Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2264: «Стремительный взлет силы»

Глава 2264.

Малое тайное измерение, семь дней спустя.

Огненное сияние, окутывавшее Линь Юня, с грохотом лопнуло. Он вырвался наружу, словно бабочка из кокона, и в миг, когда его глаза распахнулись, из них хлынул поток ослепительного света.

Грохот!

Звучание Великого Дао эхом отозвалось в его теле, наполняя всё измерение звуковыми волнами, от которых само пространство пошло рябью, будто поверхность воды.

За семь дней двадцать три плода Источника Огня были окончательно переплавлены.

Линь Юнь взмыл в воздух и, зависнув над землей, нанес резкий удар кулаком.

Бам!

Пустота перед ним взорвалась, и мощная волна силы заставила всё тайное измерение содрогнуться вновь.

— Какое облегчение! — Линь Юнь медленно опустился на землю. Он чувствовал необычайную бодрость, а каждая клеточка его тела была наполнена взрывной мощью.

Легким усилием воли он пробудил энергию Первозданного Хаоса, что заструилась в бескрайнем море святой эссенции внутри его Пурпурного чертога.

Потоков этой энергии было великое множество – стоило бросить взгляд, и становилось ясно: их набралось более десяти тысяч.

Обычно они сливались со святой эссенцией, но при желании их можно было извлечь и направить по всему телу.

— Поразительная сила, эта энергия Первозданного Хаоса, — в раздумье прошептал Линь Юнь.

Благодаря плодам Источника Огня его культивация совершила рывок, достигнув стадии Большого Успеха седьмого ранга святого лорда. Еще один шаг – и он достигнет пика совершенства.

Сила росла стремительно, а вместе с ней множилась и энергия Первозданного Хаоса.

Линь Юнь мало знал о том, как эта энергия проявляется у других, но та, что текла в нем, явно была особенной.

Когда он попытался заново переплавить эти потоки, ни Писание Меча Дракона и Феникса, Дарующее Конец Свету, ни Канон Меча Тайсуань не смогли их изменить.

— Энергию, которую лично закалил Божественный Предок Пустоши, действительно невозможно улучшить дальше, — Линь Юнь отогнал лишние мысли, придя к логичному выводу.

— Что ж, испытаю свою нынешнюю мощь.

Линь Юнь огляделся и, немного поразмыслив, решил применить в тайном измерении Кулак Верховного Дракона. Лучше пока не привлекать лишнего внимания.

Снаружи, в Тяньхуан-дянь.

— Проклятье, опять началось! — Рослый распорядитель, охранявший пространственную формацию, задрал голову: одна из нефритовых пластин внутри массива снова неистово задрожала.

Из-за этого сама формация стала терять стабильность.

— Да что этот молодой господин Цзанхуа там вытворяет… — недовольно проворчал стоящий рядом толстый распорядитель.

— Может, стоит его предупредить? — С сомнением спросил рослый.

— Пусть делает что хочет. Неужели он и впрямь сможет разнести нефритовую пластину в щепки? — Толстяк пренебрежительно усмехнулся, не желая обременять себя заботами.

…

Закончив тренировку, Линь Юнь удовлетворенно опустил руки, не в силах скрыть радости.

— Мне потребовалось всего семь дней. В мире Куньлунь ушел бы по меньшей мере год, чтобы пройти путь от начального уровня седьмого ранга до стадии Большого Успеха.

Линь Юнь улыбнулся, и в его глазах вспыхнул странный огонек.

Пришло время опробовать пилюлю Сотворения Божественного Дракона!

Само название «Сотворение» намекало на связь с техниками культивации. Немного подумав, Линь Юнь быстро принял решение.

Сейчас он практиковал два канона меча: Писание Дракона и Феникса находилось на девятом уровне, а Канон Меча Тайсуань – на седьмом.

С Тайсуань возникли сложности: техника была неполной, ведь Юй Цинфэн в свое время отсек два пика секты Меча. Пики Тайсяо и Сюаньсяо были разрушены, и последние два уровня техники стали недоступны, пока он не восстановит их самостоятельно.

— Сначала займусь Писанием Меча Дракона и Феникса, Дарующим Конец Свету, — решил Линь Юнь, намереваясь совершить прорыв в этой технике.

Сделав несколько глубоких вдохов и дождавшись, пока разум успокоится, он достал пилюлю Сотворения Божественного Дракона.

Линь Юнь сел, скрестив ноги, и сложил ладони, зажав между ними драгоценную пилюлю.

В его Пурпурном чертоге бескрайнее море святой эссенции сияло первозданным блеском, а над его поверхностью величественно парило Золотое Ядро размером с кулак.

Стоило Писанию Меча Дракона и Феникса начать циркуляцию по меридианам, как над бушующим морем эссенции начали подниматься золотистые нити меча-ци Дракона и Феникса.

Эта энергия сияла ослепительно ярко, обладая непревзойденной остротой, и воздух наполнился тонким звоном сталкивающегося металла.

Благодаря помощи пилюли Сотворения скорость постижения техники Линь Юнем стала не просто высокой – она достигла немыслимых пределов.

Свист!

Все больше и больше меча-ци Дракона и Феникса вырывалось из морских глубин, с ревом заполняя пространство, словно тысячи и тысячи святых мечей одновременно поднялись из воды.

Спустя всего час пилюля Сотворения Божественного Дракона в его ладонях попросту исчезла.

— Как быстро, — Линь Юнь с легким сожалением посмотрел на пустые руки.

Эта вещь невероятно ускоряла прогресс. Ощущения были потрясающими, но и тратился ресурс слишком стремительно.

— Стоп, о чем я жалею… Это ведь было добро Шангуань Цзюэ! Ха-ха-ха! — При этой мысли на губах Линь Юня невольно заиграла улыбка.

Девять часов спустя.

В Пурпурном чертоге над морем святой эссенции количество меча-ци Дракона и Феникса достигло внушительной отметки в сто тысяч нитей. Это была пугающая мощь: энергия сплеталась в воздухе, сияя божественным светом и ослепляя своим блеском.

Но количество достигло предела. Настал момент для качественного скачка.

— Слияние! — Мысленно скомандовал Линь Юнь.

Сто тысяч нитей меча-ци начали сливаться друг с другом, закручиваясь в два вихря по обе стороны. Вскоре слева и справа стали проступать очертания Небесного Дракона и Божественной Феникс.

Линь Юнь проявлял безграничное терпение, не торопясь и сохраняя полное спокойствие.

Неизвестно, сколько прошло времени, когда над океаном святой эссенции внезапно поднялись колоссальные волны, и образы Дракона и Феникса обрели окончательную форму.

Сотканные из чистейшего меча-ци, они внушали невольный трепет, выглядя так, словно были живыми существами. В их глазах вспыхнули искры разума, делая их облик пугающе достоверным.

Получилось!

Это было признаком достижения десятого уровня Писания Меча Дракона и Феникса.

Линь Юнь открыл глаза и, поднимаясь, коснулся груди.

Вух!

Меч Погребения Цветов вырвался из его сердца, и Линь Юнь крепко сжал рукоять пальцами.

— Небесный Дракон!

Вух!

Дух меча в облике Небесного Дракона тут же вырвался из Пурпурного чертога, пронесся по его руке и призрачной тенью обвился вокруг клинка.

— Что это? — В глазах Линь Юня мелькнуло недоумение.

В тот миг, когда дух меча полностью слился с оружием, на лезвии вспыхнуло едва заметное пламя. Огонь этот источал ужасающую святую мощь – яростную, властную, способную, казалось, испепелить всё на свете.

Одного взгляда хватило, чтобы Линь Юнь почувствовал дрожь в душе; он инстинктивно ощутил опасение.

— Священное пламя Небесного Дракона? Отчего кажется… что оно куда яростнее истинного пламени Солнца? — Пробормотал он. Жар, исходящий от меча, внушал страх.

Повинуясь его воле, Погребение Цветов резко полоснул вперед, и из клинка вырвалось десятиметровое сияние меча.

Бум!

Дух меча мгновенно увеличился в размерах, и прежде слабое священное пламя Небесного Дракона в этот миг яростно вспыхнуло.

Линь Юнь протянул левую руку, пытаясь коснуться огня на клинке. Почувствовав угрозу, святая эссенция инстинктивно вырвалась наружу, стремясь защитить его ладонь.

Пш-ш-ш!

Но было поздно. Священное пламя Небесного Дракона почти мгновенно прожгло защиту, и плоть на его ладони вмиг обратилась в пепел, обнажив белую кость.

— Ого… — Линь Юнь поморщился от боли, пораженный до глубины души. — Это пламя настолько опасно, что может ранить даже меня самого?

К счастью, он успел быстро отпрянуть, иначе последствия могли быть непредсказуемыми.

Пока он пребывал в изумлении, сожженная плоть под воздействием божественной кости Лазурного Дракона начала постепенно восстанавливаться.

— Божественная Феникс!

Линь Юнь отозвал дух Небесного Дракона и призвал Божественную Феникс. Раздался звонкий крик птицы, и она обвила клинок, окутав его холодным, призрачным пламенем.

— Священное пламя Божественного Феникса, — глаза Линь Юня радостно блеснули. Он наконец понял, что произошло.

С достижением десятого уровня Писания Меча Дракона и Феникса эти два духа меча не только неизмеримо углубили его понимание Дао, но и дали возможность использовать два вида священного пламени с диаметрально противоположными свойствами. Это было поистине чудесно.

— Небесный Дракон – это Ян, Божественная Феникс – это Инь… — Линь Юнь вполголоса рассуждал сам с собой, как вдруг замолчал, и лицо его стало серьезным.

Инь и Ян? Огонь?

Какая удача! Он как раз ломал голову, где найти подходящие виды пламени, чтобы сбалансировать Схему Пламени Инь-Ян и Великого Предела.

Линь Юнь тут же убрал меч Погребения Цветов и снова достал золотую нефритовую пластину, принявшись внимательно изучать оставленную Сяо Чэнем Схему Пламени Инь-Ян и Великого Предела.

На этот раз он вглядывался с предельным вниманием, погружаясь в самую суть. В его сознании, помимо самого изображения, стало всплывать всё больше скрытой информации.

Через полчаса Линь Юнь отложил пластину, и на его лице отразилось полное понимание.

Схема Пламени Инь-Ян и Великого Предела по своей сути была тайной техникой, способной служить как для атаки, так и для защиты. Достигнув в ней вершин мастерства, можно было постичь само Дао Великого Предела.

— Великий Предел рождает Два Начала, Два Начала рождают Четыре Образа, Четыре Образа рождают Восемь Триграмм, а Восемь Триграмм рождают мириады вещей, — Линь Юнь вслух повторил открывшуюся ему истину.

Два Начала – это и есть Инь и Ян. Соответствующий метод культивации заключался в том, чтобы превратить священное пламя Небесного Дракона и Божественной Феникс в два полюса Великого Предела.

Сжимая в руке нефритовую пластину, Линь Юнь медленно расхаживал по тайному измерению, не спеша приступать к практике. Выражение его лица постоянно менялось: глубокая задумчивость сменялась нахмуренными бровями, а затем – облегчением. Очевидно, он постигал сокровенные тайны, сокрытые в артефакте.

Через четверть часа Линь Юнь внезапно остановился.

— Пожалуй, это делается так.

Его руки замелькали, в мгновение ока сложившись в Священную печать Инь-Ян и Великого Предела, и в следующий миг оба духа меча одновременно вырвались из его тела.

Бум!

Под контролем Линь Юня Небесный Дракон и Божественная Феникс начали кружить друг за другом прямо перед ним.

Свист!

Линь Юнь осторожно направлял траекторию их движения. Поначалу она была неровной, но вскоре превратилась в идеальный круг.

— Замри! — Выкрикнул он, разводя руки. Оба духа меча одновременно вспыхнули, извергая ослепительный свет.

Но лишь на миг. Весь этот вырвавшийся огонь мгновенно втянулся в одну плоскость, словно его заключили в невидимый свиток картины.

Линь Юнь убрал руки и отступил на несколько шагов. Пламя внутри «картины» продолжало медленно преследовать друг друга. Эти две силы были крайними противоположностями, каждая из них несла в себе ужасающую разрушительную мощь, но сейчас они пребывали в тончайшем равновесии.

— Я определенно гений, — Линь Юнь слегка улыбнулся, невольно приподняв бровь. На его благородном лице засияла яркая, солнечная улыбка.

Он долго не решался, но стоило попробовать – и успех пришел с первой же попытки.

Если бы Божественный Предок Лазурного Дракона был здесь, он наверняка был бы поражен талантом Линь Юня.

— Дальше идут Четыре Образа, Восемь Триграмм и мириады вещей… Буду двигаться постепенно, спешить некуда.

Взмахом руки Линь Юнь развеял Схему Пламени Инь-Ян и Великого Предела и вернул обоих духов меча в свое тело.

— Техника Разделения Дракона и Феникса!

Как только духи меча вошли в него, Линь Юнь резко развернулся, и его тело разделилось надвое. В руках у каждого воплощения было по святому мечу.

— Небесный Дракон!

— Божественная Феникс!

Из мечей Погребения Цветов в руках обоих клонов вырвалось десятиметровое сияние, объятое пламенем разных свойств. Двойники с ревом бросились друг на друга, нанося одновременный удар.

Бам!

Святые мечи с грохотом столкнулись, и вспышка огня озарила тайное измерение неземным светом.

Линь Юнь с растрепанными волосами поднял взгляд и увидел перед собой воина-мечника: статного, с ясным взором, белокожего, словно нефрит, чьи черты лица были поистине безупречны.

— Какой красавец, — не удержался от похвалы Линь Юнь, и лишь произнеся это, осознал:

— Это же я сам!

— Ха-ха-ха!

Оба клона одновременно рассмеялись, вновь крутанулись на месте, их остаточные изображения наложились друг на друга, и воплощения слились воедино.

Линь Юнь не мог скрыть возбуждения: прирост силы за время этого уединения превзошел все его ожидания.

Теперь у него оставалась еще неиспользованная Верховная пилюля Бога-Дракона, но Линь Юнь решил отложить ее до встречи с почтенным Сюанькуном.

— Посмотрим теперь на мой верховный звездный облик… — улыбнулся он, готовясь испытать еще один свой козырь.

Снаружи, в Тяньхуан-дянь.

Рослый распорядитель с тревогой смотрел на непрестанно вибрирующую нефритовую пластину. Сегодня творилось что-то неладное.

Пластина молодого господина Цзанхуа дрожала без остановки, лишая обоих стражей покоя.

— Да когда же это кончится! Он что, и впрямь решил взорвать это несчастное измерение? — Вспыльчивый толстый распорядитель не выдержал. Его лицо исказилось от гнева, и он вознамерился пойти и проучить Линь Юня.

Но едва он поднялся и не успел сделать и шага, как непрестанно дрожащая пластина с громким треском разлетелась вдребезги.

Толстяк и рослый распорядитель замерли, охваченные крайним изумлением. Они буквально остолбенели на месте.

— Твою мать! — Придя в себя, оба одновременно выпалили ругательство и, прежде чем их накрыла пространственная волна, молнией отлетели назад.

7017k.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759993