Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава Пятьсот Тридцатая: «Так называемые уловки: принимаю все»

Глава пятьсот тридцатая.

На следующий день утреннее сияние, проникая сквозь окно, рассыпалось на отдельные лучи света.

Линь Юнь распахнул глаза. Его чистое, юношеское лицо под лучами утра выглядело бодрым и сияющим, полным жизненной энергии.

Следов истощения, вызванного вчерашним обратным запуском Мечевого строя Пурпурного Иволга, не было видно – его дух, энергия и эссенция были в полном порядке.

— Отдохнуть целый день – даже как-то непривычно.

Уголок губ Линь Юня изогнулся в улыбке. Он медленно поднялся.

В течение многих дней подряд Мо Лин изматывала его до предела умственного истощения, и внезапное расслабление действительно ощущалось странно.

Теперь он с нетерпением ждал встречи с Мо Лин.

После умывания он поспешно вышел. За воротами двора его уже давно ждал Гун Мин.

— Брат Линь, ты довольно рано проснулся.

Гун Мин протянул нефритовую пластину, возвращая ее Линь Юню, и поприветствовал его.

Линь Юнь, ощупывая теплую, гладкую пластину в руке, слегка улыбнулся. Но стоило ему открыть рот, как выражение его лица изменилось.

Ху!

Внезапно поднялся легкий ветерок, и подхваченная им фигура опустилась на землю, идя навстречу утреннему свету. Прибывший был красив: соболиные брови, глаза как звезды, яркие зубы, кожа белая, словно снег. Он излучал чистую, нефритоподобную ауру, и каждый его шаг вызывал ощущение, словно весенний бриз ласкает лицо.

Но Линь Юня волновало не это. Культивация этого человека достигла поразительной стадии Малого Успеха Янской Тайны!

Не Полного Совершенства Иньской Тайны, и не только что вступивший в стадию Янской Тайны, а уже Малого Успеха Янской Тайны.

Его аура была невероятно плотной; шаги легкие, но при этом создавалось ощущение мощи, словно гора, и необъятности, словно море. Однако, поскольку он намеренно сдерживал ее, никакого давления не ощущалось.

Если бы этот импульс был выпущен намеренно, он, вероятно, был бы ужасен, заставляя людей с трудом выговаривать слова.

Впрочем, цвет лица Линь Юня быстро вернулся к норме. Раз он встречался даже с Лю Чэньи, то вряд ли ощущал сильное давление от этого человека.

По сравнению с Лю Чэньи, этот юноша явно уступал.

Когда Лю Чэньи впервые появился перед Линь Юнем, Линь Юнь почувствовал, что неминуемо проиграет. Если бы ему пришлось сражаться, он мог бы лишь приложить максимум усилий, чтобы нанести противнику тяжелый урон, прежде чем погибнуть.

Но теперь, достигнув девятого пика своей техники меча, он, возможно, имел шанс спокойно уйти.

Стоявший рядом Гун Мин, напротив, резко побледнел, и его глаза выражали шок. Он поспешно сложил руки в приветствии:

— Приветствую, старший брат Мэй Цзыянь.

Линь Юнь задумался: кажется, он слышал это имя, но никак не мог вспомнить, где именно.

Видя, что Линь Юнь остается безучастным, Гун Мин поспешно прошептал:

— Линь Юнь, это старший брат Мэй Цзыянь. В Академии Тяньфу он делит славу со старшей сестрой Мо Лин, и они оба занимают первое место среди основных учеников.

Делит первое место?

«Что-то не похоже», – пробормотал про себя Линь Юнь. Мо Лин казалась ему гораздо опаснее этого человека.

Но Мэй Цзыянь, казалось, был вполне доволен статусом «делящего первое место». Он улыбнулся:

— Брат Гун слишком вежлив, я не осмелюсь претендовать на первое место.

Очевидно, он пришел не ради Гун Мина, поэтому быстро перевел разговор на Линь Юня и, осмотрев его, сказал.

Его лицо озарилось мягкой улыбкой, и он тихо произнес:

— Ты действительно молодой господин Цзанхуа, вышедший из империи Великая Цинь. Павильон Меча Небесного Предела в те годы был уважаемой школой меча во всех Южных Землях. При нашей первой встрече я вижу, что Гу Фэн проиграл тебе не зря.

Линь Юнь не мог понять истинной цели собеседника и ответил небрежно:

— Старший брат Мэй слишком преувеличивает.

Однако Мэй Цзыянь, нисколько не смущаясь, завязал долгий разговор, обращаясь с Линь Юнем как с давним знакомым.

Перед уходом он даже подарил Линь Юню нефритовый флакон.

Линь Юнь открыл его, почувствовал прохладный, тяжелый аромат и мгновенно ощутил, как его истинная эссенция в теле пришла в движение.

— Пилюля Иньской Тайны!

Гун Мин вскрикнул от удивления и взволнованно сказал:

— Брат Линь, это Пилюля Иньской Тайны, изготовленная из лепестков Цветка Иньской Тайны и духовного молока Иньской Тайны. За исключением редчайшего Цветка Иньской Тайны, ее эффективность ненамного уступает обычному Цветку Иньской Тайны. В этом нефритовом флаконе всего пять пилюль Иньской Тайны.

Затем в его глазах появилось сожаление:

— Вчера я хотел обменять их, но, к сожалению, их было слишком мало, и все уже были разобраны.

— Эти пилюли были забронированы еще до того, как их изготовили, поэтому обычные основные ученики не могли их получить, — с легкой гордостью усмехнулся Мэй Цзыянь.

Возможность получить эту пилюлю в Академии Тяньфу являлась косвенным символом статуса и положения.

— Что означает этот жест, старший брат Мэй? — Линь Юнь покачал флаконом и спросил с недоумением.

— Просто подарок при встрече. Я очень высокого мнения о брате Лине и не хочу больше тебя беспокоить, — беспечно улыбнулся Мэй Цзыянь.

Он выглядел спокойным и невозмутимым, но как только оба подумали, что он собирается уходить, он остановился:

— Брат Линь, я слышал, ты вчера получил Цветок Огненной Тюрьмы…

Линь Юнь улыбнулся, и в его душе сразу все прояснилось. Он не стал ждать, пока тот договорит.

Снова вдохнув аромат из флакона, он поднял голову и рассмеялся:

— Эта пилюля воистину чудесна! Не знаю, есть ли у старшего брата Мэя еще, я готов купить их по высокой цене.

Мэй Цзыянь задумался. Он не знал, притворился ли собеседник, что не слышит его слов, или действительно не услышал.

Помолчав, он рассмеялся:

— Да, у меня есть еще четыре флакона. Если они нравятся брату Линю, я подарю их все. Мне на моем уровне культивации Пилюля Иньской Тайны уже не особо нужна.

С этими словами Мэй Цзыянь, сохраняя невозмутимое выражение лица, передал еще четыре флакона Пилюли Иньской Тайны.

Линь Юнь без лишних церемоний принял их с радостной улыбкой.

Гун Мин рядом был ошеломлен. Мэй Цзыянь подарил такое первоклассное лекарство, даже глазом не моргнув.

Что еще более невероятно, так это то, что Линь Юнь действительно принял их, не проявив ни малейшего стеснения.

Какое огромное «сердце» нужно иметь? Гун Мин не мог описать свое потрясение. Он смотрел на Пилюли Иньской Тайны остекленевшими глазами. Это было лекарство, о котором он мечтал, а его вот так запросто дарят.

— Брат Линь, Цветок Огненной Тюрьмы невозможно переработать на стадии Иньской Тайны, даже если повезет переработать…

— Старший брат Мэй, дело в том, что мне пора идти на встречу со старшей сестрой Мо Лин, — Линь Юнь приподнял бровь, не меняя выражения лица, и тихо рассмеялся. — …Как насчет того, чтобы поговорить о Цветке Иньской Тайны в другой раз? Или, может, старший брат Мэй пойдет со мной, чтобы увидеться со старшей сестрой Мо Лин?

Мэй Цзыянь мгновенно изменился в лице. «Он что, издевается надо мной?»

Линь Юнь, неважно, притворяется ли он дураком или действительно глуп, осмелился отказаться от его предложения после того, как принял его подарки.

Один флакон Пилюли Иньской Тайны – это еще ладно, но он отдал целых пять! А тот просто так, как ни в чем не бывало, гонит его прочь.

Поборов секундное смятение на лице, Мэй Цзыянь неловко рассмеялся:

— Если так, тогда поговорим в другой раз.

Однако он не отводил взгляда от Линь Юня, не демонстрируя ни малейшего намерения уходить.

Его намерение было совершенно очевидно: он ждал, что Линь Юнь добровольно вернет пять флаконов Пилюли Иньской Тайны.

Сердце Гун Мина бешено колотилось, и он боялся издать хоть звук.

Линь Юнь, не меняя выражения лица, спокойно улыбнулся:

— Отданные вещи нужно забирать обратно? В империи Великая Цинь таких правил нет. Если в этой Академии действительно есть такое правило, то я верну их старшему брату. Завтра я пройдусь по округе и спрошу, действительно ли это так.

Мэй Цзыянь опешил. Он не ожидал, что Линь Юнь осмелится ему угрожать.

Пройдется по округе и спросит?

Это же значит, что он распространит слухи о том, что Мэй Цзыянь подарил что-то, а потом, поджав хвост, потребовал это обратно.

Если добавить к этому еще несколько красочных деталей, его репутация в Академии Тяньфу, вероятно, будет полностью разрушена.

Пять флаконов Пилюли Иньской Тайны – и он не сможет вернуть даже одну!

Мэй Цзыянь был наивен. Линь Юнь не имел обыкновения возвращать то, что он получил силой, а уж тем более то, что ему подарили лично. Если бы он вернул это, вот тогда было бы что-то дьявольское.

Глядя на насмешку в улыбке Линь Юня, Мэй Цзыянь наконец понял.

Этот парень с самого начала не собирался отдавать Цветок Огненной Тюрьмы, а просто намеренно его обманывал.

Но теперь он попал в ловушку и не мог заговорить, не потеряв лица.

Он, чья слава в Академии Тяньфу не уступала Мо Лин, когда-либо терпел такой огромный ущерб?

— Брат Линь, ты умеешь шутить. Какой я человек, чтобы забирать обратно то, что подарил? Прошу прощения за беспокойство.

Мэй Цзыянь с большим трудом успокоился и выдавил из себя улыбку, которая была хуже плача. Он сложил руки и ушел.

В тот момент, когда он отвернулся, его красивое лицо мгновенно потемнело и стало невероятно уродливым.

Только когда собеседник действительно ушел далеко, Гун Мин облегченно вздохнул, вытирая пот со лба. Он был крайне напряжен.

— У этого человека очень хитрая натура. Он пришел, чтобы выманить у меня Цветок Огненной Тюрьмы, но прибегнул к стольким уловкам. Он, наверное, и не думал, что раз уж я получил Цветок Огненной Тюрьмы, я не настолько глуп, чтобы отдать его.

Линь Юнь холодно усмехнулся, глядя вслед удаляющейся фигуре, и в его глазах промелькнула насмешка.

Гун Мин в душе горько усмехнулся: «Даже если у него хитрая натура, она не так хитра, как твоя».

Не покраснев и не смутившись, он выманил у Мэй Цзыяня пять флаконов Пилюли Иньской Тайны. Вероятно, тот сейчас готов убить.

Через некоторое время Гун Мин задумчиво произнес:

— Линь Юнь, тебе следовало вернуть их ему. С его характером, он не позволит тебе просто так забрать Пилюли Иньской Тайны.

Линь Юнь взглянул на него и тихо рассмеялся:

— Вернуть? Как это возможно?

— Этот старший брат Мэй мне очень по душе. Я как раз беспокоился о том, как преодолеть узкое место Полного Совершенства Иньской Тайны, а он прислал Пилюлю Иньской Тайны. Это все равно, что дать мне подушку, когда я хочу спать, или подать чай, когда я хочу пить. У меня просто нет причин отказываться от такой доброты.

С этими словами Линь Юнь достал один флакон Пилюли Иньской Тайны и бросил его Гун Мину.

Гун Мин поймал его и, взглянув, резко изменился в лице и задрожал:

— Брат Линь, я… я… я правда не смею ее брать.

— Чего ты боишься? Если ты действительно не хочешь ее, верни мне. Я не так жеманен, как Мэй Цзыянь.

Линь Юнь прищурился и тихо рассмеялся.

— Я… все-таки возьму, — после долгих колебаний Гун Мин стиснул зубы и принял пилюлю. Соблазн Пилюли Иньской Тайны был для него слишком велик.

Линь Юнь похлопал его по плечу и слегка улыбнулся:

— Принимай спокойно. Такие простофили, как Мэй Цзыянь, встречаются нечасто.

Гун Мин горько усмехнулся в душе, не смея ничего сказать.

Во всей огромной Академии Тяньфу, вероятно, только Линь Юнь осмелился бы произнести такие слова.

Даже если дать другим сто жизней, они не осмелились бы вести себя так перед Мэй Цзыянем. Уже то, что он не отдал Цветок Огненной Тюрьмы добровольно, можно было считать смелостью.

…

— Старшая сестра, вот твоя нефритовая пластина.

В Зале Ночующих Облаков Мо Лин уже давно ждала. Линь Юнь подошел и вернул ей пластину.

Мо Лин небрежно вертела в своих белоснежных, нефритовых пальцах пластину, ее ясные, как осенняя вода, глаза внимательно осматривали Линь Юня.

Шу!

Через некоторое время она сжала пластину, убрав свои восхитительные руки, на которые можно было смотреть бесконечно.

Ее взгляд полностью сфокусировался на Линь Юне, и она, приоткрыв красные губы, спокойно произнесла:

— Я слышала, ты вчера совершил нечто невероятное.

— Какое именно? — Небрежно ответил Линь Юнь.

— Цветок Огненной Тюрьмы, — Мо Лин сказала это спокойно, без тени эмоций на лице.

Сердце Линь Юня сжалось, но он не подал виду, украдкой взглянув на нее.

Подняв глаза, он почувствовал, как в его душе что-то опускается: он обнаружил, что ее уровень достиг пика Большого Успеха Иньской Тайны, то есть Полного Совершенства Иньской Тайны.

Подумав, он понял, что она уже давно находилась на пике Большого Успеха Иньской Тайны, и ее прорыв в любое время не был бы удивительным.

Вот только…

Полное Совершенство Иньской Тайны уже позволяло перерабатывать Цветок Огненной Тюрьмы. Неужели эта женщина тоже положила глаз на его Цветок?

Тогда все станет действительно сложно.

Запомните мобильный адрес сайта: m.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20757971