстрым.»
Даже Захарула, казалось, была шокирована.
Это было понятно. Если первый Стиль Амагири Синмэй, Абсолютная Техника — Цугомори, была идеальной контратакой, то Вадзаоги была идеальной защитой. Расширив рамки и глубину состояния шики, его тело теперь двигалось почти автоматически в ответ на каждую атаку. Отказавшись от каких-либо контратак, он мог двигаться быстрее любого противника, чьи удары не могли сравниться с его реакцией.
Согласно словам Харуки, термин Вадзаоги относился к призыванию божественного духа, обитающего в теле. И, как подразумевалось, он двигался с поистине божественной скоростью.
— О, боже, как грациозно. Это похоже на танец. Но ты ведь не надеешься победить, просто убегая, не так ли? Или ты пытаешься затянуть это? — Фуюка, полные руки заклинательных талисманов, смотрела на него с широкой улыбкой, её глаза чуть прищурились. — Ну, неважно. Если ты не собираешься атаковать, то будь готов к этому.
В этот момент раскрылся гигантский магический круг, из которого вылилось бесчисленное количество деформированных шикигами. Это был Хякки Якё, которых она вызвала во время квалификационных матчей. Они не выглядели особенно сильными, но, безусловно, её планом было перегрузить его своим числом.
Аято, однако, предвидел это.
Он не позволит себе быть поверженным, пока использует Вадзаоги, но в то же время он не сможет одержать победу, оставшись в обороне навсегда. Эта техника изначально была создана для выживания на поле боя, и он понимал, что она не подходит для индивидуальных матчей турнира.
Тем не менее, ему нужно было лишь немного времени.
Пора не опрометчиво истощать свою прану, а деликатно настроить ее, выпустить идеально сформированный и контролируемый взрыв с помощью Метеоритных искуств.
— Ааааа!
С ужасным ревом он вышел из состояния Вадзаоги, выпуская Сер-Вересту с взрывной силой.
— Что?!
— Чего—?!”
Глаза Гигоку и Гикен расширились от ужаса, они пытались убежать, но были слишком медлительны.
Инициировав перегрузку от возбуждения маны, Сер-Вереста увеличился в размерах. Однако, в отличие от предыдущих раз, когда Аято делал это, он не только стал больше — он стал острее, более эластичным, обтекаемым и, безусловно, мощным.
Если бы он использовал свои обычные Метеоритные Искусства, он, по всей вероятности, не смог бы добраться до Гигоку и Гикен. Они легко уклонялись от его атак и, вероятно, воспользовались бы ими, чтобы нанести смертельную контратаку.
Однако, оптимизировав Сэр-Вересту так, как он это делал сейчас, у него появилась возможность. На это ушло определённое время, чтобы довести до совершенства, вот почему он использовал технику Вазоаги.
— Унх…!
— Черт!
С яркой вспышкой, Орга Люкс разорвал левую руку Гигоку и лук Гикен и снес в сторону более половины других сикигами, которых Фуюка призвал всего мгновение назад.
Аято не собирался упускать свой шанс. Восстановив Сер-Вереста до его оптимального размера, он рванул вперёд. Его целью, когда он пробился сквозь лес оружия, была, конечно, сама Фуюка.
Гигоку и Гикен мгновенно отреагировали, пытаясь заблокировать его путь, но Аято был на шаг впереди.
— О боже... Так не пойдет, — пробормотала Фуюка, призывая оставшихся Хякки Яко образовать перед собой стену.
Даже с проклятием Гикен и травмой ноги Аято, эти шикигами не представляли собой препятствие. С Сер-Верестой он мог прорваться через них одним махом.
Вот оно...!
С одним длинным шагом он нацелил Орга Люкс на герб школы на груди своей противницы.
Однако...
— … Синкретизм шикигами, — прошептала Фуюка, и в этот момент огромный вихрь маны втянул шикигами прямо в ее тело.
— Че…?!
В следующую секунду Фуюка уклонилась от его стремительной атаки, схватив лезвие Сер-Вересты голыми руками.
Аято стиснул рукоятку, нажимая изо всех сил, но его меч не сдвинулся. Как бы трудно это ни было поверить, их физические силы теперь одного уровня.
Тем не менее, только жар от того, что она схватила это лезвие, должно было сжечь её руки до пепла, но Фуюка лишь шагнула к нему, её цвет лица не изменился. Внезапно она оказалась в зоне ближнего боя и протянула к нему левую руку.
Это плохо...!
Оставшись без вариантов, он отпустил Орга Люкс и отступил.
Если бы он этого не сделал, она, вероятно, сломала бы ему руку.
— Фух... Мы оба попали в неловкое положение, — медленно сказала Фуюка, бросив Сер-Вересту через плечо.
Лезвие закрутилось в воздухе, прежде чем вонзиться в пол сцены.
— …Ты меня поймала. Я не ожидал, что ты будешь сражаться голыми руками, — ответил Аято, взглянув на Гигоку и Гикена.
Гигоку спокойно восстанавливал свою потерянную правую руку, в то время как Гикен переместилась по сцене, чтобы помешать Аято забрать Сер-Вересту. Умно.
— Теперь, сейчас, я ученик Цзе Лонга. Кем бы я была, не сумей хотя бы это...? Ха! Я шучу! Ты на это купился, не так ли? Шанса сразиться лицом к лицу с тобой у меня никогда не будет! — Фуюка усмехнулась, прикрывая рот рукавом.
— Тогда что же это было?
— Секретная техника Уменокоджи, синкретизм шикигами. Давно забытая, но я наконец её возродила. Техника объединения нескольких шикигами в единый резервуар силы… Впечатляет, не так ли?
Аято подозревал именно это.
Она призвала множество шикигами, не для того чтобы защититься, а чтобы использовать эту технику.
— Извини, но это всё ещё трудно контролировать… Хех.
Фуюка закатила рукав, открывая правую руку. Её ладонь была обожжена от того, что она схватила Сер Вереста, и она свисала неестественно от запястья. Похоже, она была сломана.
— Может, я немного переборщила. Похоже, человеку не выдержать такую мощь…
Тем не менее, улыбка Фуюки не дрогнула. Как же она могла быть такой уверенной?
Но она была.
— В таком случае, я бы на твоем месте не переусердствовал, — сказал Аято, выдергивая довольно стандартный японский катану из земли. Впервые он был благодарен тому, что Гигоку завалил сцену оружием.
— О-хо, совсем нет! Я говорила о человеке? Но что, если бы я отдал эту власть кому-то, кто достаточно силен, чтобы выдержать ее?
— А—?!
Прежде чем Фуюка успела закончить свою мысль, Гигоку бросился на него.
Шикигами проделал зияющую дыру в земле концом своего копья, а затем нанес удар, который должен был срезать Аято горло, и только в последнюю минуту он успел поймать его своим катаной.
— Ну что ж, как насчет того, чтобы закончить это?
И с этими словами мириады шикигами, которые Фуюка вобрала в себя, они вновь устремились к Гигоку, его тело увеличивалось в размерах. Аято, возможно, смог бы перехватить последний удар, но он ощущал, как сила его противника несоизмерима росла.
— Гх…!
Он откатился назад, прежде чем его успели ошеломить. Когда он оглянулся на Гигоку, он увидел, что сикигами вырос и возвышается над ним почти на шестнадцать футов в высоту.
— Это просто...
Сокрушительное присутствие шикигами теперь было другим, более интенсивным.
— Это главное событие. Не сдерживайся, Гикен.
— Как хочешь. — И с этими словами шикигами, до сих пор терпеливо ожидавшие в стороне, прыгнули к Гигоку.
— Не говори мне...?!
Она протянула руку к Гигоку своими четырьмя вытянутыми руками — и в следующее мгновение ее засосало внутрь него.
— Вааааа!
Оглушительный рев содрогнулся в воздухе, и гигант снова увеличился в размерах... и снова. Еще один рог торчал из его лба, еще две руки росли из плеч, и все же он продолжал увеличиваться в размерах, пока, должно быть, не достиг более тридцати футов с головы до ног.
Даже толпы, казалось, были потрясены его угрожающей аурой.
Фуюка Уменокоджи объединила всех своих шикигами! Это разрешено? Это ведь не против правил, правда?
Хм... Полагаю, нет никаких запретов на это, но это выглядит крайне несправедливо.
— Ха... Теперь он такой, каким и должен быть шикигами Уменокоджи. Если думаешь, что сможешь его одолеть, то вперед, попробуй, — с лёгкой усмешкой бросила Фуюка, несмотря на явные признаки усталости. Её лицо побледнело, но боевого духа она не утратила.
Аято бросился за Сер-Верестой, но прежде чем добраться до него, Гигоку уже преградил ему путь. Шикигами больше не держал оружия, его четыре руки были сжаты в кулаки.
Как такое огромное существо может двигаться так быстро...?! — Аято среагировал инстинктивно, скрестив руки в защитной позе.
— Дьярххх!
Его отбросило через всю арену, под тяжестью этих гигантских, похожих на деревья конечностей. В то время Фуюка произнесла заклинание, уничтожая разбросанное по арене остатки оружия.
— Гургх! — Аято с трудом удержался от крика, чувствуя, как даже его сконцентрированная прана едва справляется с тяжестью атаки. Кости трещали, а мышцы напрягались до предела.
Он моментально вскочил на ноги, стараясь вернуться в боевую стойку, но Гигоку был быстрее — шикигами уже нависал над ним. Аято успел отскочить в сторону, выхватывая ближайшее копье вместо сломанной катаны.
— Грррррр! — Гигоку злобно смотрел на Аято своими тремя глазами, издавая угрожающий рык.
На первый взгляд, шикигами казался полностью лишённым разума, но Аято чувствовал, что это не так. Он был таким же, как и прежде... а возможно, даже хитрее. Более того, его сила и скорость теперь явно превосходили способности Аято.
Если бы только у меня был Сер-Вереста... — Аято огляделся, но Гигоку явно не собирался позволить ему легко добраться до меча. Орга Люкс был далеко за огромной фигурой духа.
— Аууу! — завыл Гигоку, бросившись на Аято.
Уклониться от всех четырёх конечностей было невозможно, и, хотя ему удалось увернуться от первых трёх, четвёртая отправила его в полёт, сильно ударив с левой стороны.
Он упал на землю, затем быстро поднялся, морщась от боли, и снова кинулся в бой.
Без Вадзаоги мне с ним не совладать, но и тянуть время смысла было мало…
— Стиль Амагири Синмэй! Техника Копья — Шершень Девятого Облака! — Три мощных удара копьём разорвали воздух, но, вместо того чтобы поразить хотя бы одну из массивных рук Гигоку, копьё само раскололось в руках Аято.
— Чёрт... — Аято понял, что допустил ошибку, и Гигоку воспользовался этой возможностью, взметнув Аято в воздух мощным ударом.
Это было жёсткое приземление. Удар оставил в земле воронку. Кровь текла из его ран, и Аято отчаянно старался не потерять сознание. Каким-то чудом ему удалось подняться на колени, но каждое движение отзывалось болью, его тело кричало о том, что сил почти не осталось.
— Ауууу! — В мутнеющем поле зрения Аято показалась огромная фигура Гигоку. Шикигами занес кулаки, готовясь раздавить его.
Это… и правда... плохо?
Но в этот момент...
Он ощутил что-то, словно чей-то зов пронзил его угасающее сознание.
Определённое намерение, которое нельзя выразить словами. Это ощущение он уже испытывал раньше — впервые на турнире Феникс, когда сражался с Ирэн… и Гравишеат. И совсем недавно, во время тренировок с Харукой.
Да, теперь он понял. Это была воля Сер-Вересты. Но в этот раз что-то изменилось. Сейчас он не держал в руках Орга Люкс. Однако его связь с ним была сильнее, чем когда-либо прежде. Сер-Вереста был в ярости. Он не знал, почему. Возможно, он его разочаровал. Но ведь эти чувства всегда были присущи Сер-Вересте: неудовлетворённость, недовольство, злость — с самого их первого знакомства.
Только тогда он осознал это. Орга Люкс пытался что-то донести до него.
Верно. Вот что это было.
И вот, когда Гигоку поднял свою руку для удара...
— Пойдём, — прошептал Аято, протягивая руку вперёд. Сер-Вереста, будто услышав его призыв, устремился к нему, рассекая воздух Сер-Вереста превратил руку Гигоку в пепел.
— Ч-что?! — голос комментатора дрожал от удивления. — Сер-Вереста самостоятельно вступает в бой и отсекает руку шикигами!
— Спасибо, Сер-Вереста, — с благодарностью сказал Аято, поднявшись на ноги и подняв Орга Люкс. Это было неудивительно: ещё в день их первого знакомства на тесте совместимости, Сер-Вереста бушевал и двигался сам по себе. То, что произошло сейчас, было похоже на это. И теперь он чувствовал, что способен управлять Сер-Верестой лучше, чем когда-либо прежде.
Тем временем, Гигоку поднял свою отрубленную руку и снова прикрепил её, как уже делал ранее. В легендах демоны якобы могли вернуть на место даже отрубленную голову, и это впечатляло. Но Аято не нужно было отрубать голову. Всё, что ему нужно — выиграть бой.
— Ладно, пора заканчивать, — Словно в ответ, Сер-Вереста засиял сильнее. Орга Люкс рванулся к шикигами, а Аято последовал за ним.
Как и предполагал, оружие само атаковало сикигами, свободно двигаясь в воздухе.
Так вот каково это — использовать Рект Люкс...
Это было непривычно, ведь Аято всегда сражался как мечник, но годы тренировок с одним из лучших пользователей Рект Люкса Астериска не прошли даром. Теперь он понимал, насколько дистанционное оружие важно.
— Гварххх! — Гигоку изо всех сил пытался отбиваться от атак меча. Сер Вереста казался крошечной веткой по сравнению с его огромным телом, но если бы сикигами попытался сбить его, он бы только ранил себя. Тем не менее, Гигоку продолжал уворачиваться, пытаясь отбить рукоять меча. Его защита, охватывающая все направления, демонстрировала невероятную силу химеры.
Но Гигоку не учёл самого Аято. К этому моменту он уже оказался прямо под ним, готовый нанести удар.
И вот, в момент, когда Гигоку потерял равновесие...
— Техника Амагири Симмэй — Разрушение Стойки! — выкрикнул Аято, сосредотачивая всю свою силу в один точный удар ладонью по массивной лодыжке противника. Гигоку пошатнулся, а Сер-Вереста, обрушился сверху.
— Гвархххх! — Гигоку рухнул на землю с грохотом, подняв облако пыли.
А затем…
— Стиль Амагири Симмэй, скрытая техника — Резня Полумесяцем!
Даже не сжимая Сера Вересту в руках, Аято активировал технику. Орга Люкс пронёсся по воздуху, рассёк все четыре руки сикигами и обрушился на него сверху.
Аято встал над поверженным сикигами, глубоко вонзив клинок в его грудь.
Глаза Гигоку убийственным взглядом уставился на Аято, однако, для шикигами это уже был конец.
— Ну что, это конец? — с вызовом обратился он к Фуюке.
Она долго смотрела на него с холодной усмешкой, но в конце концов её лицо смягчилось, и она вздохнула, подняв руки в знак капитуляции.
— Да, проиграла. Я сдаюсь. — Фуюка грациозно склонила голову, признавая своё поражение.
— Победитель: Аято Амагири! — раздался автоматический голос, а трибуны взорвались овациями.
Аято аккуратно провёл ладонью по сердцевине Сер-Вересты, ощущая его силу.
— Спасибо, Сер-Вереста, — произнёс он, понимая, что без него победа была бы невозможна.
Сер-Вереста, разумеется, не ответил — но Аято знал, что ответ был скрыт в тишине, связывающей их сердца.
http://tl.rulate.ru/book/70929/5051827
Готово:
