Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава Пятьсот Четырнадцатая: «Самоуничижение»

Пятьсот четырнадцатая глава.

Картина Пламени, Заливающего Горы и Реки!

Независимо от того, о чем думала Мо Лин, Линь Юнь был очень заинтересован в этой «Картине Пламени, Заливающего Горы и Реки».

Духовные картины ему были совсем не чужды.

Картины, нарисованные в «Записях Цинсюаня», были духовными картинами, и «Картина Сокрушающей Гору и Реки Ладони», которую он сгустил внутри своего тела, тоже была духовной картиной.

Ужасающую мощь он испытал на себе давно.

Мо Лин сказала, что, будучи на стадии Сюаньу, она смогла с помощью этой картины одолеть существо стадии Пурпурного Дворца. Линь Юнь ей полностью верил.

Если его «Картина Сокрушающей Гору и Реки Ладони» могла это сделать, то тем более эта «Картина Пламени, Заливающего Горы и Реки».

— «Картина Пламени, Заливающего Горы и Реки» нарисована с использованием самых яростных огненных духовных печатей. В ней задействовано сто восемь базовых духовных печатей, шестьдесят восемь духовных печатей первого ранга и восемнадцать духовных печатей второго ранга. Сложность этой картины позволяет ей войти в сотню лучших среди всех духовных картин второго ранга. Но и ее мощь нельзя недооценивать.

Мо Лин, как наставник, была довольно серьезна. Ее объяснения были простыми и понятными, подробными и терпеливыми.

Она также принимала вопросы от присутствующих и отвечала на них.

Очевидно, что большинство этих людей практиковали эту картину не в первый раз, и их вопросы были весьма профессиональными.

Но даже при этом большинство присутствующих хмурились, и их лица не выражали облегчения.

Похоже, что «Картина Пламени, Заливающего Горы и Реки» действительно была знаменита и сложна.

Как бы хорошо Мо Лин ни объясняла, невозможно было сразу же успешно нарисовать ее.

Глаза Линь Юня мерцали, он был погружен в размышления.

Казалось, это не так уж и сложно.

Имея опыт рисования «Картины Сокрушающей Гору и Реки Ладони», он легко все понимал.

Единственная проблема заключалась в том, что он не был знаком с этими огненными духовными печатями и никогда с ними не сталкивался.

Он мог только внимательно смотреть и запоминать каждый узор.

— Не стоит недооценивать базовые духовные печати. То, сможет ли «Картина Пламени, Заливающего Горы и Реки» проявить всю свою мощь, зависит от того, насколько хорошо построены базовые духовные печати. Каждая духовная картина – это живое существо, обладающее своей духовной силой. Духовная сила этой картины не в ее ярости и властности, а в слове «заливает».

Линь Юнь был согласен с этим мнением.

Суть картины заключалась в том, что бескрайнее пламя низвергалось с небес, подобно проливному дождю, и сливалось в реки, свирепые, как дикие звери.

В этом бушующем потоке необъятная земля была отдана на растерзание.

После еще одного объяснения Мо Лин взмахнула рукой и убрала «Картину Пламени, Заливающего Горы и Реки».

Затем она достала кисть для духовных печатей и разложила в воздухе чистый лист бумаги.

— Теперь я продемонстрирую, как рисовать эту «Картину Пламени, Заливающего Горы и Реки».

Как только она закончила говорить, Мо Лин повернулась спиной к толпе и начала рисовать на чистом свитке.

Мо Лин с кистью для духовных печатей в руке, казалось, преобразилась. Ее аура резко изменилась.

Ее истинная эссенция бурлила, и от нее исходило невидимое давление, наполненное торжественностью, не требующей гнева.

Ее кисть двигалась, как дракон, и почерк был сильным и мощным. Сто восемь базовых духовных печатей были нарисованы ее рукой без малейшей заминки, плавно и легко, постепенно заполняя чистый лист.

Когда все сто восемь базовых духовных печатей были завершены, волна жара прокатилась по залу.

В Зале Ночующих Облаков стало душно.

Линь Юнь выглядел серьезным, запоминая каждый мазок.

Примерно через десять вдохов шестьдесят восемь духовных печатей первого ранга были добавлены на свиток.

Духовные печати переплетались и накладывались друг на друга, и перед глазами толпы появился черновик «Картины Пламени, Заливающего Горы и Реки».

В зале раздались возгласы удивления. Это было слишком быстро и легко, что казалось невероятным.

Странно…

Пока все ахали, Линь Юнь нахмурился. Он почувствовал, что «Картине Пламени, Заливающего Горы и Реки» чего-то не хватает.

Не то чтобы мастерство Мо Лин было низким, просто самой «Картине Пламени, Заливающего Горы и Реки» не хватало толики духовной силы.

Это сильно расстраивало Линь Юня, который всегда стремился к совершенству.

Но он не мог сразу понять, в чем именно заключался этот недостаток.

Через четверть часа перед глазами толпы предстала завершенная «Картина Пламени, Заливающего Горы и Реки».

Яркое пламя слепило глаза, а бескрайний огонь, подобный свирепому древнему зверю, заставлял сердца замирать от ужаса.

Присмотревшись, можно было увидеть, что плотное пламя, казалось, вот-вот превратится в бушующие реки.

— Мастерство Мо Лин в духовных печатях снова улучшилось.

— Это, вероятно, предел «Картины Пламени, Заливающего Горы и Реки». Даже если бы ее создатель воскрес, он вряд ли смог бы нарисовать что-то более сильное.

— Не зря она гений, овладевший божественным искусством.

Некоторые старейшины, наблюдавшие со стороны в Зале Ночующих Облаков, улыбнулись и одобрительно кивнули.

Мо Лин ловко провернула кисть для духовных печатей в руке. Она была вполне довольна «Картиной Пламени, Заливающего Горы и Реки», которую только что нарисовала, и на ее лице появилась улыбка.

Но, повернувшись, она вернула себе обычное холодное выражение.

Взмахнув рукой и свернув новый свиток, Мо Лин оглядела сидящих на подушках и тихо сказала:

— Я говорила, что после объяснения выберу несколько человек для проверки. Кто хочет добровольно выйти? Худший будет наказан, а лучший, естественно, получит награду. Награда, это новая «Картина Пламени, Заливающего Горы и Реки», которую я только что нарисовала.

Как только она закончила говорить, в зале раздался ликующий крик, и в глазах многих загорелся пыл.

Духовная картина, нарисованная лично старшей сестрой Мо Лин.

— Я, Гу, не талантлив, но готов попробовать, — Гу Тэн встал, с невероятным жаром глядя на Мо Лин, и серьезно сказал:

— Прошу, старшая сестра, дайте мне этот шанс.

Мо Лин кивнула:

— Я слышала, ты скоро будешь готовиться к экзамену на основного ученика. Отлично, я воспользуюсь этим шансом, чтобы проверить тебя.

— Я, несомненно, не разочарую старшую сестру Мо Лин, — услышав это, Гу Тэн обрадовался и выглядел крайне взволнованным. Это был редкий шанс, и он должен был проявить себя наилучшим образом.

Если он действительно сможет произвести на старшую сестру впечатление, он, несомненно, оставит о себе глубокое впечатление.

И, возможно, он сможет пойти дальше…

Пока Гу Тэн был погружен в свои фантазии, Мо Лин уже отвела взгляд и спокойно сказала:

— Кто еще?

— Я, я, я!

— Я!

— Старшая сестра, я тоже хочу попробовать.

Перед красавицей, конечно, было много желающих похвастаться.

Хотя «Картина Пламени, Заливающего Горы и Реки» была сложной, они практиковали ее не в первый раз, и те, кто вызвался, были достаточно уверены в себе.

Увидев эту сцену, Линь Юнь улыбнулся. Эти ребята были достаточно самоуверенны.

Если бы он не был до конца уверен в дефекте духовной картины, он бы не прочь выйти и побороться.

Вскоре Мо Лин выбрала восемь человек.

После выбора восьми человек, в зале стало немного тише. В конце концов, сложность духовной картины была очевидна. Если не удастся успешно ее нарисовать, это будет большой потерей лица.

Кроме того, с Гу Тэном в списке, никто не верил, что сможет получить награду Мо Лин.

— Этот ученик, кажется, полон уверенности. Поднимись и попробуй тоже, — Мо Лин оглядела толпу, и ее взгляд, минуя многих, упал на Линь Юня, который болтал с Бай Юнь.

— Я? — Линь Юнь слегка опешил, а затем горько усмехнулся.

Эта Мо Лин была действительно безжалостна.

Она знала, что он впервые слушает ее лекцию, но все равно вызвала его. Она была очень злопамятна.

— Старшая сестра, не стоит так утруждать распорядителя Линя. Если он нарисует какую-нибудь «черепашью картину», это будет шокирующе, — Гу Тэн, увидев это, слегка усмехнулся, и на его лице появилось насмешливое выражение.

В зале разразился смех. Этот старший брат Гу Тэн был достаточно ехиден.

— Старшая сестра Мо Лин, вы уверены, что зовете меня? — Линь Юнь, не обращая внимания на смех, спокойно спросил.

— Конечно. А ты думал, к кому я обращаюсь? Я давно восхищаюсь славой молодого господина Цзанхуа. У тебя должны быть какие-то способности, чтобы не быть просто хвастуном. Дай мне посмотреть, — в глазах Мо Лин промелькнуло лукавство, она приподняла бровь, и на ее красивом лице появилась легкая улыбка.

«Раньше ты был таким гордым, посмотрим, сможешь ли ты быть таким же гордым сейчас».

Как только она это сказала, выражение лиц присутствующих стало весьма двусмысленным.

Даже дурак понял, что в словах Мо Лин был скрытый смысл. Очевидно, раньше у Линь Юня был с ней конфликт, и теперь старшая сестра Мо Лин пришла, чтобы отомстить.

Все были потрясены. Этот новичок-распорядитель осмелился оскорбить старшую сестру Мо Лин?

Какой наглец. Сегодня ему, вероятно, придется несладко.

Старшая сестра Мо Лин заранее сказала, что худший будет наказан.

Внезапно множество сочувствующих взглядов упало на Линь Юня.

Гун Мин, тоже распорядитель, лишь покачал головой и беспомощно улыбнулся. Месть Мо Лин пришла слишком быстро.

Сегодня Линь Юню действительно придется нелегко.

— Тогда смотрите внимательно, — Линь Юнь небрежно улыбнулся, резко взмахнул рукавом и встал.

Раз уж его так открыто вызвали, отступать было бы не в стиле Линь Юня.

Шух!

В зале мгновенно воцарилась тишина. Этот Линь Юнь был достаточно высокомерен. Он был невероятно смел, чтобы так говорить со старшей сестрой Мо Лин.

— Ты, парень, как ты разговариваешь со старшей сестрой? — Гу Тэн тут же разозлился и холодно одернул его.

— Какое тебе дело, как я, Линь, разговариваю, ты, мелкий выродок? — Линь Юнь холодно усмехнулся, прямо посмотрел на него, и между его бровями запульсировала острота.

Мо Лин могла его критиковать, в конце концов, у нее была сила, и были некие обиды.

Но кто такой Гу Тэн, чтобы сметь вести себя так нагло перед ним?

Если бы не внезапное появление Мо Лин, он бы не позволил тебе так прыгать, а давно прихлопнул.

Шипение~

Этот окрик заставил многих людей ахнуть. С виду такой изящный Линь Юнь, внезапно изменившийся в лице, действительно напугал их.

— Ты! — Слова «мелкий выродок» явно были ответом на его недавнюю насмешку. Гу Тэн, покраснев от стыда и гнева, указал на него пальцем.

Распорядитель, всего лишь распорядитель, осмелился публично оскорбить его.

— Что «ты»! Ты никогда не слышал, как ругаются, или тебя никогда не ругали. Главная персона еще ничего не сказала, а ты, ее прихлебатель, так быстро прыгаешь. Что, думаешь, что ты, лягушка, сможешь съесть лебедя? Перестань мечтать. Ты – просто черепаха, которая не сможет перевернуться! — Линь Юнь, не выражая никаких эмоций, холодно высмеял его.

Все знали, что высокомерный Гу Тэн имел виды на Мо Лин. Просто никто не осмеливался сказать об этом вслух.

А теперь, Линь Юнь не только публично указал на это, но и жестоко высмеял его.

Многие люди прикрыли рты, изо всех сил стараясь не рассмеяться. Их взгляды на Линь Юня резко изменились.

Независимо от его силы, этот язык был достаточно острым.

Гу Тэн оскорбил его всего один раз, а в ответ получил такую яростную брань и унижение.

Гу Тэн был так смущен и зол, что хотел прямо сейчас убить Линь Юня. Его тело излучало убийственную ауру, и он уже собирался напасть.

Раздался холодный окрик:

— Стойте.

На высокой платформе Мо Лин, с ледяным выражением лица, холодно посмотрела на Линь Юня, и серьезно сказала:

— Язык у тебя острый. Посмотрим, насколько ты искусен. Если ты не сможешь меня удовлетворить, не вини меня за невежливость.

— Старшая сестра права, мне не нужно спорить с этим отбросом. Я просто поднимусь на сцену и заставлю тебя устыдиться, — Гу Тэн равнодушно взглянул на Линь Юня, развернулся и пошел на сцену.

Линь Юнь холодно усмехнулся про себя. «Заставлю устыдиться? Какое у тебя самомнение!»

http://tl.rulate.ru/book/70839/20757955