Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1753: «Меч, пронзающий небеса»

Глава 1753.

Над морской гладью Линь Юнь скрестил руки, его пальцы непрерывно сплетались в сложные комбинации.

Он формировал Печать Верховного Дракона!

По мере того как менялись жесты, пурпурно-золотые и лазурно-нефритовые драконьи узоры начали скользить по его телу, пытаясь слиться. Эти две, казалось бы, несовместимые силы под жестким принуждением печати капля за каплей объединялись, вплавляясь в его плоть, кости и мышцы.

Хруст!

Во всем теле Линь Юня раздалась серия резких щелчков: его плоть претерпевала некую трансформацию, идущую из самых глубин.

Бум!

Величие Дракона, исходящее от него, начало стремительно расти. Мышцы и кости словно зажили своей жизнью, а слияние узоров становилось все более яростным.

В тот миг, когда Печать Верховного Дракона была окончательно сформирована, на сомкнутых руках Линь Юня вспыхнуло семицветное божественное сияние.

Затем от него во все стороны ударила чудовищная драконья мощь. Раздался грохот, и видимая невооруженным глазом волна энергии с силой разошлась кругом. Тело Линь Юня словно раздалось вширь, он стал заметно выше и могучее. В его глазах заплясали два потока пламени: пурпурно-золотой и лазурно-нефритовый. Огни, сменяя друг друга, непрерывно вращались в его зрачках.

А в самой глубине глаз расцвела Печать Верховного Дракона.

Под ее воздействием Божественное тело Лазурного Дракона и Тираническое тело Лазурного Бога были насильно слиты воедино. Линь Юня переполняла неистовая сила, его взгляд давил своей тяжестью, а драконья эссенция в Пурпурном чертоге значительно расширилась.

Бам!

Линь Юнь сжал кулак и нанес удар. Воздух взорвался, словно под ударом обрушившейся горы. Пронзительный драконий клич, переходящий в свистящий вой, огласил пространство. В следующий миг вода под ним яростно забурлила, и колоссальная волна взметнулась вверх. Стена воды росла на глазах, быстро достигнув высоты в несколько сотен чжанов.

Грохот!

Гигантский вал с ревом устремился вдаль на тысячи метров, заставляя все море содрогаться. И это была мощь всего лишь одного случайного удара.

Бум!

Когда энергия рассеялась, волна с грохотом обрушилась назад, и над морем пошел настоящий ливень.

— Какая сила, — с нескрываемым восторгом произнес Линь Юнь. Он был по-настоящему взволнован.

Грохот!

Драконья эссенция внутри него бушевала подобно извергающемуся вулкану, а в Драконьих Жилах она обжигала своим жаром, точно расплавленная лава.

Эта мощь превзошла все ожидания Линь Юня. После пробного удара потоки энергии стали двигаться еще стремительнее.

— Божественное тело Лазурного Дракона? — Пробормотал он про себя. Сила, текущая в нем, была незнакомой – это была чистейшая, первозданная сила Лазурного Дракона. Бурная, неистовая и древняя!

На поверхности его кожи проступили совершенно новые драконьи узоры – черные, с тонкой, ярко-алой нитью крови посередине.

Фьють-фьють-фьють!

Линь Юнь начал отрабатывать Божественный Кулак Солнца и Луны прямо над водой, привыкая к новому телу. При каждом его движении над океаном проносились шквальные ветры и вспыхивали молнии. Любой его жест с легкостью вызывал бурю, и все море вокруг становилось неистовым под действием этой силы.

Когда же он сжал кулаки, выплескивая всю накопленную мощь без остатка, в радиусе тысячи ли из воды одновременно взметнулись тысячи столбов брызг.

Бам!

Огромные волны вздымались к небу, ветер и гром яростно спорили друг с другом. В глазах Линь Юня постепенно угасло двухцветное пламя, Печать Верховного Дракона потускнела, и его тело начало медленно возвращаться в нормальное состояние.

Фу-у-у!

Он глубоко выдохнул. Дух его был истощен до предела, но глаза сияли торжеством и небывалым подъемом.

— Невероятно. Хотя это еще не настоящее Божественное тело Лазурного Дракона, — Линь Юнь прищурился, его лицо светилось радостью.

Сейчас это был лишь набросок, созданный принудительным слиянием. Насколько же могущественным станет истинное Божественное тело, когда он достигнет идеального единства? Линь Юнь был полон уверенности. Он еще раз убедился, что не прогадал, отказавшись в свое время от Тиранического тела Лазурного Бога.

— Теперь попробуем Божественный Меч Щелкающего Пальца. Намерение меча стадии Большого Успеха должно позволить технике совершить прорыв.

Прорыв на девятый уровень Драконьих Жил привел Линь Юня в состояние небывалого воодушевления, которое до сих пор не желало утихать. Божественный Меч Щелкающего Пальца был секретной техникой, оставленной Святым Меча Пурпурного Иволга. Линь Юнь постоянно практиковал ее, но слишком долго оставался на третьем уровне.

У этой техники было пять ступеней. Первая – концентрация ци в луч, поражение врага щелчком пальца. Вторая – Мгновение Испуганного Лебедя, когда меч никогда не промахивается. Третья – Десять Пальцев, Единых с Сердцем, когда Одухотворенный Божественный Меч обретает волю. Четвертая – Пиковый Палец, несущий Крах Гор и Гибель Морей. Пятая – когда одним щелчком пальца заставляешь падать звезды.

Вспоминая время в мире Сюаньхуан, когда он только получил этот свиток, Линь Юнь думал, не слишком ли преувеличены эти описания. Теперь же он видел: в них не было ни капли лжи.

Пятый уровень не обязательно означал физическое уничтожение звезд; возможно, речь шла о некоем видении, где небеса рушатся, а светила гаснут. Он продолжал пробовать снова и снова, и вскоре все пространство над морем заполнилось мечными лучами, срывавшимися с его пальцев.

После нескольких тысяч попыток в голове Линь Юня сложился четкий план. Он спокойно закрыл глаза, стоя на воде. Он позволил своему сознанию погрузиться в глубокое состояние транса, а формулы техники начали непрерывно циркулировать по меридианам. Когда он вновь открыл глаза, его межбровье стало обжигающе горячим, а намерение меча стадии Большого Успеха бесшумно разошлось вокруг.

Он медленно поднял правую руку. На тыльной стороне ладони расцвел знак Пурпурного Иволги, а большой палец лег на согнутый средний.

Грохот!

Бесчисленные потоки драконьей эссенции устремились к руке, знак завращался. Вжик! Душа меча Лазурного Дракона в глубине его межбровья под управлением золотого человечка пришла в движение. Вскоре золотистая душа меча влилась в знак Пурпурного Иволги, и в тот же миг вокруг забурлили силы сокровенного грома.

Его правая рука стала невероятно тяжелой, кожа побелела, уподобившись чистому нефриту без единого изъяна. Волосы на лбу Линь Юня разметались, обнажая его мужественное лицо, в котором теперь сквозило нечто неземное, словно он и впрямь был мечником-небожителем.

Дзынь!

Внутри него раздался мечный клич. Дзынь-дзынь-дзынь! Над поверхностью воды мгновенно возникли сотни и тысячи длинных мечей, сотворенных из морской влаги. Они испускали мягкое сияние, и каждый был наполнен мощью намерения меча Небесного Свода. Эти водяные клинки выглядели настолько совершенными, будто были выкованы из стали.

Линь Юнь взял их под контроль. Когда он опустил правую руку чуть ниже, тысячи мечей отозвались металлическим звоном. Словно колосья под порывом сильного ветра, они сорвались с мест и стремительно устремились к нему.

Бум!

Тысячи клинков закружились вокруг него, сливаясь в призрачного дракона, который с ревом взмыл ввысь.

Грохот!

Ужасающее намерение меча в Линь Юне вспыхнуло с новой силой: в этот миг стадия Большого Успеха явила свою истинную, сокрушительную остроту.

Шух!

Когда напряжение достигло пика, Линь Юнь щелкнул пальцем. Дракон из мечей с ревом сорвался с места. В полете клинки окончательно слились, превращаясь в настоящего исполина. Это не был Лазурный Дракон – в нем чувствовалась мощь ветра и грома, но весь его остов был выкован из чистой энергии меча.

Бам!

Многометровый дракон промелькнул как молния. В десяти ли от него в поверхности моря образовалась гигантская дыра. Вода со всех сторон ринулась в этот провал, но гудящая внутри энергия меча не давала ей сомкнуться, превращая это место в подобие жуткой бездны. Намерение меча было настолько стойким, что даже спустя время, за которое сгорает половина палочки благовоний, провал и не думал исчезать.

— Четвертый уровень: Пиковый Палец, Крах Гор и Гибель Морей, — Линь Юнь опустил руку и негромко произнес:

— Древние мастера не лгали.

Божественный Меч Щелкающего Пальца был техникой многогранной. Казалось бы, всего один щелчок, но он вмещал в себя все сущее. Сила этой техники заключалась в том, что в нее можно было вложить что угодно: мощь Лазурного Дракона, энергию преисподней из Формулы Меча Божественного Неба или даже видения из Божественного Искусства Погони за Солнцем. Тысячи перемен, мириады смертоносных намерений – и всё в одном движении пальца.

Затем Линь Юнь принялся за Искусство меча Лазурного Дракона, отрабатывая его с новым намерением меча. Рост уровня развития и понимания меча привели к фундаментальному прорыву в его силе, но именно прогресс в намерении меча дал больше всего. Стадия Большого Успеха была его главным сокровищем, а техники вроде Божественного Меча Щелкающего Пальца были лишь инструментами для его раскрытия. Без достойных инструментов даже самое богатое сокровище бесполезно.

Спустя десять дней Линь Юнь наконец прекратил тренировки. С помощью намерения меча Большого Успеха он связал воедино всё, что знал: техники, боевые навыки, энергию и секретные искусства – всё теперь работало как единый, послушный механизм.

Отдохнув, Линь Юнь медленно поднялся. — Пора уходить, — решил он.

Дзынь!

Погребение Цветов сам вылетел из ножен и завис в воздухе.

Линь Юнь улыбнулся, взмыл вверх и замер рядом с клинком, бросив на него взгляд. Вжик! Погребение Цветов словно посмотрел на него в ответ и внезапно рванул вперед. — Хочешь наперегонки? — Рассмеялся юноша.

Фьють-фьють-фьють!

Человек и меч начали преследовать друг друга под небесным сводом, то один вырывался вперед, то другой. Это было удивительное чувство – словно рядом был не просто предмет, а верный соратник, готовый разделить и жизнь, и смерть. Даже здесь, посреди бескрайнего пустого океана, с Погребением Цветов он не чувствовал одиночества.

Вдоволь натешившись, Линь Юнь одним прыжком встал на клинок.

Шух!

В тот же миг, как его ступни коснулись стали, наступило полное единство человека и меча. Скорость Линь Юня возросла многократно, он понесся вперед, подобно испуганному лебедю. Это было быстрее, чем при использовании Божественного Искусства Погони за Солнцем, а его аура стала еще более острой и пугающей.

Это и было истинное искусство полета на мече! Не владея намерением меча Небесного Свода, другие, даже встав на клинок, не смогли бы удержаться в небе. Без единства человек и меч остаются отдельными телами, и при малейшем движении наездник просто рухнет вниз. Даже если насильно привязать себя драконьей эссенцией, скорость не сравнится с обычными техниками перемещения – это будет лишь жалкое подражание без всякого практического смысла.

Но Линь Юнь был иным. Теперь, на стадии Большого Успеха, он и меч были неразделимы. Человек – это небо, меч – это свод, а небо и свод по сути своей едины. Теперь он по-настоящему осознал смысл этого состояния. Стоя на Погребении Цветов, он слышал свист ветра в ушах; весь его вес словно растворился в клинке. Скорость его полета теперь зависела лишь от скорости его мысли и воли меча, а вокруг него клубилась мощнейшая аура. Любой, кто осмелился бы преградить ему путь, был бы раздавлен этой мощью еще до столкновения, а если бы дело дошло до удара – он прошил бы гору насквозь.

Линь Юнь возвращался тем же путем, мелькая в небесах подобно зарнице. К своему удивлению, он заметил, что на море стало гораздо больше челноков Черной Черепахи. Когда он уже приближался к морю Сокровенных Черепах, до его слуха донеслись странные, возвышенные звуки. Это было Звучание Великого Святого! Громкий звук почти не слышен – исполнитель явно хвастался своим мастерством, ведь услышать эту мелодию мог лишь тот, кто сам достиг определенных высот в музыке.

Дзынь!

Линь Юнь резко остановился. Будь это любое другое Звучание Великого Святого, он бы пролетел мимо. Но эти звуки заставили его замереть: это была сицинь. Во всем мире лишь трое владели этим инструментом на таком уровне. Линь Юнь, паря в небесах, последовал за звуком.

Вскоре он увидел на одном из рифов исполнителя. Это был тот самый старый оборванец, с которым он плыл на челноке.

Шух!

Линь Юнь начал снижаться. Перед самым приземлением он соскочил с меча. Его движения были легки и изящны. Твердо встав на землю, он правой рукой достал ножны; Погребение Цветов, чувствуя волю хозяина, послушно скользнул внутрь. Полет, приземление, возвращение в ножны – всё было исполнено безупречно. Линь Юнь в своих белых одеждах выглядел настолько отрешенно и возвышенно, что старик замер в изумлении.

— Старина Гу, а твое мастерство игры на сицини-то выросло, — негромко рассмеялся Линь Юнь, подходя ближе.

Еще когда тот ступил на челнок, Линь Юнь узнал его – это был старейшина Гу Цзюнь из дворца Небесного Аромата.

— Да так, пойдет, — Гу Цзюнь отложил инструмент. — Жаль, что это не тот сандаловый цинь святого старейшины, на этом сложно передать истинную глубину мелодии.

Он достал флягу и сделал несколько жадных глотков.

— Ты чего так долго-то? Я тебя больше месяца ждал. Где господин Фэнъюань и остальные? — Поинтересовался Гу Цзюнь.

— Мертвы, — буднично ответил Линь Юнь.

Брови Гу Цзюня поползли вверх, в глазах отразилось крайнее изумление. Он думал, что парень просто оторвался от преследователей, но и в мыслях не держал, что тот перебил их всех. А ведь там было четверо мастеров стадии Жизни! Не говоря уже о таком гении, как господин Фэнъюань, у которого наверняка были козыри в рукаве, иначе святой Лю не отпустил бы его сюда.

— Как тебе это удалось? — Не удержался от восклицания старик.

Линь Юнь уселся прямо на землю, положив меч рядом. — Давай сначала о деле. Что там в море Сокровенных Черепах? Я пока летел, видел кучу лодок. Откуда столько народу?

Гу Цзюнь усмехнулся:

— По двум причинам. Первая – Знак Демонического Пера.

— Значит, за моей головой пришли, — Линь Юнь остался невозмутим. Это было ожидаемо. — А вторая?

— Наследие Сокровенной Черепахи… оно действительно появилось, — со вздохом произнес старик.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759452