Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2233: «С этим братом можно иметь дело»

Стела Верховного возвышалась среди гор. Раньше этот хребет был безымянным, но по легенде здесь когда-то видели килина, и с тех пор горы прозвали горой Килина. В самом центре находились древние руины, среди которых и покоилась стела.

Огромный монолит высотой в тысячу чжанов был покрыт с каждой стороны уникальными узорами и линиями. Однако сейчас Стела Верховного была окутана густым черным туманом, придававшим ей ореол таинственности.

Когда прибыли люди из Тяньцзянь-лоу, здесь уже было множество практиков. Это место считалось важнейшим источником удачи в мире Лазурных Облаков, поэтому сюда стекались толпы, в том числе и из других миров. Из-за тумана никто не спешил приступать к постижению стелы – люди охотились на диких зверей неподалеку.

Спустя три дня туман рассеялся. Народу у горы Килина стало в разы больше. Все начали вглядываться в стелу, надеясь постичь ее тайны.

Линь Юнь посмотрел на монолит и почувствовал, как его душа мгновенно провалилась внутрь, оказавшись в причудливом, фантасмагорическом мире. Стоило ему подумать о чем-то, как пространство заполнилось острыми аурами, словно бесчисленные древние мечи пытались разорвать Хаос.

— Как удивительно, — Линь Юнь отвел взгляд, пораженный. — Стоит о чем-то подумать, и оно тут же воплощается.

— Тоже мне, диво. Деревня деревней, — Чан Цзюнь обернулся и презрительно усмехнулся. — Эта стела уникальна. Какое бы Дао ты ни практиковал, ты увидишь именно то, что ищешь. Можно даже постичь Высшее Дао и взлететь до небес!

У Юйхуа, стоявший рядом, добавил:

— Но с древнейших времен никто так и не смог по-настоящему постичь этот мир Хаоса и узреть истинную суть стелы. Кажется, она постоянно меняется, и никакой «сути» у нее нет.

Линь Юнь улыбнулся и втайне задействовал Великое Дао Реинкарнации. Когда он снова взглянул на стелу, мир Хаоса стал гораздо отчетливее. Его душа вновь вошла в это пространство, и там, где раньше была лишь дымка, проступили древние письмена. Каждый иероглиф был подобен мечу; они переплетались и менялись, словно в них были записаны все тайны фехтования под небесами.

Всего за несколько мгновений созерцания Линь Юнь почувствовал, как число его правил Дао меча увеличилось на несколько сотен. Его намерение меча, застывшее на полушаге к Сияющему Солнцу, заметно укрепилось. В глубине сознания, над океаном намерения меча, звезда меча, похожая на семя, налилась жизненной силой.

Линь Юнь собрался с мыслями и вышел из транса. Он сменил настрой и мысленно произнес «Реинкарнация». Снова посмотрел на стелу, но та осталась лишь величественным каменным изваянием – никакого мистического погружения души не произошло.

— О? — Линь Юнь прищурился, и на его губах заиграла ироничная улыбка. — Не тянешь? Значит, мир намерения меча ты воплотить можешь, а мир Реинкарнации – нет.

Линь Юнь огляделся. Все вокруг завороженно смотрели на стелу с одухотворенными лицами. Можно было представить, что каждый видел свой мир: кто-то – картины, кто-то – видения, а кто-то, как и он, письмена. В любом случае, каждый получал пользу, и даже их верховный святой путь стремительно совершенствовался. Время от времени кто-то открывал глаза, хмурился и выглядел растерянным – видимо, натыкался на трудности в понимании, требующие долгих раздумий.

Но для Линь Юня, взиравшего через призму Великого Дао Реинкарнации, любые туманы рассеивались мгновенно. В том мире он чувствовал себя как рыба в воде; не было задач, которые он не мог бы решить. Стоило только захотеть, и его правила Дао меча начали бы расти с неистовой скоростью.

— Что такое, брат Линь? — Спросила Цзи Цзыси, заметив его странное выражение лица.

— Стела Верховного… кажется, она немного проще, чем я думал, — тихо ответил Линь Юнь.

Рост числа правил Дао меча, конечно, радовал, но это было лишь количественное изменение. Не было… сюрприза! Именно его он и ждал – с таким-то громким именем стела должна была дать нечто большее. Впрочем, и разочарованием это не назовешь: укрепление намерения меча – вещь весьма приятная.

Цзи Цзыси улыбнулась:

— Для тебя, может, и просто, а я вот созерцаю пламя феникса и кое-что нахожу.

— Я видел божественный меч! — В этот момент восторженно воскликнул Чан Цзюнь. — Невероятно! Этот меч возвышается над миром, стоит лишь поднять голову, и чувствуешь его величие. Словно слушаешь наставления богов!

Сижо тут же подхватила:

— Старший брат, ты поразителен! Мы пока видим только кончик меча, даже до середины лезвия не дошли. — Она вскинула бровь и добавила, глядя в сторону Линь Юня: — А некоторые тут хвастаются, что им, мол, просто. По-моему, просто ничего не поняли, вот и болтают языком.

Линь Юнь не сдержал смешка. Он давно понял, что все эти «божественные мечи» – лишь иллюзии. Сколько их ни созерцай, истинную суть небесного меча не постигнешь. Можно потратить всю жизнь и продвинуться в Дао меча лишь на крошечный шаг, но качественного скачка не будет.

— Над чем смеешься? — Разозлилась Сижо.

— Если там и есть божественный меч, то он лишь порождение Стелы Верховного, — ответил Линь Юнь. — Можно получить крохи пользы, но если почитать его как божество, из этой иллюзии никогда не выбраться.

— А ты, значит, выберешься? — Съязвила Сижо. — Думаешь, один ты такой умный, а мы не знаем, что это иллюзия? Это Верховная иллюзия, творение богов! И ты мечтаешь из нее выйти? Бредишь наяву! Смотри, договоришься до кары небесной за неуважение к богам. Были уже такие до тебя.

— Возможно, — небрежно бросил Линь Юнь.

— Сестра, да что ты его слушаешь? Человек из диких земель бога-то в глаза не видел, как ему объяснишь? Не поймет, — вставил Чан Цзюнь. — Мне кажется… он просто хочет привлечь твое внимание, вот и несет чушь.

Сижо после этих слов даже отступила на шаг, глядя на Линь Юня с нескрываемым отвращением. Она ничего не сказала, но всем видом показала, что поверила Чан Цзюню.

Линь Юнь открыл рот, но так и не нашелся что ответить. Он лишь улыбнулся и замолчал. Цзи Цзыси гневно посмотрела на Сижо – та явно возомнила о себе невесть что. Чтобы брат Линь на нее позарился? Какая нелепость!

— Пойдем в другое место, — предложил Линь Юнь, видя, что Цзи Цзыси едва сдерживается. Сейчас все в Тяньцзянь-лоу были заняты стелой, и затевать ссору из-за пустяков не стоило.

Вскоре они пришли в тихое место, где сидел могучий здоровяк, рядом с которым стоял огромный треножник. Это был не кто иной, как Сюн Тяньнань.

Увидев Линь Юня, тот усмехнулся:

— Похоже, твои отношения с Тяньцзянь-лоу не такие уж и близкие.

— Тебя это радует? — Спросил Линь Юнь.

— Да нет, что ты, — Сюн Тяньнань рассмеялся. — Филиал Тяньцзянь-лоу в мире Лазурных Облаков – сплошная посредственность, только Линь Цзянсянь марку держит. Кстати, а баба-то она лютая! Говорят, Бай Юй после встречи с ней в себя прийти не может от злости, но дергаться боится.

— Эй, здоровяк, выбирай выражения! Не смей так говорить о сестре Линь, — недовольно буркнула Цзи Цзыси.

Сюн Тяньнань хохотнул:

— Да я ж хвалю ее! Малявка, ты не понимаешь. Я ведь прав, брат Линь?

— Как твои успехи в постижении? — Перевел тему Линь Юнь.

Сюн Тяньнань посмотрел на стелу и нахмурился:

— Она и правда оправдывает славу. О чем думаешь – то и чувствуешь. Я немного побыл в Верховной иллюзии, и мой Путь Поглощения заметно продвинулся. Но тумана там слишком много, все в дымке, до конца не пробиться. Боюсь, получу я в итоге обычный плод Дао.

— А как их получают? — Уточнил Линь Юнь.

— Каждые два часа стела дарует плод Дао в зависимости от твоих успехов, — пояснил Сюн Тяньнань. — Есть четыре ранга: белый – самый простой, потом пурпурный, серебряный и золотой. Белые у всех будут, пурпурные – уже редкость. Серебряный означает постижение какого-то Высшего Дао. Ну а если золотой… хе-хе, считай, жизнь удалась.

— Похоже на небесную удачу, — заметил Линь Юнь.

— Куда там! Плод Дао в разы ценнее. Золотую удачу еще можно встретить, а вот золотой плод Дао… это такая редкость, что за все время, пока стела открыта, его могут вообще никому не дать.

— И на что ты рассчитываешь? — Спросил Линь Юнь.

— На пурпурный. Надеюсь, к концу вытяну серебряный, уж больно туман в этой иллюзии густой, — неуверенно ответил здоровяк.

Линь Юнь улыбнулся. Он сосредоточил на кончике пальца крупицу Великого Дао Реинкарнации и слегка коснулся камня перед собой. Оставлять саму силу он не стал – правил Реинкарнации у него было всего около десятка, слишком мало. Он лишь запечатлел там само дыхание Реинкарнации, после чего поднял голову и сказал:

— Присядь-ка здесь и посмотри еще раз.

— В смысле? — Сюн Тяньнань впал в ступор.

— Ну, фэншуй такой. Ты же веришь в удачу? — Загадочно улыбнулся Линь Юнь и увел Цзи Цзыси.

Они нашли уединенный уголок. Цзи Цзыси спросила:

— Брат Линь, ты что-то заметил?

Линь Юнь промолчал, лишь легонько коснулся ее лба, передав одно из правил вечного Дао Реинкарнации.

— Почувствуй сама, — улыбнулся он и погрузился в собственные ощущения.

Вскоре озарения из Верховной иллюзии начали вспыхивать в его разуме искрами. Правила Дао меча прибывали одно за другим. Иероглифы в мире Хаоса теперь были для него абсолютно ясны – каждый из них был как святой плод: бери любой и ешь.

Спустя два часа Стела Верховного ярко воссияла. Люди открыли глаза, и в руках у каждого появился плод Дао. Линь Юнь спокойно посмотрел на золотой плод в своей ладони – его сердце осталось невозмутимым. У Цзи Цзыси в руках тоже был золотой плод. Она с восторгом посмотрела на Линь Юня, ее глаза сияли.

— Тише, — шепнул он.

— Поняла, помалкиваю, — просияла она, поспешно пряча сокровище.

…— Твою ж! Серебряное сияние!

В другой стороне Сюн Тяньнань вытаращился на свою ладонь. Там лежал серебряный плод Дао. Он даже засомневался, не мерещится ли ему.

— И правда, сработало! — Здоровяк вскочил, ошарашенно глядя на камень, на котором сидел. Линь Юнь всего лишь коснулся его пальцем, а сотворил такое чудо.

— Хе-хе, камень я заберу с собой. Этот парень просто за гранью реальности, — Сюн Тяньнань смачно поцеловал булыжник и снова уставился на серебряный плод, не в силах сдержать радости. — С этим братом… действительно можно иметь дело, — серьезно произнес он.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759962