Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1288: «Непобедимое величие»

Глава 1287.

Сила пяти миллионов пилюль Звездного Бога неслась по меридианам, бесчинствуя во все стороны.

Внутри Линь Юня словно непрерывно взрывался Хаос, и боль была столь невыносимой, что ему с трудом удавалось сохранять спокойствие. Кровь сочилась из всех пор его тела. Разрубить оковы и, размахивая кистью, нарисовать верховный звездный облик – это было не так просто, как казалось.

Бу-ум!

Правая ладонь, лежавшая на колене Линь Юня, внезапно взорвалась, выпустив бесчисленные молнии.

Это была следствие того, что звездная эссенция внутри него слишком раздулась. Священный Канон Небесного Лазурного Дракона уже с трудом сдерживал ее, достигнув беспрецедентного предела.

Все его тело светилось, а из пор хлестала кровь. Его состояние было крайне опасным, и голова могла взорваться в любой момент.

Линь Юнь глухо застонал, но не испугался, продолжая покорять и конденсировать энергию звездной эссенции, которая была подобна океану в его теле.

Он должен был накопить эту силу до абсолютно надежного уровня, прежде чем осмелиться активно разрубить цепи, чтобы освободить всех оставшихся свирепых зверей.

Он не мог рисковать, поскольку не вынес бы последствий поражения.

Раз так, ему оставалось лишь держаться до конца. Какой бы мучительной ни была эта боль, он должен был стиснуть зубы и выстоять.

Бах!

Правая рука Линь Юня взорвалась, и кровь хлынула из ладони, словно родник. Кровь сияла звездным светом, окруженная священным сиянием, и вскоре под ним скопилась целая лужа.

Процесс покорения пяти миллионов пилюль Звездного Бога был не только мучительным, но и чрезвычайно опасным. Малейшая ошибка могла стоить жизни.

Но Линь Юнь мог только держаться. Сделав этот шаг, он уже не мог отступить. Путь к вершине был, несомненно, усеян кровью.

Спустя долгое время на вершине пустынной горы кровь текла рекой, сияя светом и выглядя невероятно священной.

Грохот!

Звездная эссенция, скопившаяся в теле Линь Юня, наконец достигла предела. Эта звездная эссенция внутри него существовала подобно солнцу – яростная и ослепительная.

— Пришло время разорвать цепи!

У него не было времени передохнуть. Меч-море в глубине бровей Линь Юня мгновенно закипело. Золотой человечек и золотой Лазурный Дракон вырвались одновременно, превратившись в золотое сияние, омывающее все его тело.

— Руби!

Линь Юнь мысленно издал гневный крик. Намерение меча Божественного Неба, наложенное на звездную эссенцию, подобную солнцу, превратилось в бесчисленные тени мечей, которые устремились к оставшимся цепям Сломанного Меча.

Клац-клац-клац!

Мгновенно посыпались искры, цепи задрожали, испуская поразительную силу.

Пф-ф!

От такой дрожи Линь Юнь сплюнул полный рот крови, и его лицо заметно побледнело.

Руби!

Линь Юнь взревел, не желая сдаваться.

Из его глаз сочилась кровь. На цепях появились трещины, и высвобождаемая ими сила стала еще более устрашающей.

Еще раз!

Линь Юнь взревел, полностью высвобождая звездную эссенцию, подобную солнцу.

Треск!

Под этой великой силой цепи рухнули, и один из свирепых зверей Изначальной Древности вырвался на свободу.

Этот свирепый дух был похож на цзяо-луна, с парой крыльев на спине, полностью белоснежный. У него было два когтя под брюхом, похожие на когти орла, и только это место было золотисто-желтым.

Это был Древний Инлун. В его имени было слово «Дракон», но он не имел большого отношения к клану Драконов. Он образовал собственную расу, обладал способностью «возвращения небес и восстановления солнца», мог подавлять чистокровных истинных драконов и обладал высшим свирепым могуществом, рожденным в первозданном Хаосе.

Вырвавшись из цепей, он немедленно начал неистово метаться по телу Линь Юня, пытаясь своим свирепым могуществом сокрушить его плоть.

Бах!

Линь Юнь тут же выплюнул полный рот крови. Теперь ему было очень тяжело. Все его пурпурно-золотые драконьи узоры были высвобождены.

Конденсируясь в Лазурного Дракона, они превратились в драконий кокон, проходя полный метаморфоз. Его физическое тело было намного слабее, чем обычно.

Но в конечном счете он был подавлен намерением меча Божественного Неба. Это был всего лишь свирепый дух, а тело Линь Юня было тюрьмой, которая его сдерживала. Вырваться было не так просто.

В этот момент Линь Юнь был весь залит кровью, включая лоб.

Он не останавливался. Используя намерение меча Божественного Неба и звездную эссенцию, подобную солнечной Горниле, он продолжал разрубать оставшиеся цепи.

Шестая и седьмая цепи были последовательно разрублены, и два легендарных свирепых зверя – Древний Демонический Феникс и Древний Юйсин – были освобождены.

Демонический Феникс был необычным существом Неба и Земли, падшим лидером Божественного клана Феникса, о котором в древних текстах остались лишь отрывочные сведения, таинственные и ужасающие.

Что касается Древнего Юйсина, то, по слухам, он был самым холодным и темным подземным существом, рожденным между Небом и Землей. В отличие от Демонического Феникса, ставшего падшим фениксом, Древний Юйсин сам по себе символизировал тьму, запустение и смерть. Его происхождение было еще более загадочным, чем у Демонического Феникса, и в древних текстах о нем говорилось лишь в нескольких словах.

Треск!

Когда восьмая цепь была полностью разрублена, родился последний свирепый дух Изначальной Древности. Он был абсолютно черным и источал темную, кровожадную силу.

В глубине души Линь Юнь почувствовал необъяснимую дрожь. Ему показалось, что Священный Канон Небесного Лазурного Дракона столкнулся с препятствием и не смог нормально функционировать.

Это был Призрачный Хоу!

Бич клана Драконов. В Древние времена он питался драконами, и даже Божественный Дракон не мог противостоять ему. Можно себе представить, насколько он был ужасен.

Тэншэ, Цюнцзи, Чжулун, Куньпэн, Инлун, Демонический Феникс, Юйсин, Призрачный Хоу – восемь свирепых духов собрались одновременно, высвобождая в теле Линь Юня ужасающую мощь, способную разрушить Небо и Землю.

Пф-ф!

Линь Юнь не выдержал. Выплюнув один полный рот крови, он начал плеваться ею непрерывно.

Жизненная сила таяла с видимой скоростью. Эти свирепые духи не обладали разумом. В них существовали только инстинкт и демоническое могущество, но даже этого было достаточно, чтобы тело Линь Юня, сравнимое со священным оружием тысячи печатей, не выдержало.

Грохот!

В небе и на земле раздавался раскатистый гром, и пространство стало абсолютно черным.

Из тела Линь Юня вырвался бесконечный демонический свет. На его мертвенно-бледном лице менялись выражения: иногда он дико смеялся, иногда впадал в ярость. Его эмоции были полностью захвачены демоническим могуществом древних свирепых духов.

Он не выдержал!

Он не мог контролировать даже свое тело, не говоря уже об эмоциях.

Древние свирепые духи непрерывно ревели в его теле. Тело Линь Юня было тюрьмой, и они хотели вырваться из нее, чтобы снова явить свою древнюю свирепую мощь в мире смертных.

— Нет… нет… нет…

Маленький Ледяной Феникс, сидя на сабле Слушающая Снег, громко заплакала. Ее невинное и безупречное личико было полно печали.

— Я не хочу, чтобы ты умирал. Мы… Мы правда не хотим тебя терять!

Маленький Ледяной Феникс почти рыдала, дойдя до полного отчаяния. Она была бессильна. Даже если бы могла, она не смогла бы вмешаться.

Это был путь, который Линь Юнь выбрал сам. Ни один посторонний не мог ему помочь. Верховный путь, по которому он шел, был обречен стать беспрецедентным. Даже если он знал, что умрет, он должен был пройти его, стоя на коленях.

Именно это отчаяние и бессилие заставило Маленького Ледяного Феникса плакать так горько. Ее сердце болело, невыносимо болело.

С тех пор как она пробудилась, она никогда не была так опечалена. Она плакала до истерики, испытывая невыносимую боль, от которой сердце разрывалось на части.

Значит, он был для нее так важен.

С каких пор?

Может быть, с тех пор, как он нежно расчесывал ее косички после того, как Е Цзылин обидела ее? Или с тех пор, как он жарил ей рыбу во время погони за Магическим Мечом Несущим Гром? А может быть, с тех пор, как он рассердился на нее, увидев ее ошибку, но сделал это из любви? Или, когда Ло Хуа хотела убить ее, а он без колебаний встал перед ней?

Возможно, ее давно засохшее сердце, проспавшее сто тысяч лет, незаметно дало росток благодаря их простому общению.

Кто-то плачет?

Среди своего отчаяния Линь Юнь смутно услышал, как будто это был плач божества. Плач был чистым, словно нефрит, разбивающийся в облаках, или долгий плач бессмертного… Это Феникс проливал по нему слезы.

Это Маленький Ледяной Феникс плачет… Я не могу умереть!

Линь Юнь потерял контроль над своими эмоциями, его тело начало разрушаться, а намерение меча, рассеявшись, отступило обратно в глубину его бровей.

В этот момент он не мог контролировать даже свое физическое тело. Только двойная душа меча, сильно потускневшая в центре его бровей, оставалась под контролем.

Чтобы спасти себя, он мог полагаться только на тот меч!

На тот таинственный «Сломанный Меч», который до сих пор был вытащен лишь наполовину. Только он мог по-настоящему подавить Восемь Свирепых Зверей.

Так называемые «Восемь оков души» на самом деле были мечом, сковывающим Восемь Свирепых Зверей!

Но Линь Юнь никогда по-настоящему не управлял этим «Сломанным Мечом». Даже его тело было высвобождено пассивно.

Он никогда не пробовал эту Запретную силу. Он не смел, не мог и не хотел. Он всегда избегал этого меча в глубине души. Он не хотел признавать, что этот меч вызывал у него страх и беспокойство, боязнь, что, если он прикоснется к нему, то будет уничтожен.

Этот меч пугал даже его самого.

Но сейчас пути к отступлению не было. Он должен был посмотреть правде в глаза. По крайней мере, на этот раз он должен был активно его сдвинуть.

Бу-ум!

Золотой человечек вылетел из Меч-моря и попал в самое таинственное место тела Линь Юня. Оно было похоже на бездонную пропасть, наполненную бесконечной, кромешной тьмой.

В этой пропасти Сломанный Меч был чрезвычайно заметен – таинственный, ужасающий, словно стоило его вынуть, как он мог разрубить Изначальную Древность!

Вспышка!

Сломанный Меч испустил слабый холодный свет и, увидев летящего Золотого человечка, казалось, выразил презрение.

Шух-шух!

Сияние на теле Золотого человечка начало осыпаться, словно снежинки. Свет тускнел. Если так пойдет и дальше, он полностью погаснет, не успев даже приблизиться.

Смерть души меча означала смерть Линь Юня!

Но он без колебаний встретился лицом к лицу со Сломанным Мечом, позволяя свету осыпаться, как снежинкам.

Когда свет полностью потускнел, Золотой человечек протянул руку к рукояти Сломанного Меча.

Она была так близко, но этот шаг был подобен преодолению тысяч миль. Как бы он ни тянулся, он не мог схватить рукоять меча перед собой. Расстояние, наоборот, увеличивалось.

Сломанный Меч слегка задрожал, словно насмехаясь.

Пф-ф. В реальности Линь Юнь снова выплюнул полный рот крови, его жизненная сила полностью иссякла.

Золотой человечек стал почти прозрачным. В тот момент, когда он собирался полностью исчезнуть, в этой бездонной пропасти раздался потрясающий Драконий клич.

Вторая душа меча Линь Юня, не щадя себя, превратилась в полосу великолепного света. Она, забыв о жизни и смерти, врезалась прямо в тело Сломанного Меча.

Он был слишком смел. Сломанный Меч пришел в ярость!!

Приближающийся Золотой Лазурный Дракон разбился на части, как стекло, но эта задержка продлилась всего мгновение.

Почти прозрачный Золотой человечек шагнул вперед и схватил рукоять меча. В этот миг восемь свирепых духов, бесчинствовавших в теле, мгновенно успокоились.

Это еще не конец!

Линь Юнь издал мысленный рев, управляя Золотым человечком, чтобы вытащить рукоять меча на полдюйма.

Треск!

Свет пронесся, словно Хаос вселенной, сотворяя Небо и Землю. Восемь свирепых духов в мгновение ока превратились в порошок, который непрерывным потоком вырывался из его пор. Это было слишком страшно. Могущество Сломанного Меча было шокирующим и вызывало у Линь Юня трепет.

Фрагменты свирепых духов слились с кровью на вершине пустынной горы, источая могучую ауру, которая стала густой и священной.

Это был первый раз, когда Линь Юнь активно вытащил меч на полдюйма. С решимостью умереть он добился беспрецедентного успеха.

Ему казалось, что он держит в руках не меч, а целый мир. Тело меча содержало ужасающую, непостижимую и непоколебимую силу, от которой волосы вставали дыбом. В то же время в его сознании постоянно вспыхивали древние обрывки информации.

Пришло время!

Линь Юнь не обращал внимания на многое. Он открыл глаза, и его истощенное тело пришло в движение.

— Все в порядке, со мной все хорошо, — тихо пробормотал Линь Юнь, резко встав. Он улыбнулся Маленькому Ледяному Фениксу. Маленький Ледяной Феникс расплылась в улыбке сквозь слезы, закрыв рот руками, не в силах вымолвить ни слова. Она была слишком взволнована.

Худощавое тело Линь Юня шаталось, готовое упасть в любой момент, но он все же выбросил кулак.

Бах!

Могучая звездная эссенция хлынула из его тела, словно восходящее солнце, освещая пустоту и делая тридцать шесть небес прозрачными.

Линь Юнь поднял голову и сквозь тридцать шесть слоев небес увидел Четыре Вечных и Бессмертных Врожденных Образа: Лазурного Дракона, Алую Птицу, Черную Черепаху и Белого Тигра.

Сразу же за ними он увидел сотню верховных звездных обликов. Эти облики существовали с незапамятных времен, и их свет занимал всю вселенную.

Кроме того, существовали бесчисленные, миллионы звездных обликов. Их было огромное количество, и они покрывали звездный небосвод, но весь их свет был затмлен верховными звездными обликами.

Эти сто верховных звездных обликов были огромны и обширны. В сердцевине свитков находились звезды, каждая из которых обладала своим уникальным величием: одни сияли ослепительным светом, другие выглядели бессмертными и даосскими, третьи сотрясали Небо демоническим светом, четвертые были безупречно чисты, а пятые – безупречно прекрасны. Это были основатели верховных звездных обликов.

Он услышал множество древних и высокомерных шепотов, полных презрения к нему. Они призывали его остановиться, иначе это будет верная смерть.

Сто верховных звездных обликов не означали, что с начала Эпохи Божественного Дракона родилась только сотня верховных мастеров. У каждого верховного звездного облика был наследник. Например, если бы Линь Юнь захотел, он стал бы наследником звездного облика Покорения Небес.

В них таились остаточные мысли многих верховных мастеров, которые почувствовали, что собирается сделать Линь Юнь.

— Ты бросаешь нам вызов!

— Ты сам ищешь смерти!

— Не оскверняй свет верховного мастера, немедленно остановись!

— Упрямство приведет к неминуемой смерти!

… …

На губах Линь Юня появилась улыбка, в которой сквозило упрямство, непокорность и крайнее ледяное высокомерие:

— Я никогда не верил, что в этом мире есть что-то действительно невозможное!

Он взмахнул руками. Свирепые духи и кровь на вершине пустынной горы, казалось, превратились в чернила.

Линь Юнь размахивал кистью, начиная рисовать свой собственный верховный свиток.

Бу-ум!

Среди оглушительного грохота развернулась золотая картина, словно материализованная сущность. Руки Линь Юня, которыми он размахивал, казались Божественной кистью, сотрясающей Небо и Землю.

В этом мазке кисти Древний Инлун был очерчен на золотом свитке, штрих за штрихом.

Какая же это была потрясающая картина!

Золотой свет мерцал. Каждый штрих содержал бесконечную, могучую жизненную силу и бесконечную энергию. Глаза Линь Юня кровоточили, его длинные волосы развевались. Различные священные сияния Неба и Земли окружали кончик его кисти.

После того как Древний Инлун был полностью нарисован, Линь Юнь остановился, закрыл глаза и погрузился в размышления.

Когда Золотой человечек держал Сломанный Меч, в голове Линь Юня появилось много информации, и вся она была о Восьми Свирепых Зверях Изначальной Древности.

Когда он открыл глаза, они сияли божественным светом. Он написал стихи рядом с золотым свитком, и каждое слово обладало вечным божественным сиянием.

Когда стихи были закончены, первый свиток был завершен.

Маленький Ледяной Феникс внимательно присмотрелась. Она тихо прочитала, и ее лицо резко изменилось: — «На вершине Куньлуня рубит Хаос, возвращает Небо и восстанавливает Солнце, являя Божественное Могущество».

Сто верховных звездных обликов в тридцати шести небесах сияли светом, сравнимым с врожденными звездными обликами, словно они существовали с незапамятных времен и были вечными и бессмертными.

Линь Юнь, выдерживая огромное давление, начал рисовать второй свиток – Древнюю Тэншэ. Когда он закончил рисовать, в нем снова появились стихи.

— «Тэншэ очаровывает восемь сторон, меняя звезды и смущая Четыре Образа».

Он продолжал рисовать и писать, а Маленький Ледяной Феникс, читая стихи, становилась все более потрясенной.

— «Мои божественные глаза разделяют Солнце и Луну, одна мысль порождает вечный холод» – это Древний Чжулун.

— «Древний Демонический Феникс… Девять Мрачных Цанминов оглядываются назад, и все Боги и Будды не смеют появиться».

Эти стихи были слишком ужасающими. В древности она очень хорошо знала, что они означают, и каждое слово содержало непревзойденное Божественное Могущество.

«Куньпэн поднимается на ветру за один день, взлетая прямо в Девять Небес».

«Сила Крылатого Тигра устанавливает мироздание, разрушая Небо и Землю, разбивая Инь-Ян!»

«Древний Юйсин окутан холодным светом, и в мире смертных не хватает одного сезона».

«Хаос еще не родился, а я уже существую, один выдох уничтожает Божественного Дракона».

Куньпэн, Цюнцзи, Юйсин, Призрачный Хоу развернулись последовательно. Восемь свитков звездного облика были созданы Линь Юнем одним махом, мгновенно приняв форму.

Эти золотые свитки, словно материализованные, парили вокруг Линь Юня. Стихи на каждом свитке были не слишком броскими, но из них, казалось, сочилась Запретная сила, которая намертво подавляла звездные облики, сконденсированные Восемью Свирепыми Зверями.

— Остался последний свиток…

Линь Юнь продолжал рисовать. Он использовал свою кровь и свирепые души в качестве чернил, свою изначальную жизненную силу в качестве холста, а намерение меча Божественного Неба в качестве кисти. Малейшая небрежность могла привести к уничтожению его души и духа, он мог загореться и сгореть дотла.

Его глаза были проницательны. Чтобы создать верховный свиток, он должен был сделать последний шаг.

Ему нужен был один меч, подавляющий Восемь Свирепых Зверей Изначальной Древности. Ему нужен был один меч, несущий мощь Восьми Свирепых Зверей Изначальной Древности и высвобождающий мощь Погребения Небес.

Пф-ф!

Когда развернулся последний, девятый свиток, Линь Юнь выплюнул полный рот крови на картину. Его тело покрылось трещинами, и из него непрерывно сочилась кровь.

Он непрерывно рисовал на свитке одну звезду за другой. Он рисовал звездное небо вселенной.

Линь Юнь пошатнулся, не в силах продолжать. Он сделал паузу, а затем резко взмахнул кистью.

Появился контур звездного неба вселенной, но это были лишь отдаленные сцены. Он лишь набросал смутный и безграничный контур. То, что он действительно хотел нарисовать, было в последнем штрихе.

В его глазах бушевал божественный свет. Две души меча в глубине его бровей потускнели, но все еще непрерывно высвобождали могучее намерение меча.

В этот мазок Линь Юнь вложил всю свою сущность, ци и дух. Когда он двигался, в его ушах непрерывно раздавался звук, подобный обрушению Неба и Земли.

Давление верховных звездных обликов из-за пределов тридцати шести небес непрерывно обрушивалось на него. В его ушах ревели различные остаточные мысли.

Линь Юнь не обращал на это внимания, позволяя своей крови и жизненной силе истощаться, но не прекращая рисовать. Спустя долгое время Божественный Меч, висящий над тридцатью шестью небесами, принял форму.

Грохот!

В этот момент девять свитков объединились, и верховный звездный облик был создан на Начальной стадии.

Восемь Свирепых Зверей Изначальной Древности, один меч Погребения Небес.

Линь Юнь отпустил руку, позволив полному звездному облику Погребения Небес уйти в свое тело. Вырвался божественный свет. Непрерывная жизненная сила и различные ужасающие ауры продолжали расти в теле Линь Юня.

Его кровь, его тело, его жизненная сила, его острота – все это быстро росло с беспрецедентной скоростью.

В одно мгновение он прошел полную метаморфозу.

Непобедимое величие расцвело в этом мире, расцвело на теле молодого господина Цзанхуа, Линь Юня.

【В этой главе почти пять тысяч иероглифов. Я хотел закончить ее за один присест, поэтому немного задержался. Те, кто подписан на официальный аккаунт, могут найти фотографию в истории сообщений, ха-ха, читая ваши комментарии, я чувствую, что мне больше не придется писать книги. Я могу зарабатывать на жизнь своей внешностью.】

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758954