Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава Семисот Двадцать Первая: «Сначала прорваться в Инь-Ян!»

Глава Семьсот Двадцать Вторая.

Линь Юнь мертв!

Когда эта новость достигла Тяньлина, это было сродни падению метеора с Девяти Небес в тихое озеро, вызвавшему огромную волну, которая долго не могла успокоиться.

Имя молодого господина Цзанхуа, Линь Юня, уже было известно каждому в Тяньлине, его слава догоняла, а то и превосходила славу Семи Новичков Тяньлина.

С того момента, как он появился, он стал кошмаром для местных талантов Тяньлина, подавляя всех.

На Смертельном Аукционе, когда он впервые показал свою остроту, он осмелился соперничать с Цин Жоюэ и своим мечом победил выдающиеся таланты святых кланов Тяньлина.

Все думали, что он, осознав, какую беду натворил, испугается и не посмеет показаться, но вскоре пришла новость, что он убил мастера на стадии Инь-Ян (Пик). Это мгновенно дало пощечину талантам Тяньлина, заставив их чуть ли не истекать кровью от злости.

Но это было еще не все. В Тайном Царстве Секты Меча он снова появился, один человек, один меч.

На глазах у всех он сначала убил гения Внутреннего списка Сян Тяньхэ, а затем расправился с Лу Туном из секты Сяоюнь. Его острота была настолько ослепительной, что на нее было страшно смотреть.

Но его подвиги были далеки от завершения. В Тайном Царстве Секты Меча он нанес поражение Оуян Хао, заставив того бежать, как собаку. В борьбе за плод Демонического Превращения с Древом Очищения Демонов он соперничал с многочисленными героями, и его великолепие было безгранично. Его фраза: «Сразись со мной на вершине облаков!» – заставила кровь вскипеть.

Самое главное, что он добился своего, силой забрав самый драгоценный плод Демонического Превращения.

Такой гений, чье сияние было столь ослепительным, в конце концов пал…

Святые кланы пустили слух, что он проиграл Чэнь Цзыюю, и всего за три удара Чэнь Цзыюй продемонстрировал невероятную силу, сокрушив его.

Единственным, что огорчало, было то, что Линь Юнь был слишком упрям и предпочел самоуничтожиться, лишь бы не просить пощады. Из-за этого не удалось вывесить его труп на городской стене, чтобы утолить ненависть местных талантов Тяньлина.

Под влиянием многочисленных учеников святых кланов и секты Сяоюнь, великолепие Чэнь Цзыюя было превознесено до небес.

Они в один голос говорили, что Линь Юнь был невероятно высокомерен и не смотрел ни на кого. Он думал, что, отбив толпу на Древе Очищения Демонов благодаря преимуществу местности, он сможет сокрушить таланты Тяньлина, совершенно не обращая на них внимания.

Но кто мог подумать, что, как только Чэнь Цзыюй нанес удар, он продемонстрировал непобедимое величие. Его ужасающая культивация стадии Инь-Ян (Пик), в сочетании с боевой волей льда, заставила меченосца встать на колени, как собака, и не смочь подняться после трех ударов.

Он просто напрашивался на унижение…

Услышав такие слухи, многие местные таланты Тяньлина громко кричали от радости и не переставали насмехаться над Линь Юнем.

В ту же ночь кто-то видел, как Цин Жоюэ и основные ученики Обители Пурпурной Луны на горе Лошуй встретились с Чэнь Цзыюем и Чу Муянем.

По сравнению с их отношением в прошлый раз, многие на мгновение поверили слухам о том, что Чэнь Цзыюй убил Линь Юня тремя ударами.

Но в то же время по Тяньлину распространились и другие, менее заметные новости.

Кто-то говорил, что Линь Юнь действительно мертв.

Но он умер не от руки Чэнь Цзыюя, и не было никакого поражения за три удара.

Клан Чэнь из Тяньлина пригласил тайное сокровище своего клана – колокол Сокровенного Звука, и позволил старейшине, достигшему полушага к Небесной Душе, лично вмешаться, чтобы буквально выплавить Линь Юня этим колоколом.

В конце концов, даже это высшее сокровище, колокол Сокровенного Звука, взорвалось, вызвав ужасающие разрушения. Линь Юнь, находившийся в самом центре, был взорван в пепел на месте.

В конце концов, в тот день в Тайное Царство Секты Меча вошло довольно много воинов, и многие из них тайно видели правду.

Но как только эта новость появилась, старейшины клана Чэнь решительно опровергли ее, заявив, что сцена взрыва была вызвана самоуничтожением Линь Юня. Они даже продемонстрировали колокол Сокровенного Звука, сказав, что он не был уничтожен, и что все это – чистая ложь.

Линь Юнь мертв, и он умер от руки Чэнь Цзыюя, который использовал всего три удара.

Тот, кто осмелится распространять слухи, станет врагом клана Чэнь, и будет убит без пощады. Большинство местных талантов Тяньлина также не верили в другое. Чэнь Цзыюй – кто он такой? Сокрушить Линь Юня за три удара – это уже оказать меченосцу большое одолжение.

Постепенно осталась только одна версия.

Некоторые даже превозносили, что Чэнь Цзыюй и остальные действовали из благородного гнева, и изначально хотели пощадить Линь Юня. Но меченосец был слишком упрям и отказался отдать божественный камень Пурпурного Сияния, поэтому Чэнь Цзыюй в порыве гнева убил его.

Кто бы ни заговорил о Линь Юне, все презрительно усмехались, смеясь над ним как над шутом, который просто хотел привлечь внимание Цин Жоюэ.

Но он был слишком высокомерен и не знал, что Тяньлин – это не то место, где какой-то жалкий меченосец-раб может бесчинствовать.

Три дня спустя.

В глубине гор Тяньлин, среди бесконечных гор и хребтов, рядом с обширным и далеким озером.

Юноша в зеленой одежде сидел, скрестив ноги. Его взгляд был острым, а в глубине глаз, казалось, таилась бесконечная ненависть. Но его лицо было спокойным, как осенняя вода, без единой ряби.

Рядом с ним лежал кровавый кокон, похожий на драконье яйцо.

Это был Линь Юнь, который поднял огромную волну в Тяньлине. Он сидел здесь, не двигаясь, уже три дня.

Сцены трехдневной давности непрерывно повторялись в его голове, и слова тех людей эхом отдавались в его ушах.

«Линь Юнь, не вини нас. Вини себя за то, что у тебя нет никакого прошлого. Что с того, что мы нарушили правила? Ты всего лишь меченосец-раб, и тебя можно убить!»

«Об этом я скажу тебе, обреченному на смерть, мое имя».

«Встань на колени и стань моей собакой, возможно, Чэнь пощадит твою жизнь».

«…»

Наглые и бесстыдные лица этих людей то и дело появлялись перед глазами Линь Юня. Но по сравнению с гневом того дня, сейчас Линь Юнь был невероятно спокоен, лишь когда он поворачивался к кровавому кокону рядом с собой, его лицо становилось особенно холодным и мрачным.

— Не волнуйся, я обязательно отомщу за тебя.

Линь Юнь прошептал про себя, словно говорил о чем-то незначительном. Но холод в его словах, казалось, покрыл инеем озеро перед ним.

Он сидел три дня не потому, что был глуп или оцепенел.

Он просто хотел унять гнев в своем сердце и спрятать бесконечную ненависть. Потому что гнев и ненависть ничуть не помогут в мести. Только спокойствие может привести к успеху.

Учитывая его недюжинный характер, тот факт, что гнев не утих полностью даже через три дня, показывал, насколько ужасна была ненависть Линь Юня.

— Сначала прорвусь в Инь-Ян. Ни один из Семи Новичков Тяньлина не сбежит!

Линь Юнь помрачнел и холодно сказал.

Самое неотложное – это сначала прорваться на стадию Инь-Ян и полностью преобразить свою культивацию и царство. Не прорвавшись в Инь-Ян, он всегда будет испытывать огромное давление перед мастерами на полушаге к Небесной Душе и не сможет противостоять им.

Как только он прорвется в Инь-Ян, его сила резко возрастет, достигнув беспрецедентного уровня.

Искусство Меча Пурпурного Иволга, которым он владел, проявит свою истинную ужасающую мощь на стадии Инь-Ян, и он сможет по-настоящему сокрушить Чэнь Цзыюя и остальных.

Только прорвавшись в Инь-Ян, Боевые Души Чжулуна и Цюнцзи пробудят свои истинные врожденные способности.

Властный Меч, Божественный Меч Щелкающего Пальца, Девять Трансформаций Лазурного Дракона, Искусство Великого Ветра и Искусство Меча Пыли и Света – все они достигли застоя. Без прорыва в Инь-Ян будет трудно преодолеть эти ограничения.

Он слегка похлопал по сумке-хранилищу, и перед ним появились две звездные жемчужины.

Грохот!

Внезапно вспыхнул звездный свет, и обильная духовная энергия вырвалась наружу, как горный поток. Тело Линь Юня тут же окутала ужасающая энергия, подобная бушующим волнам. Это была звездная эссенция, сгущенная звездным лордом непосредственно из звезд. Она была невероятно плотной, более чем в десять раз сильнее духовной энергии, витающей в мире.

Искусство Меча Пурпурного Иволга!

Мысль Линь Юня шевельнулась, и под ним расцвел серебряный пурпурный иволга.

Грохот!

По мере того как Искусство Меча Пурпурного Иволга начало работать, эта обильная звездная эссенция непрерывно вливалась в тело Линь Юня. Его одежда развевалась, хотя ветра не было, а ужасные драконьи узоры на поверхности его тела также непрерывно извивались.

Культивация Линь Юня находилась на пике стадии Янской Тайны. Для обычного человека этого было бы достаточно, чтобы прорваться на стадию Инь-Ян, и даже осталось бы в избытке.

Но он не двигался, потому что его основа была слишком прочной и глубокой. На стадии Янской Тайны он уже мог сравниться с мастерами стадии Инь-Ян. Это было совсем не так, как думали посторонние, что он полагался только на намерение меча. Он лучше всех знал, что истинная эссенция, сгущенная Искусством Меча Пурпурного Иволга, была несравнима с другими.

Даже Семь Новичков Тяньлина не могли с ним сравниться.

Его истинная эссенция была слишком ужасающей, или, скорее, Искусство Меча Пурпурного Иволга Золотого Века Древности было слишком выдающимся, что привело к тому, что его узкое место на стадии Инь-Ян стало непреодолимым, как гора.

Если он потерпит неудачу в прорыве, последствия будут весьма серьезными, поэтому он, естественно, не осмеливался действовать опрометчиво.

Но сейчас у него было две звездные жемчужины и два плода Демонического Превращения. Он был полон решимости рискнуть.

В его сердце жила неугасающая ненависть и бесконечный гнев, которые нужно было излить. У него не было пути назад, он мог только рисковать!

Бесчисленная звездная эссенция безумно хлынула в тело Линь Юня, и его тело стало горячим и сухим. Жар передавался на землю, и земля мгновенно стала раскаленной, покраснев.

Зззз!

Озеро неподалеку, под воздействием этого жара, подняло бледный горячий пар, похожий на белый туман. Он поглотил слишком много звездной эссенции, намного больше, чем его сверстники. Он был похож на печь, и жар, исходящий из его тела, казалось, мог испарить все озеро.

Почувствовав жар в теле, Линь Юнь не запаниковал, он ожидал этого. Было бы странно, если бы одновременное очищение двух звездных жемчужин не вызвало такой аномалии.

По мере того как жар продолжал расти, его мысль шевельнулась, и извивающиеся драконьи узоры на поверхности его тела засияли ослепительным светом.

Боевое Тело Лазурного Дракона!

Если бы он не овладел Девятью Трансформациями Лазурного Дракона, Линь Юнь не осмелился бы так смело очищать две звездные жемчужины одновременно. Звездные жемчужины – это сокровища, которые даже мастеру стадии Небесной Души приходилось очищать с осторожностью.

Но Линь Юнь использовал их для прорыва на стадию Инь-Ян. Можно себе представить, насколько ужасающим было узкое место, которое он должен был преодолеть.

Время шло. По мере того как огромное количество чистой звездной эссенции вливалось в его тело, две жидкости истинной эссенции с разными атрибутами разделились в его пурпурном чертоге и медленно вращались, как жернова.

Лязг! Лязг! Лязг!

С каждым движением распространялась сотрясающая небеса волна, и цветок пурпурного иволга, подавляющий эту огромную энергию, дрожал, испуская громкий звук меча.

В мгновение ока прошло два дня.

Обильная истинная эссенция двух атрибутов Инь и Ян, под воздействием огромной звездной эссенции, медленно сливалась. Нельзя сказать, что это было легко и гладко, но и особых волнений не было.

Но если так тянуть, то неизвестно, сколько еще времени это займет.

Чем дольше, тем больше вероятность перемен. Линь Юнь знал, что ему нужен решающий, громоподобный удар, чтобы совершить по-настоящему яростный прорыв.

Он собирался использовать плод Демонического Превращения, чтобы поставить точку и прорваться в Инь-Ян!

[Скоро Новый год, заранее поздравляю всех с праздником и заодно хочу кое-что сказать. Все эти годы, когда я писал, будь то «Бессмертное Боевое Совершенство» или «Единоличное Господство над Миром», я был чист перед своей совестью, потому что я действительно вложил в них много сил, если не все свои силы. Я заплатил высокую цену, но в конце концов я не сожалею и не злюсь. Но перед друзьями-читателями, перед теми, кто читает мои книги, я, Юэ Жухо, всегда испытывал чувство вины. Я действительно не могу обеспечить вам то обновление, которое вы хотите, поэтому даже в Новый год я стараюсь писать. Это очень утомительно, но я не смею расслабляться. В период Нового года, за исключением, возможно, кануна, я буду стараться писать. Я не жалуюсь, я просто искренне надеюсь, что вы, читатели, будете хоть немного счастливы.]

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758172