Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1975: «Испытание трех застав»

Глава 1975.

Когда Чжао Уцзи и его спутники сошли с платформы Дао, лица Чжао Ху и остальных исказились от негодования и ярости.

— Молодой господин, неужели мы это так оставим? — Прохрипел Чжао Ху, чьи раны были тяжелы, а гнев едва сдерживался.

— Оставим? — Чжао Уцзи тихо рассмеялся. — Разве я говорил, что все кончено?

— Тогда как же? — три слуги меча замерли в растерянности, не понимая замысла своего господина.

Уголки губ Чжао Уцзи тронула усмешка:

— Разве я не говорил? Тот, кто лает громче всех, обычно больнее всего падает. Ступайте и разнесите весть о сегодняшнем происшествии, приукрасив её вдвое. Посмотрим, как он выпутается, когда начнется Собрание Знаменитых Мечей!

— Если бы мы проучили его сейчас, об этом узнали бы единицы. Но после Собрания я заставлю его имя смешать с грязью! — Добавил он.

Чжао Ху, однако, не унимался:

— Но что, если он и впрямь… — после схватки с Е Цинтянем в их душах поселился страх, что тот действительно сможет блеснуть на турнире.

Чжао Уцзи лишь усмехнулся:

— Я прощупал его силу. Скорее всего, он не владеет намерением меча Звездной Реки. Если бы владел, то принял бы ту последнюю чашу вина напрямую.

Он намеренно испытывал Е Цинтяня, желая проверить слухи о его мастерстве. Теперь же, после этой пробы, все сомнения развеялись.

Каким бы глубоким ни был фундамент ученика на стадии семикратной нирваны и каким бы поразительным ни казалось его мастерство меча, без намерения Звездной Реки против истинных гениев Святых Земель он будет лишь мальчиком для битья.

Блеснуть на турнире? Скорее уж опозориться на глазах у всех!

… …

Как бы то ни было, Линь Юнь сумел заставить гордых мечников Восточных Пустошей вздохнуть с облегчением. Теперь он был не просто гением секты Небесного Дао, но и негласным лидером всех мечников своего региона.

Когда толпа оправилась от изумления, те, кто раньше относился к нему с презрением, поспешили вперед, желая завязать знакомство. Линь Юнь вежливо, но твердо отклонял предложения и вместе с Е Цзылин направился обратно к постоялому двору секты Меча.

Всю дорогу Е Цзылин молчала, сохраняя привычную холодность, однако её взгляд то и дело задерживался на спутнике, будто она хотела что-то сказать.

Линь Юнь заговорил первым, слегка улыбнувшись:

— Госпожа Е, полагаю, теперь вы согласны с моим мнением? Мечнику нужно чаще выходить в мир. Постоянное затворничество ведет в тупик, а порой и порождает демоническую преграду.

— Пусть вы и обладаете Телом Меча Божественного Дракона, а ваш талант в боевых искусствах встречается один на миллион, но без реальных схваток и испытаний на грани жизни и смерти невозможно стать истинным мастером, полагаясь лишь на древний святой источник. — Продолжил он.

Е Цзылин промолчала. Раньше она бы непременно возразила, но теперь понимала правоту его слов. После ухода Линь Юня её душевный покой был нарушен, и она пыталась заглушить это, закрывшись от мира и изнуряя себя экстремальными тренировками, что невольно ожесточило её характер.

Внезапно она остановилась:

— Постой! Откуда ты всё это знаешь? Кто тебе рассказал?

Линь Юнь на мгновение замер, осознав, что сболтнул лишнего.

— Владыка пика Му Чуань поведал мне об этом, — тут же переложил он вину на третьего старшего брата. — Он также упоминал о некоторых делах между госпожой Е и молодым господином Цзанхуа.

— Этот владыка пика… вечно он лезет не в свои дела, — тихо пробормотала Е Цзылин, не заподозрив подвоха.

— Кстати, я всё хотела спросить… — она внимательно посмотрела на него. — Почему ты вдруг начал цитировать слова, которые часто говорил молодой господин Цзанхуа? Ты встречал его?

Линь Юнь улыбнулся:

— Нам довелось встретиться один раз, когда он покидал руины Сюаньу. Мы общались недолго, но этот человек произвел на меня неизгладимое впечатление: величие, благородство, исключительная харизма… А его мастерство меча и вовсе заслуживает звания гения среди гениев.

— Хоть мы виделись лишь раз, Е почувствовал в нем родственную душу и проникся глубоким уважением. — Закончил он.

Хвалить самого себя было неловко, поэтому Линь Юнь вовремя остановился, чувствуя, что еще пара слов – и он сам не выдержит собственной лести.

— Значит, правда видел… — глаза Е Цзылин на миг блеснули. — Он не говорил, куда направился?

— Нет. — Линь Юнь на мгновение задумался. — Но он поделился со мной некоторыми озарениями в пути меча и просил, если встречу старых друзей из секты Меча, по возможности присмотреть за ними.

— Вот оно что. — Е Цзылин облегченно вздохнула. — Неудивительно, что в твоем стиле меча я уловила черты молодого господина Цзанхуа, хотя они и кажутся иными. Ты действительно скромен. Твой талант не уступает нашему старшему брату Линю. Прости, что раньше я ошибалась на твой счет.

Она умела признавать ошибки и тут же извинилась. Тем не менее, у неё оставалось чувство, что этот человек скрывает от неё что-то еще.

— Можно мне взглянуть на твой меч? — Внезапно спросила она, когда они уже подходили к дверям.

Ей казалось, что клинок Линь Юня выглядит знакомым, но в мире большинство мечей похожи друг на друга, если только их форма не совсем уж причудлива. Лишь внимательный осмотр мог подтвердить её догадки.

— Прошу. — Линь Юнь совершенно спокойно протянул ей Погребение Цветов.

Е Цзылин попыталась обнажить клинок, но наткнулась на сопротивление. Ей пришлось влить в него поток энергии Нирваны.

Вжух!

Линь Юнь, почувствовав, что пора, легким усилием воли позволил мечу выйти из ножен. В тот же миг пространство наполнилось мощью Звездного Сияния.

— Священное оружие Звездного Сияния! — Е Цзылин ахнула от изумления. В её глазах отразился шок, а следом – легкое разочарование.

Похоже, ей просто померещилось. Она никогда не держала меч Линь Юня в руках так близко, но знала одно: Погребение Цветов не было священным оружием Звездного Сияния.

— Прекрасный меч. На Собрании Знаменитых Мечей он наверняка прославится на весь мир, — тихо произнесла она.

— Возможно, — Линь Юнь с улыбкой принял оружие обратно.

Он проводил взглядом уходящую внутрь Е Цзылин, но сам заходить не стал. В этот момент из тени бесшумно выступил Чжао Янь.

— Старший брат Линь, почему ты не открылся старшей сестре? — Спросил он.

Линь Юнь знал о его присутствии – Чжао Янь, вероятно, узнал его по технике Секрета Меча Сокровенного Знака из Девяти Мечей Свободного Странствия.

— Здесь неудобно говорить, пойдем в другое место, — серьезно ответил Линь Юнь.

После победы над слугами Чжао Уцзи он стал знаменитостью, и к утру слухи разлетятся повсюду. Нужно было соблюдать осторожность: раскрытие его истинной личности сейчас принесло бы массу проблем.

Даже спустя столько времени имя молодого господина Цзанхуа не забылось. О нем слышали даже в далеком Дворце Черных Перьев на севере. Если станет известно, что Е Цинтянь – это Линь Юнь, поднимется невообразимая буря.

Они ушли в глухой переулок и, убедившись, что хвоста нет, заговорили открыто. По словам Чжао Яня, на Собрание их привел старший брат Му Чуань – просто посмотреть мир. Они не рассчитывали на призовые места, прекрасно осознавая разрыв в мастерстве между Восточными Пустошами и внешним миром. Тем более что секта Меча еще не обрела статус Святой Земли.

— Старший брат Линь, зачем ты так рискуешь, придя сюда? — Чжао Яню было искренне любопытно.

Линь Юнь усмехнулся:

— Помнишь, как мы познакомились?

— Конечно, — ответил Чжао Янь. — На малом Собрании Мечей в округе Цинъянь. Тогда никто не верил, что ты сможешь забрать меч Тысячи Громов…

Тут он осекся и с недоверием уставился на Линь Юня:

— Брат, неужели ты?

Он догадался: цель Линь Юня здесь была той же, что и на малом собрании. Это открытие повергло его в шок.

Линь Юнь лишь кивнул:

— Стоит попробовать.

Попрощавшись с Чжао Янем, Линь Юнь провел следующие дни в тренировках, но слухи о нем уже начали жить своей жизнью. Говорили, что в Восточных Пустошах появился гений, который одним ударом сокрушил четырех слуг Чжао Уцзи и ни в грош не ставит ни самого господина, ни весь Союз Меча.

Стоило людям разузнать о подвигах Е Цинтяня на родине, как история стала обрастать нелепыми подробностями. Пошли слухи, будто он объявил себя лучшим мечником в мире, которому нет равных среди сверстников.

Союз Меча и без того презирал выходцев из Восточных Пустошй, а эти вести вызвали настоящую ярость. Масла в огонь подлило напоминание о том, как двадцать лет назад Цзянь Цзинтянь занял первое место в списке лидеров. Гнев вспыхнул с новой силой.

— Откуда взялся этот безумец? Возомнил себя вторым Цзянь Цзинтянем!

— Какая наглость! Победил пару слуг и задрал нос до небес!

— Он явно не ставит наш Союз Меча ни во что!

Когда усилиями недоброжелателей имя Линь Юня связали с Цзянь Цзинтянем, ситуацию стало не остановить. Имя Цзянь Цзинтяня было для Святых Земель Союза Меча больной темой – коснуться её значило навлечь на себя немедленную вражду.

Линь Юнь, погруженный в медитацию, обо всём этом даже не подозревал.

Спустя семь дней официально началось испытание трех застав. Только пройдя их, можно было получить приглашение на Собрание Мечей. Правила поместья Цзанцзянь были строги и справедливы: будь ты хоть трижды учеником Святой Земли, без прохождения испытаний билета тебе не видать.

Как и предсказывали опытные воины, заставы оказались невероятно сложными. Первая проверяла врожденное понимание: за кратчайшее время нужно было постичь технику меча призрачного ранга и суметь продемонстрировать её хотя бы на начальном уровне.

Вторая застава была еще труднее: испытание полета на мече, проверяющее синхронность мастера и его оружия.

Последняя застава – реальный бой. Нужно было продержаться десять ходов против полусвятого, владеющего священным огнем Небесной Судьбы.

После трех застав ряды мечников Восточных Пустошй поредели почти до нуля – пройти испытание смогли меньше десяти человек. На фоне гениев Святых Земель этот результат казался ничтожным.

Многие таланты Союза Меча блестяще проявили себя на этих испытаниях, заставив мир заговорить о мощи их организаций еще до начала самого турнира.

Линь Юнь не хотел привлекать лишнего внимания и проходил заставы методично, стремясь лишь получить заветное приглашение. Когда формальности были соблюдены, Собрание Знаменитых Мечей официально открылось.

Местом проведения стали внутренние врата поместья Цзанцзянь. Величие этого места поражало: грандиозные залы, бескрайние павильоны и древние горнила, в которых уже тысячи лет не гас священный огонь.

Даже опытные ученики Союза Меча замирали в восхищении перед таким размахом.

— Формация Восьми Свирепых Зверей, Сковывающая Души! — Линь Юнь окинул взглядом территорию и, заметив знакомые контуры массива, слегка переменился в лице.

/* [Размышления автора: Подумав, я решил описать испытание трех застав вкратце, чтобы ускорить темп Собрания Мечей. В последнее время многие жалуются на затянутость, я вижу это и стараюсь ускориться. Сделаю всё возможное.] */

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759684