Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1987: «Я действительно не красуюсь»

Заходящее солнце окрасило небо в багрянец, наступали сумерки.

Дневной шум и жар озера Цзанцзянь постепенно утихли. Трибуны опустели, а мастера восемнадцати Святых Земель разошлись по своим обителям.

В самом поместье стало тихо, но в городе Пустоты жизнь и не думала замирать. В тренировочных залах, тавернах и чайных домах – везде, где собирались практики, только и слышны были разговоры о великой битве.

Хотя Е Цинтянь не принадлежал к Союзу Меча, его мастерство заставило местных талантов признать его превосходство.

Ярких моментов было столько, что не хватило бы и трех дней и ночей, чтобы обсудить каждый из них. Весть об этом сражении в кратчайшие сроки должна была разлететься по всему Югу, а затем и по всему Куньлуню.

Собрание Знаменитых Мечей подошло к концу, но все понимали: через три дня начнется главное действо.

Кто бы мог подумать, что Е Цинтянь решится бросить вызов Фэн Шаоюю всего через три дня?

Ведь тот был полусвятым!

Будь он обычным мастером этого ранга – еще куда ни шло. Но Фэн Шаоюй был молодым главой поместья. Его техники, ресурсы и врожденный талант были исключительными. После перехода на стадию полусвятого такой гений претерпевает немыслимую трансформацию.

Разница между полусвятым и мастером девятикратной нирваны – это пропасть между облаками и грязью.

Е Цинтянь смог одолеть Гу Цзицзина, преодолев разрыв в два уровня за счет своего таланта, но победить полусвятого, находясь на стадии Нирваны, казалось чем-то из области фантастики.

На других уровнях это было бы возможно, но полусвятой – это первый шаг на Путь Святого.

Даже самый заурядный полусвятой обладает подавляющим преимуществом над любым мастером стадии Нирваны благодаря энергии святости. Для обычного практика эта энергия почти непреодолима, и никакой талант или мастерство меча тут не помогут.

И это касалось лишь стадии Лазурного Истока. О борьбе с мастером стадии Пурпурного Истока и речи быть не могло.

… В тихом дворике представительства секты Меча Линь Юнь сидел на каменном возвышении. Его глаза были закрыты, а дыхание подчинялось ритму Писания Меча Дракона и Феникса, Дарующего Конец Свету, впитывая разлитую в воздухе энергию.

Когда духовная сила входила в его тело, вокруг него начинали вращаться призрачные образы Небесного Дракона и Божественной Феникса. Энергия Нирваны раз за разом проходила через процесс очищения.

Линь Юнь открыл глаза и медленно выдохнул облачко мутной ци. Образы зверей растворились в его теле.

Он понимал, что за три дня Писание Дракона и Феникса не достигнет седьмого уровня, а Формула Меча Божественного Неба так и останется на пике одиннадцатого.

Добиться взрывного роста силы за такой короткий срок было крайне сложно.

Зато в плане развития уровня энергии он мог сделать шаг вперед. Долгое время он находился на пике семикратной нирваны, так что прорыв к восьмикратной был лишь вопросом времени и естественным процессом.

Кроме того, у него оставались три козыря, которые он еще не пускал в ход.

Первый – это намерение меча Звездной Реки на стадии Большого Успеха. Более того, он сформировал Двойную Звезду Меча. Если он одновременно задействует силы Великой Луны и Великого Солнца, это породит тридцать шесть звездных рек.

Это была сокрушительная сила, способная нивелировать разницу в рангах и представлять реальную угрозу для полусвятого стадии Лазурного Истока.

Второй козырь – священный том Тринадцати мечей Светлячка.

Вняв наставлениям Юй Цинфэна, Линь Юнь постиг их истинную суть. Окружающие думали, что он владеет девятью формами, но на самом деле он освоил все тринадцать.

Весь священный том был изучен им до стадии Большого Успеха. Принцип «поток не стремится быть первым» означал силу в его непрерывности.

И, наконец, Меч Первого Встречного Мига.

Свет Мига, Миг без следа, Сияние Мига, Вечность Мига, Миг без света и снова Миг без следа…

Это была его собственная техника. Хотя он пока полностью отточил лишь первую форму, она оставалась его сильнейшим приемом.

Линь Юнь старался не использовать её без крайней нужды.

Этот удар был слишком стремительным – настолько, что даже он сам с трудом его контролировал. Раз применив его, пути назад не будет.

Либо он сразит Фэн Шаоюя наповал, либо, если удар не достигнет цели, сам окажется обессиленным и проиграет.

— А мощь полусвятого у него и впрямь внушительная… — задумчиво произнес Линь Юнь, вспоминая дневное противостояние с Фэн Шаоюем. Этот человек обещал стать самым серьезным препятствием в его путешествии по Югу.

Хм?

В глазах Линь Юня мелькнуло удивление. Он почувствовал чье-то присутствие и, подняв голову, увидел у ворот дворика полусвятого Пурпурного Грома.

— Глава пика, что-то случилось? — Линь Юнь подошел к нему с легкой улыбкой.

— Ну и выдержка у тебя, парень. Еще и улыбаешься, — покачал головой старейшина, не скрывая восхищения.

— Всего лишь полусвятой. Я их уже убивал.

Линь Юнь сказал это легко, хотя прекрасно понимал: Фэн Шаоюй – это не те полусвятые из города Шести Святых. Сравнивать их было нельзя.

— Фэн Шаоюй и тот полусвятой из секты Сияния – это небо и земля, — серьезно поправил его старейшина Пурпурного Грома.

— Разве они оба не на стадии Лазурного Истока? — Невинно уточнил Линь Юнь.

Старейшина лишь беспомощно усмехнулся:

— Послушай, нам действительно так необходимо забирать это Горнило?

Святая Меча Тяньсюань и Великая Святая Цзинчэнь не раскрыли ему истинной цели миссии.

С точки зрения главы пика, Линь Юнь и так прыгнул выше головы, завоевав титул чемпиона. Стоило ли рисковать жизнью ради сомнительной затеи, когда можно было просто уйти победителем?

— У меня есть причины, по которым я обязан это сделать, — твердо ответил Линь Юнь. — Не пытайтесь меня отговорить.

— И каковы шансы?

Линь Юнь поднял руку, растопырив пять пальцев.

— Пятьдесят процентов?

Старейшина заметно приободрился. Половина – это уже немало.

Линь Юнь промолчал и загнул один палец.

— Сорок?

Линь Юнь покачал головой и убрал еще один палец.

— Тридцать! — Старейшина Пурпурного Грома вскочил. С такими шансами это было чистое самоубийство.

Но Линь Юнь загнул еще один палец. Старейшина не выдержал:

— Двадцать процентов?! Всё, уходим. Мы не будем в этом участвовать.

— Я имел в виду, что у него лишь двадцать процентов на победу. О чем вы подумали, глава пика?

Старейшина Пурпурного Грома замер, а затем возмущенно уставился на него:

— Ах ты, Е Цинтянь! Ну ты и позер.

Линь Юнь усмехнулся:

— Не сердитесь. Я лишь говорю правду. В настоящем бою мне, возможно, придется нелегко, но он обречен на поражение.

— Это еще почему?

— Потому что мне жизненно необходимо получить Горнило. В этой битве я просто не имею права проиграть, — Линь Юнь говорил серьезно и твердо.

— На самом деле всё оказалось проще, чем я думал, — продолжил он. — Я ожидал, что поместье выставит против меня Святого или хотя бы полусвятого стадии Пурпурного Истока.

Старейшина слушал его в полном изумлении. — Похоже, они и так планировали отдать Горнило молодому главе, — наконец произнес он. — Твое появление лишь заставило их сбросить маски.

— …И они явно не ожидали, что ты окажешься таким наглым.

— Если они думали, что какой-то полусвятой стадии Лазурного Истока заставит меня отступить, то они сильно меня недооценили, — заметил Линь Юнь.

Старейшина Пурпурного Грома потерял дар речи. — Мне кажется, или всё должно быть наоборот? — Выдавил он. — Разве не они должны удивляться, что какой-то мастер семикратной нирваны бросает вызов полусвятому?

Линь Юнь лишь улыбнулся:

— А разве нет?

— Хватит паясничать. Скажи честно: каковы реальные шансы? — Старейшина стал серьезным.

— Я не шучу, — ответил Линь Юнь. — Я даю ему двадцать процентов только потому, что бой будет открытым, из уважения к поместью. В схватке не на жизнь, а на смерть у него не было бы и десяти.

— Опять ты за своё! — Старейшина в шутку отвесил ему подзатыльник.

Линь Юнь, потирая голову, горько улыбнулся:

— Но это правда.

Он действительно не лгал. Фэн Шаоюй, вероятно, достиг пика совершенства на стадии Лазурного Истока, и его энергия Нирваны полностью трансформировалась в святую мощь. Это был грозный противник. Одного его удара хватило бы, чтобы серьезно ранить Линь Юня.

Но Линь Юнь не собирался давать ему такой возможности. Тот просто не сможет его коснуться.

Фэн Шэнлин был силен, но три козыря Линь Юня были сильнее. Одна только Двойная Звезда Меча давала мощь, выходящую за пределы стадии Нирваны.

А ведь его приемы могли накладываться друг на друга.

Усиление намерением меча Звездной Реки, слияние сил Луны и Солнца под покровом тридцати звездных рек и, наконец, полная техника священного тома Светлячка…

Линь Юню самому становилось не по себе от осознания этой мощи. Это было действительно страшно.

Что же касается «Света Мига», то его он надеялся не использовать вовсе.

— Неужели ты не можешь быть хоть немного скромнее? — Вздохнул старейшина.

— Я и так сама скромность, — отозвался Линь Юнь. — Честно говоря, сейчас меня больше заботит, как победить, не убив его ненароком.

Если он убьет наследника поместья, о заимствовании меча можно забыть, да и уйти живым будет непросто.

— Об этом не беспокойся, — поспешно сказал старейшина. — Через три дня будет бой не на жизнь, а на смерть. Если ты пощадишь его, он может не ответить тем же. Если кому-то и суждено пасть, пусть это будет молодой глава. Наша секта Меча не боится поместья Цзанцзянь.

Договорив, он осекся. «Что я несу?», – подумал он. Он действительно поверил, что этот мальчишка способен убить Фэн Шаоюя. Впрочем, раз тот так уверен в себе, значит, у него есть на то основания.

— Ладно, не буду больше докучать, — произнес старейшина. — Кстати, ты ведь знаком с тем пиковым мастером из секты Меча?

— Мой наставник Лун Юнь дружен с Колышущимся Светом, наши семьи в добрых отношениях. А что? — Спросил Линь Юнь.

— Вот. Он просил передать это тебе.

Старейшина протянул шкатулку. — Он сказал, что когда-то молодой господин Цзанхуа нашел в пустынных землях Священный Меч Преисподней, и под воздействием его энергии на пике Божественного Неба расцвел девятилепестковый цветок Преисподней.

Линь Юнь обрадовался – это был ценный дар. Старейшина Пурпурного Грома не стал задерживаться и, дав еще пару наставлений, ушел.

Из тайного царства вышла Маленький Ледяной Феникс. — Ну ты и актер, — усмехнулась она. — Мы в свои лучшие годы так не красовались. Скажи честно, шансы действительно так велики?

— Пятьдесят на пятьдесят, — тихо ответил Линь Юнь.

— А как же то, что ты сейчас наговорил? — Удивилась малышка.

— Как иначе я мог его успокоить? Глава пика – хороший человек. Если бы я не показал такую уверенность, он бы силой увез меня отсюда.

Линь Юнь открыл шкатулку. Оттуда вырвалось священное сияние и нежный аромат.

— Полусвятой стадии Лазурного Истока не так страшен, — продолжал он. — Куда страшнее то, какие козыри припрятало само поместье. Об этом я не знаю ничего.

— И при этом ты так уверен в себе, — заметила феникс.

Линь Юнь закрыл шкатулку. — Скажи мне, кто из них сильнее: Фэн Шэнлин или Гу Цзицзин?

— Конечно, Гу Цзицзин, — не задумываясь ответила она.

Линь Юнь улыбнулся:

— Если бы Гу Цзицзин был полусвятым, исход боя был бы неясен. Но против Фэн Шэнлина с его силой полусвятого у меня есть как минимум половина шансов на успех.

— Фэн Шаоюй постарше, он просто усиленная версия Фэн Шэнлина. К тому же…

— …у меня есть причина, по которой я обязан победить. Меч Горнило должен быть доставлен в секту Меча!

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759704