Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава Восемьсот Семнадцатая: «Меч Грозного Лазурного Дракона»

— Младший брат, три приема прошли!

Холодная жажда убийства в глазах Чжао Уцзи, сопровождаемая леденящим холодом, заставила всех почувствовать ужасающее давление.

Три меча!

Три меча, которые нанес Бай Лисюань, были, можно сказать, один яростнее другого. Они были настолько мощными, что вызвали восхищение. Даже несмотря на то, что его «воля Грома» была подавлена, благодаря «Искусству Меча Лазурного Дракона» и глубокому мастерству Дао Меча, он всё же ранил противника вторым мечом.

Если бы он не ошибся, не учтя, что противник также владеет «Волей Облаков», третий меч вполне мог бы нанести Чжао Уцзи серьезную травму.

Линь Юнь и другие могли видеть, что Чжао Уцзи дошел до предела на втором приеме, а на третий уже не стал принимать удар напрямую.

Теперь, когда слова Чжао Уцзи прозвучали, все почувствовали, что он собирается показать свою истинную силу.

Три приема прошли…

В глазах Бай Лисюаня промелькнуло изумление, а затем лицо его стало довольно мрачным. Этот парень всё-таки дал мне три приема.

Любой, кто обладает хоть какой-то гордостью, с трудом примет тот факт, что в честном поединке противник дал ему фору. Это было и провокацией, и унижением.

Быть вынужденным принять три приема – это равносильно пощечине.

Плохо!

Линь Юнь подумал про себя. Бай Лисюань всё же попался в ловушку. Слова, которые Чжао Уцзи оставил в его сердце перед началом боя, стали семенем, и теперь настал момент, когда его разум пошатнулся.

Его боевой дух и без того был слабее, а при таком ментальном расстройстве он, вероятно, понесет тяжелые потери.

— Единство Грома и Облаков! — В тот момент, когда мысли Линь Юня неслись, Чжао Уцзи на Помосте Возносящегося Дракона внезапно громко крикнул.

Бум!

Почти пиковые «воля Грома» и «Воля Облаков» мгновенно слились в небе. В мгновение ока появился могучий вихрь черных облаков. В этом вихре «воля Грома» слилась с облаками, подобно лаве.

Грохот!

Вращаясь, этот ужасающий грозовой вихрь излучал невероятное давление, намного превосходящее «Намерение Громового Меча» Бай Лисюаня.

Произошло нечто ещё более ужасающее. Бай Лисюань в некотором ужасе обнаружил, что его феномен, сформированный «волей Грома», был почти полностью поглощен грозовым вихрем противника в считанные мгновения.

В результате этого взаимного ослабления и усиления «Намерение Громового Меча» Бай Лисюаня постепенно разрушалось. Его отдельная мощь меча оказалась совершенно неспособной противостоять противнику.

— Нет… — Бай Лисюань побледнел от ужаса. Его истинная эссенция забурлила, и он попытался вновь собрать «Намерение Громового Меча».

— Конец, — Чжао Уцзи щелкнул пальцами. Идеально слившаяся «воля Грома и Облаков», поглотив «волю Грома» противника, внезапно взорвалась.

Ужасающий грозовой вихрь, подобно черной дыре, взорвался в небе. Бескрайние грозовые облака мгновенно распространились на десятки тысяч метров.

Пфф!

Бай Лисюань выплюнул кровь и был отброшен назад, но никто не ожидал, что в такой ситуации. В тот момент, когда его отбросило, меч в его руке, усиленный чистым Намерением Меча, превратился в полосу света и устремился вперед.

Свет, исходящий от «Тела Святого», в этот последний момент полностью влился в тело меча.

Чжао Уцзи немного не ожидал этого. Он слегка наклонил голову, и меч отрезал прядь его волос на лбу, оставив легкий кровавый след на щеке.

Можно представить, насколько быстрой была скорость этого меча. Однако скорость Чжао Уцзи в следующий момент оказалась ещё выше. Он молниеносно атаковал, схватил свет меча, который собирался улететь, как полоса света, и с ещё большей скоростью выбросил его обратно.

Дзинь!

Раздался звук, похожий на разбивающийся металл. Этот меч приземлился одновременно с Бай Лисюанем и вошел в землю всего в дюйме от его щеки.

Ом!

Меч непрерывно гудел у уха Бай Лисюаня. Всего один дюйм – и он был бы мертв.

Бай Лисюань побледнел. Он знал, что противник пощадил его, иначе он был бы уже мертв.

— Чжао Уцзи побеждает, — не дав Бай Лисюаню времени на размышления, несколько судей обменялись взглядами и безжалостно объявили результат.

Победитель был определен. Чжао Уцзи поглотил энергию Вселенской Тьмы Бай Лисюаня, и его драконья тень также покрылась золотым светом и обзавелась четырьмя когтями.

— Как захватывающе! «Три Младших Короля» есть «Три Младших Короля». Сила Чжао Уцзи действительно поразительна.

— Я чувствую, что его «воля Грома» и «Воля Облаков» почти достигли пика Врожденной стадии. Ещё один шаг – и он достигнет Духовного Просветления.

— Духовное Просветление? До этого далеко. Другие боевые воли, хотя и не так сложны для прорыва до Духовного Просветления, как Намерение Меча, но до стадии Небесной Души это всё равно невероятно трудно. Иначе Чжао Уцзи не стал бы отвлекаться на постижение «Воли Облаков». Даже если остался всего один шаг, это всё равно невероятно трудно.

— Чжао Уцзи действительно силен, но и Бай Лисюань не слаб. Я даже на мгновение подумал, что он победил третьим мечом.

— Бай Лисюань действительно не слаб, особенно второй меч, которым он ранил Чжао Уцзи, был просто великолепен. Жаль, что он всё равно проиграл.

— Положение «Трех Младших Королей», похоже, никто не сможет пошатнуть.

После того как оба покинули арену, на трибунах воцарилась тишина, а затем раздались оглушительные крики. Битва была слишком опасной, и зрители смотрели её, затаив дыхание.

В этом столкновении старого и нового Бай Лисюань всё же проиграл. Даже самый сдержанный из «Трех Младших Королей», Чжао Уцзи, казался непобедимым.

Разрыв в основе между новичками и «Тремя Младшими Королями» был слишком очевиден. Некоторые думали, что только Цзян Цзые, будучи таким же старым мастером, имеет право бросить вызов «Трем Младшим Королям».

Когда шум немного утих, снова раздался голос судьи.

— Следующая битва: Линь Юнь против У Сяотяня!

Только что затихшая арена вновь взорвалась аплодисментами, потому что на сцену вышел «молодой господин Цзанхуа» Линь Юнь.

У Сяотянь потерял часть своей популярности после поражения от Фан Ханьло, но никто не считал его слабым, ведь он продержался против Фан Ханьло десять приемов.

Любой, кто не смог бы победить Фан Ханьло за десять приемов, оказался бы в подвешенном состоянии.

Кроме того, его убийственный прием, «Девять Драконов, Сражающих Небеса», также оставил глубокое впечатление. По своей мощи он был не слабее «Гнева Лазурного Дракона» Бай Лисюаня, а по зрелищности, возможно, даже превосходил его.

Цзян Цзые насильно разбила девять кровавых питонов «Перстом Небесной Пустоши, Пронзающим Облака». Фан Ханьло нашел брешь и разбил «Девять Драконов, Сражающих Небеса», которые уже приобретали форму цзяо-лунов.

Многим было любопытно, как Линь Юнь встретит этот ужасающий убийственный прием.

Кроме того, «Кровавая аура» У Сяотяня была чрезвычайно коварной. Он едва не переломил ход битвы против Фан Ханьло с её помощью.

У Сяотянь, глядя на вышедшего на помост Линь Юня, не мог сдержать эмоций и самокритично заметил:

— Несколько месяцев назад, во время нашествия зверей, я был уверен, что если ты будешь так упорствовать, то далеко не пройдешь на «Пире Множества Драконов». Реальность, однако, дала мне пощечину. Тем не менее, хотя я проиграл в прошлой битве, Фан Ханьло помог мне найти брешь в «Кулаке Кровавого Демонического Дракона». Тебе будет нелегко меня победить!

У Сяотянь знал, что шансы на победу в этом бою невелики, но сдаться было не в его характере.

К тому же, противнику будет нелегко его победить, и, возможно, у него всё же есть хоть какой-то шанс.

— Это будет несложно, — честно ответил Линь Юнь.

Независимо от того, насколько улучшился «Кулак Кровавого Демонического Дракона» противника, он вряд ли сможет создать для него угрозу. Победить его будет легко.

Улыбка У Сяотяня застыла, ему стало немного неловко, но затем в его глазах вспыхнул холодный блеск, и он злобно усмехнулся:

— В бою между мастерами самое главное – не быть небрежным. Если ты будешь так говорить, то дашь мне шанс.

«Ты… слишком много думаешь», – сказал Линь Юнь про себя, но не стал говорить вслух, а лишь произнес:

— Нападай.

— Кровавое Уничтожение Неба и Земли!

Кровавый свет вырвался из тела У Сяотяня, и в мгновение ока он превратился в цзяо-луна, сгущенного из «Кровавой ауры». Было очевидно, что он стал намного сильнее, чем первоначальный образ цзяо-луна.

Его фигура вспыхнула, и свет кулака, сгущенный между пятью пальцами, испустил ослепительный кровавый свет. Этот кровавый свет был почти таким же ярким, как палящее солнце, и он хлынул на Линь Юня под воздействием кулака.

В то же время цзяо-лун «Кровавой ауры», окружавший его тело, проплыл вокруг, и призрачная голова дракона слилась с лицом У Сяотяня, делая его изначально довольно красивое лицо очень свирепым.

Но как только У Сяотянь сделал шаг, могучий свет меча обрушился вниз. Линь Юнь не вытащил меч. Он просто вытянул правую руку вперед.

Когда свет меча опустился, в глазах У Сяотяня промелькнуло крайнее изумление. Обрушившийся свет меча отразился в его зрачках, словно «Коготь Дракона».

«Коготь Дракона» был окутан поразительной силой Ветра и Грома, но если присмотреться, он снова превращался в свет меча.

Бах!

У Сяотянь, который не успел сделать и шага, был отброшен назад, и его «Кровавая аура» слегка рассеялась.

В глазах Линь Юня промелькнуло удивление. Похоже, «Меч Грозного Лазурного Дракона» был сильнее, чем он ожидал, и уже с первого удара показал себя неординарно.

— Что происходит? — У Сяотянь прищурился, немного поколебался, стиснул зубы и снова бросился вперед.

Бах! Бах! Бах!

На Помосте Возносящегося Дракона они сражались в ближнем бою. В мгновение ока они обменялись более чем десятью приемами. Линь Юнь не вытащил меч, но ужасающая мощь меча была повсюду, куда бы он ни ступал. Каждый его удар вызывал ощущение, будто чрезвычайно властный и острый коготь разорвал пустоту.

После ещё десяти приемов вокруг тела Линь Юня вспыхнули электрические разряды. Он сложил пальцы, словно меч, и смутно раздался Драконий клич.

Бум!

В оглушительном грохоте У Сяотянь выплюнул кровь и был отброшен назад.

Увидев это, все ахнули. Он смог заставить У Сяотяня выглядеть таким жалким, даже не вытащив меч. Что же произошло с Линь Юнем за эти несколько дней? Его сила явно стала намного выше, чем в битве против Наньгун Ваньюя.

— Девять Драконов, Сражающих Небеса!

Приземлившись, У Сяотянь не нашел другого выхода, как ударить ладонью по земле. В тот момент, когда его тело подпрыгнуло, он снова использовал убийственный прием «Кулака Демонического Дракона».

Рев!

Зрители снова увидели этот довольно величественный и ужасающий феномен. Девять кровавых цзяо-лунов, длиной почти в десять чжанов, были насильно захвачены У Сяотянем в свете кулака. Тела цзяо-лунов «Кровавой ауры» изо всех сил извивались, словно девять толстых, ярких лент, неистово танцующих в воздухе.

Эта волна окутала весь боевой помост безграничным кровавым светом, и мир померк, а ветер и облака изменились.

Линь Юнь не сделал ни шагу, но когда противник приблизился к нему на сто метров, он слегка приподнял бровь, и в его глазах вспыхнул яркий свет.

Грохот!

Ветер ревел, гром гремел. Сила Ветра и Грома древнего Лазурного Дракона наполнила каждый уголок пустоты. В ужасающем порыве Ветра и Грома бескрайнее Намерение Меча за спиной Линь Юня превратилось в сто-чжанового Лазурного Дракона, который присел, величественный, как гора. Пара его драконьих глаз излучала яркий свет меча.

У Сяотянь удивленно открыл рот. Его разум был пуст, он застыл в изумлении, продолжая атаковать.

По сравнению с этим могучим Лазурным Драконом, цзяо-лун «Кровавой ауры», которого он сформировал, был просто как земляной червяк.

Треск! Треск! Треск! Треск!

Лишь одного взгляда Линь Юня хватило, чтобы девять цзяо-лунов «Кровавой ауры», которых он держал в свете кулака, жалобно закричали, мгновенно разрушились и распались.

— Пфф! — Линь Юнь явно не двигался, но У Сяотянь, находившийся в ста метрах от него, почувствовал сильный удар в грудь. Его лицо мгновенно побледнело. Он выплюнул полный рот крови, его тело согнулось дугой, и он непрерывно отлетал назад.

Плюх!

Когда он уже собирался вылететь за пределы арены, У Сяотянь опустился на одно колено, сильно кашляя. Он нехотя поднял голову. Под Лазурным Драконом стоял Линь Юнь в зеленом одеянии, с мечом за спиной, прямой, как меч.

Он позволял сильному ветру бить ему в лицо, развевая его длинные волосы, открывая его холодное, надменное и красивое лицо.

Он стоял в самом центре Помоста Возносящегося Дракона, как бог, словно не двигался с самого начала.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758280