Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1796: «Неприкаянная душа»

Глава 1796.

Линь Юнь, качаясь на волнах, несколько раз мучительно кашлянул, пытаясь подняться. Резкая боль пронзила его, заставляя судорожно втягивать воздух сквозь зубы.

Прежде чем он успел сделать еще одну попытку, его вырвало кровью, и без того бледное лицо стало совсем мертвенным.

— Как же больно… — Линь Юнь, стиснув зубы, опустил взгляд на свою грудь. Доспех Десяти Тысяч Чешуек в месте удара ладонью был глубоко вдавлен внутрь.

Ребра были переломаны, и даже на божественной кости Лазурного Дракона появились трещины. Если бы не она, его сердце просто разорвало бы на части. Но и в нынешнем состоянии дела обстояли немногим лучше.

Доспех был практически уничтожен, десяток чешуек вонзились во внутренности, а три из них задели само сердце. Каждый удар пульса отдавался такой невыносимой болью, что потоки крови застаивались в теле.

Дело было не в слабости доспеха, а в том, что Линь Юню не хватало культивации, чтобы раскрыть всю его мощь. Чжугэ Цинъюнь находился на пике сил полусвятого, и его сокрушительный удар отбросил пятерых равных ему по рангу. Каким бы крепким ни было тело Линь Юня, без защиты он превратился бы в кровавое месиво.

Доспех фактически купил ему жизнь. В этом и заключалась причина, по которой защитные артефакты ценились выше атакующих: жизнь всегда важнее всего.

Линь Юнь снова сплюнул кровь – бушующая святая энергия Чжугэ Цинъюня все еще терзала его изнутри. «Так вот какова сила пика полусвятого?», – горько подумал он. Расплата за последний удар была слишком велика – он даже не мог пошевелиться.

Кровь застаивалась, сердце было повреждено, и даже кость дракона не справлялась. Сейчас любой прохожий мог бы без труда забрать его голову. Линь Юню нужно было прежде всего извлечь чешуйки из тела, иначе он просто истечет кровью. Только когда сердце заработает нормально и кровь потечет свободно, кость Божественного Дракона начнет восстанавливать его с невероятной скоростью.

— Он мертв? — Линь Юнь с трудом поднял голову, глядя на Чжугэ Цинъюня. В его глазах отразилось сомнение.

Тот лежал лицом вниз, а Погребение Цветов торчал из его спины. Линь Юнь был уверен: сердце врага превратилось в труху. Против Погребения Цветов, напитанного звездной силой, не устоял бы даже истинный Святой.

Но святая энергия была загадочной субстанцией, рожденной из энергии Нирваны, и ее тайны были недоступны тем, кто не достиг Пути Святого. Для полусвятого разрушение сердца – рана смертельная, но наступит ли мгновенная гибель, сказать было трудно.

Линь Юнь не недооценивал себя, но мастера Пути Святого и Пути Человека принадлежали к разным мирам. Как бы ни был силен практик стадии Жизни и Смерти, он оставался в рамках человеческих возможностей, которыми почти невозможно убить того, кто ступил на стезю святости. Чжугэ Цинъюнь же одной ногой уже стоял в рядах Святых.

Конечно, Линь Юнь не считал, что его силы сопоставимы с пиком полусвятого; он не справился бы и с самым рядовым из них. Это был бой на истощение, где требовалось безрассудное мужество, и даже доспех не давал гарантий выживания.

«Неужели этот старый пес и впрямь издох?», – Линь Юнь заметил, что Чжугэ Цинъюнь по-прежнему не шевелится, и на его губах заиграла слабая улыбка. Если это так, то лицо Тяньсюань-цзы будет выглядеть весьма забавно.

«Нужно добавить!», – Линь Юнь, превозмогая боль, взмахнул рукой. Погребение Цветов, пронзивший тело врага, сорвался с места и яркой вспышкой вернулся к хозяину. Линь Юнь снова закашлялся кровью и повалился на спину.

Вокруг воцарилась мертвая тишина. Все были потрясены до глубины души. Можно было говорить, что Чжугэ Цинъюнь проявил неосторожность, не раскрыл звездный облик или не использовал лучшие техники, но ничто не могло умалить величия того удара. Тем более что нанес его мастер стадии Жизни.

— Как ему это удалось? — Пробормотал полусвятой с горы Божественного Феникса, не веря своим глазам. Мастер стадии Жизни прикончил пикового полусвятого?

— Глава алтаря… — Хуан Сюаньюй с ненавистью в голосе обратился к полусвятому в фиолетовом из секты Сияния. — Кажется, этот малый дышит на ладан.

Тот едва заметно кивнул. Остальные полусвятые были тяжело ранены, и в его глазах вспыхнула жажда убийства. Лишь масштаб потрясения мешал ему немедленно принять решение.

Прежде чем кто-то успел вмешаться, рядом с Линь Юнем приземлились трое: Гу Цзюнь, Ань Люянь и Мэй Цзыхуа.

— Молодой господин, потерпите, я помогу вам подняться, — Ань Люянь побледнела, увидев его раны, ее губы задрожали. Но она быстро взяла себя в руки, понимая, что Линь Юня нужно привести в сидячее положение.

— А ты везучий малый, — Гу Цзюнь с облегчением вздохнул, хотя в душе его бушевал шторм. Он настороженно огляделся по сторонам.

Линь Юнь судорожно вздохнул, когда Ань Люянь начала его поднимать. — Все в порядке, — прошептал он, пытаясь ее успокоить. — Просто делай это медленно.

— Да, господин, — Ань Люянь старалась, чтобы ее руки не дрожали.

Наконец Линь Юнь сел, положив меч рядом. Гу Цзюнь не сводил глаз с тела Чжугэ Цинъюня, явно желая убедиться в его смерти.

— Старейшина Гу, вы не можете уйти, — предостерегла Ань Люянь. Гу Цзюнь, задумавшись, кивнул.

— Господин, я помогу вам с лечением.

Ань Люянь села позади него, положив ладони ему на спину, и начала вливать свою драконью эссенцию. Линь Юнь, используя эту энергию, активировал Писание Меча Дракона и Феникса, чтобы вытолкнуть чешуйки из ран. Если он избавится от них, его тело восстановится с невероятной скоростью.

— Глава алтаря, пора действовать! Если мы промедлим, другие полусвятые придут в себя, и шанса не будет, — торопил Хуан Сюаньюй, глядя на раненого Линь Юня.

Полусвятой в фиолетовом окинул взглядом поле боя. Его коллеги медитировали, пытаясь залечить раны, а полусвятой клана Лю оплакивал обезглавленное тело сына. В его глазах мелькнула решимость.

— Линь Сяо, ты убил кандидата в святые преемники нашей секты Сияния, пришло время платить жизнью! — Его голос громом разнесся над причалом, заставляя раненых мастеров вздрогнуть. Никто не ожидал от полусвятого секты Сияния такой низости.

Всем было ясно: после того удара Линь Юнь едва держался за жизнь.

— Ищешь смерти! — Взревел Гу Цзюнь, бросаясь на перехват.

Но это было не все. Полусвятой клана Лю, увидев возможность, тоже сорвался с места. Гу Цзюню пришлось принять бой сразу против двоих. Причал, едва затихший, снова погрузился в хаос.

Гу Цзюнь быстро начал сдавать позиции. Его мастерство лежало в области музыки, а не в прямой схватке, и теперь он был вынужден рисковать жизнью, чтобы не подпустить врагов к Линь Юню, что стремительно истощало его святую энергию.

— Не смотри туда. — Спокойный голос Линь Юня заставил Ань Люянь вернуть внимание к его лечению.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759496