Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1646: «Должен быть танец небожителя»

Глава 1646.

Вжих!

Му Сюэлин, не терпя возражений, увлекла Линь Юня за собой на самую вершину снежного пика.

Снежная гора, где располагался дворец Небесного Аромата, была необычайно величественна. На её вершине раскинулось обширное плато с пологими холмами, над которыми не утихала неистовая метель.

— Это же Священная гора! — Линь Юнь, едва коснувшись земли, сразу узнал это место.

Среди тридцати шести вершин дворца Небесного Аромата эта духовная гора была древнейшей. И хотя она не могла сравниться с той первозданной Священной горой, что высилась в секте Меча с незапамятных времен, здесь тоже зародилась священная жила, а значит, она по праву звалась Священной горой.

Священные горы любого ордена всегда считались запретными землями, куда не дозволялось ступать простым смертным. Даже Линь Юнь, будучи в секте Меча, не имел права подниматься на их Священную гору без зова учителя.

Он шел вслед за Му Сюэлин, пока та не остановилась. Там, где взгляд упирался в горизонт, раскинулось озеро – Священное озеро снежной горы.

В самом центре озера, среди летящего снега, едва угадывался силуэт женщины в алом платье. Она танцевала.

Грация её движений была столь совершенна, что даже сквозь огромное расстояние и пелену метели не стоило труда представить: там, впереди, – истинная красавица, чьему лику нет равных в подлунном мире.

«Для музыки небес потребен танец небожителя», – пронеслось в мыслях у Линь Юня. Он внезапно осознал, что «Мелодия Радужной и Перьевой Одежды» предназначалась именно для этой женщины.

— Должно быть, это Её Высочество Таинственная Дева, — проговорил Линь Юнь и невольно активировал Око Божественного Дракона. Ему нестерпимо захотелось разглядеть, как же она выглядит на самом деле.

Снег валил слишком густо, а десять ли расстояния не позволяли невооруженному глазу различить черты её лица.

У-у-у!

Но стоило ему применить Око Божественного Дракона, как взору предстала водяная дымка, распадающаяся на мириады пузырьков. Каждый из них мерцал призрачным святым сиянием. Как бы Линь Юнь ни старался, его взор не мог пронзить эту преграду.

Правила Святого Пути!

Линь Юнь деактивировал технику и взглянул на стоящую рядом Му Сюэлин. Очевидно, это её рук дело. Будучи полусвятой, она уже одной ногой ступила на Путь Святого, так что её владение правилами не вызывало удивления. Этот Святой старейшина и впрямь была пугающе сильна.

Если бы он пробудил Око Дракона Свечи, то наверняка пробился бы сквозь эти правила, но в том не было нужды.

— Ты что задумал? — В глазах Му Сюэлин промелькнула враждебность. — Я предупреждаю: не смей использовать тайные техники, чтобы подглядывать за Таинственной Девой!

Линь Юнь мгновенно ощутил волну жажды крови и тут же осознал: Святой старейшина всё неверно поняла. Существовали гнусные техники демонического пути, способные не только видеть сквозь туман, но и обнажать женское тело сквозь одежды. По правде говоря… Око Божественного Дракона тоже на это способно, просто он никогда так его не использовал.

— Я лишь хотел увидеть лицо Её Высочества, не поймите меня превратно, — попытался оправдаться Линь Юнь.

— Я знаю, иначе ты был бы уже мертвецом, — отрезала Му Сюэлин.

— Значит, даже просто взглянуть нельзя?

— Нельзя.

Му Сюэлин строго посмотрела на него:

— Я забочусь о тебе. Лик Её Высочества Таинственной Девы божественно прекрасен. Тебе лучше не видеть его, иначе, боюсь, ты влюбишься в неё без памяти.

Линь Юнь не удержался от усмешки:

— И насколько же она красива? Неужели краше вас, Святой старейшина?

Му Сюэлин опешила, затем задумчиво опустила голову и произнесла:

— Пожалуй, так же, как и я.

Пфу!

Линь Юнь едва не расхохотался. Видеть, как эта обычно высокомерная и холодная женщина внезапно говорит такое с самым серьезным видом, было даже… мило.

— Над чем ты смеешься? — Нахмурилась Му Сюэлин.

— Да так, пустяки. Раз уж вы привели меня сюда, значит, есть дело. Говорите прямо, — Линь Юнь заговорщицки подмигнул ей.

Му Сюэлин кивнула:

— Её Высочество Таинственная Дева совершенствует «Танец Таинственной Девы Девяти Небес», но последние три части ей никак не удается освоить до конца. Я хочу, чтобы ты помог ей преодолеть этот барьер, исполнив «Мелодию Радужной и Перьевой Одежды».

— Но разве вы сами не владеете ею? — Удивился Линь Юнь.

Му Сюэлин пояснила:

— Истинное очарование «Мелодии Радужной и Перьевой Одежды» раскрывается лишь в мужском исполнении. Это одеяние было соткано мужчиной для своей возлюбленной из небесных облаков и утренней зари. И столь божественное платье достойно лишь Таинственной Девы Девяти Небес.

— Но почему именно я? — Спросил Линь Юнь.

— Ты хочешь, чтобы я начала тебя хвалить? — Она пристально посмотрела на него.

Линь Юнь на мгновение замер, а затем смущенно улыбнулся:

— Понял.

— Твоя задача, — продолжала Му Сюэлин, — своей игрой соткать для Её Высочества платье. Оно должно сиять девятью лучами зари, быть создано из бескрайних белых облаков и стать самым ослепительным нарядом в мире. В нём должны быть снежинки, подобные перьям, и древнее изящество. Ты должен относиться к ней как к своей самой любимой женщине…

Она сделала паузу и добавила уже строже:

— Но ты не должен влюбиться в неё на самом деле. Никаких вольностей в мыслях.

У Линь Юня дернулся уголок губ:

— Святой старейшина, не слишком ли трудную задачу вы мне ставите?

— Я не пытаюсь тебя затруднить. Положение Её Высочества Таинственной Девы исключительное. Её отец – один из тех, с кем в этом мире лучше не враждовать, а характер у него, мягко говоря, скверный… — Му Сюэлин посмотрела на него с сочувствием. — Тебе с ним не сладить.

Линь Юнь потер переносицу:

— Да я и не собирался ни с кем враждовать. Но вот это ваше «относиться как к любимой, но не сметь желать»… Это и впрямь непросто. Боюсь, у меня может не получиться.

— Восемнадцать пилюль Святой Тайны. Кроме того, тебе больше не нужно проходить испытания – я лично отдам тебе место на Великом Собрании Ланъя, — заявила Му Сюэлин.

Линь Юнь быстро прикинул выгоду в уме:

— Тогда позвольте мне сначала хоть одним глазком взглянуть на неё. Я должен знать, как она выглядит. Не зная её облика, как я смогу соткать для неё девятицветный наряд?

— Почему это невозможно? — Удивилась Му Сюэлин.

Линь Юнь улыбнулся:

— Утренняя заря, белые облака, снежинки, древнее изящество, дух небожителей… всё это прекрасно, но всё это – лишь иллюзия. Если я не буду чувствовать правды, то как бы идеально ни звучала мелодия, сотканое мною платье для любого стороннего наблюдателя останется фальшивкой.

Сердце Му Сюэлин дрогнуло, в глубине её глаз вспыхнул озаренный интерес. Казалось, она уловила какую-то важную истину. — Продолжай, — велела она.

Линь Юнь посмотрел на танцующие в воздухе снежинки и негромко произнес: — «Мелодия Радужной и Перьевой Одежды» – это легендарный дар небожителей, её красота нереальна по своей сути. Но лишь из истины рождается иллюзия. Чтобы я мог проявить призрачную красоту этого одеяния, мне нужно быть уверенным в реальности самой Таинственной Девы. Мне нужна капля правды, чтобы оттенить призрачность радужных перьев.

Лицо Му Сюэлин изменилось. Она пробормотала себе под нос:

— Так вот почему у остальных ничего не выходило… Иллюзии нужна крупица реальности для контраста. Если всё вокруг – ложь, то и ложь становится правдой, а «Радужная Одежда» теряет свою призрачную красоту и божественное изящество.

Договорив, она почувствовала, словно на неё снизошло озарение – передача силы прямо в разум. Она вновь взглянула на Линь Юня, и в её прекрасных глазах теперь читалось искреннее восхищение.

Если случай с картиной «Огненный Феникс, Сжигающий Степи» можно было списать на удачу, то теперь, когда Линь Юнь вновь нащупал истинную суть «Мелодии Радужной и Перьевой Одежды», ей пришлось признать: его познания в музыке действительно достигли невообразимых высот.

— Линь Сяо, ты и впрямь заставляешь смотреть на себя по-новому, — искренне произнесла Му Сюэлин.

— Лишь скромные соображения. В музыкальном мастерстве мне точно не сравниться с вами, Святой старейшина, — ответил Линь Юнь.

— Тебе не нужно скромничать. Я знаю, что ты непрост – Зеркало Первозданных Небес уже давно открыло мне твои секреты. Но я действительно поражена тем, насколько глубоки твои познания в музыке… Ты прав: тебе нужно увидеть лик Её Высочества. Иллюзии «Радужной Одежды» нужна правда для опоры.

С этими словами Му Сюэлин взмахнула рукой, и кружащийся в воздухе снег начал рассеиваться, подобно туману. Мутная прежде картина очистилась, словно кто-то протер запыленное зеркало. Изображение, бывшее в десяти ли от них, стремительно приблизилось, пока не замерло на фигуре девушки, самозабвенно танцующей над Священным озером.

Перед Линь Юнем возникла водяная завеса, благодаря которой Таинственная Дева, находившаяся вдалеке, оказалась прямо перед его глазами.

«Мои секреты раскрыты? Мой настоящий облик обнаружен? Нет, если бы Му Сюэлин узнала правду, она не стала бы скрывать её ради меня. Тогда что это – кость Божественного Дракона? Сломанный Меч? Или какой-то другой секрет?»

Пока мысли Линь Юня пребывали в смятении, в «зеркале» появилось лицо девушки.

Едва увидев её черты, Линь Юнь замер как вкопанный. Весь хаос в его голове мгновенно улетучился.

Он ошеломленно приоткрыл рот. Как… как это может быть она?!

Юная дева, играющая на сяо среди багряных листьев на берегу реки в мире Сюаньхуан… Те двое, что делили жизнь и смерть в Ущелье Мрачного Ветра, вместе прыгая в бездну… Радость новой встречи на Пире Множества Драконов… И та томительная печаль расставания на Пути в Небеса, когда она подарила ему сяо из божественного бамбука Пурпурной Яшмы.

В этот миг образы из памяти, вспыхивавшие один за другим, слились воедино с тем, что он видел перед собой.

Юэ Вэйвэй!

Таинственной Девой дворца Небесного Аромата оказалась Юэ Вэйвэй. Как бы Линь Юнь ни гадал, он и помыслить не мог, что это будет она.

Вжих!

Там, по ту сторону водяного зеркала, Юэ Вэйвэй обернулась и подняла взгляд. На мгновение их глаза встретились. Сердце Линь Юня пропустило удар, он едва не выдал себя.

Если бы Юэ Вэйвэй сейчас позвала его: «Брат Юнь», – ответил бы он или нет?

Но времени на раздумья не осталось: водяная завеса начала таять, и картина снова подернулась дымкой. Линь Юнь очнулся. Юэ Вэйвэй его не видела – она была слишком поглощена танцем и не могла отвлекаться.

Даже если бы она смотрела прямо на него сквозь метель с десяти ли, она не смогла бы разглядеть его лица. А если бы и разглядела, то увидела бы лишь чужака.

Му Сюэлин, заметив остолбеневшего Линь Юня, ничуть не удивилась. Она тихо произнесла:

— Теперь понимаешь, почему я не хотела тебе её показывать?

Линь Юнь пропустил её слова мимо ушей, словно и не слышал вовсе.

— Линь Сяо? Линь Сяо! — Му Сюэлин нахмурилась.

Лишь после второго оклика он пришел в себя. — Простите, я немного потерял голову.

— Ты видел Её Высочество раньше? — Прищурилась Му Сюэлин.

— Нет.

Линь Юнь, не мешкая, достал цитру Ветра и Грома и решительно произнес:

— Давайте начнем.

Не дожидаясь согласия или возражений, он уселся на ближайший валун. Теперь, когда он знал, что это Юэ Вэйвэй, у него не осталось причин для отказов. Даже без пилюль Святой Тайны он приложил бы все силы.

Просто потому, что это Юэ Вэйвэй. И этого было достаточно.

Вскоре зазвучала цитра. Прежде чем Му Сюэлин успела что-то сказать, первые ноты «Радужной Одежды» сорвались со струн инструмента.

Линь Юнь играл с предельной серьезностью. Весь его взор был прикован к струнам, и лишь изредка он бросал взгляд на далекую Юэ Вэйвэй.

Му Сюэлин была поражена. Она собиралась дать ему несколько наставлений, но музыка уже лилась потоком, и прерывать её было поздно.

Он играл даже лучше, чем прежде. Му Сюэлин быстро забыла о своих поучениях. Среди летящих снежинок Линь Юнь в своих белых одеждах выглядел воплощением изящества: сосредоточенный лик, элегантная поза, порхающие пальцы и чарующая мелодия… Всё это заставляло слушателя мгновенно погрузиться в мир звуков.

«Приходится признать, – невольно подумала Му Сюэлин, – этот парень и впрямь недурен собой».

Юэ Вэйвэй, танцующая посреди озера, быстро почуяла неладное: с небес начали опускаться тонкие нити утренней зари, обвивая её невидимым коконом.

«Мелодия Радужной и Перьевой Одежды»!

Она мгновенно узнала музыку. В глубине души Юэ Вэйвэй всегда чувствовала некое отторжение к этой мелодии – как бы она ни старалась принять её раньше, им никак не удавалось достичь гармонии. Какой бы идеальной ни была игра, музыка не находила отклика в её движениях, а порой и вовсе сбивала с шага.

Она думала, что тетушка и старшая сестра уже сдались, но, видимо, они решили попробовать снова.

Будучи чуткой натурой, Юэ Вэйвэй понимала, что они стараются ради её блага. Не желая расстраивать близких, она попыталась подстроиться под ритм цитры.

Поначалу она не придала этому значения, но постепенно осознала: музыка ложится на её движения с поразительной точностью.

Потоки зари падали с небес, превращаясь в ленты, что кружились и порхали вокруг неё. Юэ Вэйвэй, следуя за ними, вскоре и вовсе забыла о самом существовании цитры, полностью растворившись в «Танце Таинственной Девы Девяти Небес».

Её сердце и звуки музыки словно стали единым целым. Такой гармонии она не чувствовала никогда прежде – казалось, будто они с этим невидимым музыкантом знакомы целую вечность.

Сердце Юэ Вэйвэй мелко затрепетало. Она оглянулась и сквозь пелену снега разглядела в десяти ли от себя смутный мужской силуэт.

— Получилось! — Му Сюэлин подняла голову, и в её глазах вспыхнула радость.

Затем она снова посмотрела на Линь Юня. Этот Линь Сяо – истинный гений. Мало того что он владеет верховным звездным обликом, так еще и в музыке достиг таких высот.

Когда мелодия подошла к концу, Линь Юнь еще мгновение наслаждался послевкусием звуков, а затем убрал пальцы со струн.

«Кажется, вышло неплохо», – улыбнулся он про себя.

— Вот твои пилюли Святой Тайны, — Му Сюэлин протянула ему яшмовый флакон. — Можешь идти. Позже я обучу тебя полной версии «Мелодии Радужной и Перьевой Одежды».

— Благодарю, Святой старейшина.

Линь Юнь принял флакон и, не колеблясь, ушел, прижимая цитру к себе.

В нынешних обстоятельствах он не был готов к встрече с Юэ Вэйвэй. Ему было достаточно знать, что сейчас у неё всё хорошо.

Вскоре после его ухода Юэ Вэйвэй спустилась с небес и босыми ногами коснулась земли рядом с Му Сюэлин.

— Старшая сестра, это ведь Линь Сяо сейчас играл? — Спросила она.

— Как ты догадалась? — Удивилась Му Сюэлин.

Юэ Вэйвэй лукаво улыбнулась:

— Просто наугад ляпнула, а оно вон как – и впрямь он.

— Хочешь повидаться с ним?

Раз уж дело сдвинулось с мертвой точки, Му Сюэлин решила, что им не помешало бы встретиться лично, ведь впереди их ждали долгие совместные тренировки.

— Нет, пока и так хорошо.

Юэ Вэйвэй улыбнулась. Она поймала ладонью снежинку и смотрела, как та тает в тепле её руки. Улыбка её была неописуемо прекрасна.

[Эта глава писалась очень долго и переделывалась несколько раз. Я не силен в романтических сценах. В последнее время сюжет получается каким-то обрывочным, я чуть с ума не сошел – никак не выходило передать нужное чувство. Но раз уж решено было вводить Юэ Вэйвэй, рано или поздно им пришлось бы встретиться. Не стоит отступать, нужно встречать это смело. Хорошо вышло или плохо – я просто сделал всё, что мог.]

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759340