Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава Шестьсот девяносто первая: «Кто дал тебе право!»

Шестьсот девяносто первая.

Линь Юнь!

Громкий крик Чэнь Сюна, содержавший гнев и ненависть от крайнего унижения, прогремел в воздухе, словно раскат грома.

Когда бесчисленные взгляды устремились на Линь Юня, многие из выдающихся молодых людей священных кланов внезапно очнулись. Их лица стали холодными, и все они уставились на Линь Юня.

Семь Новичков Тяньлина только что покинули это место, и дикая степь, которая лишь на мгновение успокоилась, тут же взорвалась криками.

— О Небеса, это действительно Линь Юнь! Этот ублюдок все еще осмеливается прийти!

— Черт, этот парень действительно не дорожит своей жизнью. Неужели Тяньлин настолько жалок, что после стократного унижения, когда Семь Новичков Тяньлина уже покинули его, он все равно осмелился явиться?

— Это просто возмутительно.

— Проклятие, вот бы кто-нибудь из Семи Новичков Тяньлина остался! Он бы легко прикончил его, заставив умолять о пощаде, как собаку.

— Этот ублюдок слишком хитер. Он выскочил, как только Семь Новичков ушли. Он, должно быть, собирается прорваться, пользуясь моментом!

В одно мгновение местные таланты Тяньлина, собравшиеся на пустоши, наполнились праведным негодованием и яростью.

Свист!

Но тут же элегантная фигура, легкая, как ласточка, приземлилась рядом с Чэнь Сюном. Это был Сян Тяньхэ, гений Внутреннего списка, занимавший сорок восьмое место в Рейтинге Драконов и Облаков.

Его взгляд скользнул по Линь Юню, и лицо мгновенно потемнело. В тот день на Смертельном Аукционе, будучи гением Внутреннего списка и последней надеждой местных талантов Тяньлина, он намеревался восстановить их честь.

А заодно вырвать божественный камень Пурпурного Сияния и подарить его Цин Жоюэ, чтобы заслужить улыбку красавицы.

Кто бы мог подумать, что после трех приемов он не только не смог одолеть Линь Юня, но и был высмеян тем, что гении Внутреннего списка «не более чем посредственны».

После этого Цин Жоюэ стала к нему крайне холодна, не давая ему ни малейшего повода, и полностью игнорировала. Это так разозлило Сян Тяньхэ, что он хотел сплюнуть кровью, считая это величайшим позором. Теперь его лицо было настолько мрачным, что казалось, будто от него исходит черный свет, когда он пристально смотрел на Линь Юня.

— Ты, меченосец-раб, и впрямь осмелился показаться, — холодно фыркнул он. — Я ждал тебя по поручению брата Цзыюя!

Взгляд Сян Тяньхэ был ледяным, его истинная эссенция бушевала, словно палящее солнце, и он ничуть не скрывал своего убийственного намерения.

После его слов все вздрогнули. Теперь, когда здесь был гений Внутреннего списка, Линь Юню не позволят бесчинствовать. Попытка прорваться в Тайное Царство Секты Меча была равносильна поиску смерти.

— Хе-хе, раз уж брат Сян здесь, то этот молодой господин пока просто посмотрит, — в месте, где собралась секта Сяоюнь, внезапно поднялась фигура с длинным копьем за спиной. От него исходило устрашающее давление стадии Большого Успеха Инь-Ян, и он ощущался как восходящее солнце, готовое вырваться наружу.

— Это Лу Тун!

Все были потрясены. Он занимал третье место среди основных учеников секты Сяоюнь, всегда был весьма высокомерен, обладал выдающимся талантом и хорошей репутацией.

К сожалению, в секте Сяоюнь появились Оуян Хао и Чу Муянь, которые оба вошли в Семь Новичков Тяньлина. В особенности Чу Муянь, чей свет был настолько ярким, что полностью затмил Лу Туна.

Он сдерживал обиду в своем сердце и постоянно находился в уединении. Теперь, когда он вышел, его аура сильно изменилась, и в ней смутно ощущался намек на стиль Семи Новичков Тяньлина.

— Как силен! Не зря это секта Сяоюнь – там действительно много талантов!

— Думаю, пройдет немного времени, и Лу Тун сможет сравняться с Семью Новичками Тяньлина и стать лицом Тяньлина!

— Теперь Линь Юнь не то что не войдет в Тайное Царство, но даже не сможет улететь на крыльях.

Увидев величие Лу Туна, все были шокированы и взволнованы.

— Хе-хе, раз уж брат Сян здесь, мы готовы уступить ему возможность победить Линь Юня.

— Верно, не торопитесь. В любом случае, главное – оставить его в живых. Не нужно спешить его убивать, мы должны хорошенько унизить и помучить этого меченосца-раба, чтобы он пожелал себе смерти!

После появления Лу Туна, молодые мастера стадии Большого Успеха Инь-Ян из кланов Цзинь, Цинь и Гу также вышли вперед, выкрикивая угрозы.

Их напор был ужасающим, словно для Линь Юня не осталось места ни на земле, ни в небесах.

— Сян Тяньхэ, между нами нет вражды, почему твоя убийственная аура так чрезмерна?

Линь Юнь холодно прищурился, в его глазах вспыхнул ледяной свет.

Его вражду со священными кланами Тяньлина, конечно, было трудно разрешить, но с Сян Тяньхэ у него не было серьезных конфликтов.

Он действительно не понимал, откуда взялась такая сильная жажда убийства.

Неужели такой великий гений Внутреннего списка обладает настолько узким кругозором?

Услышав это, Сян Тяньхэ решил, что Линь Юнь испугался. В его глазах мелькнула самодовольная усмешка, и он мрачно сказал:

— Ты одним только оскорблением Ее Высочества Жоюэ заслужил смерть сто раз. На аукционе я дал тебе шанс. Сегодня, даже если ты встанешь на колени и будешь умолять о пощаде, я не посмотрю в твою сторону.

Линь Юнь молчаливо и равнодушно произнес:

— Значит, ты добровольно решил стать собакой.

— Хм, ты всего лишь пес и ничтожество, меченосец-раб, разве нужна причина, чтобы тебя убить? — Стоявший рядом Чэнь Сюн, увидев, что один за другим выходят мастера из великих кланов, почувствовал себя в безопасности, высокомерно приподнял бровь и сказал свысока.

— Тебе кто-то давал право говорить? Шумишь тут!

Без всякого предупреждения в глазах Линь Юня вспыхнул холодный блеск, и в его теле раздался Драконий клич. Внезапно он вырвался, как цзяо-лун из моря, превратившись в поразительную молнию, и сам бросился на Чэнь Сюна.

Он был еще в воздухе, но три драконьих узора уже задвигались на его теле. В мгновение ока эти три свирепых узора, содержащие огромную силу, бешено закружились в его ладони. Его правая рука немедленно наполнилась ужасающей силой, и из нее вырвалась огромная всасывающая мощь.

Свист!

Почти в тот же миг Чэнь Сюн, находившийся за тысячу метров, был схвачен Линь Юнем и притянут к нему.

— Будь ты проклят!

Нападение Линь Юня застало всех врасплох, никто не ожидал, что, столкнувшись со столькими мастерами, Линь Юнь не только не испугается, но и осмелится напасть первым.

Только когда Линь Юнь, держа Чэнь Сюна, приземлился, многочисленные ученики клана Ван и сам Сян Тяньхэ смогли среагировать.

— Отпусти молодого господина Чэня!

— Немедленно отпусти его!

Раздались гневные крики. Они увидели, что Линь Юнь сжимает горло Чэнь Сюна, его лицо покраснело, и он испытывал невыносимую боль. Властная сила, опутывавшая его тело, была подобна толстым веревкам, непрерывно сжимающим его.

В мгновение ока на теле Чэнь Сюна появились кровавые полосы, и из них хлынула кровь.

Все ахнули, их сердца замерли от ужаса. Эта техника была поистине ужасающей, это были мучения хуже смерти, на которые было больно смотреть.

— Меченосец-раб, что ты задумал? Если ты посмеешь тронуть меня, мой старший брат Чэнь Цзыюй не простит тебя, и клан Чэнь из Тяньлина тоже! — Чэнь Сюн, чье лицо налилось кровью, кричал в агонии, продолжая угрожать.

В его сердце поднялась волна паники и ужаса, потому что он с удивлением обнаружил, что его истинная эссенция оказалась бессильной перед этими драконьими узорами, он не мог им противостоять.

Хруст! Хруст!

Раздался звук ломающихся костей. Под давлением драконьих узоров его кости сжимались, а затем ломались одна за другой.

— Все еще смеешь дерзить!

Линь Юнь холодно произнес это с невозмутимым лицом.

— А-а-а-а! — Чэнь Сюн закричал от пронзительной боли. Он запаниковал, и его разум полностью охватил страх. Он быстро начал умолять о пощаде:

— Линь Юнь, прошу тебя, отпусти меня. Я больше никогда не посмею, никогда не посмею, отпусти меня, я больше не могу этого выносить.

— Линь Юнь, быстро отпусти его! Я сделаю твою смерть быстрой! — Лицо Сян Тяньхэ было крайне мрачным. То, что Линь Юнь похитил Чэнь Сюна прямо перед ним, на глазах у всех, заставило его задохнуться от ярости, и его сердце наполнилось гневом.

Он хотел немедленно броситься вперед и прикончить Линь Юня.

Но, увидев жалкого Чэнь Сюна, которого Линь Юнь держал, как мертвую собаку, он был вынужден подавить свое яростное убийственное намерение, чувствуя себя невероятно униженным.

— Все-таки ты гений Внутреннего списка, я проявлю к тебе уважение, — сказал Линь Юнь с холодным и насмешливым выражением лица.

Лицо Сян Тяньхэ немного расслабилось, а в душе он холодно подумал: «Как только ты отпустишь Чэнь Сюна, наступит твой смертный час».

Хлоп!

Однако, как только Линь Юнь закончил говорить, он поднял руку и ударил Чэнь Сюна ладонью, наполненной мощной силой, похожей на Когти Лазурного Дракона.

В тот же миг Чэнь Сюн, сплюнув зубы вместе с кровью, был отброшен ударом.

Плюх!

Когда он упал на землю, сдерживающая сила мгновенно ослабла, и его напряженные кости тут же размякли и разбились вдребезги. Он безвольно рухнул, и в его штанах раздался звук, сопровождаемый ужасной вонью, после чего он потерял сознание.

— Линь Юнь!

Лицо Сян Тяньхэ, которое только что расслабилось, увидев эту сцену, позеленело от ярости. Он закричал, выкрикивая имя Линь Юня. Его глаза налились кровью, и он был похож на обезумевшего зверя, готового разорвать Линь Юня на куски.

Он был здесь по поручению Чэнь Цзыюя, чтобы убить Линь Юня, а также присматривать за Чэнь Сюном.

Но теперь Чэнь Сюн был так замучен и унижен, что, если он очнется, то, несомненно, станет инвалидом, которому лучше умереть.

Как он объяснит это Чэнь Цзыюю? Он был в ярости, он был по-настоящему в ярости. Его длинные волосы хаотично развевались, а убийственное намерение безудержно вырывалось наружу, образуя ужасающий ледяной вихрь, который охватил все вокруг.

На пустоши воцарилась гробовая тишина. Эта сцена заставила всех дрожать от страха.

Слишком ужасно!

Он осмелился публично искалечить Чэнь Сюна, ударив его так, что тот обмочился и испражнился. Как теперь Чэнь Сюн сможет смотреть в глаза местным талантам Тяньлина? Это, несомненно, станет тенью, которую он никогда не сможет стереть.

Линь Юнь оставался невозмутимым, его лицо не выражало никаких эмоций.

Он знал, что идет навстречу опасности, но все равно шел вперед, давно понимая, с чем ему придется столкнуться. Однако, когда он прибыл, ситуация оказалась гораздо серьезнее, чем он ожидал. Эти молодые таланты из священных кланов кричали о его убийстве, словно он был свиньей или собакой, которую можно топтать, как им заблагорассудится.

Даже такой уважаемый гений Внутреннего списка оказался крайне бесстыдным, готовым из-за какой-то женщины стать собакой и обрушить на него свое убийственное намерение.

Раз уж они не проявляют чести, пусть не винят его в жестокости и беспощадности.

С тех пор как он начал свой Путь Воина, его убийства, вероятно, превосходили количество убийств всех этих так называемых талантов, вместе взятых. Эти таланты даже не подозревали, кого они провоцируют.

— После того как я вошел в Внутренний список, я редко убивал. Линь Юнь, ты действительно разозлил меня!

В атмосфере ужасающей свирепости Сян Тяньхэ выпустил свою убийственную ауру, его глаза были полны презрения, когда он свирепо смотрел на Линь Юня.

— Забавно? Ты думаешь, я тебя отпущу? Гений Внутреннего списка, занимающий последнее место, осмеливается говорить со мной с таким апломбом! Кто дал тебе право!!

Голос Линь Юня прозвучал, как гром, подобный утреннему колоколу и вечернему барабану, как морской прибой.

Как только он закончил говорить, из его тела вырвалась всепоглощающая убийственная аура, заставив мир поблекнуть и мгновенно потемнеть.

Гнев и негодование в его сердце уже накопились, превратившись в безбрежный океан, который нужно было выплеснуть. Эти таланты Тяньлина зашли слишком далеко в своих издевательствах!

Он хотел убивать, он хотел собственноручно прикончить гения Внутреннего списка!

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758141