Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1402: «Мы видимся в третий раз»

Глава 1402.

Линь Юнь выглядел спокойно, в его сердце было некоторое облегчение, но также и волнение, его душевное состояние немного колебалось.

Если он не ошибается, Император Меча Юй Цинфэн сказал.

Если старейшина Яогуан не сможет прорваться в течение пяти лет, он может погибнуть.

Потому что его срок жизни подходил к концу!

Этот мир был жесток. Святые были сильны, настолько сильны, что обычные люди смотрели на них снизу вверх, как на легендарных божеств, обладающих невообразимыми и ужасающими способностями.

Но даже у Святых были ограничения по сроку жизни.

Чтобы выжить, нужно было продолжать идти по Пути Воина.

Но, по словам Юй Цинфэна, если он прорвется, старейшина Яогуан, возможно, сможет соперничать с Императором.

У этих слов было два значения: одно – стать прямым Императором Воина, став с тех пор мифом и легендой, подобно Девяти Императорам, о которых до сих пор слагают песни.

Другое значение – не стать Императором, но обладать силой, способной соперничать с Императором.

Конечно, независимо от первого или второго, после прорыва у старейшины Яогуана больше не будет проблем со сроком жизни, и его сила также станет невообразимо мощной.

Он достигнет вершины региона Древней Пустоши, и никто не сможет с ним сравниться.

Поэтому старейшина Яогуан, должно быть, находился в уединении, и его время, несомненно, было крайне ценно. Линь Юнь даже подготовился к тому, что какое-то время не увидит этого старейшину.

Он не ожидал, что сможет увидеть его сразу после церемонии вступления в секту.

В одно мгновение он почувствовал некоторое волнение, предвкушение и небольшое беспокойство.

На этот раз великая церемония открытия врат секты Меча, после многоуровневого отбора, приняла около семи тысяч учеников.

Церемония вступления в секту была более сложной, чем Линь Юнь ожидал.

Сначала старейшина Цзюэчэнь объяснил правила секты Меча, затем было омовение и переодевание. Каждому выдали два комплекта одежды секты Меча.

Каждый комплект одежды секты содержал простые формации, обеспечивающие определенную степень защиты.

Секта не требовала от учеников носить ее, но в будущем, накопив достаточно вклада, они могли обменять ее на святую одежду, сравнимую со священным артефактом.

Затем последовала целая серия довольно утомительных процедур, и, наконец, все собрались вместе, чтобы почтить память предков секты Меча.

Это была стела меча, возвышающаяся между небом и землей. На стеле было выгравировано множество имен – это были павшие предки секты Меча.

После завершения ритуала, под руководством старейшины Цзюэчэня, все принесли клятву перед Стелой Заслуг Секты Меча.

— Мы, нынешнее поколение, клянемся, что однажды обязательно вернем секте Меча статус Святой Земли… Восемь тысяч лет славы и пыли, девяносто тысяч ли света меча, сияние Луны вечно, секта Меча бессмертна!

— Сияние Луны вечно, секта Меча бессмертна!

Новые ученики, под руководством старейшины Цзюэчэня, одновременно принесли торжественную клятву перед Стелой Заслуг Секты Меча, дав торжественное обещание.

Линь Юнь, находясь среди них, почувствовал, как в его теле бурлит кровь, когда он произнес: «Сияние Луны вечно, секта Меча бессмертна».

Когда-то секта Меча была Святой Землей!

Они были первой сектой Меча Восточных Пустошей, а не первой сектой Меча региона Древней Пустоши.

Для посторонних «первая секта Меча региона Древней Пустоши» была похвалой и восхвалением, но в глазах людей секты Меча это был позор, неприемлемый позор.

Чтобы однажды секта Меча снова стала Святой Землей, за три тысячи лет предки секты Меча проливали кровь и даже жертвовали своими жизнями, но все равно не жалели об этом.

Линь Юнь обнаружил, что во время принесения клятвы не только новые ученики.

Даже другие распорядители, старейшины и даже шестеро Святых лордов смотрели на Стелу Заслуг Секты Меча, их лица были серьезными, а в глазах мерцал свет.

Такая беспрецедентная сплоченность потрясла Линь Юня.

После завершения церемонии вступления в секту прибыли люди с разных пиков, чтобы провести всех во внутренние врата секты Меча.

Остальные ушли один за другим, и вскоре перед огромной Стелой Заслуг Секты Меча остался только Линь Юнь.

— Иди за мной, — Старейшина Цзюэчэнь подошел к Линь Юню с улыбкой.

Он заметил Линь Юня еще на втором этапе и возлагал на него большие надежды. Он не ожидал, что тот окажется учеником старейшины Яогуана.

Таким образом, он, казалось, мог понять, почему у него такой сильный талант в практике Искусства Меча Небесной Воды.

Старейшина Цзюэчэнь повел Линь Юня в самое сердце внутренних врат секты Меча.

Там была Священная гора, пронизанная намерением меча. Издалека Священная гора напоминала священного гигантского дракона, приютившегося на земле. Прямая гора, высотой в десять тысяч жэнь, уходила прямо в небеса, словно божественный меч, стоящий между небом и землей, способный рассечь Солнце, Луну и Хаос, величественный и могучий.

Еще не войдя, Линь Юнь почувствовал, как на него нахлынула Ци меча и… невообразимая звездная эссенция.

Линь Юнь поднял голову и смутно обнаружил, что на этой Священной горе, казалось, было необъятное намерение меча, пронзившее все тридцать шесть слоев неба.

Но из-за густого тумана он не мог увидеть сияния звезд и не мог быть уверен.

— Впереди Священная гора секты Меча. Только старейшины стадии Жизни и Смерти имеют право культивировать здесь. Однако на вершину Святого Меча могут подняться только Святые, чтобы создать там свои обители, — объяснил Старейшина Цзюэчэнь Линь Юню:

— Кроме того, у основания этой Священной горы залегает духовная жила, существовавшая с древних времен, или, лучше сказать, священная жила. Священная жила может высвобождать чрезвычайно чистую святую духовную Ци. Семь главных пиков, соединенных этой священной жилой, также имеют Священный источник, который может высвобождать слабую святую Ци.

— Воины стадии Божественного ядра, культивируя там, могут прогрессировать со скоростью тысяча ли в день, достигая в десять, а то и в десятки раз большей скорости, чем при обычной культивации.

Линь Юнь был поражен, услышав это. Это было слишком преувеличено.

В десять или даже в десятки раз больше, чем при обычной культивации?

— Ты считаешь это преувеличением? На самом деле, не так уж и преувеличено. У каждого клана есть подобные места для культивации. Некоторые Святые Земли даже обладают священными артефактами для культивации, способными изменять время. Год культивации внутри может равняться всего десяти дням снаружи… — спокойно сказал Старейшина Цзюэчэнь.

Семисокровищная пагода Изначальной Желтизны Девяти Небес!

Линь Юнь тут же вспомнил Пагоду Линлун. Этот артефакт в итоге был забран Императором Меча. Вероятно, он вернул ее в город Небесного Истребления.

Старейшина Цзюэчэнь взглянул на Линь Юня и сказал:

— Хотя ты уже на стадии Великого Божественного Ядра, твоя культивация все еще слишком низка. На разных пиках секты Меча есть много людей, которые уже достигли стадии Небесного Божественного Ядра. Есть также много тех, кто открыл две или даже три звезды. Раз уж ты вступил в секту Меча, ты можешь воспользоваться этой возможностью, чтобы хорошо укрепить и повысить свою культивацию.

— После того, как ты встретишься со старейшиной Яогуаном, кто-нибудь с пика Божественного Неба должен забрать тебя. Ты станешь учеником линии Шэньсяо секты Меча.

Линь Юнь спросил:

— Есть ли разница в силе между семью пиками секты Меча?

— Конечно, есть, но Сюаньсяо и Бисяо, один занимается изготовлением артефактов, другой – алхимией, и они, как правило, не участвуют в соревнованиях. Линия Шэньсяо довольно особенная. Настоящее сравнение происходит между четырьмя линиями: Чисяо, Цзиньсяо, Цинсяо и Цзысяо. Если в секте нет внутренней конкуренции, она рано или поздно придет в упадок, — спокойно ответил Старейшина Цзюэчэнь, не скрывая этого.

— Чем особенна линия Шэньсяо? — Продолжал спрашивать Линь Юнь.

— Кто-нибудь тебе расскажет, — Старейшина Цзюэчэнь не стал вдаваться в подробности и продолжил идти вперед.

Под его руководством Линь Юнь вошел в Священную гору секты Меча и, наконец, достиг одной обители.

Это была уединенная долина с цветущими персиковыми деревьями. Лепестки были чистыми и безупречными, источая чарующий аромат, и вокруг витало священное сияние.

Земля была усыпана лепестками, слой за слоем. Идя по ним, они издавали шорох.

Но, идя вперед, они не раздавили ни одного лепестка, очевидно, используя специальные техники передвижения.

Это место было слишком красивым, настолько, что его не хотелось разрушать.

— Этим персиковым деревьям, должно быть, не меньше тысячи лет? — Тихо спросил Линь Юнь, осматриваясь.

Старейшина Цзюэчэнь улыбнулся:

— Это священные персиковые деревья, а не обычные персиковые деревья. Это Обитель Священного Персика, место уединения старейшины Яогуана. Эти персиковые цветы могут цвести тысячу лет, а еще через тысячу лет, когда цветы опадут, они принесут священные персиковые плоды. Съев один священный персиковый плод, можно не только улучшить восприятие, но и увеличить срок жизни Святого.

Линь Юнь был удивлен. Это действительно расширило его кругозор.

Наследие секты Меча было действительно глубоким. Другие суперсекты, вероятно, немного уступали ей.

Однако эти персиковые цветы все еще цвели. Чтобы съесть священные персиковые плоды, нужно было ждать по меньшей мере тысячу лет.

Он только не знал, сохранились ли у секты Меча какие-нибудь запасы.

В глубине персиковой рощи на каменной платформе лежали бумага и чернила. Седобородый старец рисовал, держа кисть.

— Цзюэчэнь приветствует прадеда-мастера Яогуана! — Цзюэчэнь тут же опустился на одно колено, сложив руки в приветствии.

Это и есть Святой Меча Колышущегося Света?

Линь Юнь поспешно поклонился. Раньше он видел только клона старейшины Яогуана. Его истинное тело и сам человек производили совершенно другое впечатление.

— Не стоит, — Святой Меча Колышущегося Света небрежно отложил кисть, издав довольно громкий звук, и не выказывал особого высокомерия Святого.

Линь Юнь встал и тайком взглянул на холст. Он увидел, как нерегулярные Священные печати переплетаются и сливаются, излучая ослепительный свет, и было совершенно невозможно разглядеть, что именно нарисовано.

Посмотрев еще несколько раз, он обнаружил, что изнутри исходит намерение меча, и поспешно отвел взгляд.

— Цзюэчэнь, ты можешь идти. Я поговорю с ним наедине, — сказал старейшина Яогуан. Вскоре в персиковой роще остались только Линь Юнь и он.

Линь Юнь нервничал и одновременно удивлялся.

Разве не говорили, что старейшина Яогуан находится в уединении? По его манерам и действиям это было не очень заметно, и не было никаких признаков того, что ему осталось всего пять лет жизни.

Святой Меча Колышущегося Света посмотрел на Линь Юня несколько раз и улыбнулся:

— Неплохо, неплохо. Я вижу тебя уже в третий раз! Каждый раз, когда я вижу тебя, ты удивляешь меня. Теперь ты даже овладел намерением меча Божественного Неба. Тебе, должно быть, только что исполнилось двадцать.

«Видит меня в третий раз?»

Лицо Линь Юня слегка изменилось. Если он не ошибается, он видел его только дважды.

Первый раз, естественно, в секте Плывущих Облаков, когда прибыл клон Святого Меча и отбросил Тяньсюань-цзы, сохранив ему жизнь.

Второй раз – сейчас. Когда же тогда был третий раз, о котором говорил старейшина Яогуан?

Это было очень странно!

— Старейшина, вы действительно видите меня в третий раз? — Линь Юнь, будучи любопытным, не мог не спросить.

— Ты должен называть меня «учитель», — сказал Святой Меча Колышущегося Света с улыбкой.

Линь Юнь поспешно сказал:

— Я еще официально не прошел церемонию ученичества, поэтому немного не привык. Прошу учителя меня простить.

— Ничего страшного. Я действительно вижу тебя в третий раз. Первый раз был в мире Сюаньхуан… — взгляд старейшины Яогуана был глубоким, и он тихо рассмеялся, глядя на Линь Юня.

Линь Юнь был крайне удивлен. Как это возможно?

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759076