Направляясь в конференц-зал The Plaza, Уилл не мог сдержать волнение на своем лице. Сцена, которую он подготовил для Лео, была сцена для двух человек, и он собирался сыграть в ней роль второго человека. Сцена представляла собой разговор между Марио Ди Мауро и старым отошедшим от дел гангстером в кофейне. Марио был послан туда, чтобы убить гангстера, но решил сначала побеседовать с ним.
Войдя в конференц-зал, Уилл увидел, что Лео сосредоточенно читает написанные в сценарии реплики и пытается создать в голове образ персонажа.
"Хорошо, Лео, ты просмотрел сценарий; пришло время сыграть роль. Я буду играть старого гангстера, а ты - Марио, Капиш?(Понимаешь по итальянски) Я хочу посмотреть, что ты из него сделаешь и насколько изысканно ты будешь вести диалог. Я хочу почувствовать, что разговариваю с будущим боссом мафии. Итак, давай начнем". Уилл не дал Лео много времени. Войдя в комнату, он хотел проверить, сможет ли тот в мгновение ока принять образ.
Заняв свое место за конференц-столом, Уилл увидел, как Лео вместо него проходит мимо входа в комнату.
"Эй! Вы Уилсон Манфреди?" спросил Лео громким голосом с итальянским акцентом.
Подумав несколько секунд, Уилл вздохнул и ответил: "Да. Кто спрашивает?"
"Меня зовут Марио; я хочу поговорить".
"Присаживайся, mio figlio(Сынок). Хочешь картошки фри?"
Лео занял место напротив Уилла за столом переговоров, отказавшись от предложенной им картошки фри. Уилл заметил, что в его шагах появилась легкая развязность, но его плечи были сгорблены, как будто он принимал важное решение в данный момент. Уилл произнес свой диалог следующим образом.
"Итак, старина Версетти наконец-то прислал кого-то, чтобы разобраться со мной, да? Это твой первый раз, парень?" Этот диалог должен был означать, что Манфреди точно знал, для чего Марио здесь, но ему было все равно, и он не хотел ходить вокруг да около. Уилл заметил, что плечо Лео напряглось. Его взгляд метнулся к рукам Уилла и к выходу в поисках оружия и возможного места выхода. Это было хорошее внимание к деталям со стороны Лео, и он внутренне поаплодировал ему за то, что тот почти безупречно вжился в роль.
Наконец Лео посмотрел Уиллу в глаза и сказал: "Я участвовал в нескольких драках".
"Но ни в одной, где люди погибли. И мы с тобой оба знаем, что драка и убийство - это совершенно разные вещи. Поверь мне, парень, ты не хочешь быть частью этой жизни; ты еще молод, уходи. Вначале все весело; есть все виды удивительных вещей, наркотики, секс, деньги, да что угодно. Но постепенно все это начинает ослеплять тебя, и тогда твои братья начинают умирать или отворачиваться от тебя, и ты остаешься параноиком, разбитой оболочкой себя прошлого. Оглянись, парень, ты не хочешь этого, я знаю, я был там". закончил Уилл.
"Я знаю, но я не могу повернуть назад. Я обещал маме, что однажды я добьюсь успеха здесь, в Либерти-Сити, и я знаю, что я не гений. Я не могу сделать это легально; если бы я мог, я бы сделал. Но я не могу; я не знаю, как вести здесь легальный бизнес или работать на нормальной работе, черт; если бы я мог, я бы все равно не стал. Здешние семьи Маггия хотят денег за защиту от любого легального бизнеса в любом случае. Все, что я знаю, это как выжить под шквалом пуль, соврать копам и напечатать побольше денег. Я тоже умею стрелять из пистолета, знаю, что это нехорошо, и мне это не нравится, но я хорош в этом". Лео объяснил, наконец-то расслабившись перед Уиллом.
Уилл посмотрел на то место, где должен был находиться пистолет Лео, и сказал: "Я вижу, Марио, coraggioso(Храбрый), mio figlio(Сынок), я просто хочу, чтобы ты знал, что после этого пути назад уже не будет. У тебя останется след, который будет преследовать тебя, как бы ты ни старался его убрать".
Лео посмотрел на Уилла и извиняющимся тоном сказал: "Я знаю, и мне жаль, ты заслуживаешь умереть со своей семьей рядом". По лицу Лео стекала одна слеза, и он вытащил степлер, который использовал в качестве оружия для сцены; степлер дрожал в его руке.
"Не извиняйся за это; моя семья уже там, куда я направляюсь", - мрачно ответил Уилл.
Лео нажал на степлер, что означало, что он выстрелил, и сцена закончилась.
Уилл и Лео несколько секунд просто сидели за столом переговоров, глядя друг на друга. Лео чувствовал, как в воздухе нарастает напряжение; он искал на лице Уилла любую эмоцию или знак того, что тот чувствует по поводу его игры. Наконец Уилл разрядил напряжение и улыбнулся: "Лео, у тебя большой талант. Он немного грубоват по краям, конечно, та слеза была немного чрезмерной, но эй, ты учишься. Ты не будешь ужасно жалеть, если бросишь свою работу? Я хочу взять тебя в Лос-Анджелес."
***
Режиссер Карлсон Дакштейн приступил к съемкам [500 дней лета] одновременно с тем, как режиссер Лукас Амспокер приступил к съемкам [1917]. Поскольку в обоих фильмах практически не использовалось CGI(изображения, сгенерированные компьютером), съемки [500 дней лета] были намного проще, полагаясь в основном на возможности актеров и диапазон эмоций, а не на мастерство оператора из отдела кинематографии Джеффри. В то время как сам Джеффри был больше сосредоточен на фильме "1917", его команда взяла на себя обязательство выложиться на все сто для "500 дней лета".
Поскольку фильм был романтической комедией, Уилл хотел, чтобы съемки были завершены как можно скорее, чтобы съемочная группа этого фильма могла поддержать монументальную работу, которую Джеффри выполнял в Англии. Уилл выполнил обещание, данное Лео, и взял его с собой в Лос-Анджелес после того, как тот уволился с работы. Он поселил его в комнате, прямо в офисе Dream Vision, пока что, поскольку тот никого не знал в Голливуде, а Уилл работал над тем, чтобы найти для него жилье где-нибудь в городе.
Лео не жаловался на условия, так как он получил много времени, работая над сценарием [Либерти-Сити], а также познакомился со многими известными лицами в Голливуде, которые часто посещали это здание для встреч со своими агентами. Он считал, что это лучше, чем то, что он имел в Нью-Йорке, поскольку ему не нужно было работать, и он получал бесплатную еду из кладовой и кафе здания. Уилл предложил ему роль в [Либерти-Сити], и он был готов жить в офисе, пока не закончатся все съемки, если понадобится. Он не хотел упускать этот шанс из своих рук.
Пока шли съемки фильмов [1917] и [500 дней лета], на большом экране начался показ фильма Эвана Риса [Бёрдмэн], и реакция зрителей была неоднозначной. Хотя фильм был действительно хорошо сделан, и критики с нетерпением ждали его результатов как в прокате, так и на "Оскаре", он сильно отличался от предыдущего фильма Эвана Риса [Шерлок Холмс], где съемки проходили в основном в помещении. В любом случае, ожидалось, что фильм будет очень хорош в прокате и на церемонии вручения премии "Оскар".
В это же время в кинотеатрах вышел последний фильм Майкла "Роберта" Элрода [Пуля на поражение]. Люди с нетерпением ждали следующего фильма с Робертом в главной роли после его успеха после "Шерлока Холмса", и они не были разочарованы. Роберт вновь продемонстрировал миру свое фантастическое актерское мастерство в фильме [Пуля на поражение], который за две недели собрал в прокате 80 миллионов долларов, легко окупив инвестиции Kron Studio's. Kron Studio's даже прислала Уиллу приглашения на вечеринку по случаю успеха. Хотя Уилл обычно не любил посещать вечеринки в Голливуде, он решил посетить эту, поскольку у него было несколько свободных дней до Нового года, и до него дошли слухи, что сын Спенсера Миллера, Кольт Миллер, будет присутствовать на этом мероприятии. Естественно, он хотел встретиться с этим человеком, а в последние несколько месяцев от Foxstar было только молчание, как в его адрес, так и в адрес Голливуда в целом, и он хотел выяснить причину внезапного молчания у самого подходящего источника.
http://tl.rulate.ru/book/67940/2280251
Готово:
