Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1159: «Вечность в каждом миге»

Глава тысяча сто пятьдесят девятая.

Хруст! Хруст! Хруст!

Под воздействием этого невероятного обжигающего пламени из тела Линь Юня доносились тонкие, пронзительные звуки.

Каждый тонкий звук, возможно, означал, что какой-то из его внутренних органов отслаивался, как камень горы Звездного Духа.

Тело Линь Юня было горячим, кожа покраснела, а лицо выражало сильную боль.

Сорок две огненные змеи, которые другие видели, на самом деле не были слишком жестокими для Линь Юня. Его тело было сравнимо со священным артефактом, и он не боялся такого уровня пламени.

Настоящая проблема заключалась в том, что огненные змеи продолжали обвиваться, и сила сжатия причиняла огромную боль внутренним органам.

Хуже того, внутри его тела тоже горел огонь, и это было самым смертоносным.

Линь Юнь продумал всевозможные планы и подготовился к бесчисленным бедствиям. Он был достаточно опытным, но никогда не сталкивался с огненным бедствием, горящим изнутри.

«Так не пойдет. Мои пять внутренних органов и шесть кишок еще не достигли уровня священного артефакта. Если огонь будет продолжать гореть, я рано или поздно стану пустой оболочкой. Снаружи все будет выглядеть нормально, но внутренности сгорят дотла».

Что делать?

Линь Юнь в этот момент действительно запаниковал. Он поднял голову и увидел, что цветки Звездного Демона, покрывающие небо, действительно были похожи на дьяволов.

Ужасающие до удушья, они бесконечно усиливали страх в глубине души.

В одно мгновение в голове промелькнули всевозможные мысли, которые тут же были отвергнуты одна за другой.

Слишком сложно!

Если бы огонь шел снаружи, он мог бы разрубить его Намерением Меча, и даже если бы не смог, то уменьшил бы большую часть его силы.

Но пламя уже горело внутри. Печень, сердце, селезенка, легкие и почки – все, кроме сердца, получили повреждения различной степени тяжести.

Проклятье!

Даже если Линь Юнь был закален в боях, в его сердце невольно появилась брешь, и всевозможные ужасные эмоции продолжали расти, как сорняки.

Особенно мысль о том, что неудача означает смерть, заставила его запаниковать.

«Спокойно, еще не время отчаиваться. Этот огонь – не только мучение, но и возможность. Если я смогу выдержать его».

Тело Святого Лазурного Дракона, безусловно, претерпит внутреннюю и внешнюю метаморфозу, как будто оно прошло закалку божественным пламенем.

Шип! Шип!

Именно в этот момент на поверхности его тела внезапно появились пурпурные водные узоры. Когда пришло ощущение прохлады, боль Линь Юня сразу же уменьшилась более чем наполовину, и из его тела поднялся непрерывный поток холода.

Пурпурный свет воды содержал крайний холод и продолжал циркулировать по его внутренним органам.

Пурпурный свет смутно напоминал пурпурного ледяного феникса, и везде, где он проходил, температура пламени сильно падала.

Особенно пять внутренних органов и шесть кишок стали холодными, как железо, и больше не болели от обжигающего пламени.

— Это…

Линь Юнь слегка приоткрыл рот, на мгновение сбитый с толку.

Внезапно он кое о чем подумал, и в его голове всплыла картина, как он принимал ванну в реке перед горой Звездного Духа.

Маленький Ледяной Феникс был окутан туманом, в котором мерцал холодный свет. Он немного посмеялся над ней. Затем она протянула руку и выплеснула немного воды, которая попала на него.

В то время он не обратил на это внимания, но теперь, если подумать, этот холод внутри его тела нельзя было объяснить ничем, кроме нее.

«Императрица, а ты, оказывается, очень высокомерна».

Она говорила, что это мелочи, и просила его не умирать, но, в конце концов, не смогла не помочь.

Подумав об этом, Линь Юнь улыбнулся, и его сердце полностью успокоилось.

Вдали, на вершине горы, Маленький Ледяной Феникс, увидев это, слегка вздохнула с облегчением.

Это было все, чем она могла помочь. Если бы в сердце Линь Юня зародилось отчаяние, даже наличие святой воды Пурпурного Иволга не спасло бы его.

Во многих случаях физические травмы не страшны, страшно, когда умирает сердце.

Если сердце умерло, человек становится бесполезным.

— Святая вода Пурпурного Иволга?

Глава секты Плывущих Облаков посмотрел на мерцающий пурпурный свет на теле Линь Юня. На его серьезном лице появилась улыбка, и он тихо сказал:

— У этого парня действительно немалая удача. Неудивительно, что он осмелился бросить вызов «Семи Цветкам, Сходящимся в Вершине».

Бум!

Едва его слова прозвучали, как в цветочном море, покрывающем небо, внезапно раздался гром.

Цветочное море в небесах закрутилось, как грозовое облако, и золотые молнии разрывали пустоту, непрерывно обрушиваясь на Линь Юня внизу.

Молнии падали с невероятной скоростью. Почти в мгновение ока сотни лучей молнии обрушились одновременно.

Грохот!

Но Линь Юнь был готов. Пурпурно-золотые драконьи узоры на его теле засияли, и все приближающиеся молнии были поглощены им.

Электрические разряды на его теле трещали и мерцали, ослепляя глаза.

Это бедствие грома, которое было еще более ужасающим, чем огонь, оказалось не таким страшным для Линь Юня. Молния содержала таинственную энергию, и нити жизненной силы вливались в его плоть и кости.

Рев!

Тело Святого Лазурного Дракона, подвергшееся такому удару, расцвело бурной жизненной силой, словно старое дерево, дающее новые побеги.

Гром продолжался долгое время. Каждый электрический разряд мог легко разорвать пустоту, что было невероятно шокирующим для всех присутствующих.

После бедствия грома наступил холодный лед.

Безграничный холод проник повсюду, и в одно мгновение он просочился в тело Линь Юня. Вскоре он превратился в ледяную скульптуру, но холод не собирался отступать.

Огромная гора Звездного Духа на глазах у всех превратилась в ледяную гору.

В воздухе пошел густой снег, который вскоре покрыл высохшее дно озера. Куда ни глянь, мир был белым, и фигуру Линь Юня было совершенно не видно.

— Какой сильный снег…

— Этот снег слишком уж свирепый!

Даже личные ученики звездного лорда чувствовали прилив холода перед лицом такого сильного снегопада.

Все подняли головы. Ледяная гора стояла в центре озера, но где же была тень Линь Юня в этом бескрайнем снегу?

Цзян!

Пока все пребывали в сомнении, в снежной горе раздался крик меча, и Намерение Меча горы Звездного Духа полностью расцвело.

В одно мгновение оно рассекло весь снег в ничто. На вершине горы уже стояла фигура в зеленом одеянии.

— Он жив!

— Линь Юнь жив!

Все тут же закричали от радости, на их лицах появились счастливые улыбки, словно они сами преодолели бедствие.

Вся секта Плывущих Облаков была в восторге. Е Цзылин, которая обычно была холодна, как лед, тоже улыбнулась уголками губ.

Если кто и был недоволен, то, вероятно, Цзян Личэнь. Эта «вонючая рыба и гнилая креветка», по выражению Главы секты Плывущих Облаков, выглядел ужасно, а в глубине души был крайне подавлен.

После снега в воздухе начали падать лепестки.

Лепестки излучали безграничную жизненную силу и вскоре в пустоте выросли в гигантские деревья, поддерживающие небо.

Это выглядело мирно и гармонично, но Линь Юнь был готов к худшему. Хруст! Его кожа внезапно треснула, и из нее выросла маленькая травинка.

Линь Юнь тихо вздохнул. Сила, приносимая жизненной силой, часто была самой важной.

Маленькая проросшая травинка могла расколоть даже гору, и цветки Звездного Демона в его теле, вероятно, содержали бесконечную жизненную силу.

Хруст! Хруст! Хруст! Хруст!

Как и ожидалось, вскоре его тело покрылось странными растениями, цветами, зеленой травой, грибами, водорослями, гиацинтами… а его собственная жизненная сила непрерывно истощалась.

Всевозможные растения безумно росли, используя его тело как питательную среду.

Бах!

В конце концов, из его груди вырвалось дерево, которое взмыло ввысь, достигнув ста чжан в высоту, и пригвоздило его тело к земле.

Линь Юнь сжал кулак, и едва он активировал истинную эссенцию, как из его кулака вырос цветок.

Он растопырил пять пальцев, и истинная эссенция, оставшаяся на кончиках его пальцев, вырвалась, превратившись в грибы.

Уголок рта Линь Юня дернулся. Благодаря опыту второго бедствия огня, он не запаниковал и не впал в отчаяние.

В глубине души он был спокоен. В этом раунде он должен был уничтожить всю жизненную силу и обрести жизнь через смерть.

Он закрыл глаза, собрал все Намерение Меча, и бесчисленное Намерение Меча, подобно приливу, собралось в коконе меча на его лбу.

Спустя долгое время, когда всевозможные растения покрыли тело Линь Юня.

Его глаза резко открылись, и ужасающее Намерение Меча, с острой гранью, способной уничтожить все живое, вырвалось из его лба и прокатилось по его телу.

Бам! Бам! Бам!

Намерение Меча пронеслось, и все цветы и травы разбились вдребезги. Но с каждым разбитым цветком он выплевывал глоток крови. К тому времени, когда он все уничтожил, он почти полностью истек кровью.

Он был истощен, как скелет, и жизненной силы в нем почти не осталось.

Линь Юнь с трудом поднялся, сел, скрестив ноги, и глубоко вздохнул. Цветок Пурпурного Иволга распахнулся. Оставшаяся в воздухе жизненная сила непрерывным водопадом вливалась в его тело, и жизненная сила продолжала расцветать.

Он был поставлен на грань смерти, чтобы обрести жизнь через смерть.

Бесконечная жизненная сила и мощная энергия продолжали циркулировать в теле Линь Юня. Его Тело Святого Лазурного Дракона, пережив эти многочисленные испытания, достигло небывалой высоты.

Шквальный ветер тренировал его сопротивляемость, огонь закалял его внутренние органы, гром даровал ему жизненную силу, лед заставлял его сдерживаться, а последняя бесконечная жизненная сила заставила его полностью преобразиться.

— Последний шаг, — лицо Главы секты Плывущих Облаков было серьезным, и его тело слегка дрожало.

Линь Юнь выдержал все бедствия, и они не только не сломили его, но и принесли ему много пользы.

С древних времен сколько Трансцендентных погибло на этом последнем шаге.

Если он не выдержит, все предыдущие усилия будут напрасны.

Свист!

На глазах у всех цветки Звездного Демона, покрывающие небо, продолжали сгущаться и превратились в огромное семя.

Шух! Шух!

Семя начало гореть, и черные примеси активно очищались. Когда все примеси были очищены.

Семь золотых цветков Звездного Демона появились на глазах у всех. У цветков было семь лепестков. На каждом лепестке были выгравированы древние узоры, и от них исходил высший аромат небес и земли.

Они были невероятно красивы, совершенны и безупречны, и в то же время содержали невообразимое Величие Дракона.

Тук-тук! Тук-тук!

Многие люди были вынуждены пасть на колени под этим давлением, испытывая невыносимую боль.

Свист!

Вспыхнул золотой свет, и семь цветков Звездного Демона, содержащих безграничное давление, одновременно проникли в тело Линь Юня. Волна за волной бушующей энергии поднялась в цихай Линь Юня, и из его пор мгновенно вырвалось золотое сияние.

Многих учеников этот свет ослепил, причиняя невыносимую боль.

— Он, наверное, сейчас взорвется… — тихо сказал про себя Цзян Личэнь, прищурив глаза.

Он имел некоторое представление о том, что последний шаг – это способность тела выдержать энергию после достижения «Семи Цветков, Сходящихся в Вершине».

Если он не выдержит, то умрет, взорвавшись на месте и превратившись в пепел.

В этот момент все нервничали. Даже если свет ослеплял их глаза до крови, они все равно пристально смотрели на Линь Юня на горе Звездного Духа.

Грохот!

Свет становился все ярче и ярче, ослепляя и ошеломляя, а содержащаяся в нем энергия продолжала расти, как вулкан.

Он бешено рос, не в силах остановиться.

Сердца всех сжались: «Кто бы мог это выдержать!»

«Плывущие облака – не моя воля, щелчок пальцев – десять тысяч лет!»

Но как раз в тот момент, когда все подумали, что Линь Юнь вот-вот превратится в пепел, ослепительный свет внезапно исчез. На вершине горы Звездного Духа раздался протяжный голос.

На вершине горы Линь Юнь резко обернулся, глядя на всех, взял цветок и слегка улыбнулся.

Словно: «Мгновение ветра и луны – вечность в каждом миге».

[Две главы уже загружены одновременно. Третью главу смотрите завтра утром. Я сказал, что завтра утром, значит, я точно не успею написать ее до двенадцати. Не говорите, что после двенадцати уже не сегодня. Я тоже могу спать после двенадцати, но я не сплю, не так ли?]()

.。m.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758638