Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава Четыреста шестьдесят вторая: «Пока Кровь Течет – Битва Не Утихнет!»

Глава четыреста шестьдесят вторая.

Один удар меча рассек яркую луну, рассек ее пополам, прежде чем та успела полностью взойти.

Потрясающая мир Боевая Душа Сы Сюэи была уничтожена одним мечом, не дождавшись, пока рассеются облака и туман, не дождавшись, пока луна поднимется над горизонтом.

Многие люди вокруг площади Драконьих Врат еще не успели закончить свои удивленные возгласы, а Сы Сюэи уже проиграл.

Проиграл неожиданно, но чисто и быстро.

— Как он это сделал? Я думал, что как только Сы Сюэи призовет свою Боевую Душу, у этого Линь Юня начнутся проблемы.

— Слишком быстро. Держу пари, Сы Сюэи совершенно не ожидал этого удара.

— Абсолютно не ожидал, иначе он не был бы так шокирован! Посмотрите на его глаза – он до сих пор не может поверить.

— Боюсь, Линь Юнь заранее догадался, что тот призовет Боевую Душу, и просто ждал этого момента.

— Жутко. Он давил на Сы Сюэи на протяжении всего боя, не давая ему ни единого шанса. Этот Линь Юнь чертовски силен…

Многие полагали, что после битвы с молодым господином Яньсинем их понимание силы Линь Юня было полным, но теперь им пришлось пересмотреть свои оценки.

— Победа!

Люди из павильона Меча Небесного Предела очнулись от шока, и на их лицах расцвели улыбки.

Как бы то ни было, по крайней мере, Линь Юнь не проиграл в первой же схватке.

— Интересно, я никогда не проигрывал так позорно.

Сы Сюэи пришел в себя, посмотрел на Линь Юня и произнес, пребывая в глубокой задумчивости. Его прекрасное, почти демонически нежное лицо не могло скрыть горького разочарования.

Он не смог попасть в тройку призеров, а теперь еще и вылетел с четвертого места.

Надо сказать, это было довольно жалко.

— Когда ты увидел брешь в моей Боевой Душе?

В глазах Сы Сюэи вспыхнул необычный свет, когда он обратился к Линь Юню.

Раз противник смог рассечь луну одним ударом, он, должно быть, был готов. Иначе удар не был бы столь решительным.

— Я не видел бреши, — ответил Линь Юнь, не скрывая правды. — Молодой господин Чанцзи не смог сокрушить твою Боевую Душу, потому что он был недостаточно силен. Что до меня, то достаточно просто рассечь ее одним мечом.

Рассечь одним мечом!

Сы Сюэи слегка опешил, а затем смущенно рассмеялся:

— Ты, парень, действительно не знаешь пощады. Ты уже победил, но все равно стараешься меня унизить. Желаю тебе удачи. Никто еще не проходил Путь Ада. Береги себя.

Прежде чем уйти, он глубоко посмотрел на Линь Юня, и в его взгляде читалась крайняя сложность.

— Согласно правилам, у тебя есть время на отдых, равное одной чашке чая. По истечении этого времени начнется следующая схватка, — судья посмотрел на Линь Юня и произнес низким голосом.

Одна чашка чая – это слишком мало времени, практически без передышки.

Линь Юнь спокойно ответил:

— Не нужно. Начинайте.

У судьи слегка дернулся уголок рта. Время в одну чашку чая, хоть и короткое, было достаточным, чтобы немного восстановить силы.

Он даже не воспользовался им. Судья покачал головой и торжественно объявил:

— Хорошо. Адский режим, вторая схватка: молодой господин Цзанхуа против Линь Юня.

Свист!

Не успел он закончить фразу, как Бай Лисюань превратился в луч света, словно меч, и твердо приземлился на Боевом Помосте Короля.

На этом Великом Состязании Врат Дракона он не только успешно завоевал титул молодого господина, но и уверенно закрепился в тройке призеров.

Двое, стоящих перед ним, Юньчжэнь и Цинь Юй, были старше его как минимум на три года.

Дайте ему время, и рано или поздно он их превзойдет.

Можно сказать, что он перевыполнил свою цель.

Если бы он смог одолеть Линь Юня в адском режиме и разрешить эту давнюю вражду, у него не осталось бы вообще никаких сожалений.

— Неужели Линь Юнь действительно способен победить Бай Лисюаня?

— Вряд ли, тем более он только что закончил тяжелый бой с Сы Сюэи и не отдыхал ни минуты.

Многие в толпе сомневались, ведь Бай Лисюань был известен как гений, обладающий мощью Тела Святого и проявивший себя блестяще.

Его поражение от Юньчжэня объяснялось лишь небольшим недостатком внутренних резервов.

Особенно его самосозданный удар, Разрыв Небесного Грома, заставил многих старейшин стадии Пурпурного Дворца почувствовать настороженность.

Пока толпа сомневалась, Бай Лисюань и Линь Юнь постепенно сблизились.

Их вражда длилась долго, начавшись еще в Мире Цинян. Затем, на свадьбе Великого принца, Линь Юнь публично раздавил его меч, выставив Бай Лисюаня на посмешище.

Но Бай Лисюань, должно быть, и в самых страшных снах не мог представить себе сегодняшнюю ситуацию.

Муравей, которого он мог легко раздавить в Мире Цинян, вырос до таких масштабов.

— Линь Юнь, я действительно благодарен тебе. Если бы ты не выбрал адский режим, я бы даже заняв первое место на этом Великом Состязании Врат Дракона, остался бы с сожалением.

Бай Лисюань посмотрел на Линь Юня, и на его холодном, суровом лице впервые появилась улыбка.

— Боюсь, тебе придется остаться с сожалением, — ответил Линь Юнь. — В этой битве я обязательно тебя одолею. Но я обещал защитнику закона Мэй, что, несмотря ни на что, не стану тебя убивать.

В тот день Бай Лисюань нанес Кровавому Драконьему Коню три удара, и тогда Линь Юнь поклялся вернуть ему в десятикратном размере.

Сегодня, на Пути Ада, он собирался полностью покончить с этой враждой.

— Хе-хе, защитник закона Мэй обращался с подобной просьбой и ко мне, но тебе стоит быть осторожным, — холодно усмехнулся Бай Лисюань. — Я ему не обещал. Если у меня будет возможность, я непременно тебя убью.

С этими словами он резко вытащил меч из ножен.

Бум!

Как только меч покинул ножны, в воздухе раздался внезапный громовой раскат, сопровождаемый оглушительным ревом грома, а острие меча засверкало ослепительными электрическими разрядами.

Он атаковал без малейшей пощады, и его натиск Меча Громового Раската мгновенно достиг своего пика.

Крайний Инь и жгучий Холод!

Но никто не ожидал, что Линь Юнь придерживается схожей идеи. В тот момент, когда меч Погребения Цветов был обнажен, его натиск Меча Водной Луны также был доведен до предела. Крайне Иньский и жгуче Холодный свет меча походил на одинокую, висящую в небе холодную луну, пронизывающую до костей, чистую и леденящую.

В сиянии этой луны, казалось, все сущее обратилось в лед.

Два противника, не желая уступать, столкнули свои лучи мечей в воздухе, и в тот же миг взорвалась поразительная аура. Вслед за ударной волной поднялся непрерывный шквал ветра мечей, пронесшийся во все стороны.

Гром угасает и рождается вновь!

Бай Лисюань вывернул запястье, и молнии вспыхивали и гасли, натекая волнами. Электрический свет, окутывающий его меч, был настолько резким, что люди не могли открыть глаза.

Огромные Волны, Достигающие Небес!

Линь Юнь ничуть не испугался. Искусство Меча Пурпурного Иволга безумно циркулировало в его теле, и в ответ он обрушил на противника бушующий удар Огромных Волн, Достигающих Небес.

Два ужасающих натиска мечей снова столкнулись друг с другом на Боевом Помосте Короля.

Свирепый свет мечей освещал лица обоих, делая их невероятно бледными.

При столкновении мечей возник ужасающий шторм, который, казалось, готов был разорвать все на части, и зрители в ужасе затаили дыхание.

Оба были гениями Пути Меча, вышедшими из одной секты. В этом сильном противостоянии битва мгновенно стала невероятно ожесточенной.

Она была куда более яростной, чем схватка с Сы Сюэи.

Битва!

Не отступая ни на шаг, двое бросились друг на друга, обменявшись ударами мечей, не уступая ни в чем.

Один меч был подобен грому в облаках и яростному реву дракона, другой – одинокой холодной луне, крайне Иньской и жгуче Холодной. Ни один из них не собирался отступать.

Вжик! Вжик! Вжик!

В мгновение ока две фигуры на Боевом Помосте Короля непрерывно меняли позиции, мечи сверкали, а тени от них пылали. Оба довели свое мастерство передвижения до предела, то и дело вспыхивали остаточные образы, а звон мечей разносился до небес.

В глазах Линь Юня мелькнул свет, и его тело вспыхнуло ярким лунным сиянием. Фиолетовый луч меча мгновенно пронзил воздух.

Сияние Ясной Луны!

— Детские игры, — холодно фыркнул Бай Лисюань. Его меч внезапно превратился в десятиметровый электрический луч, который обрушился с неба.

Лунный свет и электрический луч столкнулись, вызвав оглушительный грохот. Оставшаяся ударная волна не ослабела и одновременно обрушилась на обоих.

Боевой помост мгновенно озарился, и вспыхивающие лунный свет и электрические разряды заполнили все огромное пространство, не оставив ни единого зазора.

Не дожидаясь возгласов толпы, в ослепительном свете появились два расплывчатых силуэта.

Из каждого вырвалось потрясающее убийственное намерение, и, доведя свое мастерство передвижения до предела, они снова бросились друг на друга.

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Сцена на помосте была слишком ослепительной. Зрители могли видеть только, как две расплывчатые фигуры постоянно скрещиваются, и слышать лишь непрерывный звон сталкивающихся клинков.

Бах!

Еще одно ожесточенное столкновение, и поднялся шквальный ветер, заставивший весь помост бешено задрожать.

Все остаточные явления, созданные истинной эссенцией, были полностью сметены этим сильным ветром.

Расплывчатые фигуры предстали перед всеми с абсолютной четкостью.

Но увидев эту сцену, все ахнули от ужаса и изумления.

Они стояли, скрестив мечи, сжимая их обеими руками, и смотрели друг на друга. Их одежда была в крови, и на телах каждого оставалось более десятка кровавых ран, глубоких до кости, от которых захватывало дух.

Жестокость!

Это была первая столь жестокая схватка, увиденная с начала Великого Состязания Врат Дракона.

В ожесточенном противостоянии, не давая толпе времени на размышления, оба одновременно нанесли друг другу удары ладонями.

Ладони столкнулись, и истинная эссенция превратилась в волны ряби, которые, казалось, исказили воздух, как воду.

После одного удара оба отступили более чем на десять шагов.

— Разрыв Небесного Грома!

Едва коснувшись земли, в глазах Бай Лисюаня вспыхнул холодный свет. Убийственный прием, принесший ему славу на Великом Состязании Врат Дракона, был снова применен.

Сверкнула молния, и под сгущающимися темными тучами день внезапно стал невероятно мрачным.

Небо над помостом почернело, словно можно было дотронуться до грозовых туч рукой.

— Это Разрыв Небесного Грома!

— Снова этот меч, тот, который даже Юньчжэнь не смог заблокировать!

— По силе основы Линь Юнь не идет ни в какое сравнение с Юньчжэнем. Юньчжэнь смог выдержать его только за счет своей основы, а этот, я уверен, не сможет!

Зрители, чьи сердца уже бешено колотились, внезапно встали и невольно вскрикнули.

Снова этот прием, снова этот удар меча, Разрыв Небесного Грома!

— Линь Юнь, осторожнее! — Раздался нежный крик. Синьян на гостевой трибуне, прижимая к груди бешено колотящееся сердце, громко кричала, выражая свою тревогу.

— Умри! Никто на том же уровне совершенствования не сможет принять этот удар! — Холодно сверкнул глазами Бай Лисюань, его леденящий взгляд, подобный молнии, жестоко впился в Линь Юня.

— Так ли? Но у меня тоже есть удар мечом, который я хотел бы предложить тебе попробовать, — в ответ на удар, который разрывал небо, словно небесный гром, и пронзал пустоту, Линь Юнь сохранял беспрецедентное спокойствие.

Его сердце, его меч, он сам – ничто не дрогнуло от этого убийственного приема.

Из тела юноши вырвалось бурное боевое намерение, его намерение меча бешено зазвенело. Сердце, обращенное к мечу, рвалось вперед.

Десятый удар: Небо, Сокрушающее Облака!

Я давно хотел испытать Разрыв Небесного Грома, – в глазах Линь Юня вспыхнул яркий свет, и он яростно обрушил свой натиск Меча Водной Луны, который уже достиг пика.

В оглушительном грохоте земля внезапно раскололась, и величественный, властный натиск Меча Водной Луны собрался в торнадо, которое, неся с собой бескрайний натиск меча, со свистом взметнулось вверх.

Изначально темное небо было яростно разорвано этим бушующим вихрем.

Вырвалось ужасающее намерение меча, вызывая одно необычное явление за другим. Молнии прорезали небо, и красивое, ясное лицо юноши, казалось, застыло в этом свете навечно.

Этот удар меча сокрушил небо, сокрушил облака. Небо и облака были разбиты, и только этот меч остался вечен!

В то же время, меч Бай Лисюаня, Разрыв Небесного Грома, также разрывал небо, обрушивая на него всепоглощающий свет грома.

В одно мгновение два поразительных луча мечей столкнулись на Боевом Помосте Короля, приковав к себе всеобщее внимание.

В момент столкновения, сопровождавшегося громовыми раскатами, эта часть мира яростно затряслась. Лучи мечей, рассеиваясь, словно испуганные лебеди, разлетались по всей огромной площади Драконьих Врат.

Многие люди, оказавшиеся на их пути, были тяжело ранены, и на месте раздались крики ужаса.

Все побледнели от шока и в панике поспешили оказать сопротивление.

Когда два ужасающих натиска мечей полностью смешались, истинная эссенция забурлила, необычные явления разрушились, и ужасающая ударная волна, подобно материальной субстанции, со скоростью испуганного лебедя пронеслась во все стороны.

Свист! Свист! Свист!

В воздухе молниеносно мелькнуло несколько фигур. Они обменялись взглядами и одновременно нанесли удары.

Над обширным Боевым Помостом Короля мгновенно поднялся толстый полукруглый световой щит, полностью накрывший весь помост.

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Ударная волна билась о световой щит, издавая оглушительный грохот. Под непрерывными атаками на щите даже появились крошечные трещины.

— Эти двое…

Восемь судей, которые нанесли удары, почувствовали, как их сердца дрожат, и на мгновение потеряли дар речи.

Лишь спустя долгое время ударная волна полностью утихла, и восемь судей одновременно убрали руки и рассеяли щит.

Свист!

Под всеобщим вниманием бесчисленные взгляды, не скрывая любопытства, нетерпеливо устремились вперед.

Они увидели, как юноша в синей одежде медленно опустился с воздуха на Боевой Помост Короля. Внизу из правого рукава Бай Лисюаня, сжимавшего меч, непрерывно капала кровь по клинку.

— Проклятье, почему… — в глазах Бай Лисюаня мелькнуло сильное нежелание, и он произнес низким голосом.

— Ты проиграл.

На земле еще оставались остатки электрических разрядов, которые потрескивали и мерцали. Натиск меча Бай Лисюаня был полностью разрушен.

В то время как натиск меча Линь Юня демонстрировал беспрецедентную остроту, сияя, как луна, и привлекая всеобщее внимание.

В противостоянии Неба, Сокрушающего Облака и Разрыва Небесного Грома исход был очевиден.

— Проиграл? Невозможно!

Бай Лисюань взревел и бросился на Линь Юня, нанося ему удары своим уже поврежденным острым мечом.

Но Линь Юнь неторопливо отступал, легко избегая атак.

После четырех-пяти ударов Бай Лисюань становился все более безумным, его лицо исказилось в ужасающей гримасе.

— На этом все!

В глазах Линь Юня мелькнул холодный свет. Он, легко уклонявшийся, внезапно исторг из себя ужасающую, безграничную ауру.

Луч меча с молниеносной скоростью рассек воздух.

Хрусть!

Меч в руках Бай Лисюаня был разрублен пополам.

Не дожидаясь, пока тот выразит свое изумление, Линь Юнь поднял руку и ударил ладонью ему в сердце.

Хруст! Хруст! Хруст!

Раздались звуки ломающихся ребер. Бай Лисюань, отброшенный ударом, мгновенно сплюнул кровь и упал на колени, не в силах подняться.

Он поднял голову и увидел, что юноша, которого он когда-то считал муравьем, теперь стоял над ним, и ему оставалось только смотреть снизу вверх. Линь Юнь с суровым выражением лица произнес низким голосом:

— Я сказал, что не убью тебя, но за Кровавого Драконьего Коня нужно отплатить. После этого удара мы квиты.

Бай Лисюань, прижимая к груди руку, из его рта непрерывно сочилась кровь, пребывая в оцепенении.

Он словно оказался во сне, от которого не хотел просыпаться.

Судья, с трудом скрывая изумление, размышлял:

— В следующей схватке ты можешь выбрать любого – Юньчжэня или Цинь Юя. Твои раны нелегки, поэтому сначала немного отдохни.

Кровь капала с меча Погребения Цветов.

Путь Ада был обречен быть залитым кровью и наполненным бойней. Но пока кровь текла – битва не утихнет.

В то время как толпа недоумевала, почему Линь Юнь молчит, юноша поднял глаза, и из них вырвался яркий свет. Он указал мечом на Юньчжэня и закричал голосом, подобным грому:

— Юньчжэнь, живо поднимайся сюда!

http://tl.rulate.ru/book/70839/20757903