Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2249: «Кровь на небосводе»

Глава две тысячи двести сорок девятая.

С появлением Линь Юня его спутники – Линь Цзянсянь, Цзи Цзыси и Сюн Тяньнань – инстинктивно умерили свой пыл и обернулись к нему.

Казалось, одного его присутствия достаточно, чтобы уладить любую проблему. Безмолвно они признали его своим лидером, не сомневаясь в его силе.

Остальные практики тоже замерли, глядя на него с нескрываемым любопытством.

Каждый из его спутников уже продемонстрировал пугающую мощь. Особенно Линь Цзянсянь, которая с Божественным Мечом Небесного Истока умудрялась в одиночку противостоять Гу Тяню и Гу Фэйчэню. Это казалось немыслимым.

И всё же даже она смотрела на Линь Юня с безграничным доверием и без колебаний убрала меч в ножны.

Откуда в ней такая уверенность?

— Кто он такой? Как он смеет идти против Гу Цзюня!

— Гу Цзюнь входит в первую сотню Рейтинга Низвержения Дракона. Даже божественные преемники ему не ровня.

— Поговаривают, он ни во что не ставит обычных богов, потому и не стремится стать божественным преемником.

— А чему ты удивляешься? В его роду уже есть бог. Если он не видит в наставниках никого, кто превзошел бы его предка, зачем ему кому-то кланяться?

Сотни глаз, тысячи взглядов были прикованы к Линь Юню. Даже те гении, что успели уйти далеко вперед, замедлили шаг и обернулись.

Гу Син, вечно следовавший за Гу Цзюнем, сделал шаг вперед, готовый к схватке. Но Гу Цзюнь остановил его жестом руки. Он окинул Линь Юня надменным взглядом и произнес:

— Я знаю, кто ты. Тебя зовут Линь Юнь, и месяц назад именно ты одолел божественного преемника Ван Цзюэ.

Многие в толпе ничего об этом не слышали, а те, до кого доходили слухи, считали их пустыми бреднями. Но Гу Цзюнь знал правду.

Линь Юнь медленно подошел к своим друзьям и остановился. — Всё верно, — улыбнулся он. — Я – Линь Юнь, молодой господин Цзанхуа. И это вовсе не пустой титул.

Глаза Гу Цзюня сузились. — Мало того, победив Ван Цзюэ, ты забрал девять плодов Великого Дао высшего качества!

О событиях у Стелы Верховного в хребте Килина он знал всё, вплоть до мельчайших деталей. Нападение Гу Юйсинь было лишь проверкой, устроенной по негласному приказу Гу Сина. Им было до смерти любопытно, сколько золотых плодов Дао успел поглотить этот выскочка.

Девять плодов… Такое количество невозможно усвоить разом. После пятого плода эффект обычно сходит на нет. Но до этого момента им так и не удалось заставить Линь Юня вступить в бой.

— И что с того? — Линь Юнь вскинул бровь, не собираясь отступать.

— Хм, а ты с характером. Сразу видно – выходец из Куньлуня, — Гу Цзюнь холодно усмехнулся. — Скажу тебе честно: всю эту заварушку сегодня затеял я. И поверь, на твои плоды Дао зарюсь не я один.

В глубине глаз Линь Юня вспыхнул ледяной огонек:

— По крайней мере, ты честен.

— Скажу тебе еще одну правду, — небрежно бросил Гу Цзюнь. — Ван Цзюэ против меня не продержался бы и тридцати ходов.

Бум!

Он резко вскинул голову. Его глаза превратились в бездонные колодцы, в которых рождались и гасли звезды. Мощная аура владыки, подобная величию богов, взирающих со звездного неба, накрыла округу. Это было врожденное величие, которое ему даже не нужно было демонстрировать специально – оно само подавляло волю окружающих.

Ему приходилось постоянно сдерживать эту силу, иначе она могла бы просто искалечить тех, кто слабее.

— Еще до моего рождения меня охраняли созвездия. В три года я стал звездным лордом, в десять – почтенным Драконьего ранга, а в пятнадцать – владыкой стадии Жизни и Смерти.

— Линь Юнь, я – рожденный править. Твой разум не в силах постичь мой путь, ведь ты вырос в захолустном Куньлуне. Не пытайся мериться со мной силой – ты умрешь в муках!

— Просто скажи: сколько плодов Великого Дао ты успел поглотить? Если соврешь, никто из твоих дружков сегодня отсюда не уйдет!

Гу Цзюнь говорил властно, словно он был центром мироздания. От его слов сама гора, казалось, начала содрогаться, заставляя практиков бледнеть от ужаса. Большинство из них пришли сюда лишь за шансом, прекрасно понимая свои пределы, но они и представить не могли, насколько велика пропасть между ними и истинными гениями.

В этот миг многие почувствовали отчаяние. То, что для таких, как Гу Цзюнь, было лишь началом пути, для них оставалось недосягаемой мечтой всей жизни.

Линь Юнь незаметно выпустил свою волю меча, и давление Гу Цзюня перестало на него действовать. Его спутники тоже почувствовали облегчение.

— Ты говоришь, я не могу постичь твой путь? — Тихо произнес Линь Юнь. — Но и тебе не дано вообразить то, через что прошел я.

Гу Цзюнь на мгновение замер, а затем расхохотался:

— Ты меня не понял. Мне плевать на твой путь. Мои слова могли ввести тебя в заблуждение, но запомни: ты мне не интересен. Как бы ты себя ни называл – Цзанхуа или как-то иначе – в моих глазах ты лишь ничтожное отродье с простой кровью.

— Просто отвечай: сколько плодов Дао ты сожрал?

Цзи Цзыси и Линь Цзянсянь нахмурились, чувствуя, что разговор принимает скверный оборот.

— Впрочем, даже если ты поглотил их все – не беда, — лениво добавил Гу Цзюнь. — Я просто вырежу твой святой источник и изучу его на досуге.

Эти слова вызвали волну возмущения в толпе. Даже Линь Юнь не скрывал удивления.

— Ты поражен? — Оскалился Гу Син, стоявший рядом с Гу Цзюнем. — Для такого отребья, как ты, послужить науке своим источником – великая честь!

— Ну, раз так, то я просто польщен, — съязвил Линь Юнь.

— Хватит дерзить! Я сам всё возьму! — Выкрикнул Гу Цзюнь. Его тело внезапно озарилось звездным светом, а мощь меча устремилась к небесам.

Его кожа стала подобна чистейшей яшме, излучая безупречный блеск. Он казался изысканной статуей, внутри которой бурлила колоссальная святая эссенция. В мгновение ока он сократил расстояние и нанес сокрушительный удар кулаком.

Помимо семейного Искусства Звездной Реки, Гу Цзюнь практиковал Божественное тело Золотой Яшмы. Эта техника требовала поглощения редчайшей яшмы с врожденными святыми печатями. На высоких уровнях такое тело превосходило многие врожденные таланты, но ресурсы для его развития были астрономическими. Только святые кланы и древние Святые Земли могли позволить себе подобную роскошь.

Гу Цзюнь явно преуспел: его тело по прочности не уступало священному оружию Звездного Сияния.

Свист!

Линь Юнь сделал пару легких шагов и без труда уклонился от атаки.

— Вечная звездная река, жизнь и смерть! — Гу Цзюнь тоже был мастером меча. Он использовал палец вместо клинка, применяя Божественный Меч Звездной Реки.

В его руках эта техника обрела невероятную мощь. Одним движением он, казалось, мог перевернуть небеса и разорвать пустоту.

Грохот! Атака неслась на Линь Юня, сопровождаемая ревом ветра и пламени; с небес обрушилась энергия Первозданного Хаоса.

— Кулак Верховного Дракона, Полет Божественного Дракона! — Линь Юнь даже не сдвинулся с места. На кончиках его пальцев вспыхнуло семицветное сияние, и он нанес самый яростный удар из арсенала Куньлуня.

Его Кулак Верховного Дракона давно достиг стадии Божественного Преображения. Сотни драконьих теней взмыли ввысь. В этот удар он вплел и образы Золотого Ворона и Божественной Феникс, кружащих вокруг солнца и луны – тайны Божественного Кулака Солнца и Луны гармонично дополнили атаку.

Бум!

Кулак встретился с пальцем. Обоих противников отбросило друг от друга, а их видения столкнулись с оглушительным грохотом. Золотой Ворон и Феникс развеялись, но тени драконов остались непоколебимы. Линь Юнь отступил на три шага и посмотрел на свою ладонь – на коже появилась небольшая трещина.

Он усмехнулся: гений святого клана и впрямь кое-что умел. Первая сотня Рейтинга Низвержения Дракона – это было серьезно.

Вспышка! Линь Юнь задействовал божественную кость Лазурного Дракона. Лазурная святая эссенция потекла по его жилам, и рана на ладони затянулась в мгновение ока, а трещины в костях исчезли без следа.

«Что за чертовщина?», – Гу Цзюнь, восстановив равновесие, не мог поверить своим глазам.

Он был на пике шестого ранга святого лорда, поглотил немыслимое количество энергии Первозданного Хаоса, а его Золотое Ядро прошло через бесконечные закалки огнем и ветром. Он должен был раздавить этого выскочку одним ударом, в щепки разнести его ядро.

— Похоже, золотые плоды Дао и впрямь творят чудеса, — глаза Гу Цзюня алчно блеснули. — Ты явно получил от них невероятную силу!

Эта мысль привела его в восторг. — Удивительно! Если даже на такое отребье они подействовали так мощно, то представь, что они сделают со мной! Ты не достоин владеть такими сокровищами!

— Пожалуй, ты прав, — спокойно улыбнулся Линь Юнь.

Гу Цзюнь был прав, но лишь отчасти. Своей силой Линь Юнь был обязан не только плодам Дао, но и плоду Вечного Дао!

— Теперь они будут моими! — Гу Цзюнь зашелся в безумном смехе. Его волосы разметались, а в глазах горел фанатичный огонь.

Он бросился в атаку. Вокруг него закружились восемнадцать небесных рек, в водах которых мерцали звезды. Одна из них была особенно яркой – в ней пылало истинное солнце, заливая всё вокруг золотым светом.

Он щелкнул пальцами, и реки слились в ослепительный луч меча, сметающий всё на своем пути.

Брызги света!

— Мои глаза!

— Как больно!

Сияние было настолько нестерпимым, что многие практики, не успевшие прикрыть глаза, ослепли и зашлись в крике.

— Печать Солнца и Луны Божественного Дракона, Инверсия Инь и Ян! — Линь Юнь без тени суеты применил свою технику, которую давно отточил до совершенства.

Но теперь всё было иначе: в печать вплелись божественные знаки Лазурного Дракона, в ладонь влилась непобедимая воля меча, а мощь двух великих трактатов придала атаке небывалую силу.

Золотой Ворон взмыл в небо, Феникс пала на землю, а сам Линь Юнь стал Божественным Драконом, переворачивающим основы мироздания!

Он резко взмахнул руками. Солнце и Луна вырвались из его груди, раздвигая пространство. Зрители ахнули: восемнадцать рек Гу Цзюня на фоне этого видения показались жалкими ручейками.

Но это было лишь начало. Когда мир перевернулся, мощный луч меча Гу Цзюня разлетелся на куски. Небесные реки перемешались, звезды начали сталкиваться друг с другом с оглушительным грохотом. Сама гора задрожала от этого хаоса.

Гу Цзюнь, не ожидавший такого отпора, пошатнулся и отступил.

— Печать Солнца и Луны Божественного Дракона, Кровавый Отблеск Небесного Свода! — Выкрикнул Линь Юнь и взмыл в воздух. В тот же миг кровавое зарево накрыло полнеба над горой Тяньхуан.

В лучах заходящего солнца Линь Юнь нанес удар. Печать Солнца и Луны превратилась в поток вечного света и устремилась к врагу.

Грохот!

Кровавые тучи забурлили, следуя за его кулаком. Это было величественное и грозное зрелище – в этом ударе была воля, стремящаяся превзойти небеса, и сердце, не знающее поражений.

В Трех Тысячах Путей Лишь Я – Единственный Властелин!

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759978