Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1186: «Боевой Строй Сотни Блуждающих Призраков»

Глава 1185.

Меч Тысячи Громов!

О мече Тысячи Громов ходило множество легенд. Весь регион Древней Пустоши, нет, почти все мечники Восточных Пустошей знали о существовании такого меча.

Слава клана Мо была слишком громкой. По сравнению со всемирно известной башней Цзанцзянь, клан Мо был более загадочным, и обычные люди не могли с ним связаться.

О клане Мо ходило слишком много легенд. Они не просто ковали мечи, как башня Цзанцзянь. Клан Мо преуспевал во всем: оружие, тайные сокровища, марионетки, ритуальные предметы. У них были даже загадочные тайные техники, а их виноделие считалось лучшим в мире.

Все, что носило отпечаток клана Мо, неизмеримо возрастало в цене.

Башня Цзанцзянь, входящая в поместье Цзанцзянь, насчитывала более трех тысяч филиалов, разбросанных по всему миру Куньлунь. Циняньская башня Цзанцзянь выделялась среди них своей известностью не только благодаря выдающемуся Фэн Сюаньцзы.

Главной причиной был этот меч Тысячи Громов.

В каждой башне Цзанцзянь были свои козырные знаменитые мечи, и все они проходили «Три испытания: Божество, Дракон и Призрак», и все они были священными мечами тысячи печатей. Но только меч Тысячи Громов в Циняньской башне Цзанцзянь был самым известным.

Это была самая большая гордость Фэн Сюаньцзы, и можно сказать, что это была последняя визитная карточка Циняньской башни Цзанцзянь.

Пока существовал меч Тысячи Громов, слава Циняньской башни Цзанцзянь, даже после смерти Фэн Сюаньцзы, продолжала бы греметь по всему миру, и честь клана Фэн была бы вечной.

Многие знали о существовании меча Тысячи Громов, но мало кто знал его истинное происхождение.

Услышав, что Линь Юнь внезапно хочет забрать меч, люди сначала были шокированы, а затем нахмурились, чувствуя, что дело не так просто.

Конечно, реакция Фэн Сюаньцзы была очень сильной, даже сильнее, чем ожидали присутствующие.

Угрозу в его словах мог услышать даже дурак. Как небесный мастер Сюань, он, конечно, прекрасно слышал, что говорит Линь Юнь.

Его сильная реакция, в свою очередь, сделала реакцию Линь Юня еще более удивительной.

Повторенные слова, вероятно, услышал не только округ Цинянь, но и добрая половина округа Цинян.

Фэн Сюаньцзы на мгновение остолбенел, его лицо потемнело, но затем он внезапно рассмеялся. Однако этот смех был леденящим. Он холодно усмехнулся:

— Цзянь Цзинтянь все так же наивен, как и в те годы. Он посылает такого талантливого ученика на смерть. Если ты хочешь забрать меч, я, конечно, не буду тебя останавливать, ведь это правило, установленное поместьем Цзанцзянь. Однако, хм… — Он больше не смотрел на Линь Юня, а перевел взгляд на Ло Хуа в толпе.

Его выражение лица стало гораздо более серьезным, и он сказал:

— Молодой господин Ло, если он умрет в «Трех испытаниях: Божество, Дракон и Призрак», это не будет иметь никакого отношения к моей башне Цзанцзянь и ко мне, Фэн Сюаньцзы, верно?

Линь Юнь прищурил глаза и все понял. Сначала он подумал, что у Фэн Сюаньцзы есть какой-то такт, но оказалось, что он просто опасается присутствия Ло Хуа.

Неудивительно, что старик попросил Ло Хуа прийти с ним. Похоже, он хорошо знал, что собой представляет этот Фэн Сюаньцзы.

Молодой господин Ло?

Откуда взялся еще один молодой господин Ло? Все проследили за взглядом Фэн Сюаньцзы и обнаружили, что это была женщина в белых одеждах и бамбуковой шляпе с белой вуалью. Ло Хуа все это время сидела тихо и неприметно, но ее взгляд неотрывно следил за Линь Юнем.

Женщину, которую старейшина Фэн называет «молодым господином», все сразу же заинтересовались личностью Ло Хуа.

Несомненно, ее происхождение должно быть невероятным, раз даже Фэн Сюаньцзы вынужден считаться с ней.

Присмотревшись внимательнее, люди еще больше удивились. Никто из них не мог разглядеть Ло Хуа. Она была подобна белому облаку, туманная и безграничная, стоящая особняком, с загадочной и необыкновенной аурой.

— Кто это? — Чжао Янь пробормотал про себя. Он с первого взгляда понял, что Ло Хуа необыкновенна, но никак не мог вспомнить, кто она.

Паршивая парочка!

Фэн Сяоюй, увидев Ло Хуа, почувствовала страх и злобно выругалась про себя, но не осмелилась показать это.

Теперь она знала, насколько сильна эта женщина. Даже ее дедушка Фэн Сюаньцзы не смел пренебрегать ею и даже опасался ее.

Ло Хуа не смотрела на Фэн Сюаньцзы. Ее взгляд сквозь вуаль упал на Линь Юня, и она тихо сказала:

— Я не буду повторять его слова. Я повинуюсь ему.

Эти слова тут же заставили всех мечников-мужчин прийти в бешенство от зависти.

Столь необыкновенная женщина была так нежна перед Линь Юнем, что это было равносильно публичному заявлению: «Я – его женщина, и все будет так, как скажет Линь Юнь».

Гун Хаожань был очень недоволен. Даже сквозь вуаль можно было представить, что эта женщина – красавица, да еще и с необыкновенным статусом.

Какое же дерьмовое везение у этого Линь Юня!

— Она кажется знакомой. Неужели это та самая… — Е Фэйфань, увидев Ло Хуа издалека, внезапно сделал предположение, которое его сильно напугало. Он подумал, что его идея слишком преувеличена.

«Невозможно, наверное, я просто надумал».

Е Фэйфань покачал головой. Его веселый вид сменился серьезным. Брат Линь слишком опрометчив, желая забрать меч.

«Три испытания: Божество, Дракон и Призрак» были созданы предками поместья Цзанцзянь. В филиалах башни Цзанцзянь использовались упрощенные версии, но даже в упрощенном виде риск смерти был очень высок. Что касается Циняньской башни Цзанцзянь… кажется, все мечники, которые пытались забрать меч Тысячи Громов, погибли.

Слава меча Тысячи Громов была настолько велика, что на него облизывались бесчисленные люди, но все они без исключения умерли.

И умерли ужасной смертью. Люди в строю не проявляли никакой пощады, они убивали без колебаний. Именно такой эффект им был нужен – «убить курицу, чтобы напугать обезьян».

Чем больше людей умирало, тем меньше желающих было заполучить меч Тысячи Громов.

— Разрешаю! — Фэн Сюаньцзы снова сел, скрипя зубами, и произнес всего одно слово.

Шух!

Шумная площадь тут же затихла. Все понимали, что дело приняло серьезный оборот.

Независимо от того, заберет ли Линь Юнь меч Тысячи Громов или погибнет в «Трех испытаниях: Божество, Дракон и Призрак», это вызовет огромный резонанс.

Всем будет жаль, если такой гений погибнет здесь.

— Этот парень, он действительно сошел с ума, — Гунсунь Янь, который давно выбрался из воды, покачал головой, глядя на Линь Юня вдалеке.

Забрать меч Тысячи Громов – это то, о чем он даже не смел мечтать. Не говоря уже о нем, даже настоящий наследник Императора Меча хорошенько бы подумал, прежде чем пойти на это.

Грохот!

Тысячечжановый гигантский меч под ногами Линь Юня начал медленно опускаться. Восемь свирепых зверей одновременно погрузились в землю, и пруд постепенно исчез.

Вскоре меч Тысячи Громов погрузился в землю, и весь округ Цинянь превратился в ровную площадку.

Линь Юнь опустился на землю и, почувствовав изменения в духовных печатях под ногами, понял, что формация изменилась.

У него не было стопроцентной уверенности, что он сможет прорваться через «Три испытания: Божество, Дракон и Призрак» и забрать меч Тысячи Громов. Риск был огромен. Но раз уж он пообещал старику, то пути назад не было, особенно после того, как он принял участие в Собрании Знаменитых Мечей.

Кроме того, он думал иначе, чем остальные.

Шанс забрать меч, возможно, был меньше десяти процентов, но если говорить о самозащите, он был не так беспомощен, как думали другие.

Никто из присутствующих, даже те, кто сражался с Линь Юнем, не знал, что его физическое тело уже достигло уровня, сравнимого со священным оружием.

И он не раскрыл все свои козыри на Собрании Знаменитых Мечей.

— Брат Линь, первое испытание «Трех испытаний: Божество, Дракон и Призрак» – это Боевой строй Сотни Блуждающих Призраков. В этом испытании нельзя медлить, потому что первое и второе испытания идут подряд, без перерыва. Это маленькая хитрость поместья Цзанцзянь. Многие хотят сохранить силы в первом испытании, предпочитая получить травмы, но не раскрывать свои козыри.

— Но на самом деле это испытание очень коварное. Ты не только не должен получать травмы, но и должен действовать быстро. Иначе во втором испытании, «Боевом строе Лазурного Дракона», ты обречен. Помни об этом, помни, — в ушах Линь Юня внезапно раздался голос Е Фэйфаня.

Линь Юнь бросил на него быстрый взгляд.

Тот сидел прямо, не показывая никаких эмоций на поверхности, опасаясь, что члены клана Фэн обнаружат его тайную передачу голоса.

Линь Юнь задумался. В словах этого человека, возможно, была доля правды.

«Три испытания: Божество, Дракон и Призрак» были известны. Каждое последующее было ужаснее предыдущего. Большинство людей думали примерно так же.

Они предпочитали получить травмы, но не раскрывать свои козыри в первом испытании.

— По завету предков поместья Цзанцзянь, в каждом филиале башни Цзанцзянь есть меч, который служит опорой. Любой герой поднебесной, который пройдет три испытания, может забрать меч!

Фэн Сюаньцзы, сидя на гостевой трибуне, смотрел сверху вниз на всех и низким голосом объявил:

— Первое испытание – Боевой строй Сотни Блуждающих Призраков!

Хух! Хух!

Последовательно раздались звуки пронзающего воздух ветра, наполненные убийственным и унылым настроением. Сто мечников в облегающих черных одеждах и масках злых призраков опустились со всех сторон.

Даже без масок их убийственная аура вызывала озноб, словно это были злые духи, вышедшие из ада.

Линь Юнь прищурил глаза. Он смутно начал понимать, почему Собрание Знаменитых Мечей ограничило культивацию стадией Небесной Души.

Все это было сделано ради «Трех испытаний: Божество, Дракон и Призрак».

Ограничение культивации стадией Небесной Души не позволяло использовать многие приемы, и в Боевом строе Сотни Блуждающих Призраков сила будет сильно ограничена.

Это было не просто «один против ста». Эта сотня людей работала слаженно, убивала без колебаний, и они образовывали боевой строй.

В результате их преимущество возрастало до бесконечности.

Внезапно Линь Юнь почувствовал что-то неладное. Формация под землей изменилась, и это показалось ему очень странным.

Он сам, незаметно для себя, казалось, стал частью этого строя.

Это была незаметная, но чрезвычайно важная деталь.

В чем проблема?

Выражение лица Линь Юня изменилось. Он еще не начал проходить испытание, но его душевное состояние уже пошатнулось.

— Убить!

Фэн Сюаньцзы, глядя сверху вниз, был полон убийственного намерения. Он холодно произнес слово «Убить», что сделало атмосферу на месте событий крайне мрачной.

У-у! У-у! У-у!

Раздались стоны злых духов. Боевой строй Сотни Блуждающих Призраков активировался. Сто мечников в черных одеждах, держась за рукояти мечей, метались в воздухе, окружая Линь Юня и незаметно сужая кольцо.

Невидимое намерение меча атаковало со всех сторон. Пустота, казалось, была сжата, как гора, и покрылась тонкими трещинами.

Великий старейшина клана Фэн пристально смотрел на меч в руке Линь Юня. Если он вытащит меч, он будет мертв.

«Ты еще хочешь забрать меч Ветра и Грома? В этом испытании я сдеру с тебя шкуру!»

Злобно подумал великий старейшина клана Фэн. По сравнению с коварством Фэн Сюаньцзы, этот человек был крайне вспыльчив, и его убийственное намерение было написано на лице.

Взз! Взз!

Меч Погребения Цветов в руке внезапно задрожал. Линь Юнь вздрогнул и резко очнулся.

Ядро формации Боевого строя Сотни Блуждающих Призраков – это меч Погребения Цветов в его руке! Это было слишком невероятно. Линь Юнь покрылся холодным потом.

Цзян!

Но у него не было времени на размышления. Сто мечников в черных одеждах, приближавшихся шаг за шагом, одновременно обнажили мечи. Бесчисленные острые лучи меча пересеклись в пустоте и, подобно молнии, устремились к Линь Юню.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758665