Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2297: «Финальный раунд»

— Мечники горы Килина и впрямь кое-что умеют. Пожалуй, мне и вправду стоит подумать о том, чтобы пойти в ученики к этому вашему Мечнику-небожителю Килину. Или, чего доброго, податься в слуги к божественному сыну Тяньлиню.

Стоило Линь Юню произнести это, как лица людей с горы Килина разом потемнели, став мрачнее тучи.

Слухи о том, что божественный сын Тяньлинь вознамерился сделать Линь Юня своим слугой, разлетелись повсюду, и не знал о них разве что глухой.

Многие понимали: Тяньлинь пытался унизить Линь Юня лишь потому, что сам потерпел фиаско с Божественной девой Небесного Аромата и жаждал отыграться.

Никто не ожидал, что Линь Юнь, так долго хранивший молчание, ответит столь сокрушительной пощечиной.

Он даже меча не обнажил – одной флейты хватило, чтобы подавить всех вокруг, включая мечника горы Килина. Его сила казалась просто чудовищной.

Практики в Священной академии взирали на Линь Юня с нескрываемым изумлением.

Одна Мелодия Дракона и Феникса смела мечника Килина, а заодно прижала к земле и Ди Фэна – того и вовсе словно мимоходом зацепило.

Лазурный мечник с горы Килина, с трудом поднявшись, прохрипел:

— Ты победил, это правда. Но я не принадлежу к прямой линии Мечника-небожителя. К чему тебе так поносить гору Килина?

Линь Юнь усмехнулся:

— И в мыслях не было. Я искренне хотел посмотреть на искусство Килина. Раз уж ваш божественный сын столько болтал, мне стало любопытно: неужели ученики Небожителя – лишь пустой звук и так же никчемны, как ты?

Мечник снова зашелся кашлем, выплевывая сгусток крови.

На трибунах божественный сын Тяньлинь сидел чернее ночи. Как бы ни закончился этот день, лицо горы Килина было растоптано в пыль.

В итоге из этой группы прошли только Линь Юнь и Ди Фэн. Последнему пришлось принять облик Небесного волка, и выглядел он после боя крайне жалко.

Схватки продолжались с неослабевающей яростью. В этом горниле таланты лучших гениев сияли всё ярче.

Например, мечник Цзи Чанкун, с которым Линь Юнь виделся ночью. Холодный и гордый, он сокрушал врагов так стремительно, что мало кто выдерживал и три его удара.

Он даже не разворачивал свой свиток звездного облика – одного меча хватало, чтобы лишить противников всякой надежды.

Божественный сын Тяньлинь, Дугу Цзюэ, Ао Цзюэ, Лун Цзе и другие лидеры залов всё так же блистали на арене.

Их имена гремели в толпе, их считали главными претендентами на место в первой десятке.

Помимо признанных лидеров, ярко проявили себя Е Ушуан из секты Божественной Тени, а также Бай Е и Ли Дин из Священной академии.

Они не были выходцами из Мира Пустоты, а прибыли по приглашению извне, и у каждого был свой уникальный козырь.

Бай Е и Ли Дин были учениками Небесных Врат, их мощь и талант не уступали способностям Святых сыновей.

Е Ушуан и вовсе был знаменит своей невероятной скоростью – поговаривали, что среди сверстников ему нет равных, и даже если он не может победить, то уж точно не проиграет.

К полудню список тридцати лучших был окончательно сформирован.

Они получили право вписать свои имена в Божественную Стелу Пустоши. И даже если им не суждено было стать личными учениками Предка, этот успех уже был великим достижением.

Среди этой тридцатки Линь Юнь, Цзи Цзыси, Линь Цзянсянь и Юэ Вэйвэй имели самый низкий ранг силы.

Цзи Цзыси и Юэ Вэйвэй обладали кровью божественных зверей и достигли пика восьмого ранга святого.

При использовании тайных техник и пробуждении божественной крови их сила могла на время сравниться с девятым, Небесным Рангом.

Линь Юнь едва переступил порог восьмого ранга, а Линь Цзянсянь и вовсе была на пике седьмого.

Но вот что странно.

Несмотря на это, именно Линь Цзянсянь вызывала у многих наибольший интерес.

Тот факт, что она с седьмым рангом пробилась так далеко, наводил на определенные мысли.

Божественный Меч Небесного Истока был знаменит на все три тысячи миров, и чтобы раскрыть его истинную суть, нужно было достичь определенных высот.

Многие уже догадались: Линь Цзянсянь постигла некое Великое Дао.

Ло Тяньси, поднявшись с Верховного Трона, провозгласил:

— Поздравляю вас с вхождением в тридцатку лучших. Скажу честно: с вашим талантом и пониманием вы все достойны стать учениками моего наставника. Принять таких героев – честь для Небесных Врат.

— Однако места ограничены, и нам придется выбирать лучших из лучших. Прошу вас не держать на нас обиды.

Это не было пустой вежливостью. Каждый из тридцати, прошедший сквозь сито из многих тысяч практиков, был поистине выдающимся мастером.

Слова Императора-Владыки вызвали у многих благодарные улыбки – такое признание дорогого стоило.

— Отдохните один час, — продолжал Ло Тяньси. — После этого состязание продолжится. Финальная десятка предстанет перед моим наставником. И помните: если первая тройка гарантированно станет его учениками, то остальные, даже в случае поражения, могут быть выбраны Предком, если проявят достаточно мастерства.

Глаза участников азартно блеснули.

Раз уж речь шла о выборе учеников для Божественного Предка, результат боя был важен, но еще важнее был потенциал!

Даже проигравший мог получить заветный статус, если сумеет впечатлить великого мастера.

Сказав это, Ло Тяньси удалился.

Поскольку времени было в обрез, никто не расходился. Все остались в Священной академии, восстанавливая силы прямо на месте.

Атмосфера в академии была наэлектризована до предела!

Кого выберет Божественный Предок Пустоши? Кто пробьется в тройку? Кто займет первое место? Ответы должны были появиться совсем скоро.

В кругу Линь Юня Цзи Цзыси заметно нервничала, её тревога была видна невооруженным глазом.

— Мы уже так далеко зашли, нечего бояться, — подбодрила её Юэ Вэйвэй. — Император-Владыка ясно сказал: шанс есть у каждого, кто покажет себя. Ты здесь самая молодая, так что не робей.

Было видно, что Цзи Цзыси уже на пределе своих возможностей.

По правде говоря, в этой тридцатке она объективно была слабейшей по уровню развития.

Линь Юнь тоже вступил в разговор:

— Не волнуйся. Я обещал Святому Владыке Божественного Феникса и сдержу слово. Ты станешь ученицей Предка и исполнишь давнюю мечту горы Божественного Феникса.

Тот, кто займет первое место, мог просить Предка об одной разумной услуге.

Линь Юнь прозрачно намекал, что в случае своей победы он лично попросит за неё.

— Брат Линь, я знаю, как нелегко нам дался этот путь, — Цзи Цзыси посмотрела на него серьезным и чистым взглядом. — Я никогда не забуду твоей доброты и обязательно отплачу тебе в будущем.

В глубине души она уже дала себе нерушимую клятву.

Линь Юнь открыто рассмеялся:

— Ловлю на слове. Когда я восстановлю Небесный Путь, я обязательно приду за своей наградой.

— Договорились, — Цзи Цзыси решительно кивнула.

Пока они беседовали, к ним начали подходить люди.

— Молодой господин Цзанхуа, не интересуют ли вас другие секты, кроме Небесных Врат? Нам как раз нужен Святой сын.

— У вас потрясающее чувство музыки, — с улыбкой произнесла статная женщина средних лет. — Со временем вы вполне можете достичь уровня Бессмертного звучания.

— В нашей секте есть мастер стадии полубога, чьи дни сочтены. Он ищет преемника и готов отдать всё свое наследие тому, кто согласится к нам прийти!

В Священной академии собралось множество влиятельных гостей со всех трех тысяч миров, включая старейшин из нерушимых святых земель в ранге Императора.

Даже те, кто выбыл из гонки, оставались ценным приобретением, и за них шла нешуточная борьба между различными кланами и самими Небесными Вратами.

Линь Юнь не был исключением.

Желающих заполучить его было хоть отбавляй. Представители древних семей даже предлагали ему войти в их род через брак.

Среди зрителей было немало принцесс и знатных дев.

Они были на удивление прямолинейны и ничуть не смущались присутствием Юэ Вэйвэй, заявляя, что это их нисколько не беспокоит.

— Неужели за пределами трех тысяч миров все такие… непосредственные? — Смущенно усмехнулся Линь Юнь и под «ласковым» взглядом Юэ Вэйвэй начал вежливо раздавать отказы.

— Брат Линь нарасхват, — с завистью пробормотал Сюн Тяньнань. — Проснулся знаменитым на весь мир. Теперь в любую святую землю может зайти как Святой сын.

Линь Цзянсянь же холодно заметила:

— Это лишь потому, что они думают, будто у него меньше всего шансов быть выбранным Предком по сравнению с лидерами других залов.

— А?

До Сюн Тяньнаня только сейчас дошел истинный смысл этого внимания.

Линь Юнь усмехнулся:

— Только сообразил?

Сюн Тяньнань неловко почесал затылок.

Вскоре час пролетел, и Ло Тяньси вновь занял свое место.

Тяньхуанское пиршество вступало в решающую фазу.

По знаку Императора-Владыки почтенный Сюанькун взмыл в воздух и опустился на край Божественного Треножника Лазурного Дракона, оглядывая сверху вниз замерших в ожидании участников.

— В финальном раунде вы сами выбираете себе противников, — объявил Сюанькун. — Победитель может продолжать бросать вызовы. Одно поражение – и вы лишаетесь права вызывать кого-либо и выбываете из борьбы.

— Но помните: результат – не главное. Как и говорил Император-Владыка, даже проиграв, вы можете быть выбраны, если покажете свой потенциал.

Стоило ему замолчать, как многие взоры обратились к Линь Юню и Цзи Цзыси.

Линь Юнь давно стал бельмом на глазу у многих, его считали чуть ли не общим врагом, и толпа жаждала увидеть, как лидеры других залов поставят его на место.

Цзи Цзыси же казалась легкой добычей – она была объективно слабее всех, пробившись лишь благодаря своей крови. Сразиться с ней было самым надежным способом пройти дальше.

Но на арене царила тишина: никто не спешил делать первый ход.

— Брат Линь, я хочу выйти первой, — прошептала Цзи Цзыси, решительно глядя на Линь Юня.

— Хорошо, — улыбнулся он и кивнул.

Он прекрасно знал её нрав: за внешней хрупкостью скрывалась стальная воля.

Все видели в ней слабое звено, легкую мишень, девчонку, которой просто повезло с предками.

Но она была Фениксом, и у неё была своя гордость.

Линь Юню и самому было любопытно, на что она способна на самом деле.

Еще в Мире Пустоты он не раз замечал, что Цзи Цзыси словно сдерживается, оставляя ощущение какой-то скрытой глубины.

Вспоминая наставления Святого Владыки Божественного Феникса, Линь Юнь понимал: дочь сильнейшего мастера Восточных Пустошей и самая талантливая наследница горы Феникса за тысячи лет просто не могла быть слабой.

Услышав его ответ, Цзи Цзыси просияла, и вся её тревога мигом улетучилась.

Она вспорхнула, словно росчерк алого пламени, и опустилась на Божественный Помост Пустоши.

Юная, чистая и невероятно красивая – она мгновенно приковала к себе тысячи взглядов.

Надо же, она.

Никто не ожидал, что именно Цзи Цзыси первой решится начать решающую битву.

— Цзи Цзыси, значит? Что ж, я приму твой вызов! — Раздался громкий смех, и одна фигура, опередив всех остальных, рванулась к арене.

Другие только успели подумать о том же, как обнаружили, что их уже опередили.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20760028