Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2321: «Святой Меча Пурпурного Иволга»

— Цинкун, давно не виделись.

Мысли Линь Юня были прерваны этим чистым голосом. Он поднял голову и увидел перед собой молодого человека в бирюзовом даосском одеянии с узорами. Его длинные волосы были аккуратно заколоты шпилькой.

В его чертах сквозило благородство, а лицо, белое и прекрасное, точно выточенное из яшмы, излучало неземную одухотворенность.

Его внезапное появление, словно сошедшее с картины, произвело на всех сильное впечатление.

«Не старик?», – Линь Юнь был озадачен. Он несколько раз встречал остаточное сознание Святого Меча Пурпурного Иволга во Вселенской Тьме и в Куньлуне, и всякий раз тот представал в образе старца.

Нынешний облик разительно отличался. Неужели это перемены после достижения божественного ранга?

По идее, это не должно было удивлять Линь Юня.

Не говоря уже о великих божествах, даже мастера стадии Святого при желании могли без труда сохранять облик вечно молодых. Это не было чем-то из ряда вон выходящим.

Однако Линь Юнь уже имел дело со Святым Меча Пурпурного Иволга и полагал, что тому чужда забота о внешности.

— Цзянсянь, это мой старый друг, Пурпурный Иволга… Если я не ошибаюсь, теперь он уже в ранге Бога-Короля, — с улыбкой произнес божественный лорд Цинкун.

Линь Цзянсянь была потрясена. Ранг Бога-Короля – это вершина божественного пути, выше только запредельный ранг Божественного Предка.

Она и раньше чувствовала, что этот человек непостижимо глубок, но никак не ожидала, что он достиг таких высот.

— Младшая приветствует Бога-Короля, — она поспешно склонилась в поклоне, не смея проявлять неучтивость.

Святой Меча Пурпурного Иволга едва заметно кивнул и перевел взгляд на Линь Юня.

В то мгновение, когда их глаза встретились, Треножник Дракона и Феникса внутри Линь Юня едва не вырвался из-под контроля. Потребовалось немало усилий, чтобы усмирить его.

— Это… — божественный лорд собрался было представить гостя.

Но Святой Меча улыбнулся и перебил его:

— Не нужно, я его знаю. Я его проводник. И хотя я не являюсь его наставником, в Куньлуне он действительно принял мое наследие.

— Неужели между вами такая связь? — Божественный лорд был крайне удивлен. Сердце Линь Цзянсянь тоже бешено забилось: «Значит, этот Бог-Король тоже родом из Куньлуня?»

Прежний мечник-небожитель в белом уже успел ее поразить, но кто бы мог подумать, что за пределами Куньлуня есть мастера еще сильнее.

Это казалось невероятным.

Линь Юнь сложил ладони и низко поклонился, выражая глубочайшее почтение.

Затем он сделал глубокий вдох и, подняв голову, спросил:

— Приветствую старшего. На этот раз передо мной сам Святой Меча Пурпурного Иволга?

Он по привычке продолжал называть его Святым Меча.

В глазах того промелькнул интерес, и он быстро понял причину вопроса. — В Куньлуне я оставил девять воплощений. Сколько из них ты видел и где? — С улыбкой спросил он.

Линь Юнь ответил честно:

— Одно. В Долине Десяти Тысяч Могил, что под горной цепью Погребенных Богов.

Божественный лорд Цинкун окинул их взглядом и усмехнулся:

— Пурпурный Иволга, похоже, ты всё продумал заранее. Не буду мешать вашей встрече.

Святой Меча ответил:

— Никаких планов не было. Я узнал об этом случайно, получив твою весточку. Какое совпадение: я думал, это просто талантливый потомок из Куньлуня, а он оказался старым знакомым моего наставника.

Линь Юнь насторожился: судя по всему, Святой Меча Пурпурного Иволга знал очень многое.

— Что ж, беседуйте, — божественный лорд понял, что им есть что обсудить, и увел Линь Цзянсянь прочь.

— Наставник… что всё это значит? — Изумленно прошептала она.

— Не спрашивай меня, я и сам не знаю. Но между ними явно есть неоконченное дело. То, что твой друг не пошел в ученики к Божественному Предку, возможно, было к лучшему. Видишь, какая удача ему улыбнулась? — Ответил божественный лорд.

Линь Цзянсянь обернулась. На вершине горы, окутанной облаками, Святой Меча и Линь Юнь сидели друг против друга, и оба выглядели необычайно величественно.

… Линь Юнь сидел, скрестив ноги, и смотрел на Пурпурного Иволга, который был совсем рядом. В его голове роилось множество вопросов, но он не знал, с чего начать.

Он не отрывал взгляда от собеседника.

— Так пристально смотреть на меня не совсем вежливо, не находишь? Если есть что сказать – говори прямо. Я могу пробыть здесь лишь три дня, — мягко произнес Святой Меча и улыбнулся.

Линь Юнь неловко усмехнулся:

— Как мне называть старшего?

— Можешь звать меня Пурпурным Иволгой или просто старшим. Давай перейдем к делу, у меня мало времени, — ответил тот.

— Три дня? Так мало?

— Изначально был всего один день. Даже если я скрыл свое присутствие от небесных тайн, со временем меня всё равно обнаружат.

— У вас есть враги?

— Не все хотят, чтобы я достиг ранга Божественного Предка. Особенно враги моего наставника, — негромко пояснил Святой Меча.

Линь Юнь посерьезнел. Наставником Святого Меча был Божественный Предок Лазурного Дракона, и его враги наверняка были неописуемо могущественны.

Помолчав немного, Линь Юнь спросил со всей серьезностью:

— Как можно в ранге Святого сразить Бога?

Святой Меча Пурпурного Иволга задумался. — В том убийстве божества не было ничего чудесного, скорее это была удача, да и цена оказалась слишком высока. Если есть выбор, я не советую так поступать, — ответил он.

Линь Юнь нахмурился, не совсем понимая.

— Практик Пути Святого не может убить Бога, так же как практик Пути Человека не может убить Святого, — пояснил Святой Меча.

Это Линь Юнь понимал. Мастера стадии Святого могли сгущать святую эссенцию, которая сама по себе была в десятки и сотни раз сильнее истинной эссенции. К тому же она подкреплялась правилами Святого Пути, что многократно увеличивало мощь.

Сейчас Линь Юнь мог просто стоять на месте, и ни один мастер стадии Нирваны не смог бы причинить ему вреда. Зато он сам мог одним движением уничтожить тысячи таких практиков – это были уровни совершенно разного порядка.

Разве что помогли бы мощные формации или внешние средства, вроде Высших священных сокровищ, но и тогда успех был бы почти невозможен. Ведь, предчувствуя опасность, Святой мог легко уйти.

— Тогда как же старший этого добился? С помощью Реинкарнации? — Глаза Линь Юня загорелись, ведь он и сам владел священным Дао Реинкарнации.

Святой Меча кивнул, не скрывая правды:

— Да, благодаря Реинкарнации. Но не только ей. Помогли внешние силы, за которые пришлось заплатить, к тому же тот бог был уже ранен.

— В этом нет повода для гордости, — спокойно добавил он. — Хотя даже в трех тысячах великих миров почти нет случаев, когда Святой убивал Бога, поэтому об этом и пошла молва.

Линь Юнь скептически поджал губы. Даже мастеру ранга Императора убить Бога было крайне сложно. Тот же мечник-небожитель Килина, хоть и был сильнее некоторых божеств, вряд ли мог по-настоящему лишить их жизни.

А Пурпурный Иволга сделал это, перескочив через ранг Императора, и при этом утверждал, что гордиться нечем.

Даже с посторонней помощью это было нечто невообразимое.

«Слишком уж он скромничает», – подумал Линь Юнь, а вслух с надеждой спросил:

— А я смогу? Если я достигну ранга великого святого, смогу ли я убить Бога?

Святой Меча Пурпурного Иволга улыбнулся и ответил:

— Ты – нет.

— Старший весьма прямолинеен, — пробормотал Линь Юнь.

Тот рассмеялся:

— Именно поэтому я решил остаться на три дня, а не на один.

— Вы меня научите? — Линь Юнь оживился, не в силах скрыть радость.

— Да, — кивнул Святой Меча. — Ты владеешь священным Дао Реинкарнации, и мало кто может дать тебе дельный совет, но я – могу.

— Эти три дня ты будешь практиковаться под моим началом, а после я отправлю тебя обратно в Куньлунь.

«Всё получится!», – Линь Юнь с облегчением выдохнул, его лицо просияло.

С тех пор как он начал постигать священное Дао Реинкарнации, ему приходилось прокладывать путь в одиночку. Даже Святой Владыка Божественного Феникса на горе Божественного Феникса знал об этом немного.

Под руководством Святого Меча Пурпурного Иволга его продвижение наверняка ускорится во много раз.

Линь Юнь собрался с мыслями и, немного поколебавшись, спросил:

— Мой вопрос может показаться дерзким, но я действительно не понимаю.

— Спрашивай.

— Старший обладает такой силой… Почему же десять тысяч лет назад, после великой войны богов, вы оставили Куньлунь на произвол судьбы?

— Оставаясь в Куньлуне, я бы не смог достичь ранга Божественного Предка. И я не бросал его. Те девять воплощений, что я оставил там, были девятью путями наследия… Самое сильное из них, полагаю, нашли три тысячи лет назад, — тихо произнес Святой Меча.

Линь Юнь изменился в лице и невольно воскликнул:

— Девять Императоров!

— М-м? — Пурпурный Иволга не понял.

— Три тысячи лет назад явились девять человек и разом подавили Тьму… — Линь Юнь вкратце пересказал историю Девяти Императоров Куньлуня.

— Кость Небесного Дракона, Свиток Жизни и Смерти, Мандат Небесной Судьбы… Всё это действительно оставил я. Однако это несколько расходится с моими первоначальными планами, — задумчиво произнес Святой Меча.

— То обещание, что я дал тогда, подразумевало возрождение Врат Дракона, а не создание Империи Божественного Дракона.

— Врата Дракона стремились к тому, чтобы каждый человек стал подобен дракону. Империя же жаждет власти и объединения Куньлуня под своей рукой. Это две огромные разницы.

Святой Меча Пурпурного Иволга вздохнул:

— Этого я не предвидел. Оказывается, наследие, оставленное мной когда-то, теперь стало для тебя преградой.

Линь Юнь поспешил его успокоить:

— Старшему не в чем себя винить. Человеческие сердца трудно предугадать.

Святой Меча ответил:

— Я это исправлю. Я могу рассказать тебе о сути наследий, которые получили эти люди.

Глаза Линь Юня азартно блеснули – он понял намек.

Это было равносильно тому, что ему раскроют бреши в техниках, которыми владели Девять Императоров.

— Если однажды вы окажетесь по разные стороны, можешь действовать без колебаний, — добавил Святой Меча Пурпурного Иволга.

— Благодарю, — отозвался Линь Юнь. — И еще один вопрос. У меня есть великое сокровище, старший наверняка его видит. На каком уровне развития я смогу использовать его, не платя за это непомерную цену?

Его главной опорой было Священное Одеяние Небосвода. Оно срабатывало само при защите, но для активации вручную требовалась огромная жертва.

Линь Юнь уже проходил через это один раз, и повторение могло закончиться весьма плачевно.

— Тебе нужно достичь хотя бы ранга великого святого, — ответил Святой Меча.

— Как же это далеко… — разочарованно протянул Линь Юнь.

Святой Меча рассмеялся:

— О чем ты только думаешь, малец? Эта вещь превосходит Высшие священные сокровища. В свое время ею пользовались мастера на пике ранга Императора, а в руках Повелителя Лазурных Драконов она позволяла противостоять богам.

Надежды Линь Юня рухнули, он выглядел удрученным.

Если бы он мог активировать одеяние хотя бы раз, оно стало бы его главным козырем во время испытания наставника.

Святой Меча добавил:

— Впрочем, я могу наложить на него несколько запретных печатей. Если ты будешь использовать лишь малую часть его мощи, цена окажется вполне приемлемой.

Линь Юнь сразу просиял – это была великолепная новость.

— Но лучше всё же не злоупотреблять, — предостерег Пурпурный Иволга. — Ты уже использовал его однажды. Даже если цена станет меньше, второй раз бесследно не пройдет.

Линь Юнь продолжал улыбаться: пока он жив, всё остальное – пустяки.

Если наставник сможет успешно пройти испытание, Линь Юнь готов был хоть снова потерять весь свой уровень развития – сделка того стоила.

— На сегодня закончим. Мне нужно обсудить кое-что с Цинкуном. Без его помощи тебе не вернуться в Куньлунь, — произнес Святой Меча и поднялся.

Видя, что тот собирается уходить, Линь Юнь разволновался. У него оставался самый сокровенный вопрос, который он всё не решался задать.

Отбросив сомнения, он выпалил:

— Постойте, старший… Что же такого сделала та ледяная феникс в прошлом, что вы запечатали её на десять тысяч лет?

http://tl.rulate.ru/book/70839/20760053