Я многого ждал от этой встречи. Думал, что мне придется унижаться, чтобы угодить богине Ясаки. Я бы не возражал — кланяться я не люблю, но сделал бы это без раздумий, если бы это обрадовало Ясаку. Но оказывать почтение самой Аматэрасу? Вряд ли. Скорее всего, после этого я бы разочаровался в ней ещё больше. Боги, как правило, всегда разочаровывают, когда их узнаёшь ближе. Исключения редки, и Аматэрасу в их число я не включал.
Но чего я точно не ожидал, так это того, что эта чопорная, строгая богиня, одетая в элегантное платье и излучающая царственную ауру, вдруг упадёт перед нами. И если бы на этом всё закончилось, я бы не был так ошарашен. Но когда она попыталась подняться, мы с Ясакой заметили огромную дыру, которая разорвала её платье. Оборачиваясь к нам, стоя на коленях и отрываясь от пола, она показала нам свою бледную задницу, обтянутую ярко-красными стрингами, которые почти лезли в глаза.
Она застыла на мгновение, протянув руку назад, чтобы понять, что ничего не скрывает её вид.
– Нээээ?! – её крик был смесью смущения и отчаяния.
Пламя вспыхнуло вокруг неё, полностью охватило её фигуру, и в следующее мгновение она исчезла.
Я медленно повернулся к Ясаке.
– Это только что произошло?
– Я скажу тебе, когда закончу осмысливать увиденное, – ответила она без паузы. – Хотя… смелый выбор белья.
– Я не ожидал, что она предпочитает стринги, – согласился я. – Хотя красный цвет её украшал.
– Если бы я не состояла в прекрасных отношениях, я могла бы воспринять это как приглашение, – заметила она почти без эмоций. – Возможно, стоит помочь ей избавиться от этой палки в заднице… – она замолчала.
– Если бы она не была дочерью Иззи, я бы, возможно, тоже что-нибудь сказал, – согласился я, а потом вдруг осознал её слова. – Ты тоже любишь девушек?
– Меньше, чем мужчин, но да, – ответила она, слегка пожимая плечами. – Тебя это беспокоит?
– Вовсе нет, просто стало любопытно, – я повторил её жест. – Теперь мне будет чуть менее неловко обсуждать её задницу в твоём присутствии.
Ясака фыркнула.
– Если это тебя так зацепило, я могу подробнее рассказать, что я выбираю из своего ящика с нижним бельем.
– Если ты решишь показаться в стрингах, я не стану тебя отговаривать, – ответил я сдержанно.
Мы несколько секунд молча смотрели друг на друга, а потом вдруг разом засмеялись. Всё это было слишком абсурдно.
Мы бы продолжили смеяться, если бы температура в комнате снова не резко поднялась. Знакомое пламя вспыхнуло у алтаря, и перед нами вновь появилась Аматэрасу. На этот раз она была в другом платье и вела себя так, будто ничего не произошло.
– Ясака, моя Мико, – она произнесла с лёгким напевом. – Прошло несколько лет с нашей последней встречи.
– …Да, несколько лет, – заставила себя улыбнуться Ясака.
Мы оба решили притвориться, что ничего не было. Слава богу, напряжение в воздухе уже исчезло. Вряд ли можно сохранить серьёзную атмосферу после того, как ты только что показал свою задницу.
Аматэрасу кивнула Ясаке, а потом её взгляд упал на меня.
– И ты, должно быть, тот, кто сражался с моим братом, – её тон слегка изменился.
– Да, леди Аматэрасу, – ответил я вежливо.
Она не отреагировала на моё почтение, но я чувствовал, что она довольна.
– Ты… странный, – её глаза сузились, она внимательно меня разглядывала. – Почему твоя божественность так похожа на божественность моих братьев? Если бы я не видела его несколько дней назад, я бы подумала, что ты – это он, замаскированный.
– Я с уважением подчинился вашему призыву, леди Аматэрасу, – продолжил я свой вежливый тон. – Но, уважая вас, я предпочёл бы не обсуждать свои личные обстоятельства.
Она не отреагировала, но жаровни вокруг комнаты на мгновение вспыхнули. Боги, как правило, не любят, когда им говорят «нет».
– Ты отказываешь мне в ответах? – её голос выдавал явное недовольство.
– Я считаю, что имею право на личную жизнь. Я не состою в вашей фракции, – мягко парировал я.
– В моей фракции? – она фыркнула, температура в комнате снова начала подниматься. Струя пламени вырвалась из её положения, а её взгляд стал ещё более пронзительным.
Я легко выдерживал её давление, но Ясака стиснула зубы. Я положил руку на её плечо, позволив своей ауре окутать её, чтобы облегчить её состояние.
– Я знаю тебя, – продолжила Аматэрасу. – Я знаю всех, кто рождён под моим солнцем. Симода Такао, ты дитя Страны восходящего солнца. Никакие другие претензии не имеют силы перед моими.
– Как бы то ни было, я смертный, живущий в мире смертных. Я не имею дел с богами Такамагахара, – ответил я, а Ясака слегка расслабилась в моих объятиях.
– Этот вопрос… спорный, – сухо заметила Аматэрасу. – Ты говоришь так, будто я не чувствую, как ты скрываешь большую часть своей божественности внутри себя.
Она подняла руку, указывая на мою грудь.
– Не сравнивай меня с моим братом-болваном, у которого больше мышц, чем ума. Я вижу, кто ты, несмотря на твои попытки скрыть свою природу.
Ха, она мне комплимент сделала? Ну, нельзя расстраиваться, если тебя разоблачили. У меня нет опыта работы с божественностью, а она этим занималась тысячи лет.
– Есть ещё тот факт, что я полу-демон, – добавил я.
– Это не имеет значения, – она махнула рукой, игнорируя мой комментарий.
– Ты тоже наполовину человек, поэтому находишься под моим Солнцем, – произнесла Аматэрасу, и я уже собирался ответить, но первой заговорила Ясака.
– Я считаю, что это будет продолжаться без какого-либо завершения, – сказала она ровным голосом, уже оправившись от того, как Аматэрасу использовала свою силу. – Вильгельм не состоит ни в каких значимых отношениях с синтоистской фракцией. Его происхождение ничего не меняет.
Аматэрасу резко повернула голову к Ясаке, ее глаза сузились.
– Ты со мной не согласна? – спросила она, не повышая голоса, но в ее словах чувствовался вызов. Казалось, богиня хотела дать понять, что ей не понравилось, как Ясака пошла против ее намерений.
Ясака, к ее чести, не отступила. Я ожидал полного подчинения со стороны лисы, но она оказалась куда более упрямой, чем я предполагал.
– Я просто говорю правду, – спокойно ответила она, обходя прямые претензии Аматэрасу. Было очевидно, что Ясака была на моей стороне, и богине это явно не нравилось.
Выражение лица Аматэрасу стало мрачным, когда она скрестила руки на груди.
– Я считаю, что пришло время отказаться от формальностей и поговорить откровенно, – сказала она с непринужденной легкостью. – Если вы этого хотите, конечно.
Ясака напряглась от этого предложения. По ее реакции было видно, что это не обычное явление.
– О чем вы хотите поговорить, леди Аматэрасу? – осторожно спросила она.
– Я думаю, это очевидно, – Аматэрасу сделала размеренный шаг вниз по небольшой лестнице, ее взгляд перемещался между нами, словно она оценивала что-то, известное только ей. – Твой… возлюбленный стал темой обсуждения среди многих из нас. Поражение моего брата игнорировать было нелегко.
– Ах, так вы теперь считаетесь слабыми из-за этого? – не удержался я, чтобы не вставить свое слово.
– Да, – Аматэрасу выглядела раздраженной, но ответила. – Среди богов ходят слухи, особенно среди тех, кто ищет повод для беспорядков.
Ясака взглянула на меня, но в этой ситуации она казалась беспомощной.
– Чего именно ты от меня хочешь? – спросил я, решив поддержать ее желание говорить откровенно. – Если ты ищешь ответы, я могу рассказать, что произошло. Но если ты пытаешься копаться в моих делах, то, боюсь, нам не о чем говорить.
Аматэрасу снова нахмурилась.
– Немногие существа в этом мире могут отказать мне в ответах, которые я требую, – холодно сказала она.
– И мы снова ходим по кругу, – с раздражением заметил я, скрестив руки. – Я думал, ты хочешь быть откровенной?
– Ты загадка, – продолжила она, глядя на меня с подозрением. – Ты едва ли человек, даже по меркам смертных, но ты сражался с таким богом, как мой брат, и победил. Ты не должен был быть способен на такой подвиг, но ты стоишь передо мной. Прими эту честь – боги Такамагахара приглашают тебя присоединиться к нашему числу. Если согласишься, получишь место в моем суде.
Это предложение стало для меня неожиданностью. Аматэрасу действительно хотела, чтобы я вступил в ее фракцию.
– Я почтительно откажусь, – ответил я.
Лицо Аматэрасу потемнело.
– Многие боги преклонили бы колени и поцеловали мои ноги за одно лишь слово. Я лично пришла в этот мир, чтобы пригласить тебя, а ты все еще отказываешься? – С каждым ее словом огни в комнате начинали зловеще мерцать.
– Да, это то, что я только что сказал, – ответил я сухо. – И прежде чем ты уйдешь, я считаю, что у меня есть веские причины для отказа.
– Говори свои слова, – нахмурилась она. – Если я найду их неудовлетворительными, ты узнаешь, насколько горячо может гореть Солнце.
Я закатил глаза, игнорируя ее угрозу.
– Во-первых, я полуде́мон. Ты действительно думаешь, что в твоем суде меня не будут дискриминировать из-за моего происхождения? – Я посмотрел на нее, ожидая ответа. Она хотела что-то сказать, но сдержалась. – Во-вторых, я уже связан с твоей фракцией. Как ты сама сказала, я с Ясакой, а она твоя Мико.
– Это софистика, – возразила она. – Никто из важных людей не станет считать тебя частью нашей фракции на таком основании.
– И третье, – я поднял палец. – Если бы я стал твоим подчиненным, мои отношения с Иззи стали бы… странными.
– Иззи? – удивленно спросила Аматэрасу.
– О, это прозвище для Идзанами, твоей матери, – пояснил я, не сдерживая улыбки.
– М-моей матери?! – Аматэрасу взвизгнула.
– Мы с ней очень хорошие друзья, – добавил я. – Она часто приезжает.
На лице Ясаки появилась озорная улыбка.
– Ясака! – Аматэрасу резко повернулась к ней. – Ты позволила моей матери быть здесь?!
– Почему бы и нет? – Ясака наклонила голову. – Если бы не леди Идзанами, моя дочь бы умерла. Я молилась о помощи, когда Куно похитили, и, к счастью, госпожа Идзанами ответила на мои молитвы. Она всегда рада в моем доме.
– Кстати, Куно тоже хотела навестить ее, – добавил я. – Может, устроим ужин? Иззи любит принимать гостей.
Аматэрасу, казалось, застыла в шоке. Она несколько раз открывала и закрывала рот, пытаясь что-то сказать.
– Я… мне нужно уйти, – наконец выдохнула она. – У меня много обязанностей.
– Конечно, ты занятая богиня, – кивнула Ясака. – Мы бы не хотели вас задерживать.
Аматэрасу поднялась по лестнице обратно к своему алтарю, который служил мостом в Такамагахару. Пламя окутало ее, когда она собиралась уйти.
– О, и красный тебе очень идет, – поднял я ей большой палец прямо перед тем, как она исчезла. На ее щеках был румянец, ярче, чем пламя, окружавшее ее. На мгновение в коридоре повисла тишина, наполненная смущением.
http://tl.rulate.ru/book/69812/3475824
Готово: