Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 667: «Божественный камень Пурпурного Сияния»

Глава шестьсот шестьдесят седьмая.

Когда Линь Юнь сел, многие люди только тогда пришли в себя, и их взгляды, полные удивления, устремились на него. Поразить Фэн Сюня всего лишь половиной взмаха меча казалось невероятным.

Ученики секты Сяоюнь славились тем, что десять лет тренировали один единственный удар копьем, и стоило этому удару быть нанесенным, он потрясал все вокруг. Обычный противник либо погибал, либо получал тяжелые ранения.

С учетом уровня культивации Линь Юня, который был ниже, чем у Фэн Сюня, по логике, он должен был получить как минимум серьезные травмы, которые не позволили бы ему нормально ходить в течение нескольких месяцев.

Тем более что удар копьем Фэн Сюня был поистине ошеломляющим: он пронзал все насквозь, как бамбук, уничтожая все, словно картина, сминающаяся в руке.

Однако Линь Юнь остался невредим. Меч был извлечен лишь на полдюйма, что даже нельзя было назвать половиной приема, но этого хватило, чтобы победить Фэн Сюня. Когда же меч был полностью извлечен, Фэн Сюнь потерял всякую волю к битве и задрожал от страха.

Это было различие между двумя уровнями, поистине, как небо и земля.

На трибуне секты Сяоюнь лица присутствующих выглядели крайне мрачными. Холодные взгляды, полные бурлящего убийственного намерения, обрушились на Линь Юня.

Когда это крупнейшая секта Тяньлин подвергалась подобному унижению?

Избранник секты был побежден не только более молодым противником, но и противником с более низким уровнем культивации, а самое главное – поражение было настолько позорным!

— Аукцион продолжается.

Лоюй, стоявший на высокой платформе, глубоко посмотрел на Линь Юня, отметив его про себя, а затем вернул внимание публики к торгам.

Он взмахнул ладонью, и в воздухе внезапно возникло девять десятиметровых силуэтов драконов, играющих друг с другом. От этих драконьих силуэтов исходила невероятно леденящая аура, и в тот же миг мраморный пол, выложенный белым нефритом, стал холодным, как лед, испуская легкий морозный пар.

Многие люди, застигнутые врасплох, вздрогнули и некоторое время тряслись.

Когда все внимательно присмотрелись, силуэты драконов исчезли, и в воздухе неподвижно зависла лишь одна пилюля, похожая на изящный нефрит, покрытый инеем.

— Это пилюля Защиты от Холода, пилюля четвертого ранга. Обычная пилюля считается высшего качества, если может выдержать одного дракона, но эта способна выдержать девять драконов. Ее можно назвать высшей среди высших. Даже мастер Сюань пика четвертого ранга, вероятно, сможет создать одну-две таких пилюли за десять лет. Это поистине редкая находка.

Лоюй слегка улыбнулся и продолжил:

— Начальная цена – десять тысяч духовного нефрита третьего ранга, потолок – сто тысяч.

Ценность этой пилюли была немного ниже, чем у пятигранного громового кристалла, но в глазах многих людей она также была чрезвычайно редкой и бесценной.

Однако, после того как его слова прозвучали, никто не спешил делать ставку. Вместо этого, множество взглядов обратилось на Цин Жоюэ.

Все знали, что Канон Сердца Пурпурной Луны – это техника культивации элемента льда, которая потрясала Южные Земли, и ее можно было назвать самой сильной, без всяких «если». Если бы Цин Жоюэ захотела эту пилюлю, никто бы не осмелился с ней спорить, включая четыре великих святых клана Тяньлин.

Прошло много времени, и поскольку Цин Жоюэ так и не открыла рта, все поняли, что эта пилюля ей, вероятно, не нужна.

— Пятьдесят тысяч.

— Семьдесят тысяч.

— Восемьдесят тысяч.

Вскоре люди начали делать ставки одна за другой, подняв цену пилюли Защиты от Холода до восьмидесяти тысяч. В этот момент раздался довольно холодный голос:

— Сто тысяч. Эта пилюля нужна мне, Чэнь Сюну.

Множество взглядов обратилось на говорившего, и люди в нерешительности замерли.

Клан Чэнь, один из четырех великих кланов Тяньлин, также обладал техникой элемента льда, называемой Канон Ледяной Стелы. Она не слишком уступала Канону Сердца Пурпурной Луны. В пределах Лэйчжоу она также имела немалую известность, хотя и была более жесткой, чем глубокая техника Пурпурной Луны.

Увидев, что Чэнь Сюн заговорил, другие участники торгов, опасаясь его статуса, поколебались, а затем один за другим отказались от дальнейших ставок.

— Принесите ее мне, — небрежно сказал Чэнь Сюн, и из его павильона тут же вышел человек, что красноречиво говорило о его положении в клане Чэнь.

Лоюй на сцене выглядел немного разочарованным. Он был уверен, что за эту пилюлю Защиты от Холода кто-то пойдет на разрушение запрета. Но он не ожидал, что она приглянется Чэнь Сюну, и никто не посмеет с ним спорить.

После двух редчайших сокровищ, последующие лоты, хотя и были ценными, все же немного уступали.

Однако, вопреки ожиданиям, торги за эти лоты стали необычайно ожесточенными. Почти каждый лот вызывал разрушение запрета, а один сияющий меч спровоцировал пятерых человек на драку.

Это, напротив, сильно разожгло атмосферу аукциона.

Линь Юнь, заполучив пятигранный громовой кристалл, тихо наблюдал, и многие из представленных сокровищ действительно поражали его воображение.

Кроме того, он заметил несколько любопытных явлений.

Когда четыре великих клана – Цзинь, Чэнь, Цинь и Гу – а также секта Сяоюнь, приглядывались к какому-либо сокровищу, мало кто осмеливался с ними спорить.

Положение этих крупных сил в Тяньлин было поистине необыкновенным, и, казалось, между ними существовало негласное соглашение.

Если один клан проявлял интерес к сокровищу, остальные могли немного посоревноваться, но затем резко останавливались, не доводя дело до разрушения запрета.

Наблюдая за происходящим, Линь Юнь видел много сокровищ, которые привлекали его внимание, но большинство из них были ему не нужны. После получения пятигранного громового кристалла ему больше не попадалось ничего, что заставило бы его сердце забиться.

В этот момент Лоюй достал очень изящный золотой реликварий, на поверхности которого были вырезаны древние узоры.

Было видно, что, доставая этот предмет, Лоюй выглядел немного напряженным. Даже с его уровнем культивации он чувствовал тяжесть. Можно было представить, насколько тяжел этот небольшой реликварий.

Он не произнес ни слова, но своим видом мгновенно возбудил любопытство всех присутствующих.

— Что это за штука? Нагнали столько таинственности.

— Этот реликварий имеет историю. На нем видны следы времени. Может быть, он имеет какое-то огромное значение?

— Глупцы… Предметом торгов, конечно, является не сам реликварий, а то, что внутри него. Мне любопытно, что это за сокровище, которое нужно запечатывать в реликварий?

Внизу толпа обсуждала, не сводя глаз с реликвария в руках Лоюя.

Лоюй осторожно поставил реликварий, а затем с улыбкой резко открыл его.

Бум!

Мгновенно золотой свет хлынул наружу, словно в коробке вспыхнуло солнце. Температура воздуха резко подскочила, и многие люди тут же ослепли от сияния, почувствовав невыносимую боль в глазах.

В поле зрения все стало огненно-красным, и казалось, что на них надвигается бесконечное море огня, вызвавшее настоящий переполох.

Хух!

Только когда Лоюй снова закрыл реликварий, ощущение пребывания в огненном море медленно исчезло.

— Божественный камень Пурпурного Сияния!

— Это определенно божественный камень Пурпурного Сияния. Такое жгучее ощущение, подобное истинному пламени Солнца, не может дать никакой другой камень.

— Похоже, это он. Однажды я видел божественный камень Пурпурного Сияния размером с рисовое зернышко, и когда он появился, он осветил ночь на тысячу ли вокруг.

— Неудивительно, что его нужно хранить в этом реликварии. Обычная шкатулка, вероятно, не смогла бы его запечатать и просто расплавилась бы.

Люди внизу ахнули от изумления. Теперь даже четыре великих клана и секта Сяоюнь не могли усидеть на месте.

Лоюй был очень доволен выражением лиц толпы и тихо произнес:

— Божественный камень Пурпурного Сияния. Начальная цена – сто тысяч духовного нефрита третьего ранга, потолок – восемьсот тысяч.

— Триста тысяч.

Избранник клана Цзинь, одного из кланов Тяньлин, тут же заговорил. Этот божественный камень Пурпурного Сияния, независимо от того, использовался ли он для личного культивирования или был инкрустирован в сокровище, мог увеличить боевую мощь в несколько раз.

Если бы он попал в руки культиватора, практикующего огненные техники, он мог бы мгновенно создать гения, который сразу же получил бы силу, способную соперничать с гениями Внутреннего списка Рейтинга Драконов и Облаков.

— Четыреста тысяч!

Заговорил другой человек, избранник секты Сяоюнь, его взгляд был горячим и пылающим.

— Пятьсот тысяч!

— Шестьсот тысяч!

Несколько великих кланов Тяньлин почти одновременно открыли рты, полностью нарушив прежнее соглашение. Соперничество стало крайне ожесточенным.

— Хе-хе, этот божественный камень Пурпурного Сияния интересует и меня, Чэня. Семьсот тысяч!

Чэнь Сюн усмехнулся. Этот камень был чрезвычайно полезен и для культиваторов, практикующих техники элемента льда.

Его польза была даже больше, чем представляли себе посторонние. С этим предметом можно было безбоязненно развивать свою технику до более высоких уровней, не опасаясь застоя холодной энергии и повреждения основы тела.

Все были потрясены, очевидно, не ожидая, что этот предмет заставит все четыре великих клана и секту Сяоюнь выйти на торги.

Не успели они опомниться, как цена сразу же была поднята до заоблачных семисот тысяч, не оставив посторонним шанса сделать ставку.

— Восемьсот тысяч.

В этот момент раздался холодный и равнодушный голос, отчего лица всех присутствующих слегка изменились, и они дружно повернулись, чтобы посмотреть.

Это была Цин Жоюэ!

Она молчала с самого начала, и о ней уже успели забыть, но ее внезапное слово тут же привлекло всеобщее внимание.

Множество взглядов упало на ее ошеломляюще красивое лицо, но Цин Жоюэ не обращала на них внимания, глядя прямо на реликварий на высокой платформе. В глубине ее прекрасных глаз вспыхнул огонек вдохновения, холодный и надменный.

Улыбки на лицах Чэнь Сюна и других избранников кланов тут же померкли, а пылающий огонь в их глазах погас.

— Похоже, Ее Высочество Жоюэ приехала сюда именно за этим предметом.

— Говорят, что Обитель Пурпурной Луны устраивает банкеты в крупных городах Лэйчжоу для привлечения талантливых избранников. Я думал, Ее Высочество Жоюэ приехала по этому делу, но оказалось, что она приехала за божественным камнем Пурпурного Сияния.

— Желающих много, но, думаю, никто не посмеет спорить с Ее Высочеством Жоюэ.

— Это само собой.

Голос Цин Жоюэ вызвал кратковременное затишье на огромной площади. Вскоре после этого раздались различные голоса.

Божественный камень Пурпурного Сияния был бесполезен для большинства людей: во-первых, их уровень был недостаточен, а во-вторых, их техника не соответствовала его атрибуту.

Для тех, кто не был настоящим гением-избранником, этот предмет был бы обузой, и поспешное его использование было бы пустой тратой. Что касается инкрустации его в сокровище, то для этого требовался очень искусный мастер Сюань, по крайней мере, четвертого ранга.

Мастер Сюань четвертого ранга был эквивалентен культиватору стадии Небесной Души, чего не могли позволить себе обычные силы, не говоря уже об отдельных людях.

Линь Юнь, который поначалу не обращал внимания на камень, внезапно о чем-то задумался и медленно закрыл глаза.

Его мысли унеслись в далекое воспоминание: Су Цзыяо в секте Цинъюнь, которую он довел до рвоты кровью. Эта кровь была пропитана холодом и пугала…

«Должно быть, она тогда, в Цинъюнь, сильно страдала от холодной энергии».

В этот момент Чэнь Сюн улыбнулся и тихо сказал:

— Если Ее Высочество Жоюэ желает этот предмет, я, Чэнь, добровольно отказываюсь.

— Я тоже выхожу.

— Раз уж Ее Высочество Жоюэ посетила Тяньлин, секта Сяоюнь не может не оказать ей уважения. Мы выходим.

После Чэнь Сюна избранники других крупных сил один за другим вышли из торгов, почти не колеблясь.

Противник был гением Внутреннего списка, чей талант был безграничен, а уровень культивации непостижим. В следующем Рейтинге Драконов и Облаков она могла войти в десятку лучших. Кроме того, она сама была из Обители Пурпурной Луны, а ее наставником был старейшина уровня «Пурпурной Луны». Никто не осмеливался обидеть Обитель Пурпурной Луны, и тем более ее.

В такой ситуации лучше было сделать ей одолжение.

Цин Жоюэ посмотрела на Лоюя на высокой платформе и равнодушно сказала:

— Я приехала второпях, и у меня нет при себе столько духовного нефрита. Через десять дней Обитель Пурпурной Луны пришлет его вам. Вы не возражаете, господин?

Ее слова звучали не как вопрос или просьба, а как не подлежащее сомнению требование.

Лоюй немного поколебался, а затем улыбнулся:

— Никаких проблем.

Восемьсот тысяч духовного нефрита третьего ранга – это астрономическая сумма. Присутствующие избранники могли назвать такую цену, потому что их кланы находились прямо в Тяньлин.

То, что у Цин Жоюэ не было при себе такого количества духовного нефрита, было вполне объяснимо, и Лоюй не сомневался, что Обитель Пурпурной Луны сможет заплатить эту сумму.

Просто было немного обидно, что божественный камень Пурпурного Сияния не достиг разрушения запрета.

— Поздравляю, Жоюэ. Получив этот божественный камень, ты наверняка продвинешься дальше и повысишь свои шансы войти в десятку лучших, — Сян Тяньхэ, стоявший рядом, улыбнулся, чувствуя себя весьма взволнованным, ведь это он способствовал заключению этой сделки.

В их разговоре уже чувствовалось, что предмет непременно достанется Цин Жоюэ.

Прекрасное лицо Цин Жоюэ оставалось невозмутимым, а взгляд – спокойным. Она ничуть не удивилась. Если она чего-то хотела, мало кто в пределах Лэйчжоу осмеливался с ней спорить.

В Тяньлин и говорить нечего.

— Восемьсот одна тысяча.

В этот момент внезапно раздался голос, которого никто не ожидал. Голос был негромким, но прозвучал как гром среди ясного неба, внезапно зазвенев в ушах, не давая покоя.

Разрушение запрета!

Линь Юнь открыл глаза, в которых читалась решимость, и спокойно сказал:

— Этот предмет нужен и мне.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758117