Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава Восемьсот Восьмая: «Кто слышал? Скажите громко!»

Легкий ветерок пронесся над Озером Девяти Драконов. Ужасающие аномалии и бушующая энергия меча постепенно стихли вместе со словами судьи.

Но когда взгляды людей упали на Наньгун Ваньюя, который изо всех сил пытался встать, их лица невольно изменились.

На разрушенном Помосте Возносящегося Дракона из Наньгун Ваньюя вытекало большое количество энергии Вселенской Тьмы. Он кашлял, непрерывно сплевывая кровь.

Исход был решен!

Бесчисленные взгляды были прикованы к Наньгун Ваньюю. Его красивое лицо теперь было чрезвычайно бледным. Все втайне вздыхали. Они стали свидетелями части истории Древних Южных Земель. С этого момента титул самого сильного мечника молодого поколения Древних Южных Земель перейдет к Линь Юню.

Чтобы забрать это звание, этот титул, к которому стремились бесчисленные мечники Южных Земель, теперь нужно было победить Линь Юня.

Исход этого боя был не просто сменой самого сильного мечника. Линь Юнь также получил чрезвычайно ценный статус семени.

Из новичка, темной лошадки, он, наконец, превратился в беспрецедентную темную лошадку на этом Пиру Множества Драконов. Теперь он стоял наравне с Тремя Младшими Королями, являясь одним из семенных игроков, и продолжал свою легенду о непобедимости.

В этот момент Линь Юнь был в центре всеобщего внимания. Бесчисленные взгляды, обращенные на него, были полны сложных эмоций.

Поражение Наньгун Ваньюя было поистине шокирующим. До сих пор многие не могли прийти в себя. Даже после того, как Линь Юнь одним ударом победил Ли Мубая, немногие верили, что он действительно победит Наньгун Ваньюя.

Особенно после начала боя, когда Наньгун Ваньюй постоянно доминировал, многие переживали за Линь Юня.

Но окончательный результат опроверг всех.

Бум!

Поглотив утекающую энергию Вселенской Тьмы Наньгун Ваньюя, драконья тень на теле Линь Юня снова сгустилась, но ее длина осталась прежней – девять чжанов.

В тот момент, когда драконья тень вошла в его тело, по Линь Юню прокатилась теплая волна, и его раны зажили со скоростью, видимой невооруженным глазом.

Что касается истинной эссенции, потерянной в бою, то она мгновенно восстановилась более чем наполовину. Чудесное действие драконьей тени казалось невероятным. Точнее говоря, именно глоток Ци Лазурного Дракона с Древнего Звездного Пути создал все эти преимущества драконьей тени.

— Ты преподал мне урок.

Наньгун Ваньюй выглядел несколько потерянным, но из вежливости, забрав Летящий Снег, он все же поклонился Линь Юню.

— Спасибо за снисхождение.

Линь Юнь относился к этому человеку с большим уважением и поклонился в ответ.

— Стойкость брата Линя действительно вызывает восхищение.

Наньгун Ваньюй сказал со скрытым смыслом. Другие видели только его огромное преимущество в ситуации, но не видели его страданий, потому что он не мог по-настоящему убить своего противника.

Это было чрезвычайно неприятное чувство. Он явно доминировал, но противник, полагаясь на «Властный Меч», достигший стадии Божественного Преображения, отчаянно держался и не проигрывал.

— Я просто немного превосхожу в физической силе.

Линь Юнь спокойно улыбнулся.

— К чему скромность? Если бы преимущество было только в физической силе, любой другой на твоем месте был бы уже изрешечен мной. Мы оба знаем, что твое мастерство в Пути меча намного выше моего.

Наньгун Ваньюй многозначительно взглянул на Линь Юня, затем махнул рукой и ушел.

Линь Юнь посмотрел вслед уходящему противнику и немного расслабился. Наконец-то он выиграл этот бой.

— Победа!

— Он слишком силен! Он действительно победил Наньгун Ваньюя.

— Ха-ха-ха, наш предок Павильона Меча когда-то господствовал в Южных Землях. Если бы он знал, что в нашем павильоне Меча Небесного Предела появился еще один самый сильный мечник молодого поколения Древних Южных Земель, он был бы очень счастлив.

— Линь Юнь действительно обладает манерой поведения основателя секты Цзянь Умина.

С уходом Наньгун Ваньюя этот бой окончательно завершился. Старейшины Павильона Меча империи Великая Цинь были чрезвычайно взволнованы, их глаза сияли от возбуждения.

Защитник закона Мэй гладил свою бороду, глядя на фигуру Линь Юня, и едва сдерживал слезы.

«Старый глава павильона и дедушка Тринадцатый, если бы они были здесь, тоже были бы счастливы. Жаль, что они не могут видеть эту сцену».

— С этого дня имя Линь Юня, несомненно, прогремит по всем Древним Южным Землям!

Фэн Е сжал кулаки и взволнованно сказал.

Где радость, там и печаль. По сравнению с восторгом людей из империи Великая Цинь, лица людей из Горной Обители Северных Снегов были, естественно, чрезвычайно уродливы.

Но всегда находился кто-то, чье лицо было еще уродливее, чем у старейшин Горной Обители Северных Снегов. Как и в случае, когда Линь Тао был убит, самые уродливые лица были не у людей из Храма Истинного Солнца.

Среди миллионов людей после поражения Наньгун Ваньюя лицо Сына Пламенного Дракона было, несомненно, самым уродливым. Слово «смущение» даже не могло описать его.

Ученики Павильона Небесных Демонов время от времени тайно бросали на него взгляды. Даже люди из других сект поблизости смотрели на него.

Но когда Сын Пламенного Дракона сердито оглядывался, эти люди немедленно отводили взгляды, сохраняя невозмутимый вид.

Такое поведение заставляло Сына Пламенного Дракона чувствовать себя крайне неловко. На его лице мелькнуло свирепое выражение, и он сердито сказал:

— Чего уставились? Какое мне дело до того, что этот парень победил?

Очевидно, он намеревался притвориться дурачком и забыть о своих словах.

Опасаясь его славы как одного из Трёх Младших Королей и репутации Павильона Небесных Демонов, никто не осмелился бы публично его разоблачить. Когда Сын Пламенного Дракона втайне вздохнул с облегчением, раздался мелодичный голос.

— Хи-хи, брат, почему все на тебя смотрят? Разве ты сам не знаешь?

Юэ Вэйвэй прищурилась и сказала с улыбкой.

«Дрянь!»

Сын Пламенного Дракона яростно выругался про себя и с мрачным лицом сказал:

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Хе-хе, у тебя плохая память, брат, но я помню. Ты сказал, что если Линь Юнь победит Наньгун Ваньюя, ты сам себе врежешь десять раз, чтобы отпраздновать. Мужчина сказал – мужчина сделал, даже четыре лошади не догонят. Брат, ты не собираешься нарушить свое обещание?

Другие его боялись, но Юэ Вэйвэй ничуть не испугалась.

— Я, Сын Пламенного Дракона, всегда держу свое слово. Я, конечно, сделаю то, что сказал. Но я хочу знать, кто, кроме тебя, слышал об этом. Кто слышал, скажите громко. Я, Сын Пламенного Дракона, щедро награжу!

Сын Пламенного Дракона холодно усмехнулся. Раз уж он решил быть бесстыдным, он не собирался действительно бить себя по лицу.

Это же будет величайшим посмешищем!

«Эта девчонка слишком наивна, чтобы со мной тягаться», – подумал он. Он действительно не верил, что кто-то осмелится публично дать ему пощечину.

— Я слышал.

Однако, как только он закончил говорить, издалека донесся довольно четкий и неторопливый голос.

В глазах Сына Пламенного Дракона мгновенно вспыхнуло убийственное намерение. И не только он, но и все остальные были шокированы. Кто это… кто посмел создать проблемы Сыну Пламенного Дракона? Он что, не боится смерти?

— Чжао Уцзи!

Но когда Сын Пламенного Дракона увидел этого человека, его лицо резко изменилось.

Чжао Уцзи из секты Пурпурного Грома. Секта Пурпурного Грома и Павильон Небесных Демонов находились далеко друг от друга, но это расстояние ничего не значило для Трёх Младших Королей. Они могли слышать малейшее движение, не говоря уже о довольно резких словах Сына Пламенного Дракона.

— Награда не нужна. Ты действительно это сказал, — Чжао Уцзи равнодушно взглянул на него, затем отвел взгляд и больше не обращал на него внимания.

— Ты!

Сын Пламенного Дракона был так зол, что чуть не сплюнул кровью, и не мог не взорваться на месте.

— Довольно, — но тут раздался холодный фырканье. Глава Павильона Небесных Демонов заговорил.

Сын Пламенного Дракона поспешно убрал свою свирепую ауру и ответил:

— Учитель…

— Стыд, за которым следует мужество, не обязательно плох. Сам решай, — Глава Павильона Небесных Демонов был невозмутим и снова закрыл глаза.

Лицо Сына Пламенного Дракона мгновенно стало пепельно-серым и чрезвычайно уродливым. Теперь он не мог не дать себе пощечину…

— Юэ Вэйвэй, ты безжалостна!

Сын Пламенного Дракона стиснул зубы и сказал.

— Я не безжалостна, брат, ты безжалостен. По крайней мере, я не буду бить себя по лицу, — Юэ Вэйвэй моргнула, сопровождаемая звонким смехом.

Хлоп! Хлоп! Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Сын Пламенного Дракона с невозмутимым лицом начал хлопать себя по щекам на глазах у всех.

Он делал это быстро, и люди не могли ясно видеть удары. Но его тело было слишком сильным, и он сдерживал выражение лица. Звук пощечин был резким и разносился далеко. Многие люди удивленно посмотрели в его сторону.

— Как жалко…

Такая жалкая сцена вызвала у людей сочувствие.

С начала Пира Множества Драконов Сыну Пламенного Дракона не только постоянно давал пощечины Линь Юнь, но теперь он еще и бил себя по лицу.

Надо сказать, это было… забавно. Многие не могли не рассмеяться.

Пощечины быстро закончились. Эта фарсовая сцена подошла к концу. Гнев в сердце Сына Пламенного Дракона горел. Он посмотрел на Юэ Вэйвэй и сказал:

— Эти десять пощечин я рано или поздно верну Линь Юню. Посмотрим!

Юэ Вэйвэй на мгновение опешила, но затем в ее глазах мелькнул холод, и она улыбнулась:

— Тогда посмотрим.

Слухи о том, как Сын Пламенного Дракона ударил себя по лицу, быстро распространились.

В конце концов, каждое движение Трёх Младших Королей привлекало внимание, не говоря уже о таком странном инциденте. Это вызвало много обсуждений.

Однако это не оказало никакого влияния на людей из Священного Союза.

После того, как Линь Юнь отдохнул, главный судья Священного Союза появился и, оглядевшись, задумчиво сказал:

— Четыре семенных игрока из четырех групп определены. Если кто-то не согласен, он может бросить вызов сейчас. Однако, если вы проиграете, вы потеряете право на продвижение. Хорошо подумайте.

Как только он закончил говорить, на зрительских местах тут же началось перешептывание.

Глаза многих игроков из четырех групп мерцали, и у них были свои мысли, особенно у Ли Мубая, которого Линь Юнь ранее подвесил на статуе дракона одним ударом.

В конце концов, Линь Юнь не был таким верховным экспертом, как Три Младших Короля. Они были чрезвычайно сильны в своих группах и получили статус семенных игроков, не демонстрируя своих способностей.

Напротив, Линь Юнь раскрыл немало своих козырей и получил некоторые ранения. Если уж на то пошло, у них все еще был небольшой шанс.

Если кто-то возьмет на себя инициативу…

Взгляды многих людей из четырех групп невольно обратились к Ли Мубаю из секты Небесного Меча.

Его раны были не очень серьезными. В конце концов, он получил только один удар, и не в жизненно важный орган. Его раны еще не полностью зажили, но его истинная эссенция и дух восстановились до Пика Совершенства. Если бы он был готов сражаться, эти небольшие раны не имели бы значения.

Лицо Ли Мубая менялось. Очевидно, он боролся внутри.

Он, конечно, не мог победить Линь Юня в одиночку, но если бы он объединился с другими, у него, возможно, был бы шанс.

Но, к сожалению, когда он посмотрел на Наньгун Ваньюя, тот закрыл глаза и, казалось, не собирался действовать. Когда он посмотрел в сторону Храма Истинного Солнца, он вспомнил, что Линь Тао был убит Линь Юнем, и его взгляд потускнел.

Нет шансов…

— Не думай об этом. Хорошо восстанавливайся, — Глава секты Небесного Меча взглянул на него и полностью отбросил мысли Ли Мубая.

Спустя долгое время никто не ответил.

Главный судья Священного Союза задумчиво сказал:

— Поскольку никто не возражает, четыре семенных игрока официально определены: Юй Хаотянь из Обители Пурпурной Луны, Чжао Уцзи из секты Пурпурного Грома, Сын Пламенного Дракона из Павильона Небесных Демонов и Линь Юнь из павильона Меча Небесного Предела. Поздравляю всех четверых с прямым выходом в десятку лучших. Осталось шесть мест в десятке лучших. Сражения возобновятся через три дня!

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758271