Глава 1386.
Не успели несколько человек среагировать, как Линь Юнь, размахивая юношей в черной мантии, ворвался в толпу двух великих святых кланов.
Шуа!
Его скорость была очень высока. Одним легким взмахом он отбросил несколько человек.
Пэн-пэн-пэн!
Линь Юнь наносил сильные удары. Полностью активировав «Священный Канон Небесного Лазурного Дракона», он размахивал юношей в черной мантии, словно могучим Священным оружием.
Те, кого он ударял, тут же корчились от боли, не в силах выдержать.
— Сволочь, отпусти меня, отпусти! — Юноша в черной мантии сходил с ума. Его голова была разбита, тело покрыто синяками, и он был невыразимо жалок.
С каждым ударом он чувствовал, что его кости вот-вот сломаются. Если так будет продолжаться, Линь Юнь просто забьет его насмерть.
— Линь Юнь, ты еще пожалеешь! Если ты мужчина, убей меня!! — Юноша в черной мантии кричал от ярости, его рвало кровью. Линь Юнь совершенно игнорировал его, проносясь сквозь ряды двух великих кланов, сея хаос.
Увидев Линь Юня, лица этих людей мгновенно позеленели, и они бросились бежать, закрыв головы руками.
Линь Юнь, держа юношу в черной мантии, был практически непобедим, и никто не осмеливался дать отпор.
Это был чудовищный гений из древнего священного клана, кто осмелится его тронуть?
Даже старший брат Хуан предупредил Сяхоу Яня, когда тот собирался нанести удар. У этих людей и подавно не было такой смелости.
Два великих святых клана, плюс чудовищный гений из древнего священного клана – какое впечатляющее построение!
Но сейчас они ничего не могли поделать с Линь Юнем.
Старший брат Хуан, обладая огромной силой, был вынужден сдерживаться и совершенно не смел приближаться к Линь Юню.
Приближение означало удар, и он совершенно не смел ответить.
Старший брат Хуан был в ярости, его чуть не вырвало кровью, а лицо давно почернело. Он мечтал разорвать Линь Юня на тысячу кусков.
Трое братьев клана Хуан стояли вместе, и выражение их лиц было невеселым.
С самого начала своего пути они были свирепыми и безжалостными, но никогда еще не были так унижены и жалки.
Неподалеку Сяхоу Янь, прищурившись, выглядел мрачным. Бай Чжаньли и Сяхоу Юнь стояли за ним, не смея пошевелиться. Происходящее было слишком ужасным.
Линь Юнь был просто как зверь. Более тридцати человек из двух великих святых кланов были избиты им, прыгая вверх и вниз, и не могли дать сдачи.
Эта сцена выглядела до смешного нелепой.
Столько людей, и они могли только смотреть, как Линь Юнь избивает их соратников, совершенно бессильные.
— Оставьте моего брата. Атакуйте вместе, чтобы сдержать его!
Старший брат Хуан с мрачным лицом наконец принял решение и стиснул зубы.
— Давно пора, — холодно взглянув, Сяхоу Янь выглядел недовольным.
— Вперед!
Хуан Яньчэн, не обращая внимания ни на что, взревел, и фигуры, словно молнии, бросились на Линь Юня.
Хунлунлун!
Их сила была огромна. Все они были почтенными стадии Небесного Божественного Ядра, и когда они начали действовать всерьез, потенциал меча Линь Юня был почти подавлен.
Надо сказать, что эти люди были действительно сильны.
Особенно Хуан Яньчэн и Сяхоу Янь, оба были непостижимы и намного превосходили своих сверстников.
— Отлично!
Линь Юнь оглянулся на них. Движение, которым он размахивал четвертым братом Хуан, слегка замедлилось.
Юноша в черной мантии перевел дух и тут же выругался:
— Пес, быстро отпусти меня, иначе я сделаю твою жизнь невыносимой! Ты… ты меня слышишь?
Отпустить?
Как он мог отпустить его!
Этот парень был лучше любого Священного оружия. Линь Юнь спокойно сказал:
— Отпустить тебя невозможно. Я лучше сначала доставлю тебе удовольствие.
Что это значит?
Юноша в черной мантии был немного озадачен словами Линь Юня, но не успел он понять, как мир вокруг него закружился.
В одно мгновение он понял, что происходит.
Линь Юнь поднял его и начал вращать. В мгновение ока поднялся яростный ветер и раздался рев грома. Ветер и молнии расцвели на его теле. Это было намерение Ветра и Грома, выпущенное Линь Юнем во время вращения.
— Великая Мельница!
Линь Юнь тихо воскликнул и взмыл в воздух. Вскоре юноша в черной мантии, вращавшийся над его головой, стал неразличим.
Были слышны лишь его гневные крики и проклятия, прерываемые звуками ветра и грома.
— Линь Юнь, ты… ты просто зверь! Ты умрешь ужасной смертью! У-у-у, отпусти меня… Я прошу тебя, я умоляю тебя!
Хунлунлун!
В этот момент ветер и гром яростно ревели, и мир померк.
Потенциал меча Линь Юня, который был подавлен, внезапно взлетел ввысь, неистово нарастая.
— Стой, стой! Сяхоу Янь, быстро стой!
Старший брат Хуан был напуган до смерти. Он остановил двух других братьев и неистово кричал на Сяхоу Яня.
Он точно умрет. Если они будут продолжать сражаться, четвертый брат Хуан неминуемо погибнет.
Черт!
Сяхоу Янь был вне себя от ярости. Его рука уже лежала на ножнах меча, но он с трудом заставил себя отступить.
Ху-чи!
Он вспыхнул и быстро уклонился в пустоте, но троим Хуан Яньчэна повезло меньше.
Пэн!
Голова четвертого брата Хуан, окутанная электрическим светом, врезалась прямо в грудь Хуан Яньчэна. Ка-ча! Раздался хруст, и защитная звездная эссенция Хуан Яньчэна была пробита. Его грудные ребра сломались.
Пу-чи!
Он сплюнул полный рот крови и тут же отлетел прочь.
Пэн!
Линь Юнь, держа юношу в черной мантии, взмахнул им влево и вправо, и оставшиеся два брата Хуан также были отброшены, изрыгая кровь.
Как ужасно!
Даже Чжао Янь, увидев это, не мог не дернуть уголком рта.
Он всегда знал, что у Линь Юня хороший характер, но не ожидал, что, когда он разозлится по-настоящему, он будет настолько свирепым.
— Плывущие облака – не моя воля!
Линь Юнь развернулся в воздухе, держа юношу в черной мантии, и применил «Тринадцать мечей Плывущих Облаков».
Один за другим из его тела вырывались священные духи Цинлуань, и вскоре распространился ужасающий потенциал меча.
Сяхоу Янь, который изначально наблюдал за происходящим, потемнел в лице и мгновенно отскочил.
Он отскочил, но Бай Чжаньли и Сяхоу Юнь не успели увернуться.
— Линь Юнь, ты сволочь!
Сяхоу Юнь кричал, ругаясь, но не успел он договорить, как в него врезался юноша в черной мантии.
Пэн-пэн-пэн!
Линь Юнь не собирался его щадить. Он, словно дубиной, неистово бил Сяхоу Юня юношей в черной мантии.
Вскоре Сяхоу Юнь был изуродован, а Бай Чжаньли, напуганный до полусмерти, поспешно отступил.
Цян!
Сяхоу Янь окончательно вышел из себя и выхватил меч из ножен.
Хуан Яньчэн, лежавший на земле, поспешно поднялся и сказал:
— Линь Юнь, отпусти моего брата, я клянусь! Я, Хуан Яньчэн, не буду вмешиваться в твою вражду с кланом Сяхоу. Если я еще раз посмею покуситься на секту Плывущих Облаков, пусть мое сердце пронзят тысячи стрел, и я умру ужасной смертью!
— Если бы ты знал это раньше, зачем делал, — Линь Юнь отбросил юношу в черной мантии.
Тот держался на последнем издыхании. Даже если бы Сяхоу Янь не вытащил меч, он бы все равно умер.
Мертвый юноша в черной мантии был бесполезен. Зато перед смертью он смог заставить братьев Хуан отступить – последнее использование мусора.
К тому же, старое уходит, новое приходит!
В тот момент, когда Линь Юнь отбросил юношу в черной мантии, его взгляд метнулся и остановился на Сяхоу Юне, находившемся в воздухе.
Сяхоу Юнь вздрогнул всем телом, мгновенно поняв, что задумал Линь Юнь, и тут же закричал в панике:
— Брат, спаси меня!
— Ищешь смерти!
Сяхоу Янь, не обращая внимания ни на что, тут же выпустил ослепительный золотой свет меча, окутавший все его тело.
Непостижимое намерение меча вырвалось из него. Бог в вышине небес, мой меч – само небо!
В то же время священное сияние врожденного тела меча сделало его кожу нефритовой, излучающей блеск. А врожденное Сердце Меча неистово билось, словно горнило.
Пу-тун! Пу-тун!
С каждым ударом сердца в мире раздавался рев грома, словно клич меча, один за другим.
В глазах Линь Юня мелькнула странность. Этот лидер меча региона Древней Пустоши действительно обладал некоторыми способностями.
Но отпустить этого парня вот так было бы слишком легко.
Намерение меча Божественного Неба вспыхнуло на теле Линь Юня. Он вспыхнул, и в тот момент, когда свет меча противника собирался пронзить его, он поднял руку и ударил Сяхоу Юня в грудь.
Он отбросил Сяхоу Юня в сторону Сяхоу Яня. Лицо Сяхоу Яня резко изменилось, и он тут же убрал меч в ножны, чтобы поймать Сяхоу Юня в воздухе.
Пу-чи!
Но сила удара Линь Юня была слишком велика. Приземлившись, Сяхоу Янь отступил на три шага, прежде чем смог устоять на ногах.
Соу!
Линь Юнь легко коснулся пустоты и устойчиво приземлился. Его лазурный халат был безупречен, и на нем не было ни единой царапины.
С другой стороны, два великих святых клана были почти полностью тяжело ранены.
Они до сих пор лежали на земле, стонали и корчились от боли. Что касается четырех братьев клана Хуан, то и говорить нечего. Хуан Яньчэн, с тех пор как принял юношу в черной мантии, ни разу не выглядел довольным.
Кости его четвертого брата были почти полностью сломаны.
Более того, его разум, казалось, был немного затуманен. Он говорил отрывисто, невнятно, и изо рта у него шла пена.
— Линь Юнь, ты жесток! — Сяхоу Янь, взглянув на раны Сяхоу Юня, яростно уставился на Линь Юня, его глаза горели огнем.
Как жалко!
Сяхоу Янь, с тех пор как стал знаменитым, никогда не был так унижен. Бай Чжаньли стоял рядом, не смея даже пошевелиться.
— По сравнению с тобой, мой характер, наверное, можно считать очень хорошим, — Линь Юнь, не выражая никаких эмоций, спокойно сказал.
Если бы в Пустоши Мечей не запрещалось убивать, он бы сегодня действительно устроил кровавую баню, не пощадив никого.
В тот момент, когда Е Цзылин заплакала, его убийственное намерение полностью вышло из-под контроля.
Когда Линь Юнь произнес эти слова, все присутствующие почувствовали, как атмосфера наполнилась напряжением.
— Хе-хе, как тут шумно. Я торопилась на кладбище мечей и чуть не пропустила такое зрелище!
В этот момент раздался чистый смех, и тут же фигуры замелькали.
Е Цзыюнь и Е Цин, возглавлявшие гениев древнего священного клана Е, появились перед всеми.
Лица старшего брата Хуан и Сяхоу Яня одновременно изменились. Когда эта женщина успела прийти?
Они совершенно ничего не почувствовали!
Е Цзыюнь была изящна и сияюща, на ее прекрасном лице не было ни единого изъяна. Она посмотрела на Сяхоу Яня и рассмеялась:
— Врожденное тело меча и врожденное Сердце Меча, действительно необычно. Сегодня мне посчастливилось увидеть это.
— Ты хочешь вмешаться в это дело? — Сяхоу Янь, не выражая никаких эмоций, спокойно спросил.
Е Цзыюнь рассмеялась:
— Нет никаких причин. Я просто хочу подружиться с молодым господином Цзанхуа. Ты доволен?
В ее словах была доля правды. Она совершенно не возражала против того, что Сяхоу Янь собирался разобраться с сектой Плывущих Облаков.
Разобраться с Линь Юнем?
Это дало ей повод сблизиться с ним, а также заставить Линь Юня быть ей обязанным. Почему бы и нет?
Линь Юнь странно посмотрел на эту женщину и ничего не сказал.
— Брат Сяхоу, мы еще не на кладбище мечей, не стоит ссориться с этой женщиной. Это только сыграет на руку другим… — Хуан Яньчэн тайно передал сообщение. Лицо Сяхоу Яня менялось. Эта женщина была очень неприятной.
Она беспричинно вмешалась в его дела и при нем же захотела защитить Линь Юня, совершенно не проявив к нему уважения.
Подружиться?
Разве я, Сяхоу Янь, не достоин дружбы?
Через некоторое время Сяхоу Янь прищурился и рассмеялся:
— Ладно!! Но я предупреждаю заранее: не стоит заводить друзей без разбора. Иначе, если что-то случится, даже древний священный клан не сможет тебя защитить.
Он отвел взгляд, взмахнул рукавом и повернулся, чтобы уйти.
Взгляд старшего брата Хуан, стоявшего рядом, был прикован к Линь Юню, и в его сердце не переставая кипело убийственное намерение.
В его клятве был изъян!
Он сказал, что не будет нападать на людей из секты Плывущих Облаков, но не сказал, что не будет нападать на Линь Юня.
Через некоторое время он развернулся и погнался за Сяхоу Янем. Он пролетел мимо и, оказавшись рядом с ним, мрачно сказал:
— Сяхоу, этого парня нельзя оставлять в живых. На великой церемонии открытия врат нельзя убивать… ты понимаешь, о чем я.
— Ты думаешь, я его отпущу?
Сяхоу Янь усмехнулся, но его улыбка была жуткой. Он холодно сказал:
— На кладбище мечей найдем возможность покалечить его. Он же хочет попасть в секту Меча? Я сделаю его жизнь невыносимой, чтобы он понял, кто на самом деле правит в регионе Древней Пустоши!
…
— Молодой господин Линь, на этот раз ты полностью рассорился с Сяхоу Янем и братьями Хуан! — Е Цзыюнь повернула голову к Линь Юню, и на ее губах появилась улыбка.
Когда она улыбалась, она была очень красива и легко располагала к себе.
Хотя они только что познакомились, она казалась очень дружелюбной, вызывая невольную симпатию.
Увидев, что Линь Юнь задумался, Е Цзыюнь, словно что-то вспомнив, извиняюще улыбнулась:
— Прошу прощения, я забыла представиться. Меня зовут Е Цзыюнь, а это мой двоюродный брат, Е Цин.
— Е Цин приветствует Линь Юня. Давно слышал о молодом господине Цзанхуа, но, как говорится, лучше один раз увидеть, — Е Цин подмигнул и незаметно польстил Линь Юню.
— Вам двоим не стоит быть такими вежливыми. Я знаю ваши имена.
Линь Юнь улыбнулся, его лицо оставалось невозмутимым.
Он давно поссорился с Сяхоу Янем. Тот не был великодушным человеком, но и Линь Юнь не был добреньким.
— О, значит, мы сегодня познакомились, — Е Цзыюнь прищурилась, и ее улыбка была очень естественной.
— Пожалуй, — Линь Юнь ответил небрежно и сказал:
— Моя старшая сестра ранена, я пойду посмотрю.
Сказав это, он, не обращая внимания на реакцию Е Цзыюнь, повернулся и направился к Е Цзылин.
В глазах Е Цзыюнь тут же мелькнуло смущение.
Она только что помогла Линь Юню, и он должен был хоть как-то выразить свою благодарность, но, судя по его виду, он не только не был благодарен.
Он даже не собирался продолжать знакомство.
— Твои раны зажили? — Линь Юнь подошел к Е Цзылин, помог ей подняться и окинул взглядом ее раны.
Ее тело было здоровым, и поверхностные раны уже почти зажили, но выглядела она все еще неважно.
Е Цзылин глубоко вздохнула, затем сжала ладони, ощущая звездную эссенцию, бурлящую в ее теле. Затем она немного подвигалась и обнаружила, что все в порядке. Более того, она неожиданно получила немалую пользу от этой травмы.
Тело Меча Божественного Дракона и кровь Цветка Снежного Сияния еще больше слились, достигнув примерно шестидесяти процентов совместимости.
Внезапно она, казалось, что-то поняла.
С тех пор как она сняла печать с крови Цветка Снежного Сияния, она, кажется, ни разу не была ранена и не участвовала в настоящих битвах.
Даже на острове Кусюань большую часть битв за нее вел Линь Юнь.
Похоже, для полного слияния двух родословных ей нужно пройти через собственные испытания. Сегодняшняя травма была не так уж плоха.
— Спасибо тебе за этот раз, — Е Цзылин улыбнулась и тихо сказала.
Она посмотрела на Линь Юня, и в глубине ее глаз расцвел свет, выражающий беспрецедентное доверие.
— О чем ты говоришь, я не понимаю, но ты должна помнить, что пообещала мне, — Линь Юнь подмигнул ей и игриво рассмеялся.
Они разговаривали и смеялись, а Е Цзыюнь и Е Цин, стоявшие неподалеку, были полностью проигнорированы.
Е Цзыюнь была смущена. Она смотрела на Е Цзылин, которая разговаривала с Линь Юнем, и ее опущенная правая рука незаметно сжалась в кулак.
Так не должно было быть.
По ее плану, это она должна была смеяться и разговаривать с Линь Юнем, а Е Цзылин могла лишь неловко наблюдать издалека.
Когда та, наконец, не выдержала бы и подошла, Е Цзыюнь притворилась бы, что узнала ее.
И невзначай нанесла бы бывшей маленькой принцессе клана Е величайшее унижение, заставив ее покраснеть от стыда и почувствовать себя неловко.
Но сейчас ситуация, казалось, полностью перевернулась.
— Цзыюнь, что нам теперь делать? — Е Цин тихо спросил ее.
В глазах Е Цзыюнь мелькнул холод. Она проигнорировала его и тут же изменила выражение лица, быстро подойдя вперед.
— Кузина Цзылин, давно не виделись, — она подошла к Е Цзылин с легкой улыбкой.
Кузина?
В глазах Линь Юня мелькнул свет. Значит, они действительно были знакомы.
— Да, пятнадцать лет не виделись, — Е Цзылин спокойно сказала.
— Прости, я сначала не узнала тебя, и моя кузина пострадала, — Е Цзыюнь выразила сожаление и неловко сказала:
— Пятнадцать лет – это действительно долго…
— Ничего, — Е Цзылин выглядела невозмутимой, не показывая никаких эмоций.
Е Цзыюнь, не переставая улыбаться, повернулась к Линь Юню:
— Молодой господин Линь, могу ли я поговорить с вами наедине?
— Говори, — Линь Юнь вежливо ответил, но не собирался отходить, чтобы поговорить с ней наедине.
Е Цзыюнь стиснула зубы и сказала:
— Кладбище мечей открывается раз в сто лет. Чтобы собрать сотню жемчужин меча, у нас будет только одна возможность – через два дня, внутри кладбища мечей.
В глазах Линь Юня мелькнула странность. Все шло, как он и предполагал. Эти древние священные кланы действительно что-то знали.
Увидев, что выражение лица Линь Юня изменилось, Е Цзыюнь слегка улыбнулась, снова обретая уверенность.
Она намеренно сделала паузу, вовремя замолчав, чтобы вызвать любопытство Линь Юня.
Е Цзылин, стоявшая рядом, холодно усмехнулась. Она не только не рассердилась, но даже нашла это забавным, тихо наблюдая за представлением своей кузины.
Ее кузина ничуть не изменилась.
В детстве она умела использовать свою красоту. Она помнила, что стоило ей слегка улыбнуться, как бесчисленное множество парней из клана сами приносили ей различные пилюли.
Они были готовы следовать за ней, выполнять ее приказы и даже гордились этим.
Столько лет прошло, а она ничуть не изменилась, оставаясь по-прежнему… блудливой и двуличной.
Е Цзылин не волновало, что она собирается делать, но ее намерение использовать Линь Юня вызывало у Е Цзылин презрение.
О чем она думает?
Неужели она считает себя несравненной красавицей? Даже если и так, разве она красивее сестры Су?
Самоуверенность, ведущая к само унижению.
— Через два дня энергия Нирваны Жизни и Смерти, накапливавшаяся на кладбище мечей в течение ста лет, вырвется наружу, и появится огромное количество жемчужин меча. Самое, самое, самое главное, что, согласно прежнему опыту, каждый раз, когда кладбище мечей открывается раз в сто лет, появляется одна десятиранговая жемчужина духа меча.
Е Цзыюнь, сверкая прекрасными глазами, пристально посмотрела на Линь Юня.
Десятиранговая жемчужина духа меча, содержащая десять золотых нитей, была скоплением потенциала меча за тысячу лет.
Даже Линь Юнь, овладевший намерением меча Божественного Неба, почувствовал бы, как его сердце дрогнет. Что касается других, кто не овладел намерением меча Божественного Неба, то это был шанс на тысячу лет овладеть им.
Ценность десятиранговой жемчужины меча была невообразима.
— Четверо братьев клана Хуан и Сяхоу Янь объединились ради этого, — Е Цзыюнь сказала это, выделяя каждое слово.
— Вот как, — Линь Юнь кивнул, не выказывая больше никаких эмоций.
Е Цзыюнь почувствовала разочарование, но все же довольно уверенно сказала:
— Молодой господин Линь, не желаете ли сотрудничать с нашим кланом Е?
— Спроси мою старшую сестру, — Линь Юнь взглянул на Е Цзылин и тихо сказал.
Уголок рта Е Цзыюнь дернулся. Она явно не ожидала, что Линь Юнь передаст инициативу Е Цзылин.
Как она могла спрашивать Е Цзылин? Если та откажет, это будет само унижение.
— Молодой господин Линь, вы действительно не хотите подумать? Я ведь только что рассорилась с Сяхоу Янем ради вас… — В глазах Е Цзыюнь мелькнуло чувство обиды, на ее лице появилось очень обиженное выражение, и она жалобно посмотрела на Линь Юня.
— Спасибо, — Линь Юнь долго молчал, а затем выдавил два слова. Его лицо было невозмутимым, холодным, как лед.
Е Цзыюнь тут же захотелось вырвать кровью, она почувствовала невероятную беспомощность.
— Молодой господин Линь, вы действительно не подумаете? — Е Цзыюнь подмигнула ему, выглядя очень искренней.
Линь Юнь ничего не сказал, лишь посмотрел на Е Цзылин. Все было сказано без слов.
Е Цзыюнь была совершенно безмолвна. Она никогда не сталкивалась с таким поражением. Она выдавила улыбку и сказала:
— Раз так, то до скорой встречи. Прошу прощения за беспокойство.
Сказав это, она развернулась и ушла.
В тот момент, когда она повернулась, ее лицо мгновенно стало холодным, мрачным и ужасно черным.
Когда она ушла, Е Цзылин улыбнулась и тихо сказала:
— Ты ее сильно обидел. У нее очень злопамятный характер.
— Разве она не пришла, чтобы унизить тебя? Ну и что, что я ее обидел… — небрежно ответил Линь Юнь.
— Ты знал? — Е Цзылин повернула голову, удивленно спросив.
— Разве это странно? — Линь Юнь улыбнулся и тихо сказал:
— Мы все тысячелетние лисы. Как я могу не знать, какие игры она затевает.
http://tl.rulate.ru/book/70839/20759059
Готово:
