Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1067: «Финальная битва»

Кровавая молния, сотканная из неистового дыхания, сотрясающего Небеса, прорезала пустоту. Звездный небосвод слегка дрогнул, а на поверхности воды в Священном источнике духовного пруда, широком, словно озеро, возникли волны.

Ом! Ом!

Колебания водной глади привлекли внимание бесчисленного множества людей, и все взгляды непроизвольно устремились вперед.

Только тут они с удивлением обнаружили, что это вовсе не молния, а Кровавый Драконий Конь, расправивший драконьи крылья. Его скорость была настолько невероятной, что создавала иллюзию электрического разряда.

Но по-настоящему поразило другое: фигура, спустившаяся в этом ослепительном свете, казалась до боли знакомой.

Одеяние цвета лазури, меч за спиной в ножнах, ясный лик и прекрасная стать. Могучее намерение меча сияло в воздухе, словно небожитель, спустившийся в мир смертных. И только пурпурный отпечаток на лбу, эфирный и демонический, выдавал безграничное высокомерие и нескончаемую остроту, что не покидали его бровей.

— Линь Юнь!

Люди, собравшиеся у Священного источника, вздрогнули от ужаса. Оправившись от шока, они тут же взорвались криками, и восторженные возгласы не смолкали. Даже остальные девять Дитя мира были потрясены до глубины души и невольно уставились в его сторону.

Молодой господин Цзанхуа, Линь Юнь!

Как он мог появиться? Ведь он был заперт в Запретном Мире Лазурного Дракона, а вход туда давно разрушен. Даже старейшины супер-сект, желая спасти его, не смогли бы силой открыть вход в запретную печать. Это было совершенно немыслимо.

Над звездным небом, под Небесным Драгоценным Зеркалом.

Старейшины супер-сект, увидев появление Линь Юня, один за другим просияли от радости и удивления.

— У этого мальчишки, несомненно, великая удача, раз он смог выбраться. Невероятно, просто невероятно!

— То, что он успел вовремя, означает, что финальная битва пройдет без сожалений. Хе-хе, никто не смеет со мной спорить, этот мальчишка нужен моей секте Грома!

— Хм, хотя секта Грома и считается самой сильной в нападении в регионе Древней Пустоши, он ведь практикует меч. Надежнее прийти к нашей вилле Летящего Снега. Если говорить о наследии пути меча, кто осмелится сравниться с виллой Летящего Снега?

— У этого парня неплохое тело, почему бы ему не прийти в мою секту Небесной Сети?

Увидев Линь Юня, группа старейшин супер-сект выглядела крайне возбужденной. Только один человек, старейшина Цзинь Цзюэ из секты Сокровенных Небес, сидел с мрачным лицом и хранил молчание.

— Еще неизвестно, жив он или мертв… — тихо сказал старейшина Цзинь Цзюэ, слегка улыбнувшись. — Если вы будете спорить из-за мертвого человека, то это не имеет никакого смысла.

Остальные старейшины, услышав это, немного опешили, а затем осознали, что старейшина Цзинь Цзюэ имеет тесные связи с кланом Святого из Боевого Мира Шэнью. Вражда Линь Юня с дитя мира Шэнью, естественно, вызывала у Цзинь Цзюэ неприязнь, а возможно, даже и желание убить его.

Теперь секта Сокровенных Небес в регионе Древней Пустоши была, как Солнце в Зените, и считалась настоящим супер-владыкой.

Старейшины других супер-сект лишь улыбнулись, не говоря больше ни слова. Но в глубине души они понимали: секта Сокровенных Небес еще не достигла того уровня, чтобы полностью контролировать регион Древней Пустоши. Если Линь Юнь решит присоединиться к ним, одного старейшины Цзинь Цзюэ будет недостаточно, чтобы его остановить.

Однако на поверхности они не видели необходимости вступать с ним в конфликт.

Бам!

Пока старейшины обсуждали, над Священным источником внезапно взметнулся потрясающий водяной занавес, от которого разошлась мощная волна. Это Линь Юнь спустился с Небес, вонзившись в воду, как ослепительная молния или острый меч. Мгновенно вспыхнула аура остроты.

— Брат Линь!

Цинь Линь и остальные, увидев, как Линь Юнь приземлился, оцепенели на мгновение, а затем радостно закричали. Но тут же, вспомнив кое-что, они изменились в лице и поспешно воскликнули:

— Линь Юнь, осторожнее! Дитя мира Шэнью только что повысился до шестого уровня Небесной Души, и в его море ци посеяно десять цветков Звездного Демона!

Чудесное появление Линь Юня наполнило их радостью, но мысль о нынешней силе дитя мира Шэнью не могла не вызвать беспокойства.

Дитя мира Шэнью, искупавшись в Священном источнике, преобразился, и его сила была несравнима с той, что была в городе Фэнлин. Линь Юнь же был заперт в Запретном Мире Лазурного Дракона и лишился возможности искупаться в Священном источнике. Разрыв между ними, несомненно, стал огромным.

Не говоря уже о дитя мира Шэнью, им, вероятно, будет трудно справиться с любым другим Дитя мира.

Шестой уровень Небесной Души и десять цветков Звездного Демона?

Линь Юнь не изменился в лице, лишь окинул взглядом окружающих. Но когда он увидел следы от пальцев на лице Ло Чэня, его лицо мгновенно исказилось.

Лицо Ло Чэня было неузнаваемо, черты лица изуродованы пощечинами, изо рта, ушей, ноздрей и глазниц – из всех семи отверстий лилась кровь, а большая часть зубов была выбита.

— Кто это сделал?

Линь Юнь шагнул вперед и спросил. Ло Чэнь покачал головой, не говоря ни слова.

— Цинь Линь, говори.

Линь Юнь не стал настаивать, перевел взгляд на Цинь Линя. Ло Чэнь взглядом дал понять, чтобы тот молчал. И хотя сердце Цинь Линя разрывалось от гнева, он не мог открыть рта под этим пристальным взглядом.

Несчастье Ло Чэня было невозможно описать в двух словах. Если бы он рассказал, Линь Юнь неминуемо бы сорвался. Но с нынешней силой дитя мира Шэнью, не говоря уже о дитя мира Сюаньлун и Тяньцянь, даже один он мог подавить Линь Юня.

Как он мог говорить?

Цинь Линь был прямолинеен, но не глуп и понимал намерение Ло Чэня. Тот не хотел, чтобы Линь Юнь, из-за него, потерял самообладание, иначе в финальной битве у него не останется ни единого шанса на спасение.

— Ха-ха-ха, говори! Расскажи ему, как я унижал этого отродья! Как этот отродье падал передо мной на колени, умоляя, чтобы я дал ему пощечину, умоляя, чтобы я отпустил вас, кучку букашек. Скажи ему, как я, одну за другой, прилюдно отвешивал пощечины этому отродью по лицу!

Цинь Линь не говорил, но дитя мира Шэнью разразился громким смехом. Его волосы развевались, а в глазах кипели возбуждение и злоба.

Линь Юнь все-таки пришел.

Как хорошо, что пришел!

Если бы он не пришел, какой смысл был бы в том, чтобы занять первое место в финальной битве? Позор того дня я верну стократно!

Пощечины, нанесенные Ло Чэню, не принесут такого удовольствия, как пощечины, нанесенные Линь Юню. Дитя мира Шэнью безудержно смеялся, его аура дико росла, а острота на бровях была необузданной и наглой. Он продолжил:

— Скажи ему, как вы, все вместе, сдерживались, глядя, как Ло Чэнь падает передо мной на колени, и никто из вас не смел даже пикнуть. Скажи ему, как Ло Чэнь умолял меня дать ему пощечину. Говори же, отродье!

Лицо Цинь Линя стало невероятно мрачным. Слова дитя мира Шэнью были слишком резкими, безжалостно унижая его, и лицо его пылало.

Картины того, что произошло, всплывали одна за другой, и грудь Цинь Линя разрывалась от нескончаемого гнева. Но каждое слово дитя мира Шэнью было правдой. Он действительно был отродьем, который смотрел, как старший брат Ло стоит на коленях, умоляя, чтобы тот дал ему пощечину.

Но даже унизившись до самого дна, они все равно были обмануты дитя мира Шэнью.

С самого начала он просто играл с Ло Чэнем, никогда не собираясь оставлять им путь к спасению, а лишь заставляя их вернуться в Священный источник. Все это было сделано для того, чтобы в финальной битве, используя правило «жизнь или смерть», он мог убить их всех, не оставив ни единого шанса.

Безумный, наглый и высокомерный смех дитя мира Шэнью, и весь Священный источник погрузился в мертвую тишину.

Множество взглядов упало на Линь Юня, мелькнув сочувствием. Что толку, что он вернулся? Он уже стал мифом, разгромив трех Дитя мира в городе Фэнлин. Но теперь мир изменился, и все Дитя мира из Десяти Боевых Миров искупались в Священном источнике.

Накопленные силы вырвались наружу, и они взлетели к Небесам!

Линь Юнь, не искупавшийся в Священном источнике, был обречен на провал в борьбе с преобразившимися Дитя мира. Не говоря уже о том, чтобы вернуть себе лицо. Он сам, вероятно, погибнет здесь. Причина, посеянная им в городе Фэнлин, теперь обернется для него жестоким унижением.

Линь Юнь, конечно, не обращал внимания на то, что думают эти люди. Он знал только, что его настроение было очень плохим, крайне плохим.

Он был прямолинейным человеком и больше всего не выносил, когда его друзья страдали из-за него. У всякой несправедливости есть виновник. Все обиды должны быть направлены на него самого. Но сегодня, в этой финальной битве, Ло Чэнь был так унижен из-за него. Можно было только представить, насколько ужасным был его гнев.

Ищет смерти!

Линь Юнь перевел взгляд прямо на дитя мира Шэнью. Его убийственное намерение потрясло Священный источник.

— Этот парень сошел с ума? Разве он не знает, что дитя мира Шэнью повысился до шестого уровня Небесной Души и посеял десять цветков Звездного Демона… — Люди смотрели на Линь Юня с сомнением. Неужели он все еще хочет возродить миф о городе Фэнлин?

— Отруби себе одну руку, и в финальной битве я дарую тебе быструю смерть! — Холодно и отчеканивая каждое слово, прокричал Линь Юнь.

Сердца присутствующих сжались. Этот Линь Юнь, как всегда, был невыносимо высокомерен.

Он, должно быть, совершенно не понимал, насколько невероятен Священный источник. Преображение после купания в нем превосходило все его представления.

Сейчас эти двое были уже на совершенно разных уровнях.

Бум!

В этот момент внезапно произошло нечто необычное.

Пространство стало тяжелым, и от воды поплыл странный аромат. Люди, вдохнув его, почувствовали прилив бодрости, а кровь в их жилах закипела.

Золотистые капли священной эссенции, словно жемчужины, вылетали из воды и сияли ослепительным светом в воздухе.

Финальная битва официально началась!

Но на бескрайней водной глади царила странная атмосфера. Ни другие Дитя мира, ни гении из Небесного рейтинга не двигались. Они позволяли бесчисленной священной эссенции, похожей на звезды, парить в воздухе, а все взгляды были прикованы к Линь Юню и дитя мира Шэнью.

Эта битва должна была быть предрешена, но по какой-то причине никто не мог оторвать глаз.

— Отрубить себе одну руку?

Слова Линь Юня ошеломили дитя мира Шэнью. Затем он рассмеялся, словно услышал самую смешную шутку в мире:

— Ха-ха-ха-ха, Линь Юнь, ты, отродье из низшего мира, неужели ты всерьез думаешь, что можешь повторить то, что было в городе Фэнлин? Говорю тебе прямо, моя нынешняя сила сильнее, чем ты можешь себе представить. Если бы ты не пришел, ладно. Но раз уж ты явился сегодня, я заставлю тебя пожалеть, что ты родился на этом свете!

Он был невероятно нагл, его аура достигла предела высокомерия, а в глазах мелькнуло презрение.

Линь Юнь вытянул три пальца и равнодушно произнес:

— Три хода. Если за три хода я не одолею тебя, то пусть меня разрубят на тысячи кусков!

Лицо дитя мира Шэнью мгновенно потемнело. У него был шестой уровень Небесной Души, и он посеял десять цветков Звездного Демона. Он должен был быть настолько силен, что на него невозможно было смотреть, но это отродье все еще был безгранично высокомерен, как и в городе Фэнлин, когда он одним ударом отправил его в полет.

Заноза в его сердце снова заныла, и его лицо стало настолько мрачным, что от него веяло холодом.

— Ты ищешь смерти!

Дитя мира Шэнью пришел в ярость, и его сила шестого уровня Небесной Души мгновенно вырвалась наружу. Расстояние между ним и Линь Юнем сразу же сократилось.

Он двигался почти мгновенно, так быстро, что человеческий глаз не мог его уловить, и даже вытянутые пальцы еще не успели вернуться.

Слишком медленно!

На губах дитя мира Шэнью появилась злобная усмешка. Он вытянул руку, готовясь обрушить на голову Линь Юня удар молниеносной силы, чтобы подавить его, как он поступил с Ло Чэнем, и заставить противника упасть на колени и сдаться при первой же встрече.

Позор того дня должен быть возвращен стократно!

— Отродье из низшего мира, пади на колени!

Дитя мира Шэнью внезапно закричал, его голос, как гром, сотряс барабанные перепонки. Его фигура внезапно появилась перед всеми, вызвав всеобщее изумление. Он был слишком быстр, никто даже не успел понять, что произошло, как он оказался перед Линь Юнем и обрушил ладонь, подобную горе, вниз.

Но в этот момент Линь Юнь поднял голову. Его взгляд, преобразившийся после поглощения божественного света меча, внезапно вырвался наружу. В его глазах сиял острый блеск, содержащий в себе такую пронзительную силу, которая превосходила все, что было раньше, словно один взгляд мог пронзить всю пустоту.

Этот взгляд был совершенно невообразим для человека на уровне Небесной Души.

Дитя мира Шэнью почувствовал, как у него мурашки побежали по коже. Его зрение, казалось, было заполнено вспышкой света меча, который был настолько мощным, что мог открыть Небеса и сжать вечность в одно мгновение.

Нехорошо!

Всего лишь мгновение, и дитя мира Шэнью пришел в себя, в его глазах появился ужас. Но одного мгновения было достаточно, чтобы произошло многое.

— Хлоп!!

Невероятно громкая пощечина разнеслась по всему Священному источнику. Каждый слышал ее отчетливо, словно удар пришелся по его собственному лицу. Дитя мира Шэнью отбросило в воздух, и он, как волчок, завертелся, пролетев сотни кругов.

Линь Юнь не сдержался ни на йоту, нанося эту пощечину. Он достал носовой платок, вытер ладонь и равнодушно произнес:

— Первый ход!

Гений за секунду запоминает адрес этого сайта:. Версия для мобильного телефона: m.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758540